Лишь в отражении глаз
Увидеть можно свет
И лишь движеньем губ
Ты навсегда изменишь меня
И пусть не слышно фраз
Одно движенье губ
И я с тобой навсегда
Пью море из твоих рук
Смотрю в твои глаза,
А в отраженье, лето
Мы уезжаем в закат
Держусь одной рукой,
Другой держусь за небо
Плевать, что о нас говорят
Ты свет июльских звезд в январе
Ты та, кто изменит меня
Ты всё, что я люблю на Земле
Всё, что было или не было
Не открывая глаз
Услышу, как уйдешь
Твой нежный поцелуй
Был сладким и остался со мной
И пусть не слышно фраз
Не слышно сердца стук
Одно движенье рук
И я без слов иду за тобой
Случайность встреч, случайность разговоров,
Случайность тем, бессмысленность которых
Не тронет сердце, не заденет душу…
Слова пустые, кто их будет слушать?
Сквозь пустословие пробиться мысли трудно.
Мысль стоящая и рождается подспудно,
В покое, чтоб созреть и смысл приобрести.
Иначе для неё один лишь вариант пути —
Слова на ветер сотрясают воздух,
На что ещё они пригодны?
Бессмысленность речей не проникает в душу,
Напрасно время тратить, эти речи слушать.
Пустая болтовня серьёзно утомляет,
И собеседников таких никто не привечает.:)))
Позови меня в отрочество,
В моих предков домик…
Дай ощутить не одиночество,
Туда где заплёл виноград
Счастливого детства дворик.
Где по крыше то дождь, то град…
А на крылечке веник
И от окон добрый взгляд…
Дом на морском берегу
Я от взрослой жизни
В него убегу
Я знаю, что выправят родные стены,
Моей жизни с тобой крены…
Вера всегда с тобой,
но Вера такая баба,
что не бросается в бой
с дубом или с баобабом.
…если пуля рикошетит от виска
и на «дуру» откликаться не спешит,
если вера не уходит с молотка,
зацепившись за крыло моей души,
значит я на этом свете поживу,
полюбуюсь на закаты и зарю,
не во сне к тебе приду, а наяву,
доласкаю, доцелую, долюблю.
мы начнем все с чисто белого листа
вопреки, наперекор и несмотря…
я спою тебе, как раньше никогда
никому не пел… выходит, что не зря.
пусть судьба еще немного подождет,
обещаю рассчитаться за долги,
заплачу за каждый выделенный год
несмотря, наперекор и вопреки.
оплачу свой счет и сброшу со счетов…
черта с два враги дождутся эпилог,
поживу еще наотмашь без оков,
отмотаю небом выставленный срок…
…я еще на этом свете поживу,
полюбуюсь на закаты и зарю,
не во сне к тебе приду, а наяву,
доласкаю, доцелую, долюблю…
Стена в тенях. Дыханье реже.
Я с тишиною. Тет-а-тет.
Луна в анфас. Актёры те же.
Всё как всегда. Гасите свет.
Прости. За ночь в плену абстракций.
Свисает вниз созвездий гроздь.
Любовь.
Не трудно догадаться.
Ладони — к сердцу. Крылья — врозь.
Не по земным. Не по законам.
Но чей-то мир — наискосок.
Кто — неизвестный. Кто — искомый.
Кто удержал. Кто не сберёг.
Любя цвели. И умирали.
Не мы такие. Мир таков.
«Она и он» — простой сценарий,
Но сколько судеб и стихов.
Под рябью северных сияний,
Над толщей каменных слоёв
И всё во власти наших знаний,
Но только… Только… Не любовь.
Окно открыто. Грани стёрты.
Широких улиц ровен пульс.
Июньский вздох. Движенье шторки.
Не разлюбив — не оглянусь.
Copyright: Илья Махов, 2011
Свидетельство о публикации 111060301158
Я не умею играть на рояле,
Очень хотелось, но не сложилось.
Пальцы по клавишам даже стучали,
Но научиться не получилось.
Вроде и слух был и даже желание,
Только усидчивости не густо.
Вообщем оставил ее без внимания.
Перебороло другое искусство.
С первой влюбленностью, внутренне где то
Стал рифмовать на листке вечерами.
И потихоньку стал вроде поэта,
Милой в любви признавался стихами.
С возрастом больше стихов для любимой.
Снова усидчивости не хватило.
Мог бы книжонку издать, только мимо
Лодкой издательство это проплыло.
Только во сне, но вы это не знали,
Как-то пропала моя не умелость.
Я так прекрасно играл на рояле,
Что просыпаться совсем не хотелось.
Мы — статисты жизненной массовки —
Незаметны. Тут уж извините.
И про нас напомнят лишь в концовке
Титрами финальными в граните.
Мы всегда бежим на заднем плане,
Шляпы и усы подклеив скотчем,
Или чайной ложечкой в стакане
За соседним столиком грохочем.
Так гремите ж так стаканом, чтобы
Режиссеру захотелось лично,
Смахивая слёзы возле гроба,
Крикнуть: «Это было феерично!»
По утрам меня наполовину меньше стало.
И будто в два раза больше стала в ногах кровать.
Теперь я сам с себя стаскиваю одеяло,
И уже в одиночестве отправляюсь гулять.
Всё так же километры наматывают ноги,
Вот только не знает, куда пристроиться, рука
На этой изученной за много лет дороге,
Не ощущая привычной тяжести поводка,
И машинально ломает пополам сосиску,
Привычно думая, что всё равно ведь прискачет,
Чтоб носом гонять по кухне любимую миску,
И после по коридору прокушенный мячик.
