Мне бы в путь, да только автостопом.
В даль без дна, по млечному пути.
К той планете, что за горизонтом,
Ярким светом с космоса манит.
Мне бы в путь, да только денег нету,
Съела моль, финансы на нуле.
Автостопом мне до Андромеды,
С остановкой где-то на Земле.
Почему к Земле? В ней привкус тайны,
Той, что ярко светит вдалеке.
Как узнал о ней? Совсем случайно,
Книгу я нашел на чердаке.
Мне б увидеть тайну мироздания,
Обгоняя яркий лунный свет.
Там, с Земли, минуя расстояние,
Видеть огоньки других планет.
Мне б узнать природу человека,
Тут болтают много чепухи…
Что живут они не дольше века…
Пишут, слышал… сказки и стихи!
И у всех свои оттенки кожи,
Цвет волос и разрезы глаз.
Друг на друга вроде и похожи,
Лишь своим характером разнясь.
Слышал я о… как ее… Природе.
Где ранимая душа Земли,
Вечерами жжет закаты в небосводе,
И летают клином журавли.
Ликов у Природы очень много,
В каждом растворяется душа.
Свет ее манил… сквозь горизонты,
Будто бы огонь звезды мерцал.
Мне бы в путь, да только автостопом.
Кто б подвез? Финансы на нуле.
По вселенной, там, за поворотом,
Что бы жить остаться на Земле.
Мир снисходителен к богатым…
Открытый, честный, благородный вид,
В срок нужный прИнятый или принЯтый,
Надёжней всяких банков сохранит
Всё, что украли вы когда-то,
Мир снисходителен к богатым…
ты в себе уверен.
ты хорош собой
в плен к тебе попала
под конвой
вечный передоз
в этом ты виновен
я в твоих руках
под конвоем
нежный сукин сын
в сексе ты убоен
снова под тобой
под конвоем
взрывы. рубежи.
с точки огневой.
кто из нас попал?
под конвой.
мир перевернул
космос мой освоил
лучше пристрели.
под конвоем
/солнце!/ ты маньяк
губы. вой и стоны
что для нас война?
двое…
под конвоем
Мы сплетали руки во сне,
И вдвоём горели в огне,
Но огонь нас не жёг, а грел,
Как дарить страсть свою ты умел!
У нас не было длинных речей,
Зрели чувства сильней, горячей,
На любовь у нас были права,
И сквозь годы любовь жива.
1980 г.
Простила всех в часы предсмертья,
Сама хочу прощённой быть,
В сетях земного круговертья
Я не смогла тебя забыть.
Ждала души твоей движенья,
В уход не веря до сих пор,
Была мне силой притяженья
Моих надломленных опор.
С тобою в сердце в дни смятенья
Против течения плыла,
Твой образ, не предав забвенью,
С твоим я именем жила.
1970 г.
Случилось это года три назад. Пришел на встречу с девушкой. Красивой девушкой, с игривыми глазками. Всё бы хорошо, только девушка будто засыпала на ходу, те самые глазки закрывались. Неужели, думаю, я такой скучный? Вроде нет. Может, не выспалась? И тут я, наконец, разглядел в полумраке ее ресницы. Они были огромные. Неестественно огромные, размером с половину вилки. Мы, мужчины, конечно, полные лопухи, мало что замечаем, но тут даже я почувствовал неладное: что-то не так с ее игривыми глазками. Девушка будто хотела поиграть со мной в Вия, чтобы я поднимал ей веки. А когда, спрашиваю, у тебя выросли такие ресницы?
«Да это накладные, блин! — сердится девушка. — Сделала с утра, теперь глаза открыть не могу!»
Я засмеялся. Это было очень смешно. Лапушка, она сделала эти опахала для свидания, она старалась. Но вечер был испорчен. Больше эта девушка в Вия уже не играла. Разве что для вечеринки в стиле «нечистой силы» что-то наклеивала. Где этим ведьминским ресницам было самое место. Но недолго, глаза уставали.
Но это она такая умница. А по улицам шастает и шастает нечистая сила. Жуткими ресницами хлоп-хлоп.
Нет, девушки, я не священник и не зануда. Нахальные и яркие ресницы очень люблю, это классно, вызывающе, сексуально. Но все эти сбесившиеся барби, которые не могут распахнуть глаз, которые повсюду шуршат искусственными ресницами — это атас. Накладные, нарощенные, черные, синие, зеленые. Хлоп-хлоп.
Мы же в России ни в чем меры не знаем. Если пьем водку, то литрами, если клеим ресницы — по метру.
В любом кафе или вагоне метро они меня окружают, плотно сжимая кольцо. Хлоп-хлоп. Страшновато. Инстаграм забит ресничными фуриями. Идет безумный чемпионат: у кого длиннее? То есть теперь этот вопрос не только мужчин, и не только ниже пояса волнует.
