Говорят, существуют люди, переживающие в себе всё горе мира… Не знаю, бывает ли так…
…Но думаю - Это каким же гадом нужно было быть в прошлых жизнях, чтобы получить такой ужас в настоящей??? Чувствовать боль всех и сопереживать всем???
ВЕСНА… ЭХ… ЛЮБИТЬ НУЖНО, А НЕ ВОЕВАТЬ.
Сегодня в 9 часов утра был просто сепаратистом и мне грозило 5 лет тюрьмы, после 12 часов я стал сепаратистом-террористом с 10 годами тюрьмы, а после 17, если начнется стрельба мы уже будем пожизненными заключенными - вот такая головокружительная карьера за день!!!
Михаил Костюков
Луганск.
БАНДЕРОВЦЫ И МАЙДАУНЫ называют СВЯТУЮ георигиевскую ленточку колорадской… А тех, кто чтит память солдат-освободителей, колорадскими жуками!!! Смотрите, дальтоники!!! Наша ГЕОРГИЕВСКАЯ ЛЕНТОЧКА ассоциируется с добром, светом и победой!!! А ваша КРАСНО-ЧЁРНАЯ ТРЯПКА АССОЦИИРУЕТСЯ С ДЕРЬМОМ, СМЕРТЬЮ И КРОВЬЮ!!!
гр.Руский юго-восток
(однокласники)
Скиньтесь по 5 гривен на Армию - а завтра она вас РАССТРЕЛЯЕТ!!!
Где есть злость, под ней всегда скрывается равноценная ей боль.
Как тетки заводят восемьдесят седьмой по счету роман? Какие помещения арендуют, чтоб не таскать в себе эти тонны расставаний?
Друзьям мальчишка хвалится в саду:
«А у меня два отпуска в году.
И праздную я дважды день рожденья,
Два раза в день Макдональдс в воскресенье!!!
Два велика и дома тоже два,
И в каждом по кроватке у меня!!!»
Не понимаешь ты ещё, Малыш,
Что твои мама с папой разошлись…
.И будет у тебя всего по два,
Всего по два,…трагедия одна.
Казалось, это все мне только снится,
Но боль меня настигла наяву!
Все говорят: переверни страницу…
Я лучше вырву целую главу.
Наверное, даже если б человек знал, что его слова делают слишком больно, ничего не изменилось. Такова сегодня мораль: сиди и помалкивай.
На больничной койке
Смята простыня.
Вся лежу я в гипсе,
И не жду тебя.
Ты пришел под вечер,
И принес цветы.
Но они мне больше
Стали не нужны.
Капельница в вене,
Капает струя.
Болью раздирается
Сердце у меня.
Все лицо в подтеках,
Отвернусь к стене.
В жизненных уроках
Равных нет тебе.
Ты сидел все молча
У меня в ногах.
И смотрел все также
С жалостью в глазах.
Больше мне надо
Жалости твоей.
Забери букет свой,
Возвращайся к ней!
Я пролила уже сто четырнадцать тысяч слезинок
Я сменила с десяток, промокших до нитки, подушек
Обижалась, страдала, страдала, страдала…
изнывая от боли, срываясь с катушек…
а потом озарение…
«Знаешь. Довольно.»
а потом понимание…
«Всё… Надоело.»
Когда любят кого-то - не делают больно!
измеряя границы и точки предела…
Женщина может простить всё, но к сожалению забыть не в состоянии …
- Чем была бы жизнь без женщин… - Настоящей болью в заднице.
мой город спит. а в городе не спит,
кто рушит всё своими же руками -
чем больше в межребЕрье заболит,
тем вероятнее, что ты еще не камень.
Невозможно взять на себя чужую боль. Но можно хотя бы держать человека за руку, чтобы он не был со своей болью один на один.
мой безнадежный город всю ночь без сна,
я остаюсь дефектами киноплёнки.
боль забывается. вертятся шестерёнки.
я заживаю. люди живут. весна.
Письмо танкиста
Спустя четверть века после войны в глухом лесу под Вязьмой был найден вросший в землю танк БТ с хорошо заметным тактическим номером 12. Люки были задраены, в борту зияла пробоина. Когда машину вскрыли, на месте механика-водителя обнаружили останки младшего лейтенанта-танкиста. У него был наган с одним патроном и планшет, а в планшете - карта, фотография любимой девушки и не отправленные письма.
25 октября 1941 г.
Здравствуй, моя Варя!
Нет, не встретимся мы с тобой.
Вчера мы в полдень громили еще одну гитлеровскую колонну. Фашистский снаряд пробил боковую броню и разорвался внутри. Пока уводил я машину в лес, Василий умер. Рана моя жестока.
Похоронил я Василия Орлова в березовой роще. В ней было светло. Василий умер, не успев сказать мне ни единого слова, ничего не передал своей красивой Зое и беловолосой Машеньке, похожей на одуванчик в пуху.
Вот так из трех танкистов остался один.
В сутемени въехал я в лес. Ночь прошла в муках, потеряно много крови. Сейчас почему-то боль, прожигающая всю грудь, улеглась и на душе тихо. Очень обидно, что мы не всё сделали. Но мы сделали всё, что смогли. Наши товарищи погонят врага, который не должен ходить по нашим полям и лесам. Никогда я не прожил бы жизнь так, если бы не ты, Варя. Ты помогала мне всегда: на Халхин-Голе и здесь. Наверное, все-таки, кто любит, тот добрее к людям. Спасибо тебе, родная! Человек стареет, а небо вечно молодое, как твои глаза, в которые только смотреть да любоваться. Они никогда не постареют, не поблекнут.
Пройдет время, люди залечат раны, люди построят новые города, вырастят новые сады. Наступит другая жизнь, другие песни будут петь. Но никогда не забывайте песню про нас, про трех танкистов.
У тебя будут расти красивые дети, ты еще будешь любить.
А я счастлив, что ухожу от вас с великой любовью к тебе.
Твой Иван Колосов