Рассеянно пошатываясь, вечерком продвигаюсь по комнате в слабом свете лампы с кружкой чая в руках. В результате очередного неловкого вихляния натыкаюсь лбом на дверной косяк, хватаюсь за него, поднимаю взгляд…
Оно. Сидит. Вот прямо тут, под носом. С длинным воплем бешеного горного козла отскакиваю, даже в полутьме четко разглядев внушительный размах восьми нервных, длинных лап. Из кухни уже мчится мамка, я тем временем отползаю всё дальше, жалея, что до освоения навыка телепортации на другой край света мне как слизню до Луны. Боевой маман, обнаружив угрозу, резво хватает тапок, идет на сближение.
И тут понеслось. Точнее, меня понесло, мда. «Aй, не убивай! Ой, я его выпущу!»: продрыхся гуманист, пацифист, гринписовец и суеверная тряпка в одном флаконе. Вот всегда же боялась до трясучки, задурили мне голову эти арахнофобские тренинги с ютуба «не сагришь - не укусит, и, вообще, „пауцки“ - няшки», не иначе. На крыльях тупого долбоебгероизма перед сном втискиваюсь в промежуток между габаритной мамкой и дверным косяком, накрываю посидельца ловко обрезанной верхушкой пластикового пятилитрового бутыля, пищу: «окно. нараспашку.». Так, несу к заветному отверстию, он у меня уже психопатично гоняет туда - сюда, вверх - вниз, прикрытый картонкой, а я понемногу фигею, узрев поближе совсем не одного из местных завсегдатаев - паука-волка: шустрого, волосатого, но неагрессивного и слабоядовитого маленького маньяка, а нечто позабористей, с больно уж жирными ногощупальцами и размером явно больше пятирублевой монетки. Эхь, поздно. Выбрасываю жутика в его эвакуационной капсуле за окно (первый этаж, лети, бэйба).
Но, все же, who is who, паучишко? Метнулись пытать дядю Гугла. По дисплею пробежала судорожная дрожь отвращения к запросу, и, помедлив, он торжественно выдал второго такого же пришельца из неизвестности под интригующим названием «паук-отшельник» с крайне устрашающей для человеческого здоровья характеристикой. Всё, паника, «А-a, давить надо было» от мамки и битье головой об стену из-за упущенных возможностей.
Либо это-таки была Тегенария, бродяга, или, блин, какой-нибудь волк-мутантик, укус которых вполне можно пережить, а я - кривоглазый паникер… Или hasta la vista, соседушки…
лирическая басня
Был день, как уличный фонарь:
тоска бывает невесома,
как будто призрачный звонарь
всю душу тянет до излома…
Не так!
День был в привычном амплуа:
в широкополой серой шляпке,
под тонкой кистью Бенуа,
меняя лица, как перчатки…
Не так!
День был заварен, словно чай
в уютной и любимой кружке,
и растворялась в нем печаль,
пар превращая в завитушки…
Не так!
Был день… он таял без следа…
сквозь тучи свет благословенья…
___________
Зависит счастье, господа,
от точки зренья.
- Ну что, опять?
- Да не опять, а снова!
Устала бесконечно повторять,
На грабли, с точки зрения больного,
Порой вполне логично наступать.
Что нам делить?
От нас забор под током
Вас отделяет. Встречи ни к чему.
Тут можно быть
И богом, и пророком,
И расписать себя под хохлому
Зеленым с красным.
Доктор одобряет,
Лишь только б не увечили себя.
Сегодня праздник
В духе первомая
С символикой победы октября.
Засим пойду.
Пора принять таблетки,
Потом «Спокойной ночи, малыши».
Как на беду,
Займут все табуретки,
А стоя - в лом смотреть.
Пока! Пиши.
На всякого мудреца простоты не напасёшься.
Не было чтобы проблем огромных
Дальше по жизни без причины
Генетики! Сделайте женщинам пробник
Мужчины!
