Ушёл. Мне некому теперь писать стихи.
Так пусть сгорят в веках, сгниют во мгле!
Листами можно все камины растопить,
Какие существуют на земле.

Он всё равно менял в них, что хотел:
И смысл фраз, и отношение к жизни.
Его гордыня к рифмам - не предел;
Слова любви он не желал в них слышать.

Но я живу, пока внимаю образ
Того, кого придумала сама.
Я помню всё: глаза, походку, голос.
Я помню тон прощального письма.