Не обращай своё внимание на то,
Что может быть его нисколько не достойным,
И пусть завистник твой не спит, как ты, спокойно,
И поглощает жадно собственное зло.
Настанет час - он выпьет свой бокал до дна,
Тот, что наполнен был когда-то лютой злобой
На всё, что дышит теплотой, добром, заботой,
И, дай-то Бог, - затихнет раз и навсегда.
Топи, топи кругом, настелить бы гать.
Жизнь подкинула вам непростой сюжет.
Потому ты не в силах порой дышать,
Когда он говорит тебе «ну, привет».
Он так редко общителен и открыт,
Диалоги пытаясь свести к нулю,
Что ты к черту шлешь правила всей игры,
Когда он выдает тебе вдруг «люблю».
Ты ведь знаешь, возьмет он любой стрит-флэш,
Ибо он не приемлет в игре ничьих.
И ты чувствуешь: множится в сердце брешь,
Когда он исчезает, молчит… молчит…
Он уверен в себе, закален вполне.
Он цинизм и чудачества совместил.
Оттого безоружна пред ним вдвойне,
Когда после он шепчет тебе «прости».
Ты его насмотрела себе во снах,
Нагадала на картах и по рукам.
И… планета становится вдруг тесна,
Когда он говорит тебе «всё, пока».
Когда мы громко плакали в возрасте грудном… Она баюкала нас нежными словами. Любила мама не взирая ни на что, и мы довольны были, и ничего не понимали. Не понимали, что МАМОЧКА ОДНА, беречь заботиться о маме надо… Ведь оберегала МАМА нас от всяких бед. Своих детей забота и любовь, для мамы высшая награда, Прости меня мамулечка за всё, самая милая, нежная, родная. За то что, раньше не сказала нужных слов… Всё вечно времени мне не хватало… МАМА я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! Ты лучшая мамулечка на свете!!! Без твоего материнского тепла… Тоскливо, холодно и больно… ДЕТИ берегите своих МАМ! За МАМ в ответе ДЕТИ.
Свойство наших сердец-нетерпение.
Гоним зиму, весну торопим,
Для природы же всё своевременно,
Есть в погоде планы, расчёты,
По закону в ней все отклонения.
Помню в детстве ворчала бабушка,
«Что ж весна раньше срока?
Ведь сейчас то февраль по-старому,
А река уже берег топит,
Снега нет на полях, лишь в оврагах.
Вот мол раньше бывали зимы,
Не чета и не ровня теперешним,
Наметало сугробы-из дома не выйти.
И трещали морозы в Крещение,
А теперь очень странные зимы."
А сейчас если нас послушать,
То нам зиму и вовсе не надо.
Рады были бы лету год круглый,
О морях, странах жарких мечтая.
Устаём от зимы почему-то…
Я теряла тебя средь друзей и прохожих случайных,
В лабиринтах несбывшихся встреч и ненужных свиданий…
Много слышала слов, фраз избитых и истин банальных,
Что синица - в руке, а журавль - это призрак желаний…
Я теряла тебя, каждый день календарь обвиняя,
Что листок за листком он сменял, продлевая разлуку.
Пусть со мною другой, и с тобою, наверно, - другая,
Нужно сделать лишь шаг - шаг навстречу… с привычного круга.
Я теряла тебя, хоть мы были еще не знакомы,
Но я знала - ты есть, мой единственно нужный и близкий.
И ждала, может взгляд, может просто звонок телефонный,
Мне казалось, узнаю твой голос и смех твой искристый.
Это все позади… Я тебя обрела. Молодыми
Будем мы друг для друга всегда, лишь с годами мудрее.
И пусть целая жизнь пролегла за плечами моими …
Я тебя обрела. И ты больше не будешь потерей!
Когда мы видим счастье рядом -
Лишь стоит руку протянуть,
Жизнь непременно голым задом
К нам повернется как-нибудь.
Я как брошенный пес - помню запах твой…
Жду возвращенья.
Ты придешь.
Через жизнь.
Через век.
Но придешь.
Я тогда проскулю для тебя свою боль о прощенье
За нелепую гордую слишком разумную ложь.
Я тогда расскажу, как проснувшись однажды от боли,
От желанья прижаться к тебе и безмолвно безумно дрожать,
Назвала эту боль человеческим словом - любовью…
И скулить ее стала, не в силах разумно сказать.
Я как брошенный пес… По желанью ушедший однажды,
Глупо злую улыбку на морде собачьей кривя…
Все пройдет.
Станет пеплом.
Я знаю.
Но это не важно…
Я состарюсь собачьей душой
И забуду тебя.
Луна - подруга молчаливая моя.
Она всегда со мною…
В ночной тиши, когда все спят
Нас в целом мире только двое…
Когда смотрю на серебристый диск,
Вся жизнь проносится перед глазами…
Зачем ищу во всём я смысл?
Ищу каких-то объяснений, оправданий…
Мне кажется порой, она поймёт,
Рассудит всё, подскажет.
Ведь время быстро унесёт
Года, обиды, разочарованья,
Мечты наивные и детские терзанья…
Проходит всё и вновь придёт
Рассвет и солнца выкатится блюдце…
Янтарным светом всё зальет, согреет
И заставит снова жизнью насладиться!..
