.
Свечи в печи, камень в спину…
Чем не ладан… не елей?
Всем прощеньям по камину -
Сжечь и с дуть в простор полей.
И не нужно тратить силы
На заветы древниих лет.
Кто не ждал удара в спину,
У того защиты нет.
Тело выветрило страсти?
Копит время Узатей…
Уж от эдакой напасти
Козырь - карты всех мастей.
По болотам душ загнивших
Бродят лихо да хула.
Нечисть рушит мира крыши,
Ей проклятья - похвала.
По чуланам да подвалам
Мыши норами частят.
Со сноровкой коновала
Насаждают свой диктат.
Бог молчит и смотрит строго:
«Выбор Ваш… и Ваш ответ.
Коли начата дорога,
То и путь стопой задет»
А привыкшему к мякине
Каравай - чужой на вкус.
Что возьмёт, а что отринет -
Каждый свой пакует груз.
Оценивая мысли красоту,
ловил за хвост Жар-птицу на лету…
.
Под впечатлением строк
АЛЕКСАНДРА НЕКЛЮДОВА
Серпик молодой луны стобрачной
Коснулся талинковой ветки,
Примял осоки куст мокрой,
Расплескал воду из голубой чашки.
Сполна налитой рожок: пеной,
Соком, полыхающий накипью, -
Запотевший ручьями родниковой,
Стекающей по стебельку ножки, влаги
Образность этих строк легла канвой
в мое стихотворение…
------------------------------------------------
Утончённой красы неприкаянность:
Тихий всхлип закипающих слёз
Сброшен жизненным соком в нечаянность,
К чистоте ненавязчивых рос.
Стебелек, опоясанный капелькой,
У стобрачного серпа луны
Притаился под звездною сабелькой,
Утомленный незнаньем вины,
За расплёсканный, будто нечаянно
Томный сок из полночной красы,
И разбрызганный силою тайною
В незатоптанном блеске росы.
И примятой осоки обидами
Прикоснулась душа к роднику,
Очарована дивными видами,
Где строкой прослезилась стиху…
Наплачь мне осень в сердце сожалений,
Накапай мне прощения в ладони…
Я от тебя приму и откровенье,
И грусть, и ожиданье, и бессонье.
Ветра твои разносят по округе
Загадочные шёпоты и звуки.
В них стон напоминанья о разлуке
И сердца с сожаленьем перестуки.
Приляжет Ночь на краешке заката,
Да будет ждать земля звездопадений…
Всё время забирает без возврата,
Не тронув только памяти владений.
Скрипит калитка немощным младенцем -
Слеза в душевном океане тонет…
Наплачь мне осень сожалений в сердце.
Накапай мне прощения в ладони.
Притихло взора упованье
На понимание небес.
Навстречу ангел не привстанет…
И бес.
Маячат птичьи караваны
Над лесом, полем и рекой.
Тяжёл на сердце грустью пьяный
Покой.
И не насытившись мечтою,
Жизнь просит прошлого взаймы.
Лечить бы сказкою простою
Умы.
Пути не кажут звери… птицы.
Куда бежать? Куда лететь?
Опять к бессонице-царице
Под плеть?
А гуси лебеди украдкой
Крадут былое из души.
Лишь молит строчками тетрадка:
Дыши.
Ты извини, не стоит ждать,
в моих словах всё несерьезно.
нельзя строкой нам исправлять
ушедший день. Ведь слишком поздно.
На праздник твой я опоздал,
считаю дни. но держит горе,
несправедливости финал,
- как шторм покинутого моря…
Когда невинный день сгорит
Закатом подметая вечер,
Душа попросит изнутри
С раздумьями назначить встречу.
И возле тёмного окна
Сложив на стол листы бумаги
Присяду, в мир погружена,
Где мне не занимать отваги.
Остановлю привычек строй
На самом кончике запрета,
Натешусь звёздною игрой
Под сребролунным минаретом,
Губами прикоснусь слегка
К дыханию полночной тайны…
И карандаш возьмёт рука,
Попавшийся в полон случайно.
Потустороннею строкой
Прозренье ляжет на бумагу
И выплеснет душа рекой
Стихов настоянную брагу.