Однажды во время дальнего автопутешествия мы с приятелем остановились перекусить в придорожном кафе. Приятель заказал хот-дог. Я воздержался, хотя страшно проголодался. В рейтинге Мишлена это кафе получило бы минус три звезды, и я опасался, что хот-доги тут понимают буквально и подают разогретых собак.
«Как ты можешь это есть, - пошутил я, - зоозащитников не боишься?»
«Мистера Эндорфина на тебя нет», - ответил приятель.
«Кого - кого?» - переспросил я.
Так я узнал про Мистера Эндорфина.
Приятелю готовили его хот-дог, а он рассказывал. Хот-дог готовили довольно долго, видимо, сначала им все-таки пришлось ловить собаку.
«У меня на первой работе был мужичок. Бухгалтер. Ну, такой, как сказать, в розыск его не объявишь - без особых примет. Моль средних лет. Когда я его впервые увидел, подумал, фу, какой плоский, неинтересный дядька. Пока однажды не услышал его тихий комариный смех. Он сидел перед своим монитором и хихикал. Я проходил мимо и из любопытства заглянул в экран. А там какой-то бухгалтерский отчёт в экселе. И он над ним ржёт. А ты не прост, чувак, сказал я себе тогда. И ещё прикинул, а может, уже пора из той конторы валить, раз бухгалтер хохочет над финансовыми документами.
Короче, персонаж оказался, что надо. У него всегда все было превосходно. Это его фишка. Понимаешь? Всегда. И все. Даже осенью. Когда любому порядочному человеку хочется, чтобы дворник закопал его поглубже в листву. «Превосходно». Не «нормально». Не «хорошо». И даже не «отлично». Именно - «превосходно».
Погода у него - только прекрасная. Иду как-то раз на работу, дождь как из ведра, ветер, зонтик надо мной сложился, отбиваюсь спицами от капель, настроение паршивое. Вижу, перед входом в контору стоит этот перец по колено в воде, смотрит себе под ноги. Сливные стоки забились, вода хлещет по мостовой ручьями по его ботинкам. Гляди, кричит он мне, как будто горная река, и лыбится.
Машина у него - самая лучшая. Однажды он меня подвозил. Едем на его перпетум мобиле. С виду вроде «копейка», но зад подозрительно напоминает Москвич-412. Франкенштейн какой-то. Послушай, как двигатель работает, говорит он мне. Песня, да? Я послушал. Если и песня, то этакий Стас Михайлов в старости - кашель и спорадические попукиванья. А он не унимается: и ведь не скажешь, что девочке тридцать лет. Узнав про возраст девочки, я попросил остановить, так как мне отсюда до дома рукой подать. Вышел на каком-то пустыре и потом час брёл пешком до ближайшего метро.
Курорты у него - все как на подбор невероятные. Я как-то поехал по его наводке в Турцию. Он мне полдня ворковал про лучший отдых в жизни, про космический отель, про вкуснейший шведский стол. У него даже слюна из уголка рта стекала. Я и купился. Из самолета нас выкинули чуть ли не с парашютом над какой-то долиной смерти. Посреди лунного пейзажа - три колючки и один отель (так что про космический - не обманул). До моря можно добраться только в мечтах, отель в кукуево. Шведский стол - для рабочих и крестьян: сосиски, макароны и таз кетчупа. Я взял у них книгу отзывов. Там после десятка надписей на русском про «горите в аду» и «по возвращении на Родину передам ваши координаты ракетным войскам», выделялась одна, размашистая, на пол-страницы: «ВОСТОРГ!!!» Не с одним, не с двумя, а именно с тремя восклицательными знаками, и всеми большими буквами. И знакомое имя в подписи.
