Прошу вас, дети, уважайте мам!
Не раньте душу грубым словом больно,
Целенаправленно сказав или невольно…
Прошу вас, дети, уважайте мам!
Прошу вас, дети, берегите мам!
Поступками не смейте беспокоть,
Которые способны их растроить…
Прошу вас, дети, берегите мам!
Прошу вас, дети, горячо любите мам!
Почаще им об этом говорите,
Вниманьем и заботой окружите…
Прошу вас, дети, горячо любите мам!
и осколки стекла в расшнурованных сапогах
а до этого - мысли острее - мой бедный, бедный
и давно бы пора уходить, только я всё медлю
и опять самолёт-оригами верчу в руках
в перспективу взглянуть - так уже бы вязала петли
для него и меня. и пальто не найти в передней
и запутаться проще в объятиях и шагах
полусвет, полувздох и сплетение полуправд
лучше б он бормотал малосмысленные предлоги
я сама проверяла такой вариант на многих
но в молчаньи своём он сейчас невозможно прав
а во взгляде, что так тяжело уронил под ноги
слишком ясно прочла, что отсюда мне нет дороги
ни к себе, ни к сторонним - пожалуйста, до утра
но честней, чем положено в мой промежуток лет
оттого ли, что было всегда притворяться лень - я научилась уже и об этом без сожаленья -
разомкнуть осторожных объятий недолгий плен
поменяться местами с раскосой рассветной тенью
оставляя на память пространные размышленья
зарифмованной длинной запискою на столе.
Вокруг нас люди… Кто они?
В толпе мы вроде - но одни…
Наедине сами с собой…
Хоть плачь навзрыд - хоть волком взвой -
но встретишь равнодушный взгляд…
Ведь в душах их все чувства спят…
Все люди - ЗВЕРИ… Вот закон…
Укажут слабому загон…
Кто сильный - тот и прав всегда.
Не ошибется никогда…
Но человек ведь плод любви -
А перед нею все равны…
Богач… Бедняк…Урод…Мерзавец…
Желают все любви красавиц…
Мы вожделения полны -
и похотью своей сильны…
Постель и страсть - вот наш удел…
Объятья и сплетенье тел…
Животный стон… Оргазма крик -
вот наслажденья высший пик…
И все?
А как-же ночи под луной -
где трепетных лобзаний зной
я жадно с уст твоих ловлю.
И шепот ласковый -«Люблю»…
ЛЮБОВЬ… Что это? Слабость?Сила?
Рожденье жизни? Иль могила?
Добро иль зло? Тьма или свет?
Кто даст мне правильный ответ?
Она как ветра дуновенье…
Она - прекрасное мгновенье…
Она - основа бытия…
Она - у каждого своя…
Она не ведает границ…
Она не различает лиц…
Она - пожар в груди поэта…
Она - во мраке лучик света…
Она - как пальцы для руки…
Она - как берег для реки…
Она - глоток воды в пустыне…
Она - была и будет ныне…
Она - услада сладких снов…
Она - основа всех основ…
Она тирана ставит ниц…
Она - царица всех цариц…
Мы часто говорим - любовь…
И повторяем вновь и вновь…
Есть много в мире разных слов -
но главное средь них - ЛЮБОВЬ…
Когда я отпою и отыграю,
Где кончу я, на чем - не угадать.
Но лишь одно, наверное, я знаю -
Мне будет не хотеться умирать.
Посажен на литую цепь почета,
И звенья славы мне не по зубам…
Зй! Кто стучит в дубовые ворота
Костяшками по кованым скобам?!
Ответа нет, Но там стоят, я знаю,
Кому не так страшны цепные псы, -
И вот над изгородью замечаю
Знакомый серп отточенной косы.
…Я перетру серебряный ошейник
И золотую цепь перегрызу,
Перемахну забор, ворвусь в репейник,
Порву бока - и выбегу в грозу!
1973
Я бодрствую, но вещий сон мне снится.
Пилюли пью - надеюсь, что усну.
Не привыкать глотать мне горькую слюну:
Организации, инстанции и лица
Мне объявили явную войну -
За то, что я нарушил тишину,
За то, что я хриплю на всю страну,
Затем, чтоб доказать - я в колесе не спица,
За то, что мне неймется, за то, что мне не спится,
За то, что в передачах заграница
Передает блатную старину,
Считая своим долгом извиниться:
«Мы сами, без согласья…» - Ну и ну!
За что еще? Быть может, за жену -
Что, мол, не мог на нашей подданной жениться,
Что, мол, упрямо лезу в капстрану
И очень не хочу идти ко дну,
Что песню написал, и не одну,
Про то, как мы когда-то били фрица,
Про рядового, что на дзот валится,
А сам - ни сном ни духом про войну.
Кричат, что я у них украл луну
И что-нибудь еще украсть не премину.
И небылица догоняет небылица.
Не спится мне… Ну, как же мне не спиться!
