Друг, умей от пустой суеты отличать
То, что сможешь на деле ты людям отдать.
Лучше что-то хорошее ближнему делать,
Чем весь мир от крушения мира спасать.
Тяжесть характера и домкратом вежливости не поднять.
Успокойся, приди к примиренью,
Дни и месяцы вязкой борьбы
От паденья приводят к паденью,
От прошедшей до новой беды.
Перестань, не надейся, не стоит:
Жёсткий век не подвластен добру,
Сердце время-хирург успокоит,
Превратив тяжесть лет в мишуру.
Не клянись, не давай обещаний,
Легче жить, пыл страстей укротив,
Не любить и не ведать страданий,
И умом, и душою остыв.
Брось намеренья мир переделать,
Подготовься к предательству вновь.
Жди: обманут, покинут, изменят,
Заморозят кипучую кровь.
Гордость - благородная страсть - не слепа по отношению к собственным недостаткам. Этим отличается надменность.
даже самый скромный человек думает о себе лучше, чем думает о нем - его лучший друг…
Реже стал я шутить и смеяться.
Светлый взгляд затуманила грусть.
Был бы жребий по свету скитаться!
Я, как стрелка, по кругу мечусь.
Нет покоя, желанного мира,
За плечами всё больше потерь.
Слава Богу, не создал кумира.
Не реви, время, бешеный зверь!
Не лети, не ломай мои планы,
Что несёшься на полных парах?
Вот торчат небоскрёбные краны,
В одряхлевших копаясь дворах.
Разрушают беспечное детство,
Ореол, где милее всего.
Жалость - самое верное средство,
Уяснить, что полжизни прошло.
Да что гордыня?! Лишь утробный страх:
Не нравиться, не мочь и не дождаться,
С иллюзией спасительной расстаться,
Сомнением вскользь приближая крах…
А, может, ну ее?! Пусть ластится к чертям,
Пусть шепчет в уши им свои расклады
Под всполохи и грохот канонады,
Настанывая темы новостям…
Твердит: «Люблю»! Но знает ли Любовь,
Когда в ней нет ни ласки, ни заботы,
А только петли, плети, эшафоты,
Хранящие запекшуюся кровь?!
Гордыня - враг, глашатай старых догм,
Та сердцевина, тронутая червем,
Что Душу губит: ты не станешь первым,
Кто оправдать себя пред ней не смог!
Война?! Нисколько! Скуден тот удел!
Простись с ней враз и навсегда помягче,
И ты увидишь, солнце станет ярче,
А ты - смирен, пленителен и смел!
Нет, ВРЕМЯ мне НЕ по карману
С ЕГО заоблачной ценой.
Я больше в очередь не встану,
Пусть будет очередь за мной.
Нет, время мне не по здоровью,
Румянец вытерт добела.
Я многих выпоила кровью,
Но мало крови попила.
Все тяжелее давит Бремя
Растраченных впустую лет.
Не по терпению мне время,
Не по выносливости, нет.
Кого давно пора забанить,
Я отправляю в жесткий бан.
Пусть будут дороги, как память.
Но время отнимать не дам!
Все пишем и пишем, и пишем,
Не смотрим на время никак,
Отраду душевную ищем,
В нежно-багровых лучах.
Выплеснув пыл на бумагу,
Остались сидеть в уголке,
На улице лает собака,
И перья от музы в руке.
Приму золоченный подарок,
И вновь порываюсь писать,
Закат удивительно ярок,
И прыгают строфы в тетрадь.
И думать порой забываю
О чем же, о чем напишу,
В небе полночном летаю,
По звездной дороге хожу.
И каждая мелочь как сказка,
Волшебный изысканный вид,
Что же порою так тяжко,
Не пью, не кури, но болит.
«Пройдет» отвечаю спокойно,
Иду по знакомой тропе,
Пусть мне по-прежнему больно,
Но я доверяю судьбе…
А я стою на правильном пути…
Стою…
А надо бы идти.
Жаль что я не художник,
Не умею картины писать
И улыбку твою - безнадежно
Сохранив не смогу воссоздать
Имя только- и несколько строчек,
Это все что имею сейчас.
Ну, а мне как-то хочется -очень,
Видеть блеск в отражении глаз.
И под таинством ночи - касаясь
Расстоянием сблизить тебя.
И в себе как в тебе - растворяясь
Быть частичкой прошедшего дня.
В мире все уже есть.
Но все суть танец.
Перо крокодила или коготь медузы.
Странные вещи и наши пляски вокруг,
Которые сами - суть странные вещи.
Молекулы и электроны.
Планеты и галактики.
Кванты света нанизаны на сами струны времени.
Есть Тот, кто касается их…
Узор скоротечен и неосязаем.
Распад превращается в новый узор.
Вечен лишь Танец.
Танцуй и не смотри по сторонам.
прозаическая версия:
Танцуй и не смотри по сторонам.
В мире все уже есть. Бог позаботился о том, чтобы всего хватало с избытком. Но не все однозначно, не все равноценно. Мы движемся во времени и пространстве, изредка замечая отблеск странных вещей. Можно пройти мимо, а можно на мгновение остановиться, присматриваясь к феномену. И сам наш танец вокруг диковины, приплясывание да притоптывание, - образуют новую странность, которая, быть может, привлечет внимание других прохожих и заставит приглядеться к тому, ради чего остановился ты. Так танцуй и не смотри по сторонам, ибо сам мир - ни что иное, как танец, кружение, пируэты и па. Вальсируюшие пары молекул кислорода, изящно блуждающий между ними азот… Сиртаки бензола, народные танцы стройными рядами в твердых телах, детская подтанцовка электронов… И кванты света, нанизанные на сами струны времени, и Тот, кто касается их сияющими пальцами… Планеты, галактики и Вселенная. Среди диковинок есть многое - например, перо крокодила или коготь медузы. Все скоротечно и почти неосязаемо, ибо фигуры, образуемые танцорами, быстро распадаются и образуют новый узор. И нет ничего вечного, кроме самого Танца и Мелодии… Танцуй и не смотри по сторонам.
Вчера опять очередной провал наших Олимпийцев. Позор. В команде 12 чемпионов мира по хоккею. И что? Команда есть, а сыгранности нет. И почему не сразу поставили хорошего вратаря? Так что это? Сталина надо сюда. Стыдно народу за вашу игру чемпионы.
Вы знаете, общаясь в последнее время в интернете, всё чаще прихожу к мысли, что кроме нравится или не нравится, отправить в черный список, пора ввести новую функцию- «вье@бать по морде», особенно тем людям, которые хамят на твоей территории. Конечно, это не решит проблемы, но хоть какое-то моральное удовлетворение.
Власть раззевает пасть,
Чтоб пожрать лучшую часть нас.
Свободы пробил час.
Это фугас
желаний, имеющих власть.
Карст нас заглотнет на раз,
вожделения наст.
Желать и жаждать.
Падать, утратив радость.
Пропасть.
Бывших потерь пропись.
Как лопасть большого винта,
режет нас жизни тщета.
Простота, маета, скука,
сука-разлука.
Пуста…
Невинность бескровности утрачена,
наивность и вера молью трачены,
кракеном душу сжимает тоска,
держит ПМ у виска.
Жизнь тоньше волоска -
вязка и жутка, жалка и горька.
Пригорки. Слова как-то прогоркли.
Пьем сначала с наперстка,
потом доходит до ста.
Сверстать и в печать.
Не к кому больше стучать.
Каинова печать