Вне зоны. Пикает рассудок каким-то монотонным звуком,
и провода под толстой шкурой опять запутались в комок.
Вне зоны. Голос электронный, хоть ты сегодня убаюкай
меня, хохочущего дико и бледного до самых щек.
Вне зоны. Не звони, не надо. Я выбросил вчера мобильник:
разжал ладонь. Он долго падал. Так долго падал в грязный снег,
что снег в ногах успел растаять и оголить вокруг могилы,
что постарели в небе птицы и кончился спешащий век.
Вне зоны. Значит, есть та зона, которой я всегда очерчен,
в которой мне невыносима горячечность твоих страстей.
Вне зоны едкого рассудка, вне зоны чувственного смерча.
Вне зоны связи наша близость. Вне зоны. Не грусти о ней,
а лучше пей и пой, как раньше, срывай другие телефоны,
как вырванные вместе с корнем цветы - и волоки домой,
туда, где вечер изнуренный, туда, где свет всегда включенный,
куда глядит вне зоны света мое мобильное бельмо.
Над пропастью моей судьбы
Висит расколотое небо.
Бездомных туч плывут горбы,
Не внемлет, не ответит эхо.
_
Душа моей судьбы - пуста,
Пуста любви твоей обитель.
И нет в ней бога, нет креста.
Лишь солнце чёрное в зените.
_
В ней нет тебя!
В ней нет тебя!
Пустынна Белая Дорога.
Не держит памятью земля
У врат небесного порога.
_
Не держит поцелуй, как грех,
Украденный купальской ночью.
Всё дальше колокольный смех
И исповедь моя, сорочья.
_
Над вечной пропастью душа -
Мертвячий склеп моих печалей.
Я к бездне гордо подошла -
Мертва в конце, мертва в начале.
#Bitieva
О, мой Андерсон… Где же ты, Христиан? Напиши мне избитое: про губ моих трепетных лань, про нежный плен моих колен, про ломкость в руках, про глаз моих даль и про платину в волосах… Я ведь от слов твоих застону… Я поверить смогу… Я русалкой в пене к тебе поплыву… А ещё про, то как тебе жаль, что я не твоя… Да… Я твоё сновидение… Я фантазия, что нарисована… Я твоё ещё не написанное стихотворение… Да, я та… Я она… Я та, от кого зрачки вдруг расширенны… Я та, чья красота как утопие, мои ретро изгибы ценны и в миллениуме… Напиши…Я с тобой ведь жива… Не хочу больше слушать, когда друзья не глядя в глаза, про надежду, про веру… Словно уже нет меня… Свадьбой со смертью повенчанна… Словно я уже умерла… О, мой сказочник, где же ты? Где же я…
Я написала строку
Легкой рукой по листку…
В некоторые моменты
Шелковой черною лентой
Слогаются сами слова…
И вьются тоски кружева.
Хрупкая чаша надежды
Медленно тихо и нежно,
Светом сердце наполнит,
Сердце, оно ведь все помнит!
И незаметно плачет,
Живое ведь, как иначе…
Из пальца кровь у вас, конечно, брали…
Задумалась и я, в конце концов,
Что именно на этот самый палец
Одето обручальное кольцо!
Вы, как и я, возможно, замечали -
Я возвращаюсь к этой теме вновь,
Что совпаденье это не случайно -
Оттуда нашу вечно тянут кровь!
Назову я тебя - креолкою!
Русы волосы, брови в разлет,
Носик маленький, ножки точеные…
Быстро девочка наша растёт.
Я сорочку сошью тебе пёструю,
По кокетке пущу ленты атлас…
Я натуру твою утончённую
Понимаю, как блеск твоих глаз.
Не грусти и не думай напраслину,
Впереди пред тобою вся жизнь!
Будут будни, не только радости…
Только ты будь счастливее нас!
здесь так приятно и уютно
но холодно и незнакомо
я здесь случайно, на минутку
а вы здесь свой, вы здесь как дома
расположиться рядом с вами
мне очень лестно
и спокойно
не балуйте меня стихами
с меня и песенки довольно
мне бы хватило чашки кофе
и малой дольки шоколада
а вы мне руки грели долго
и сердце согревали взглядом
вы говорили, я молчала
смакуя ваш красивый голос
и потихоньку уплывала
перетекая… в невесомость
а за окном дома в бетоне
чужие улицы и лица
там город тихо входит в кому
чтоб умереть и вновь родиться
уходят в прошлое трамваи
гудят такси, бегут маршрутки
и солнце в реку заползает
от суеты ревнивых будней
…а здесь приятно и уютно
тепло
и я уже как дома
и чашка кофе в тонком блюдце
и ваш чудесный дивный голос
Твои слова мне слаще мёда ложатся
На душу как будто солнце обнимает
Небо и унося меня к тебе где не был
Я так хочу тебя познать сказать и где
Предел моих желаний которых я не
Ведал лишь для тебя одной хранить
Хочу я встречи долгожданной чтобы
Взглянуть в твои глаза и отпустить…
Ничего не изменилось:
Так же ливень с неба лил,
Ощущалась так же сырость,
Да и я таким же был.
Был промокшим и уставшим
И обиженным судьбой
И не знающим что дальше
Делать мне с самим собой.
Был простуженным и слабым
Как обычно, как всегда.