Уходит лето с песнями ветров,
умыв дождями камень берегов…
здесь жизнь, в обнимку с вечностью мгновений,
проходит цепью серых облаков…
Слово сказано,
Дело сделано.
Буквы вмазаны
В строки белые.
Не по правилам…
Не положено…
Но чего уж там -
Дело прошлое.
Нет заступников…
Нет обидчиков…
Одинок, что смерд,
Средь опричников.
Небеса не ждут.
Не зовёт и твердь.
Вышла на межу
В плясовую смерть.
Занемела грудь,
Тяжесть в глубине.
Люди! Кто-нибудь,
Отзовитесь мне!
Не боюсь обид
Слишком выдохся…
Нынче позади
Боль на выпасе.
Не грозит потоп,
Не стегут ветра,
Скрыла нити троп
Мать-земля сыра.
Зверя лютого
Мой пугает вой.
Время спутало
Благодать с лихвой.
У погоста грехи не толпятся…
Не дежурит блудливая спесь.
Если ты ризник реинкарнаций -
Из души слушай каждую весть.
Оставляй только доброе семя
В борозде за своею спиной.
Всходам будет назначено время…
Даже если уйдёшь в мир иной.
На продажу выносится много
Из того, что, как будто, нельзя…
След никто не подложит под ногу -
Сам оставишь… твоя же стезя.
До последней назначенной тризны
Каждый миг пусть одобрит душа.
Предпосылки событий капризны,
Хитрованы под властью гроша.
Вожжи барские больно резвятся
Но согбённой послушно спине.
И сберётся толпа для оваций…
И напишет девиз на стене.
Только память оставит зарубки
На прошедшем для будущих лет.
За кого-то поднимутся кубки…
Для кого-то на память запрет.
Наблюдай и внимательно слушай,
Но обидой в сердцах не гори.
Не помогут от злобы бируши,
Коль она притаилась внутри
Чтоб в душе не копилась короста
Слишком мало крещёного лба…
Важно, чтобы тропы до погоста
Не забыла потомков стопа.
Ты видел? Она дождалась! Вот и славно…
Ты зря ироничен - сбылось предсказанье.
Была только вера и дар ожиданья…
И чудо, в котором ЛЮБОВЬ стала главной…
Да разве кому то пристало стыдиться
Любви? Ты, ведь, угольщик, знаешь, конечно,
Из всех наобещанных слов человечьих,
Не многие делом легли на страницы
Прошитых мечтаньями дней беспристрастных
К желаньям людей чудесами украсить
Надежду на встречу с желаемым счастьем,
Без трат на слезу ожиданий напрасных.
Девчонка поверила в чудо, когда-то…
Его подарил ей влюблённый без спору…
Не счастье ли это земное, коль скоро,
Неважно, какая там выдалась дата?
И принцев на всех не хватает на свете…
На всех замарашек корон не отыщешь…
Но чудо мечты ожидания чище,
Поскольку не выгоду ищет в ответе.
Какая судьба уготована парам -
Никто не ответит… лишь чувства и время
Иль счастье подарят, иль выдадут бремя…
Кто как обойдётся с полученным даром.
Ах… ты не печалься, мой угольщик милый,
Мечты и тебя не забыли, конечно.
И разве так плохо владеть просторечьем?
И лучше мечтать, чем «считаться» уныло
С подёнщиной будней на службе у рока…
Ассоль дождалась… знаешь, угольщик, милый,
Ведь Грэй подарил ей мечту и дорогу…
А девушка вовсе о том не просила.
Ты видел ли море в разводах заката?
Ты помнишь, как пахнет трава на покосах?
Иконы останутся и без окладов
Святыми… как чистые ранние росы.
Никто не ответит, чем судьбы одарят
Всех Герд и Ассолей, и золушек мира…
Но даже ковчег всякой твари по паре
Собрал для спасения с адского пира…
Для меня моя беда - соль,
Для тебя её цена - грош:
Каждый помнит лишь свою боль
И прощает лишь свою ложь.
Кровь из раны, будто вино,
Непременно капает вниз.
Разве можно осуждать дно,
Во владения забрав высь?
Если слёзы - это вода,
То не так уж важен ответ…
Не желая говорить «ДА»,
Разве нужно говорить «НЕТ»?