Дурочки клеят себе китайские изделия, спешат на дискотеку. Они думают, что будут королевами танцпола. Но там не до танцев. Там одна мысль: ой, не отвалились ли? Они чуть спляшут, потом бегом в туалет, разглядывать, как там изделия на глазах? Или теребят ежеминутно подруг: на месте ресницы? Веселенькая дискотека, конечно.
Одна красотка так сплясала беззаботно, а потом стала елозить по полу, искать что-то. Парень спрашивает: «Что? Телефон уронила? Деньги?» Она даже взгляд боится поднять, она потеряла одну ресницу. Пришлось нестись в туалет, отрывать с кровью вторую, не выглядеть же одноглазой дурой.
Но остановиться наши девушки не могут. Это сродни наркомании. Ресничное безумие. Надо попробовать вот такие, и вот такие. Длиннее, еще длиннее. Хлоп-хлоп. Ну и огромные накачанные губы в комплекте. Чтобы довести себя до глянцевого совершенства. Чтобы ничем не отличаться от других фурий. Чтобы стать типовой моделью, как лакированная табуретка из Икеи.
Клейте, девушки, клейте. Нас это дико развлекает, это круче всяких триллеров и даже шуток Гарика Харламова.
Хотя ночью с вами иногда бывает страшно.
иногда завидую девчонкам-одиночкам. сидят себя спокойно пиццу в кружевных труселях едят, инсту листают и никто им могз не тр@хает по поводу не вымытой посуды или за лайк красавчику
Я думаю чувством, а чувствую мыслью.
Человек, делающий всё вам назло, просто вас не слышит…
Часто встречаются ледяные сердца под пылкими головами, но редко холодные головы под пылкими сердцами.
Любовь — отличный водоём,
Купайтесь, наслаждайтесь в нём.
Он не бездонный, не забудьте,
Внимательней друг к другу будьте,
Взаимно радуясь душой,
На мир наш светлый и большой.
В руке согрелась чтоб рука,
С благоуханного цветка
Нектар сладчайший Вы испейте,
Свою любовь сберечь сумейте
В дуэт до самого конца,
Пока стучат в груди сердца.
1970 г.
Слова выглядят осиротевшими, если не наполнены душевным теплом и истинными чувствами.
Облетают листья…
Неизбежно,
Обретая красок
Перелив.
Только в сердце
Пусть живёт
Надежда,
Чтоб мечтать
О вере и любви.
Ничего не кончится,
Конечно!
Жизнь всегда
Берет свои права.
И моей души
Тепло и нежность
Просто превращаются
В слова.
Я их нашепчу
И ты услышишь,
Даже если будешь
Далеко.
Вроде просто дождь
Стучит по крышам,
А тебе становится
Легко.
Я всегда с тобою
Буду рядом.
Ты меня лишь просто
Позови.
И пойми,
Мне ничего не надо,
Кроме твоей искренней
Любви…
Я не думал, я не знал…
Я думал у тебя колокольчики в волосах,
Я не увидел, я не понял…
Что терновый венок кровоточит в твоих глазах…
Я специально тебе врал,
Гордую красоту приняв за высокомерие,
А потом я тебе лгал,
Ласковую доброту приняв за лицемерие
Ты смеялась, я верил
Беззаботности жизни в нежном голосе…
Я плакал, когда понял,
Что тебе стоит, искать белое в чёрной полосе…
Я тогда не понимал
Причину тела хрупкости
Я не распознал
Запаха ужаса от капельницы,
Я своей глупости не признавал
До твоей реанимации
Так и не понял,
что это было за наваждение…
Но, я тебя не забыл.
Ты приходишь ко мне во сне как привидение
И без сна… я тебя потерял
Ты умерла… но до тебя я и себя… не знал.
* * *
Я не из тех, кто должен Вам, мой друг!
Кто изыскал нужду в моих хоромах,
пусть коротает бедный наш досуг —
он взаперти доступен для немногих!
Куда уж сердцу праздновать года?!
Смешно сказать: покой не за горами…
Одна любовь притворствует тогда,
как мы теперь в ночной кибитке с Вами.
Опомнюсь, мнимый друг, и невзлюблю
твоих глазищ невзрачных буераки.
Запомнюсь, мимодруг, и всё спалю!
И пусть горят бессовестные маки!
Мы во степи, на отмели ветров,
тайги не сыщем — только сломим ноги.
А ведь за солнцем, в осени боров,
малютка-сын улёгся на пороге!
Я не рожу! Но выучен в любви
случающимся схваткам эйфории
по тем, мой друг, кого собой зови
от имени безропотной Марии.