Чувство юмора отличается степенью брезгливости.
Сильные духом сильнее физически сильных людей.)
Адам и Ева точно виноваты.
Но был ли справедливым приговор?
Суд проходил, увы, без адвоката,
а Бог был там Судья и Прокурор…
Тьма спектральна, как и свет,
только светлого в ней нет.
Лишь одни полутона.
Глянешь в душу — тьма видна…
Ох, как сильно и не вовремя завелась у Коки семья дрозофилов. Проездным на каком-то гнилом фрукте въехали за какие-то сутки основали своё государство, правила и законы.
По этим законам никакого Петра Степаныча в их квартире было не предусмотрено. А Пётр Степаныч человек старой закалки, если ему свидание в гостях назначено, то оно непременно должно состояться. Он у жены раз в месяц отгул берёт на гараж, сам к Коке свой невечный двигатель подкатывает.
Любовь у них такая чистая, что по мотелям её марать не хочется, вот и голубятся у Коки.
Кока вроде начала кидаться мух накануне гостя ловить, но они же как звери дикие, из рук вырываются, от испуга сразу новых двух рожают. Плюнула, у Петра Степаныча зрение без очков не ахти, авось пронесёт.
Сорочку соблазнительную нацепила, тарелку с фруктами на стол поставила (это он у жены пусть котлеты жрёт, а тут романтика и лёгкость нужна).
Расчёт по началу оправдался, он очки скинул вместе с трусами и дикого полёта над уровнем его любви не заметил.
Сел потом, значится, обсыхать и давай фрукты романтические жрать. «А что это у вас, Кока, по квартире мошкарель так порхает?»
Заплакала горько Кока и говорит: «В сказку ты, Петенька, попал. Принцесса я мошкарелевская. Любовь моя меня к тебя в девицу красную превратила, а сейчас родители узнали и прислали войско за мной страшное, не отдашь меня взад, и тебя убьют и меня. Есть одно только спасение: в квартирку меня новую спрятать, там, думаю, не найдут».
Испугался Пётр страшно, за себя в первую очередь, но и за любовь. Сказал, что обязательно что-нибудь сейчас придумает, чтобы спасти, но вот непременно дела и бежать надо. Так и пропал.
«Видать, сожранная с абрикосом мошкарель его таки изнутри и сгубила», — смеялась потом Кока Кике.
Жить!
Никогда не унывая,
догматов зла не признавая,
душою с Богом пребывая —
ну чем, скажите мне не Рай?
Жить?
Под пятою злого рока,
и предъявлять судьбе упрёки,
и дожидаться смерти срока —
ну чем, скажите мне, не Ад?
Прогулки мужа, жены с детьми в общественных местах — пропаганда традиционных семейных ценностей.
Тот, кто сказал, шо у Бога нет чувства юмора, никогда не смотрел на себя в зеркале.
Проверка на любовь!
Влюбленные во ржи, их секс сплотил!
Конечно же разминка перед свадьбой,
Пока хозяин поля, из усадьбы,
С командой «фас!» — овчарок не спустил…
Жених летел в чем мамка родила,
Невесте на ходу подставив ножку,
Чтоб псы уже питались понемножку,
Пока он не запрыгнет в кадиллак…
Опасаюсь я, что подыгрывая миру, я сотру смычок, и люди не услышат больше стоны моей арфы.
В слове «лучшее» корень слова «луч», значит светлее.)
Нас много пессимистов, какие не верят в грядущие катаклизмы.
Они согласны и на кнут, чтобы только другим не достался пряник.
Есть женщины, в которых чувствуется порода. Такие оставляют след в судьбах тех, с кем их столкнула жизнь. У них особенный взгляд, в котором можно потеряться, утонуть, который влечёт как бездна. Их душа огромная, как безбрежный океан. И кажется, что не имеет дна. Они очень избирательны и целеустремленные. Сильные натуры. Не лишены слабости, но запирают её на сто замков подальше от чужих глаз. Они знают как поднять тебя с колен одной улыбкой, но умеют и безжалостно топить одним дыханием. И всё, что их окружает, что бы они не делали отличается вкусом, утончённостью, без лишней напыщенности, и даже простота каких-то вещей у них возвышенная. Порода во всём, от пальцев до кончиков волос, даже в голосе, который способен поднять цунами мурашек мягким шёпотом или заливным смехом. Тебе всегда будет не хватать её присутствия, потому что одна мысль о такой женщине будоражит сознание. Она ангел и дьявол во плоти. Она благодать и проклятие. Она яд и противоядие в одном флаконе.
Подумаешь среди недели —
Без предпосылок, невпопад
О том, что вдруг на самом деле
Есть после смерти рай и ад?
Начнешь высматривать старушку,
(Скамейки, лавочки — не в счёт),
Припомнишь Пушкина и кружку,
И Достоевского ещё.
И не сказать, что будет страшно
С такими мыслями идти…
Но почему-то станет важно
Старушек всех перевести.