Не, не сопьюсь, - я руку протяну
И завещание крестом перечеркну,
И сам я не забуду осениться,
И песню напишу, и не одну,
И в песне я кого-то прокляну,
Но в пояс не забуду поклониться
Всем тем, кто написал, чтоб я не смел ложиться!
Пусть даже горькую пилюлю заглотну.
1973
Жарким пламенем горит,
Оранжевый, как солнце,
Сильным запахом манит
Сок под толстой кожицей.
Снимем цедру осторожно -
Здесь понадобится ножик.
Дольки нежные добудем,
Наслаждаться вкусом будем.
- Это что за господин?
- Яркий спелый апельсин!
Они любили друг друга так долго и нежно,
С тоскою глубокой и страстью безумно-мятежной,
Но, как враги, избегали признанья и встречи.
И были пусты и холодны их краткие речи…
Они расстались в безмолвном и гордом страданьи,
И милый облик во сне лишь порою видали…
И смерть пришла, наступило за гробом свиданье…
Но в мире ином друг друга они не узнали…
Противно-когда мозг всё время «лечат»,
Считают глупым и болтают ерунду
Под многословьем-нежелание скрывают
Не могут объяснить-С чего и почему?
Конечно, их прекрасно понимаю-
У каждого свой в жизни «интерес»,
«Своя рубаха-ближе"и события любые
Имеют личные значение и «вес».
Кто быть конкретным просто не желает
Однако тоже должен понимать-
Терпение когда-то иссякает
И перестанут верить им,
Не станут больше ждать.
В детстве кажется, что жизнь плетётся медленно.
Поскорей бы повзрослеть и вырасти!
В юности она передвигается нормально, наконец-то!
Сожалений нет о времени и в мыслях,
Задержаться здесь подольше бы, на вечность!
В середине лет и не следишь за скоростью,
В суматохе дней совсем года невидимы.
Все стареют, но не про меня такое…
Понимание пришло вдруг неожиданно,
Что спешила жизнь всегда, как скорый поезд.
Со всех сторон рекламы нам кричат
«Бери от жизни все!», «Ты этого достоин!»,
А кто не хочет иль не может брать,
Того считают в жизни той «отстоем».
Но, если будем мы у жизни брать,
Ничего другим не отдавая,
Кто будет звезды в небе зажигать?
Чем будет жить душа живая?
Когда теряет равновесие
твое сознание усталое,
когда ступеньки этой лестницы
уходят из-под ног,
как палуба,
когда плюет на человечество
твое ночное одиночество, --
ты можешь
размышлять о вечности
и сомневаться в непорочности
идей, гипотез, восприятия
произведения искусства,
и -- кстати -- самого зачатия
Мадонной сына Иисуса.
Но лучше поклоняться данности
с глубокими ее могилами,
которые потом,
за давностью,
покажутся такими милыми.
Да.
Лучше поклоняться данности
с короткими ее дорогами,
которые потом
до странности
покажутся тебе
широкими,
покажутся большими,
пыльными,
усеянными компромиссами,
покажутся большими крыльями,
покажутся большими птицами.
Да. Лучше поклонятся данности
с убогими ее мерилами,
которые потом до крайности,
послужат для тебя перилами
(хотя и не особо чистыми),
удерживающими в равновесии
твои хромающие истины
на этой выщербленной лестнице
Я вас люблю, чего же боле? Что я могу еще сказать? Вы принесли мне столько боли, что впору к чёрту вас послать.
*Я подарю тебе Звезду*, - и вот уже сердечко не в покое. И на закате первый поцелуй, и эведными ночами двое. И сладкой ложью к алтарю и в кольцах два перста. Союз двоих, и вот казалось бы судьба одна. Радость любви и счастья океан. Горят сердца, в ночах дурман. А вскоре быт, рутина. ссор мелких череда. Немой вопрос сквозь слезы: *А где звезда * .Я подарю тебе звезду*, - ложь сладкая и обещания. И жаль красивую мечту, что дарим мы в пустых вещаниях.
Смотрю я на фотку твою и вижу. Волны морские на камушки брызжют. Ты в белом вся смотришь в дали морские. О чем твои думы? Мысли какие? Уплыть, Улететь на краешек света? А может быть ждешь у моря привета? Вглядись в дали дальние, в выси небесные. Увидешь меня, я уж тут, не телесами. Душою с тобою, а плоть далека. На клавишах ищет слова для тебя.
В селении Карриба на юге Бразилии. Стоит белым камнем костел на горе. На склонах растут дивные лилии. Ночами сверкают огни на кресте. Ступени из камня, их больше сотни. Ведут в тот костел, там открыты врата. Мессы проводит и праздники отче. Селение там в благодати всегда. Не только костелом селение известно. В монастыре дети с чувством шестым. Читают вслепую, языков знают бездну. И веруют разумам неземным. Еще есть в предгорьях храмы во скалах. Древние люди воздвигли давно. Они так огромны, для великанов. Наверное было для них создано. Вот и еще сноведение одно. Прочтешь и представь, глаза лишь закрой. Тогда ты увидешь как будто в кино. Селение то, и костел над горой.