Цитаты на тему «Стихи»

Зачем мы здесь… Какую милость ждет
комок тепла среди вселенской стужи? …
Как старый друг, мой сайт тебя найдет
в тот самый миг, когда он будет нужен…

А знаете вы, что такое женское одиночество?

Когда в одеяле двое, а прижиматься не хочется…

Любимая книга закрыта вторую неделю, кажется…

И новое платье забыто, и тушь по щекам размажется…

И если в работе по горло с утра и до поздней ночи…

А глупых, пустых ухажеров и тело уже не хочет…

Когда с телефоном в обнимку не спишь, только чутко дремлешь…

Кокетство вдруг стало ужимкой, но все же его приемлешь…

Когда в холодильнике пусто, но в баре вино хорошее…

Когда поначалу вкусно, а после лишь счет запрошенный…

Когда за зимою осень, а следом опять зима…

Когда никого не просишь, а только лишь - я сама…

Вы знаете, что такое женское одиночество?..

Когда уже жить не стоит, да и не очень хочется…

«НЕПРОСТОЙ ВЫБОР»

стих от Игоря Иртеньева

Женщины носят чулки и колготки,
И равнодушны к вопросам культуры.
Двадцать процентов из них - идиотки,
Тридцать процентов - набитые дуры.
Сорок процентов из них - психопатки,
В сумме нам это дает девяносто.
Десять процентов имеем в остатке,
Да и из этих-то выбрать непросто.

стих от Тамары Панферовой (ответ Иртеньеву)

Носят мужчины усы и бородки,
И обсуждают проблемы любые.
Двадцать процентов из них - голубые,
Сорок процентов - любители водки.
Тридцать процентов из них - импотенты,
У десяти - с головой не в порядке.
В сумме нам это дает сто процентов,
И ничего не имеем в остатке

Эрнст. Ответ Иртеньеву и Панферовой

Сорок процентов из тех, что в колготках
Неравнодушны к любителям водки.
Любят порой голубых психопатки,
Правда у них с головой не в порядке.
Дуры всегда импотентов жалели
А идиоток придурки хотели.
В сумме, конечно же, нас - сто процентов:
Дур, идиоток, козлов, импотентов

ОН И ОНА

* ОНА:
Когда мне будет восемьдесят пять,
Когда начну я тапочки терять,
В бульоне размягчать кусочки хлеба,
Вязать излишне длинные шарфы,
Ходить, держась за стены и шкафы,
И долго-долго вглядываться в небо,
Когда все женское,
Что мне сейчас дано,
Истратится и станет все равно -
Уснуть, проснуться, или не проснуться.
Из виданного на своем веку
Я бережно твой образ извлеку,
И чуть заметно губы улыбнутся.

* ОН:
Когда мне будет восемьдесят пять,
По дому буду твои тапочки искать,
Ворчать на то, что трудно мне сгибаться,
Носить какие-то нелепые шарфы
Из тех, что для меня связала ты.
А утром, просыпаясь до рассвета,
Прислушаюсь к дыханью твоему,
Вдруг улыбнусь и тихо обниму.
Когда мне будет восемьдесят пять,
С тебя пылинки буду я сдувать,
Твои седые букли поправлять,
И, взявшись за руки по скверику гулять.
И нам не страшно будет умирать,
Когда нам будет восемьдесят пять…

Желанье частое-
Чтоб память «подтереть" -
В костёр забвенья-
Опыт и воспоминанья.
Чтоб, как ребёнок,
Искренне любить,
На «чистый «мозг
«Записывая» знанья.
Ошибки-
Может снова повторить,
А может быть-
Пройти «другой» дорогой
Ведь память, зачастую,
Заставляет
Смотреть с предубеждением,
Слишком строго.
Да, память
Это горько-сладкий груз-
Побед и поражений,
Мыслей и желаний.
И если, всё же Память «подтереть" -
Не станеть прежней личности.
И страшно это
Знанье.

Боже мой, какая тишина!
Ангелы - и те притихли в небе.
Лишь молитва матери
слышна
За детей, как о насущном
хлебе.
Всё она родимая не спит,
Помощи и чуда просит Бога.
Свечка пред иконою горит,
Гасит на душе её тревогу.
Где б мы не скитались в этот
час
В поисках Земли обетованной,
Мать с надеждой молится за нас,
Блудных, непослушных, но желанных.
И когда намаявшись во зле,
Мы вернёмся по веленью
Бога.
Самая Святая на Земле
Встретит нас у Отчего порога

Суда поспешно не чини:
Непрочен суд земной!
И голубиной - не черни
Галчонка - белизной.
А впрочем - что ж, коли не лень!
Но всех перелюбя,
Быть может, я в тот черный день
Очнусь - белей тебя!

Когда ты на коне и при деньгах, Друзья тебя качают на руках. Когда ты покупаешь им вино, Они с тобой смеются заодно… Ты делаешь подарки, к ним спешишь, Волнуешься и дружбой дорожишь. Приходишь, помогаешь им в беде… Ты плачешь… А друзья сегодня где? Когда не на машине, а в долгах… Когда не над землею, а в ногах, Ты присмотрись, кто рядышком с тобой, Вот это друг подаренный судьбой. А те, кто хохотали в унисон, И тратили с тобою миллион, Сегодня будут также хохотать, С твоим врагом тебя же обсуждать… У радости всегда друзей полно, Но в тот момент, когда в душе темно, Из десяти останется один, Кто рядышком без выгодных причин, А потому что в нем душа живёт, Которая без слов тебя поймёт. А остальных отшей, ведь их душа… Не стоит, к сожалению, ни гроша. Не трать себя на всех, а посмотри, В ком солнце не снаружи, а внутри. Запомни - не бывает сто друзей, Но есть один, кто этих ста верней!!!