А по ночам я вспоминаю смешные уши,
Глажу ладонью воздух, надеясь услышать лай,
И верю в то, что преданные собачьи души,
Покидая хозяев, всегда попадают в рай.
Как часто в пламени свечи
Хотят увидеть солнце люди.
Потом хоть плачь, хоть хохочи —
Никто тебя жалеть не будет.
Но боль прошла, забыт урок,
Зажегся свет, и вновь беспечно
Летит на пламя мотылек.
Жизнь коротка, а глупость — вечна.
Налью себе в бокал шампанского и выпью «За любовь».
Ведь где-то все же эта сволочь ходит…
И день за днём её я ожидаю вновь.
Но до сих пор она меня все не находит.
Я здесь! Смотри! Стою среди толпы,
Машу тебе руками, прыгаю на месте.
Но видимо, не слышишь ты моей мольбы,
Поэтому с моей судьбой мы все ещё не вместе.
Но верю я, мы все равно с тобой найдёмся.
Нужна одна лишь встреча, душа ведь все поймёт.
Когда-нибудь в людской толпе столкнёмся.
Вот так вот просто любовь меня найдёт.
Я по парку иду, листву загребая ногами
И от мыслей тяжелых болит голова.
В жизни многое было…
И сейчас я ее вспоминая
Понял я, что испил эту чашу до дна.
Впереди только мрак,
Боль потерь, безысходность.
Как наладить все в жизни ответ я ищу.
Только светлые мысли мне на ум не приходят.
Вижу я впереди лишь немую тоску.
Грусть порой сдавит сердце до боли.
Стон души у себя силой я заглушу.
И в молитве своей, обратившись, я к Богу.
О спасенье творца я все время молю.
Видно очень устал.
Просьб моих он не слышит.
И душа моя вряд ли ему уж нужна.
Падший ангел на землю искристой снежинкой спустился
И растаяв в ладони, ничего не сказал.
Да и слов здесь не надо.
Все понятно и ясно.
Нет спасенья душе.
Понял я и без слов.
Если жизнь свою прожил в этом мире напрасно.
Ждать, что будет прощенье глупо мне от него.
Когда ты нищий, бомж, голодный.
Остался при живой родне.
Когда тебя все презирают
И говорят, ты стал ни кем.
Невольно в злобе закипая
Ты отвечаешь им в ответ,
Что от сумы не зарекайтесь.
Фортуна может изменить.
Тогда побыв в овечьей шкуре.
Меня поймете, вы родня.
Что в этой жизни все бывает.
Лишь в праве Бог судить меня.
Вы не судите, ой не надо.
Все в жизни можно изменить.
Лишь только миг и я возможно
На равных буду говорить.
А разговор будет короткий.
Совсем не долгий от меня.
Вы получили, что достойны.
Не надо на судьбу пенять.
Вы, вспомнив прошлые ответы
И взгляд с презреньем на меня.
Теперь в обратку получили
Судьбы ответ вы за меня.
Я тоже был высок и гордый
Когда смотрел другу в глаза.
И говорил,
А, что ты хочешь еще услышать от меня.
Он, посмотрев тогда с укором,
Понуро взгляд свой отведя.
Сказал:
— Прощай, я верил другу,
Теперь один остался я.
Все в жизни этой возвернется,
Еще не раз вспомнишь меня.
Только тогда уж будет поздно
Просить прощенья у меня.
Тебя я вычеркнул из жизни
Своей уж раз и навсегда.
Господь не фраер, он то видит
Кем стал по жизни ты и я.
Тогда я другу не поверил.
Сказав ему, иди браток.
А после понял в этой жизни
Спасать убогих — это долг.
Имея за душой копейку.
Не отрекись и ПОМОГИ!
Быть может и тебе по жизни
Придется помощь попросить.
Коль отказал не обижайся.
Что развернется так судьба.
Что будешь видеть только жопу.
А вспоминать друзей глаза.
Черно-белые слайды мелькают.
Жизнь мою, будто выставив в ряд.
И на каждом из них вспоминая,
Вижу я этой жизни этап.
Были дни, что судьба согласилась
Их цветными уж сделать совсем.
Только в жизни порою бывает,
Что хотим, не исполнится, нет.
Сумрак, грязь, вонь и копоть мешает
Быть по жизни счастливым мне впредь.
Впереди только мрак, безнадега.
Я не верю, что счастье в ней есть.
Больно мне!
Больно очень!
Что я с жизнью своей сотворил.
Никогда мне не будет прощенья
За все то, что я в ней совершил.
Бесполезно здесь все,
Покаянье
И молитвы мои не к чему.
Принимаю с тоской свою участь.
И по жизни я крест свой несу.
Крест измен. Крест обмана.
Крест потерь. Крест судьбы.
Что горит, адским пламенем и обжигает
Души близких людей мне РАНИТ.
По ночам собаки лают,
Спать спокойно не дают.
Но мне это не мешает,
Потому, что я храплю.
Скоро у супруги лопнет
Все терпение свое,
Сковородкой нежно хлопнет,
Храп во сне моем убьет.
Но, ведь, терпит, и не лает,
Что вся свора тех собак.
Значит, все она прощает,
Если, что-нибудь не так.
Ну, а я совсем иначе
Отношусь, к любви вот так:
Если соли перебачит —
Суп я вылью за проста…
Всё ж живем, на ладан дышим.
Ведь ребенок есть у нас.
Не хочу раздором лишним
Наводить я порчи сглаз.
Если нет уж настроенья
У нее, иль у меня,
Я пирог спеку с печеньем,
Чтоб осталась вся семья.
Грустно все же, что раздоры,
Принимаются в семье,
Словно уличные своры:
Лай не нужен, как в той тьме.
23 октября 2013 года.