Под ногами наших дней твердь
Вдоль обрыва держит карниз:
Разве можно понимать смерть,
Если вовсе не ценить жизнь?
В данном случае.
КАРНИЗ м.2.Уступ, тянущийся узкой полосой по обрывистому склону гор, круч, иногда на значительной высоте.
Отдай моей земле любовь её детей.
Прими мою страну под мудрую опеку.
Зачем, связав запреты в путанку сетей,
Ты дал так много силы воли человеку?
Не думая, прощаем чёрных егерей…
И пробегают дни в погоне за юродством.
Мечты… тепла… и веры… И любви ТВОЕЙ
Нам, людям, не хватает в этой жизни просто.
На капельку любви
Направь своё добро.
Зажги в потёмках душ
Божественные свечи.
Святая вера -
Не простое ремесло
Тому, кто боль земли
Взвалил себе на плечи…
Не пожалей любви для сирого в миру,
Не откажи в надёжной вере - пострадальцу.
Господь! Когда ты видишь подлость на пиру,
Грозишь ли ты треклятой свято-мудрым пальцем?
Когда тебе даны возможности карать,
Когда ты можешь одарить всещедрой дланью,
Зачем же позволяешь людям убивать
Друг друга, откупаясь в церкви злато-данью?
На капельку любви
Направь своё добро.
Зажги в потёмках душ
Божественные свечи.
Святая вера -
Непростое ремесло
Тому, кто боль земли
Взвалил себе на плечи…
И сколько жизней наших в бездну утекло,
Без отклика в душе, за ширмою из ВЕРЫ.
А, правда: У Христа за пазухой тепло?
И есть ли люди не подвластные химерам?
Из заповедей нам известна света суть.
Но на земле прожить нелёгкая задача.
И как же ВЕРУ светлую душе вернуть,
Когда сама же жизнь её переиначит.
На капельку любви
Направь своё добро.
Зажги в потёмках душ
Божественные свечи.
Святая вера -
Непростое ремесло
Тому, кто боль земли
Взвалил себе на плечи…
Глаза и губы, грудь, фигура - всё при ней.
И сложена на диво, и умна, и статна.
За нею страсти вьются сборищем коней…
И волочатся взгляды вслед. Да это б ладно…
Вот только горько, что поклонники красы
Желают тела, словно в пост еды скоромной.
И вожделений чаша тянет вниз весы…
В сравненье с чашей, что для чувства припасёна.
Ей смотрят вслед мужчины все, едва дыша…
Отгородиться бы от мыслей сально-грязных…
И вместо фразы «Эх, чертовка, хороша!»,
Услышать:"Как она божественно прекрасна!"
Уступи мне пожалуйста, Время, возможностей горстку. Ну, а если не жалко, то не отнимай то, что есть. Годы ты подгоняешь без устали плёткою хлёсткой, а претензий твоих к опозданьям свершений не счесть.
Я стараюсь, вот только стезя на земле не прямая, да к тому же от чувств и эмоций сбежать не могу. Да, наверное, и не хочу, хоть умом понимаю, что при них я запаса возможностей не сберегу.
Опираясь на посох мечтанья, надежды и веры, иногда обращаю вниманье на клин журавлей, от тоски улетаюший, словно бы от браконьера, иногда, словно ветер, срываюсь в просторы полей.
Крылья мнутся под тяжестью непоправимых ошибок, на лице по морщинкам считаются сроки потерь. И на сердце болят нестерпимо обиды ушибы. Толи ангел устал охранять, толи тешится зверь.
Знаешь, Время, признаюсь: не то, чтобы старость пугала или слабость страшила поклажей болезней на горб, просто хочется много успеть… получается мало. Оглянуться ещё не успеешь, а посох потёрт.
Полухроменько доковылять до границы - не дело. А взлететь на помятом крыле, ну никак не суметь. Лишь душа перелётна, простившись с натруженным телом, непременно отпустит напарника в ждущую твердь.
Годы мчатся, как будто гонимые плёткою хлёсткой. Успеваю немного: учусь, ошибаюсь, грешу. Уступи мне пожалуйста, Время, возможностей горстку. Ну, а сможешь не брать то, что есть, не бери. Я прошу.