…
Напиши, что по мне ты соскучился,
и спроси у меня, как дела?
настроение сразу улучшится,
правда кругом пойдет голова…
сразу вспомню объятия нежные,
жарких губ поцелуи твои,
я давно перестала быть прежнею,
что-там пропоют соловьи…
не нужны мне слова-обещания,
и признания в вечной любви.
мне нужны, твоих рук касания
к обнаженном телу… почти без души…
так легко и свободно проводим мы ночи,
словно нет кроме нас никого.
я люблю это время очень,
хоть украли с тобой мы его…
эти встречи так редки, так страстны,
рук сплетенье, слияние тел.
все желания стали подвластны,
кто-то сверху так повелел…
мы с тобой воплотим все, что хочешь,
все что грезилось нам хоть раз.
все мечты озвучить мне сможешь,
мне понравится твой рассказ…
эти смелые позы, крепкие руки,
я и ты, кроме нас ни души.
нет уж сил, изнываю от скуки,
воплотим все желанья мои…
рифма сбита, как наше дыхание,
но здесь главная — не она.
здесь важно лишь наше желание,
ты пойдешь со мной до конца?
…
А мы и не скулим —
всех нах посылаем:
иди мол, «пилигрим»,
как жить и сами знаем.
БДСМ с дальнобойщиком — это садо-камазо.
(фольклор плечевых проституток)
В России что-то, %лядь, и вправду есть,
коль и евреи проживают здесь.
И от любви до ненависти — только шаг.
Один шажок. Причём — налево.
Парадное шествие длится
и флагам приходят на смену
простые солдатские лица —
репринт фотографий военных.
Они все немного похожи,
сыны своего поколенья.
До мелких мурашек, до дрожи
торжественно это мгновенье.
Здесь все, по рожденью чужие,
войною сроднились когда-то.
Они в нашей памяти живы:
Великой Победы солдаты.
Теперь их бесспорное право:
шагать через дни и столетья,
их вечная гордая слава
в Бессмертном полку на портрете…
Когда я буду старой леди
я буду мерзкой и противной,
и будут жалобы соседи
писать в печали коллективно.
Я отомщу им all inclusive
по всей задуманной программе:
я буду ставить ночью блюзы,
шуршать в потемках оригами,
а по утрам орать истошно,
ну, пять так пять, вставайте, сони,
в машины метко бить картошкой:
а неча ставить на газоне!
Мы днем усядемся с подружкой
на лавку прямо перед домом,
и перемоем кости дружно
всем незнакомым и знакомым.
А мимо робкие соседи
пройдут, как трепетные мыши,
нам громко «здрасте» скажут дети
и буркнут взрослые чуть слышно.
Придут стада дворовых кошек,
пушистых, ласковых, красивых.
А мы обсудим всех прохожих
и по домам — набраться силы,
чайку дерябнуть, капотену
и с прибаутками и матом
стучать соседу прямо в стену
где днями воет перфоратор…
Под вечер сяду в интернете
на виртуальную страницу,
где я веду колонку «Леди»
для тех, кому слегка за тридцать,
там разрулю я все вопросы,
отсыплю ворохом советы.
Быть в жизни леди так непросто,
но выручают интернеты…
Сидят два Нептуна на дне, бороды в перловой каше*, и приторговывают:
один — волшебными зеркалами заднего вида*, другой — клизмами.
Многоточия — это тормозные следы графомана.
— А можно кресло подвинуть?
— Девушка, у вас не такие длинные ноги, как вам кажется.
Когда нам было почти по тридцать лет сладкий воздух свободы проник через приоткрытую советскую форточку. Мы читали журнал «Огонек», покупали вареные джинсы и пробовали открыть свою первую банку пива и свой первый кооператив. Мы хотели всего и сразу. Лезли на баррикады возле Белого Дома и неслись на Биржу на Чистых Прудах продавать ваучеры. Мы думали, что это и есть тот самый капитализм, при котором романтики становятся богатыми.
Но не знали тогда, что богатыми становятся только циники. А романтикам все равно при каком строе жить. Жить бедно, но весело.
Циники заработали себе денег и места на престижных московских и лондонских кладбищах. Их лица сейчас вылезают из телевизоров и из избирательных бюллютеней.
А мы так и остались романтиками. Которые до сих пор верят, что страну еще можно настроить, как можно настроить старое пианино.
Сладкий воздух свободы сменился на свалочный газ Волоколамска. Старые, потрепанные временем и деньгами циники вцепились во власть, как бультерьер вцепляется в брошенную ему палку. А романтиков начала 90-х почти не осталось. Кто-то стал циником, кто-то умер, кто-то сумел устроить там, откуда мы все тогда 30 лет назад ждали свободы и развлечений.
Но самое главное сейчас на мой взгляд — продолжать верить. Что Россия — страна возможностей, а не страна пожаров и свалок. Даже если теперь романтиков от капитализма только двое: ты да я.
Опрометчиво — считать депутатов дураками. На то, чтобы обмануть избирателя, нужен недюжинный ум.
Кто на троне сидит, тот и король.
— А можно музыку выключить? Голова болит.
— Такая молодая, незамужняя, а уже голова болит.
Вот выиграю я 100 миллионов!!! Куплю по дому себе, детям, маме, сестре… куплю машину себе, детям. маме, сестре… У мужа поедет крыша и он уйдет к молоденькой, я сойду с ума и найду себе молодого мачо. Молодая жена разорит бывшего мужа, мачо облапошит меня и мы с мужем снова будем вместе… старые и нищие. Дети на нас обидятся и сдадут в дом престарелых… Хорошо, что у меня есть машина времени… можно все изменить!!!
Вот выиграю я миллион…