Жора Маркин вышел на первомайскую демонстрацию с плакатом на котором был изображен нарисованный красным фламастером знак вопроса. И больше нечего. Жору тут же окружили неприметные люди в штатском.
— И что вы тут всем хотите этим сказать, — поинтересовался один из них у Жоры.
— Ничего не хочу говорить. А это просто вопросительный знак.
— А почему тогда не восклицательный?
— А что восклицательный можно? Я сейчас исправлю.
— Подождите, надо посоветоваться с начальством.
— Первый. первый, я шестой. Тут один тип стоит с вопросительным знаком. Как, ну и что? Значит он сомневается в наших успехах и достижениях. Не верит, что наши Искандеры попадут по цели… Кто дурак? Есть, товарищ майор.
И обращаясь к Жоре немного растерянный человек в штатском сказал: Вам разрешили стоять здесь с вашим плакатом. На что Жора ответил:
— А я уже все исправил.
И показал плаката на котором вопросительный знак был зачеркнут и рядом был изображен восклицательный.
Человек в штатском глубоко вздохнул и снова принялся кричать в рацию:
— Первый, первый, я шестой. Тут этот тип теперь восклицательный знак нарисовал. Как, ну и что? А вдруг он радуется, что американцы разбили наших наемников в Сирии? Как там нет наших? Кто снова дурак, я не раслышал, товарищ майор!
— По мнению товарища майора, дурак — это вы, — подсказал ему Жора. — Причем дважды. — А я все-таи мехмат закончил. И Жора на плакате своим красным фломастером написал XYZ.
Человек в штатском тут же закричал в рацию:
— Первый, первый, он еще и матное слово из трех букв изобразил с ошибками. Есть арестовать за нарушение общественного порядка!
И обращаясь к Жоре человек в штатском сказал:
— Ну ты перешел все границы. Даже товарищ майор в шоке. Написал бы «Мир, Труд, Май» и шел бы себе спокойно. А тут на тебе — выпендрился.
И приунывшего Жору повели в подъехавший автозак. А человек в штатском поднял с земли красный фломастер и, исправив видимую только ему ошибку на плакате, удовлетворенно хмыкнул:
— Грамотеи, блин.
Чтобы узнать, твой ли это спутник по жизни — побудь с ним вначале на одном плоту.
У человека, не умеющего врать, политического будущего никогда не будет.
Счастье — это тогда, когда всё как должно быть и всё как надо совпадают.
В маске доброты
Вы скоро сами пристраститесь к благу.
Повторность изменяет лик вещей.
В противность злым привычкам добрый навык
Смиряет или гонит прочь чертей.
Я не жду поездов. не ищу самолеты.
И живу, как всегда: то дела. то заботы.
Я рассветы встречаю. любуюсь закатом.
День за днем пролетает, как жизнь, без возврата…
Как же вишни цветут! хороши, будто в песне.
Ароматом дурманять в белых платьях невест…
И поет вновь Арбенина — правду сказать —
«Быть одной хорошо мне. есть воздух летать…»
* * *
Я многое тащила на горбу:
Мешки с картошкой, бревна и вязанки,
Детей, калек, чугунную трубу —
И я лишилась царственной осанки.
Но так судьба проехалась по мне,
Так пронеслись руины Карфагена,
Что распрямился дух, и я вполне
Стройна и даже слишком несогбенна.
Нет, я в виду имею не поклон —
Поклоны я отвешиваю в тоннах!
Но есть какой-то несогбенный стон
И радость, не согбенная в поклонах, —
Я говорю о том, что обрелось
Помимо воли и ценою плоти,
Прошло свою действительность насквозь
И отразилось в зеркале напротив.
Наконец-то стало понятно: Сирию мы бомбили для того, чтобы повысить пенсионный возраст.
я готова спиной к спине,
против целого мира встать…
я готова к смертельной борьбе,
если будешь ты воевать…
для тебя я стану щитом,
и оружием против врагов…
полетишь — я буду крылом,
и ключом от тяжких оков…
я в пустыне буду водой,
и готова за тебя умирать…
только вот за тебя с тобой,
не готова я воевать…
ZaБava
Туман рассеется с восходом,
а солнца луч разгонит тьму,
закружат мысли хороводом —
всё станет ясно по утру.
Не могу! Не хочу! Не смирился!
И в душе все границы сотру!
Я в Советском союзе родился!
Я в Советском союзе умру!
Больше всего в Трампе мне нравится Меланья.
Алопеция болезнь не смертельная, однако эффективная.
Иногда чем дольше ждешь, тем больше сомневаешься.
В себе.
О небо серое прости
Затем ты тучи отпусти
И первым лучиком прорвись
Работа доля, подождет
Вперед на праздник
Труба зовет !
И хочется мне надеть;
Мою скорей корону
И стать прелестною Матронной !