Бумеранг возвращается только если ты не попал.
Черпайте силы в озере НАДЕЖДЫ,
и в ВЕРУ одевайтесь, как в одежду,
Любовь храните, как зеницу ока
и никогда не быть вам одинокими…
Нет формы, нет и содержания!
off
Там, где Небо Седьмое,
Господь принимал валерьянку.
Слезы капали в чашку, Светило
катилось за край.
Где-то сыто давились омаром,
Где-то — криком в пылающем танке…
Те елейно вели «Аллилуя»,
а те — обреченно! — «Стреляй!»
Кто-то кушал медок,
кто-то кровью взахлеб умывался…
Вновь летело в толпу
серебришко извечных Голгоф…
…и Господь в темноте
бормотал: — Наигра… Наигрался…
и нащупывал нервно ту кнопку,
что с надписью — «Оff»
Завелась у Петра Степаныча любовница. Ну как завелась, ему пришлось сильно постараться, чтобы ее завести. Сейчас любовницы такие пошли, что им Степанычи даром не нужны, нужны только не задаром. Они тогда как те блохи сами прыгают по несколько штук. Вышел ты на прогулочку в кафетерий, а обратно уже кучкуются на тебе, гнезда вьют.
Так вот Петр не из таких был, а из романтичных. Жена его, конечно, так бы не сказала, но это дело семейное, ихняя романтика как насморк исчезла в один день.
Хорошо, что любовница получилась летняя, он ей забесплатно ромашки таскал и закат дарил, иногда смсками, особенно ежели много дел на тёщиной даче было. Картошку окучит и как раз пора дарить. Сидит руки грязные, в мозолях от тяпки, а всё тычет письмо зазнобе в телефон. Иногда гулять ходили, машина, говорит, в ремонте.
Случилась дальше осень. Любовница молвит: «Петруша, холод наступает, по утрам уже лужицы студеные, шубку мне надо, иначе не добегу до свидания, замерзну. Машина твоя всё в ремонте, а в автобусе мне воняет, не могу без шубки совсем». Тут-то Петруша всё и понял. Не любит он эту гадину-разлучницу. Жену свою родимую любит. Понял это и перечеркнул дело гадкое да постыдное одним махом.
История эта поучительная, добрым молодцам научительная. Полюбовницы они все от лукавого.
Ядерной войны никогда не будет, так как нажать ядерную кнопку весьма не просто. Но страх ядерного катаклизма педалировать будут вечно.
Закрыв уши от голоса сердца не избавишься.
Когда последние есть недописанные главы, тогда по-разному, бывает, понимаем мы конец.
Мозги тебе выносят, значит помогают…
Мне нравится, когда ты подходишь ко мне и раздеваешься. Мне нравится, что в глубине твоих зрачков не осталось ни тени стыда, только жадный азарт, похоть и мое отражение. Мне нравится глубокий вздох, с которым ты проводишь по собственной груди, задевая нахохлившийся сугроб соска. Мне нравится поверхностность проживаемых чувств при глубине страстей. А еще мне нравится смотреть, как сквозь легкую эротику мгновения проявляется человек. Ведь он неизбежно проявляется. Самоцельностью характера, мышления, настроений, эмоций и фантазий. Мне нравится, как сквозь тебя проявляешься ты. Словно бы сняв одежду и обнажив тело, в следующую секунду ты уже снимаешь тело, обнажая сущность. Беспрерывный стриптиз, бесконечный, безграничный. Мне нравится наблюдать твои метаморфозы. А тебе нравится, когда я смотрю на них. Тебя это возбуждает. Пожалуй, мы с тобой знаем, как нам проводить наши вечера.
Зло ненасытно, поэтому требует постоянных жертв.
А проще отвечать: — «Да потому, что потому…»
Одиночества хватит на всех.
Ребёнок был заброшен: родители нянчились с домработницей.
Желтый лист отдав все силы древу, счастливо срывается в полет. Это назиданье человеку, тот кто БЫЛ, тот ТАК ЖЕ и уйдет.