Я очень культурная и заботливая… Не верите?! Ну и идите на хрен… И шапку оденьте, холодно на улице.
Власть даруется народом, как потом оказывается, в чужие руки.
Если закуска на столе о вкусах никогда не спорят.
У Лены свой, особенный метод вождения. Всякий раз, когда она подъезжает к нерегулируемому перекрестку, она говорит страшное заклинание - «Чур я на главной!» и едет.
Сосед человеку даден, чтоб сердце ему тяжелить, разум мутить, нрав распалять. От него, от соседа, будто исходит что, беспокой тяжелый али тревожность. Иной раз вступит дума: вот зачем он, сосед, такой, а не другой? Чего он?.. Глядишь на него: вот он вышел на крыльцо. Зевает. В небо смотрит. Сплюнул. Опять в небо смотрит.
И думаешь: чего смотрит-то? Чего он там не видел? Стоит-стоит, а чего стоит - и сам не знает. Крикнешь:
- Эй!
- Чего?..
- А ничего! Вот чего. Расчевокался, чевокалка… Чего расчевокался-то?..
- А тебе чего?
- А ничего!
- Ну и молчи!
- Сам молчи, а то щас как дам!
Ну и подерешься другой раз, когда и до смерти, а то просто руки-ноги поломаешь, глаз там выбьешь, другое что. Сосед потому что.
Ну что теперь - не повезло…
Так даже интересней!
Вези сама судьбе назло.
Давай, вперед - и с песней!
Из утреннего плана лечь на пол и прокачать косые мышцы и пресс получилось только лечь на пол. Ну ничего, маленькие победы - это тоже победы.
Как быть, если это нестраховой случай
ИЗ НОВОСТЕЙ: «Челябинская полиция накрыла цех по производству фальшивой туалетной бумаги».
Наконец-то. Город может спать спокойно. И как на них вышли? Была ли контрольная закупка по жалобам потребителя. Никогда такого не было. А вот опять. Покусились на самое дорогое. Ну и время! Даже туалетной бумаге нельзя доверять. Ничего святого. А самое страшное, что пострадавшие не подходят под страховой случай. Пора выращивать лопух на балконе.
Но ведь голограмма, акцизная марка и сертификат позволяют отличить подделку от легального продукта. Пора вводить ЕГАИС на бумагу или водяные знаки на настоящую наносить.
Граждане, будьте бдительны. Проверяйте бумагу, не отходя от кассы!!!
Новые презервативы с запахом жженой резины. Купите и почувствуйте себя мачо.
Приходит хохол, пьяный в хату… долбит кулаком в дверь …
- Жинка открой ,. это я Петро
Выходит соседка метра полтора в обхвате…
Ты шо Петро опять хаты попутал…
Да нее… со своей курвой развёлся к тебе жить пришёл…
- Помнишь в первом классе целовались
К тридцати годам в анамнезе у Ивановой значился пылкий роман с Юрием, нудная повесть с Константином и три коротких, соперничающих по своей бессмысленности рассказа со Станиславом, Максом и Митенькой.
Ах да, ещё Сидоров, ну, это вообще заметка в стенгазету.
Перечитывать не тянуло.
Иванова подумала, не судьба так не судьба, вздохнула и решила уйти из литературы.
Записалась на курсы вязания и отправилась в приют за верным другом.
Не знаете, какую? спросили в приюте, походите, присмотритесь, сразу поймёте, ваша собака или нет.
Иванова обошла все клетки и вольеры.
Сердце ни разу не ёкнуло.
Никого больше нету? а за ящиком кто?
Это наша Люся, да вы её всё равно не возьмёте, Люся! иди сюда! не бойся!
Из-за ящика высунулась Люся, серо-бурой масти, в чёрных пятнах, горбатая какая-то, со зверской мордой, жуть ходячая, а не собака, глянула на Иванову и, за неимением хвоста, приветливо завиляла задом.
Люся добрая, но сами ж видите, её уже брали, через два дня вернули, сказали, на улицу стыдно выйти, никому ты, Люсечка, не нужна, несчастливица ты наша.
Как и я, как и я, подумала Иванова и сказала, пошли, Люся, мы с тобой споёмся, платить что-нибудь надо?
Соседка аж взвизгнула, ой! это кто? из приюта? там что, человеческих собак не было?!
Мальчик из квартиры этажом выше спросил, тётя Даша, а она хохочет? я кино смотрел, они ночью хохочут! мама! давай тоже гиену заведём!
Жизнь упорядочилась.
Утром Иванова выводила Люсю, потом на работу, вечером гуляли подолгу.
В приюте не обманули - страшная Люся оказалась на диво ласковой и воспитанной особой.
Правда, чужих не жаловала, рычала, защищала Иванову от возможных посягательств.
Взалкавшему реанимации отношений Сидорову порвала штаны и чуть не прокусила ногу.
Дура ты, Иванова, крикнул покусанный Сидоров, и собака у тебя дура, обе бешеные!
На курсах вязания преподавательница сказала, вы многому научились, пора показать ваши умения, через месяц жду готовую вещь, что угодно, выбирайте сами, у кого со временем туго, можете связать платьице для куклы, на последнем занятии мы все вместе оценим ваши работы, ну и для кого вяжете, тот пусть и продемонстрирует.
Сперва Иванова хотела осчастливить себя, но дело не заладилось, на выходе уродство какое-то.
И тогда Иванова решила связать пуловерчик Люсе.
Осень на носу, холодает.
Ну что ж, сказала преподавательница, стараясь не глядеть на Люсю, вижу, вы старались.
Люся в розовом стала звездой микрорайона, люди останавливались и долго смотрели вслед, одна старушка даже перекрестилась.
Иванова не заморачивалась, пусть глазеют, зато Люся не мерзнёт.
И связала Люсе фиалковый свитерок.
На смену.
Как-то вечером отправилась за кормом, Люсю привязала у входа.
Купила, вышла и обнаружила мужика, с интересом разглядывающего Люсю.
Простите за любопытство, это порода такая? спросил мужик.
Это собака такая! кому не нравится, пусть не смотрит! рявкнула Иванова, вам всем лишь бы внешность, а на душу - что у человека, что у собаки - вам наплевать!
Вам ли на внешность жаловаться, сказал мужик, а собачка мне как раз нравится, ну что, собачка, подружимся?
И протянул руку, чтобы погладить Люсю.
Осторожней! укусит! она чужих не любит! крикнула Иванова.
А Люся, вместо отгрызания руки, ткнулась башкой в ладонь и заурчала.
Хорошая собачка, хорошая, сказал мужик, ну что, осталось с хозяйкой подружиться.
Никуда литература от Ивановой не делась.
Пятый год пошёл.
Пятый том дописывают.
Лучше спирта нет лекарства в нашем царстве - государстве.
Да и тот теперь палёный от китайцев привезённый.
Люди, «держащие» себя в руках, легки в общении, потому как не «грузят» собой других.
Ради пустой писанины - не протирайте зря штанины.
Между тем, что было и тем, что будет - надо что-то делать.