У нас в то время вокруг офиса приличных заведений не было. Приходилось испытывать судьбу в общепите. Я всегда брал его с собой на обед. Какой потрясающий суп, как крупно порезали морковь, сколько отборной картошки, а приправа, приправа, причитал он в гастрономическом полуобмороке, над тарелкой с пойлом из половой тряпки. Ну, что же это за беляш, это же чудо, а не беляш, нежнейшая телятина (каждый раз в ответ на это нежнейшая телятина внутри удивленно мяукала), тесто воздушное, сок, сок ручьями, и так далее. Послушаешь его, послушаешь, и глядь - и суп вроде уже мылом не отдаёт, и беляш провалился и не расцарапал когтями пищевод. А, главное, после обедов с ним я ни разу не отравился - видимо, организм в его присутствии выделял какие-то защитные вещества.
И это была не маска, вот что интересно. Сто процентов - не маска. Все естественно и органично. Его вштыривало от жизни, как годовалого ребёнка. Возможно, в детстве он упал в чан со слезами восторга, наплаканный поклонницами Валерия Ободзинского, как Астерикс - в котёл с волшебным зельем.
Мы в конторе прозвали его «Мистер Эндорфин». В курилке часто можно было услышать: чего-то сегодня хреново, пойду с Эндорфином поговорю. Мистер Эндорфин сверкал лысиной, как маяк.
Знаешь, что самое забавное? У него и семейка такая же, под вечным феназепамом. Он как-то раз пригласил меня в гости. Я впопыхах купил какой-то неприлично дешевый торт, вафельный, ну, с таким ещё первоклашки на свидание к девочкам ходят. Мы сели за стол, с ним, его женой и сыном, разрезали этот деревянный торт, затупив два ножа и погнув один, разложили по тарелкам и понеслась. Какое потрясающее чудо, застонал ребёнок. Какое чудесное потрясение, подхватила жена. Вот суки, издеваются, подумал я. А потом пригляделся: нет, у людей натуральный экстаз. При прощании чуть ли руки мне не целовали, все трое".
В этом месте приятелю принесли хот-дог, и он закончил рассказ.
«Вот ты спросил, как я это буду есть, - сказал он, - очень просто: включу Мистера Эндорфина».
Приятель взял хот-дог, поднёс его ко рту и зашептал:
«Какая румяная сосиска, с пылу с жару, с пряностями. О, да тут не только кетчуп, из отборнейших томатов, да ещё и горчица, пикантная, сладковатая. Пышная, свежайшая булочка…»
«Девушка! - крикнул я через все кафе хозяйке заведения, - можно мне тоже хот-дог!»
Кукушка определенно чего-то недоговаривает
О дураках немало фраз здесь сложено,
но я добавлю к ним ещё одну -
смеяться сильно, вроде, не положено,
но не смешите пятку вы мою.
Я давно себе зеркало хочу. Мужское. У большинства мужчин оно есть. Они смотрят в него - и красавцы. Всегда и всю жизнь. И умные. Постоянно! И любят их за их красоту и ум. Бескорыстно. Да! Всегда! И даже с разницей в 40 лет, тоже. Да, а если что не так - так это бабы виноваты. Страшные, старые, меркантильные дуры. А мужики - то - всегда молодцы. Придут и расскажут, если что, в чем у баб проблемы. Сразу! И к незнакомым придут, и тут же объяснят, потому что умные и красивые. И добрые. Во! Чуть не забыла.
Не иначе, зеркало у них такое. Или таблетки. Или акушерка в роддоме уронила и так вот просто повезло? Не, скорее всего, зеркало. Таблетки кончаются, акушерки столько народу просто не в силах одинаково уронить, а тут - с утра в зеркало посмотрел - и красавец, и умница. Страшно полезная вещь. Надо взять. Две штуки.
На всю голову ума не хватает.
Вынула телефон. Посмотрела время. Убрала телефон. Сколько же время?
Пенсионер - виртуоз доживания.
Мэр Собянин заявил, что в 2018 году зарплата врача составит 120 тыс. рублей в месяц. Только фамилию врача он, почему-то не назвал.
Помните, как мы сидели на уроках по биологии, изучая собаку Павлова? Долго смеялись, какая тупая у него собака. А потом - звонок и мы шли в столовую.
Женская логика:
- Я с тобой согласна, но при условии, что всё будет… по моему.