Предрекая определенные шаги, Она выжидает по привычке свои ходы…
И чем больше отрицания, тем больше тех признаний, что влипла…
Факт остается фактом, кто видит грязь, значит в ней находится, либо…
Не принимает другую правду о себе, не готов примериться с другим мнением.
А если примирения нет, есть одна ревность, слежка, попытка быть между многих огней?
Многим красавицам там все известно, что когда волки бодаются, самооценка возрастает…
Пока в душе нет мира, в другом тебе делать нечего.
Ты и его разрушишь и свой не найдешь…
Любовь, то состояние, когда не навсегда, как бы пространственно, а здесь и сейчас…
Рассуждать от том, какая Она, не имея опыта, значит биться за свое забвение до конца.
А конец у всех одинаков, да и любви на всех не хватит.
Любовь придумали люди, чтобы оправдать свою распущенность…
Просто там внутри, а многое снаружи…
Страдание, как одна из основных качеств ее созерцания.
Просто многие его понимают и сравнивают с болью, что в принципе усиливает желание поскорее выздороветь…
А страх остается…
Не решай, что ты Око всего. Ты такая же одинокая с красивыми глазами…
ОЛЕГ ПАВЛОВИЧ ТАБАКОВ,
Народный артист СССР, советский и российский актёр и режиссёр
театра и кино, педагог, художественный руководитель театра «ТАБАКЕРКА»,
полный кавалер ордена «За заслуги перед отечеством».
17 августа 1935 года — 12 марта 2018 года.
Олег Табаков, наш, дышать перестал,
Пришло время, землю покинул…
Для всех поколений кумиром он стал,
Ушёл, только вовсе не сгинул!
Народный артист, педагог, режиссёр,
Всей жизнью его, была сцена,
Любимый народом, прекрасный актёр,
Дарил нам талант свой, бесценный!
А скольких актёров в судьбе воспитал,
Даря им свой опыт и мудрость,
Как жаль, что конец его жизни настал,
Запомнится всем его чуткость!
С добрейшей душой, балагур, весельчак,
Всегда мы его помнить будем,
Он всякие роли играть был мастак,
Его творчества не забудем!
Глубокий и добрый оставил он след,
В бессмертие умчался навеки,
Души не погаснет его, яркий свет,
Прекраснейшим был человеком!
Мы низко поклонимся его таланту,
Скорбят все друзья и родные…
Какого страна потеряла АТЛАНТА!
Ушёл вдаль, в миры он, иные…
Достойно прожил на Земле все года,
Был мужем, отцом, дедом, другом…
Ты, наш дорогой, будешь с нами всегда,
Пусть будет земля тебе пухом…
Бывают дни, когда дождь без остановки и дождь этот внутри тебя! Бывают ночи, когда небо и луна напрочь закрыты тучами и темнота, темнота, темнота! Знаешь, а я скучаю, скучаю все эти дни без тебя!
если есть пельмешки
и в придачу щи
думаешь с фигурой
можно в дверь пройти
Весна идёт, её дыханье слышу,
В цветастый облачается наряд.
Сползают воды талые по крыше
И в воздухе мгновение парят.
Полёт закончив, превратятся в лужу,
Из лужи заструятся ручейки…
А ночью подкрадётся злая стужа,
И, как по мановению руки,
Ручьи промёрзнут, растерявши силы.
Зима, как ненавистная Свекровь,
Собой дорогу властно заслонила,
Пытаясь охладить к теплу любовь.
-Весне конец! Я править буду вечно
С морозною улыбкой на устах.-
Но дни сменяют ночи скоротечно,
И солнце вытесняет холода.
Согрела Землю милая Невестка,
И бабочка, увидев образ свой
В хрустальном отражении подвески,
Любуется своею красотой.
Кошелёк наивный — принимает не слова, а гривны!
Я люблю пельмени,
Их делаю сама.
А щи варю погуще,
В них мясо и капуста,
А не одна вода.
Критиков не любят,
льстецов уважают,
так было, есть и будет,
и в годы глупостью неурожайные.
Как лист увядший падает на душу…
Строка Цурэна
Ни рифмы новой, ни созвучья нет…
Как параноик, мучимый кошмаром,
Выходит на арену Клоун старый,
Валяет по привычке сальный бред
И бьётся головой о пустоту,
Как лист увядший, рассыпаясь пылью.
Ему уже давно невмоготу
Примерить на себя квадрат могильный…
Мечтает Рыжий покорить Парнас,
Хотя давно устал его Пегас
И седока совсем не хочет слушать.
Подковы счастья сброшены в пути…
Удастся ли замену им найти?
Не отыскать их в океане суши…
Как лист увядший падает на душу
Попробуй рассказать самой себе
Под вальс-бостон на старенькой трубе,
В осенний дождь танцующий по лужам.
На тихую мелодию рассвета
Переложи историю свою,
И зазвучат переживанья лета
Проникновенным трепетом «люблю…»
Увядший лист — легато-арабеском —
Падёт под ноги на проспекте Невском,
Исполнив свой прощальный пируэт.
Но ты ещё надеешься на чудо,
Хотя и знаешь, что в пустом сосуде
Ни рифмы новой, ни созвучья нет.
Ещё один исторгнутый сонет
Вплетается в историю чужую.
Осенний вечер тени лессирует
И собирает прошлое в букет.
Предзимнее последнее тепло,
Согреть пытаясь, дремлет в клумбах сада.
Кленовым цветом тропки замело
Под тихий блюз ночного листопада.
Мольберт, палитра, синие цветы
Какой-то небывалой красоты…
Удары сердца глуше,
--------------------------глуше,
----------------------------------глуше…
Исписанное жизнью полотно…
Ты видишь в приоткрытое окно,
Как лист увядший падает на душу…
Инициатива заказуема
(Эпитафия)
У каждого свои приоритеты
и лишь в одном мы все близки:
покойники не ходят на банкеты
и не стирают вонючие носки.
Не только ксенофобом вообще, но даже антисемитом недостаточно быть для того, чтобы считаться порядочным человеком.
За окошком воет вьюга.
Снег без устали метёт.
Лижет шёрстку от испуга,
На полатях рыжий кот.
А на прялке пух, как шапка —
Он с метелью заодно.
Вьётся белая охапка
Ниткой на веретено.
Спит ребёнок в колыбели,
Ножки, ручки разметал.
Ставни робко проскрипели —
Ангел в люльке подрастал.
С фитилька огонь взлетает —
Дым клубится на глазах.
Дух святой в избе витает —
Красный угол в образах.