Дождь в лицо и ключицы!
И за окнами гром.
Ты со мной приключился,
Словно шторм с кораблем!
То ли будет другое
Я и знать не хочу!
Разобьюсь ли о горе
Или в счастье влечу!
Мне и страшно и весело,
Как тому кораблю…
Не жалею, что встретила!
НЕ БОЮСЬ, ЧТО ЛЮБЛЮ!!!

Я вырву тебя из памяти
И сожгу все воспоминания,
Будто наших встреч вовсе не было,
Не звучали твои признания.
Будто я снова стала девочкой,
Не познав этой грязной жестокости.
Завяжу я косичку ленточкой,
И исчезнут жуткие образы.
Только шрам на руке останется,
Следы рук не сотрутся с тела
Но душа тебе не достанется,
Моя боль достигла предела.
Разобью зеркало в спальне,
Разлетятся острые осколки,
Чтоб не видеть глаза и губы,
Что любил ты их, но без толку.
Чтоб не видеть во тьме глубокой
Твоё тело в экстазе безумном,
Этот образ застыл в глазах
Ты хорош был в потоке лунном.
Мне свобода нужна, когда
Меня держат земные цепи,
Но зачем она мне нужна,
Когда я осталась одна…

Не закажешь судьбу, не закажешь,
Что должно было сбыться, сбылось,
И словами всего не расскажешь,
Что мне в жизни прожить довелось.

Что мне в юности снилось ночами,
Что ночами мне снится сейчас,
Отчего весела и печальна, -
Это грустный и долгий рассказ.

Я листаю былого страницы,
Все там- дружба, потери, любовь.
Не остаться тем дням, не забыться,
Не вернуться прошедшему вновь.

Пусть мне ветер волос не взьерошит,
И серьезен за здравье мой тост,
Жизнь до срока мне крылья не сложит,
А до срока еще, как до звезд.

Роковая женщина - это как?
Это если влюбишься, как дурак?
Или если влюбишься - навсегда?
Роковая женщина плачет: «Да!»,
обнимает, мучает, ждёт звонков
и держать пытается без оков.

Был бы с бабой ромовой - пил бы ром,
был бы с бабой снежною - пил бы бром,
ну, а с этой, бешеной, пьёшь коньяк,
только не пьянеется - ты и так

ходишь замороченный, чуть живой…
И зачем ты встретился - роковой?
На ладонь внимательно посмотри.
Что нам хиромантия? Всё внутри.

Там, на главной линии есть излом:
роковая женщина за углом!!!
Ладно, может, впишемся в поворот.
Роковая женщина морщит рот,
верит всем делам твоим, всем словам…
Что она умеет-то, псевдо-вамп?

Роковая слушает русский рок
и умеет яблочный печь пирог.
Но духовка сломана (много лет).
Пирога поэтому тоже нет.
Роковая женщина, Femme Fatalе,
валерьянку горькую льёт в хрусталь,
И в бокал с соломинкой бросив лёд,
выпьет, успокоится и заснёт

Яркие осколки солнца
Отгорели,
Под тяжёлым, серым небом
Потускнели.

Веселящий шорох
Потеряли
А еще вчера, прохожих
Развлекали

Перестали и березоньки
Жар-птицы
Золотыми перьями
Хвалиться

Скромно, милые стоят
Нагие
По ветвям стекают слёзы
Дождевые

Сбросив свой осенний, пестрый
Сарафан
Ждет природа зимний, в серебре
Кафтан

Мужчина. И Женщина. Тонкие нити.
Случайностей нет. И вы их не ищите.
Мы будто идём по какому-то кругу -
На ощупь найти так надеясь ту руку,
Что ляжет в ладонь без малейших сомнений…
Живём в ожидании прикосновений,
Чтоб вдрогнув однажды, очнуться от сна -
Понять, что бывает зимою Весна,
Что лучшая музыка - голос любимый,
Что можно без слов - как волшебники-мимы -
Часы напролёт говорить, говорить,
И столько услышать… И столько постичь.

Мужчина и Женщина. Крепкие нити.
Случайностей нет. Так зачем же мудрите,
Зачем вы защитные строите стены -
Заранее зная - не будет замены…
Послушайте, страх тут совсем неуместен,
Поймите, пожалуйста, как ценно «Вместе»…
У вас есть крыло. У кого-то второе.
Сложите их вместе. Отныне вас двое.
Летите. Пожалуйста, не сомневайтесь.
Не бойтесь. С любимыми просто срастайтесь.
Поверьте мне - вместе легко вы взлетите.
Вы только не бойтесь. Вы только любите.

…а боль не сразу
сначала суета,
сначала разум
найдет уловки,
станет ворожить,
раскинет, что необходимо жить
по средствам,
то бишь трезвой полумерой
стравив полунадежду с полуверой
террором пола вытравить любовь,

но разум попадет не в глаз, а в бровь,
поскольку пола вовсе не имеет
и лик судьбы впотьмах не лицезреет
а боль потом…

сначала сизый мрак,
в котором друг не друг
и враг не враг,
а только птиц назойливых порханье,
короткое предсмертное дыханье
в наркозе ядовитых сигарет,
начало сна… сначала просто бред,
а боль потом…

не боль, а пустота,
бездонная, слепая…
нет, не та,
что из пространства
исторгает прану,
а та, последняя,
что обжигает рану
улыбками,
вращением колес,
сиянием алмазных полуслез,
крестами,
гороскопами,
стихами,
отсутствием стекла
в оконной раме…