По грязи и по ухабам
Брёл неведомо куда…
Только странную свободу
Ощущал я всей душой.
Было чувство словно кто-то
Добрый, мудрый и большой
Разорвал стальные цепи,
Снял ярмо с моей души -
Груз тяжёлый и нелепый,
Много лет мешавший жить.
Я всё так же спотыкался,
Кашель рвался из груди,
Но теперь я улыбался
Всем невзгодам на пути.
Мир таким же был как прежде,
Да и я таким же был:
И походкой и одеждой
И не больше было сил…
Но я чувствовал свободу,
Но я шёл куда хотел,
Не взирая на погоду
И отмерянный предел.
Не взирая на границы
Предначертанной судьбы,
Жизни старую страницу
Без сомнений, без борьбы
Зачеркнул и начал новый
Путь, который выбрал сам -
Путь тяжёлый, путь суровый,
Путь к бескрайним небесам.
И мне бывает одиноко.
Бывает грустно иногда.
Судьба порой ко мне жестока.
Порой приходится страдать.
В душе есть страхи и обиды
И поражений горьких груз.
Былые раны не забыты,
Но я держусь. Да, я держусь.
Я грусть из сердца изгоняю,
Обиды выметаю прочь
И кровососов - страхов стаю
Бросаю в ветреную ночь.
С судьбой спокойно и корректно,
Но твёрдо я веду свой спор.
Проходит боль, проходят беды
И не спешит в наш разговор
Вмешаться та, кто неизбежно
Приходит к каждому в свой срок.
Однажды я умру конечно,
Но только сделав всё что мог.
Не твоя я мечта, не само совершенство.
Я не клялся в любви на крови.
Не сумел подарить неземное блаженство
И не пел о тебе по ти ви.
Я не рыцарь могучий в блестящих доспехах,
Не богат я и не знаменит.
И меня рядом нет. На работу уехал.
Только зря ты ревёшь от обид.
Я конечно не сказочный принц и порою
Недостаточно чуток к тебе…
И несдержан и груб. Я тебя не достоин.
Ты права - я обычный плебей.
Только плачешь ты зря заливаясь слезами,
Будто я про тебя позабыл.
Извини! Я работал. Я был очень занят.
Потому целый час не звонил.
Ты прости! Это жизнь, а не сладкая сказка.
Я не сказочный супергерой.
На работе весь день со шпатлёвкой и краской.
Не могу быть всё время с тобой.
Понимаю. Ты хочешь романтики вдоволь,
Сильных, ярких киношных страстей,
Чтобы был красотой я твоей околдован,
Поклонялся тебе как богине своей.
Но увы, на подобное я не способен.
Нет романтики в сердце моём.
Я обычный трудяга в строительной робе.
Целый вечер я твой, но работаю днём.
Эдит Пиаф, Марсель Сердан…
Что их волнует кровь?
Внезапный чувственный роман,
А, может быть, любовь…
Любовь у всех, у всех одна,
Но разный лишь конец…
Одним подаст… глоток вина…
Другим воздаст Венец…
Когда февраль танцует вальс под хохот волчьих стай,
когда меняет календарь с апреля лист на май,
когда стучится новый год в ворота декабрю,
я наблюдаю за тобой.
Я на тебя смотрю.
Покрыты пылью сапоги, а ты бредешь вперед.
Мы не друзья и не враги, но кто же разберет?
Ты прочь ушел и бросил дом так много лет назад…
А вот сейчас идешь с трудом.
И чувствуешь мой взгляд.
От наблюденья моего ты дерган и сердит:
вот обернулся - никого. Но кто-то ведь глядит.
Три раза плюнь через плечо и осмотрись вокруг.
Не помогло тебе еще?
Да ты наивен, друг…
И где б ты ни был: средь песков, на море иль в горах,
в других мирах, за сто веков, я чувствую твой страх.
Ходи, броди, сжигай мосты и пачкайся в золе…
Мне даже жаль тебя.
А ты
меня не пожалел.
Цени, мой друг, живых поэтов,
У каменных ведь нет души.
Поэт гранитный не ответит,
Молись ты за него в тиши.
К чему ушедшим эта слава?!
Они прославлены в веках!
При жизни их ценили мало,
Теперь же камни все в цветах.
Люби поэта, поэтессу,
Найди их в городе своём,
Отыщешь много интересов,
Стихи зажгут тебя огнём.
Ты руку протяни поэту,
Ему сейчас нужны друзья.
Внемли ты моему совету,
Прошу за всех поэтов я.
Тарас Тимошенко
Белый цвет для меня - это белый халат,
Сколько лет он ложился на плечи мои
Ощущеньем того, что я - вечный солдат
На войне, где без правил ведутся бои.
Получив это право носить белый цвет,
Получаешь у горла волнительный ком,
Ведь теперь ты - не ты, у тебя права нет
На ошибку, на мысли о чём-то другом.
Сколько раз под халатом срывалось в галоп
Сердце, ум отдавал мне команду: Не сметь!".
И потели ладони, морщинился лоб,
Сколько раз обмануть удавалось мне смерть.
Под хрустящим халатом таится не бог -
Человек, что не знает какой-то секрет.
Просто выбрал он путь среди сотен дорог.
Он однажды решил и надел белый цвет.