Так прощать умеет лишь трава.
От следов жестоких с верой подниматься.
Омывать росою злобные слова.
К жизни новой снова возрождаться…
С возрастом из злоупотреблений остаются только лекарства !
Открываешь глаза, а за дверью - май.
Остаётся не спать по ночам и думать:
Всё, что вокруг, далеко не рай.
Но, Господи-Боже-мой, год минул ведь.
Сколько прошло,
утекло воды,
Сколько развеяно пеплом с крыши,
Сколько бессмысленной ерунды
Когда-то казалось мне даром свыше.
Все эти люди, к которым шла
Не то чтоб с молитвой, но с чистым сердцем,
Выгнали за порог,
едва
Холод настал,
мне не дав одеться.
Сколько бежала, болела, жгла
Письма, мосты, адреса, билеты.
Рушила стены. Потом с нуля
Строила мир из обломков веры.
Открываешь глаза, а за дверью - год.
Стоит,
собираясь уйти,
в раздумье;
Взглядом стучится в моё окно,
Глядя с ухмылкой своей акульей.
Шторы задёрнуть, бежать к двери,
Запереться на ключ и свалиться на пол.
Прошлое лето,
уйди, уйди.
И с собой забери все свои закаты,
Кофе и запах сырой травы,
Арки кирпичные и вокзалы.
Забери с собой шелест сухой листвы -
Забери всё, что слышала, осязала.
Забери всю тоску мою и враньё,
Рубашки чужие, слова в футляре -
Всё это выцветшее гнильё,
Пусть оно вместе с тобой растает.
Ставим черту - подведём итог,
Пока пыль по сухому асфальту кружит.
Открываешь глаза, а за дверью - Бог.
И кажется, Он меня ждёт на ужин.
Просто сбиты прицелы -
слава богу остались целы, я дышу и пока жива…
Не роняй свое небо - в мои ладони, не удержу сейчас…
Не объясню сейчас - прав не тот, у кого права…
Прав тот, кто в итоге - Счастлив…
тот, кому удавалось - без фальши…
остаться Собой и двигаться дальше…
Мне надо заново учиться доверять.
Забыть бы все и жить начать сначала…
Боюсь любить, боюсь опять терять…
Поверить? Нет? Эх, если бы я знала…
Хочу любить и быть тобой любима,
Хочу чтоб счастьем был Наш полон дом…
Хочу встречать и провожать, мой милый.
Как будет? Сказкой? Или снова глупым сном?
Последнее слово не каждому дается.
* * *
… надо ли бояться,…
с улицей, на которой никогда не бывает праздников, попрощаться?
* * *
был точен в стенографии дитя,
… самодостаточность он заменял уменьем доставать себя…
* * *
у фотографий крыльев, которые за спиной индивида, - разные названия…
* * *
и ненависть, и любовь
… боятся рукопожатия
* * *
аршином мерил очень робко,
сложив все эталоны в стопку.
* * *
считал, что тяготел к мирмекологии не зря,
нога ж спокойно раздавила муравья.
* * *
надежда покорить высоту его сердца, в отчаянии зависла ниже пояса…
* * *
Меня ты мелом смачно обводил,
а для души не пожалел чернил…
* * *
… к готовым ответам не рождается вопросов.
Конь правды не быстёр. А это значит,
Она, не торопясь, но всё же скачет.
В пути, каждый молчит о своем.
Должен верить - акт насилия над чувствами. Нужно просто верить.
А мне так хочется поговорить с тобою, мама…
Мы не хозяева своей жизни. От рождения и до смерти мы связаны с другими, прошлым и настоящим. И каждый наш проступок, как и каждое доброе дело - рождает наше будущее.
Слепая влюбленность и партнерство, рожденное разумом. Острота запретного влечения и ласковая чувственность проверенных отношений. Сексуальный интерес и близость, идущая от родства душ. Теплая привязанность к тому, кого знаешь наизусть, и страсть, которую не исцелить, а можно только изжить, пройдя до конца и разрушив все вокруг, включая себя…
А еще братская симпатия и, наоборот, необъяснимое притяжение к тому, с кем, находясь рядом, можешь только ругаться. Удушливое наваждение преступного желания и легкость романа без обязательств. Интрижка, мимолетное увлечение и преданность, простирающаяся за границы жизни и смерти. Почти спортивный азарт покорения все новых и новых объектов и полное самоотречение ради любимого. Растворение в другом и эгоистичное чувство собственности к тому, кто рядом. А еще тоска безответной любви, опъяненность обладанием, боль ревности, очарование, нежность, неутолимая жажда быть все время рядом… Боюсь, это неполный список тех чувств, которые претендуют на право называться любовью.
Если бы мы все жили мнением окружающих, то как было бы все неинтересно…