Познать всю радость бытия…
Увидеть мизерность терзаний…
Но почему жду ночи я?
Ищу опять луну? Не знаю…
Случайно забрела я в твою душу.
Ты дверь забыл закрыть и я вошла.
На цыпочках, покоя не нарушив…
Любовь искала, но печаль нашла.
Ах, лучше бы закрыл на все засовы.
Мне любопытство стало как урок.
Теперь на теле прошлых встреч оковы.
Не звали - не входи. Дала зарок
..А часы наши стрелки давно повернули вспять,
Измеряя деленьями чувства в уставшем сознаньи -
Это то, что уже у меня никогда не отнять,
Поселилось внутри и осталось пределом мечтаний.
Разобью зеркала - в них, как прежде, твои отраженья,
Соберу все осколки в кулак и до боли сожму.
По цепочке следов на песке и без капли смущенья
Я босыми ногами, как видишь, к тебе одному.
Я не чувствую боли, не слышу чужой мольбы,
А меня ведь зовут назад, говоря: очнись!
Решето моё сердце, как после в упор стрельбы,
Но я заново верю (!), свою проклиная жизнь.
И поверь, что никто никогда не сумеет понять:
Почему твоё имя во мне пробуждает дрожь.
Все слова, до сих пор не успевшие я сказать,
До тебя донесёт мною прОлитый серый дождь.
Разбудить бы тебя среди ночи телефонным звонком,
И, впитав хрипловатый спросонья твой голос, как губкой,
Лишь услышав на том конце провода: «Да?..», со щелчком
Положить бы обратно на диск телефонную трубку.
Вся аллея - как взлётная полоса,
ослеплённая желтыми фонарями.
На оси, разделяющей полюса,
ты стоишь, вслух ни слова не говоря, и хочешь верить: паденье - почти полёт,
даже если взлететь с полпути к вершине.
Но пока тот, кто нужен тебе, поёт,
равновесие мира ненарушимо:
нить судьбы будет словно морской канат,
змей не выпустит хвост из зубастой пасти.
Эта песня достигнет любого дна,
этот голос над каждой стихией властен,
эти струны не рвутся, слова не лгут.
Даже время в бессилии отступает
перед тихим, но твёрдым твоим: «могу»,
и его невесомым, как выдох: «знаю».
И пускай вам не быть никогда вдвоём -
не взлетит без руки и журавль бумажный.
Но пока тот, кто нужен тебе, поёт, -
ты живёшь.
Остальное - совсем неважно.
У меня для тебя никогда не хватает слов,
А которые есть - так они все равно не
Ты - какой-то рубеж в теплой неге моих снов,
Бесконечно далёкий - лететь ещё и лететь,
Бесконечно прекрасный - как свет новогодних свеч,
Бесконечно взрывной - как поэтика наших «встреч»,
Бесконечно любимый - в твои бы ладони лечь
Талисманом от всех проблем и беречь… беречь…
У меня для тебя навсегда есть в душе - дом.
В нем спокойно и тихо, хоть целую вечность броди…
В нем гитара, холсты, сигареты есть, чай и ром…
В нем есть всё для тебя. Нет тебя только…
Приходи…
Босиком.
По еще не остывшим от страсти камням.
Искусав свои губы до крови, до лавы из сердца.
Отдаю обожженную душу на милость ветрам.
Я сгораю дотла…
А хотела всего лишь согреться.
Отвечая на каждый твой стон влажным громом с небес,
Хрупким голосом ночи, сошедшей сюда с Альтаира,
Каждый миг наполняется целой плеядой чудес:
От рожденья сверхновой звезды до падения мира.
Ни Везувий, ни Этна, ничто не сравнится с тобой!
Покоренный однажды вулкан все равно будет вольным!
Мои нежные просьбы, поросшие сладкой травой,
Умирают в огне.
Но я знаю - тебе тоже больно…
От подножия будней до самой вершины тебя,
Где позволено было гулять только хмурому ветру,
Я осмелилась БЫТЬ!..
И обыденный статус «нельзя»
Серым пеплом осыпал мою добровольную жертву.
Растревожились дни и разбились об оникс ночей…
Ты уснул на года… на столетия…
Может успею?!
Но чем дальше мои паруса, тем дышать горячей.
Я бегу от вулкана!
И лишь от себя не умею…
А давай мы забудем слова «все» и «каждый»?
Не про нас слово «было»…
И разница в том лишь,
Что у нас даже прошлого нет. Но однажды
В тишине скажет кто-то из нас:
«А ты помнишь.
Искушенность толпы, что давилась в партере?..
Не-соленность хлебов, не-ротация зрелищ!
Как слетались все зрители к нашей премьере,
А не к тихому счастью за нас…
Грустно… веришь?
А еще - ожиданье мальчишки-Июля…
Тот, что вырос из шортов зеленого Мая!
Ароматом свободы, мечты и пачули
Он влюбился в тебя!
Я его понимаю…
Помнишь наши стихи, с долькой ночи и с солью?
Поцелуи мои - россыпь из многоточий?
Рвется там, где болит…
Брошу слезное взморье
Палантином на плечи твои…
если хочешь?»
И когда ничего не останется, кроме
Полувытертых фраз на промокшей афише,
Наберу твой на память заученный номер,
Чтобы просто сказать:
«Я люблю тебя…
Слышишь?»