Гражданка Израиля Элла Нурик весной 2003 года получила странное письмо из Белгорода: «Не будучи знаком с Вами, уважаемая Элла Исааковна, все-таки решился составить это сообщение, — писал отправитель. — Я — Сергей Иванович Потапов, 1933 года рождения, при некоторых обстоятельствах обнаружил запечатанный воском патрон на месте боев в нашей области. В патроне была найдена записка с данными погибшего красноармейца Исаака Абрамовича Флейшера. Я лично предпринял некоторые розыскные действия, в ходе которых выяснил, что Исаак Флейшер, год рождения 1912, место рождения г. Херсон, является Вашим отцом. В том случае, если мои данные верны, готов при визите в Государство Израиль встретиться с Вами и передать лично Вам в руки эту священную реликвию. С самыми добрыми пожеланиями, Сергей Потапов».
Теперь я должен рассказать, что за человек Элла Нурик, чей адрес в городе Бат-Ям был выведен крупным почерком на конверте письма.
Элла осиротела в ходе войны: отец ее пропал без вести летом 1943 года, а мать погибла сразу после войны на работах по лесосплаву. Близкие родственники сгорели в огне Холокоста. Элла Флейшер попала в детский дом тринадцати лет от роду. Дом оказался обычным по тем послевоенным временам, а потому, во многом, и судьба Эллы сложилась далеко не лучшим образом. Озлобленная на весь мир девушка-красавица пошла по дурной дорожке и к 1958 году «отмотала» пятилетний срок на зоне за воровство.
Спасла Эллу любовь военного человека, еврея — Бориса Нурика. Характер женщины оказался восприимчивым к покою, заботе и ласке. Часть ночи, после того как Нурик сделал ей предложение, Элла Флейшер горько проплакала, а утром проснулась без ощущения привычной горечи, радуясь наступающему дню.
— У тебя, Эллочка, лицо стало совсем другим, — сказал ей тогда Борис.
Это и в самом деле было так. С новым лицом Элла пошла учиться, закончила техникум и проработала технологом на местном металлургическом заводе почти сорок лет. Дети у Нуриков родились друг за другом — в 1960 и 62-м годах, девочка и мальчик. Все складывалось в дальнейшей жизни Эллы как обычно, без особых проблем и событий. Но в 1981 году после продолжительной болезни умер её муж, не дожив и до шестидесяти лет.
Элла тяжело переживала смерть Бориса, но горе свое не выказывала при посторонних и детях. Трудная судьба научила ее сдержанности, даже суровой сдержанности, которую малознакомые люди принимали за черствость характера и даже жестокость, обычную для людей с тяжелым детством и криминальной юностью.
Так вот, Элла Нурик прочла послание из Белгорода будто это была квитанция на оплату за электричество. И сунула письмо в деревянную распорку, где лежали эти самые оплаченные квитанции, потом вышла на балкон своей квартиры и закурила. Элле понадобилась не одна, а три сигареты, чтобы прийти в себя.
Ей исполнилось 70 лет, но до сих пор она не могла простить своим родителям их смерть и то, что подростком попала в ад послевоенного детского дома. «Я ненавижу вас! — немо кричала она тогда в вонючую, грязную подушку. — Ненавижу!»
И вот теперь обида вновь возникла в сердце пожилой женщины, но продолжалось это недолго, и Элла вдруг решила, что полученное письмо — весточка от отца, который просит у нее прощения за то, что не смог сберечь себя на фронтах страшной войны с нацизмом.
Выкурив третью сигарету, Элла Нурик вернулась в холл, села за письменный стол и, не раздумывая долго, сочинила ответ Сергею Потапову:
«Уважаемый г. Потапов! Спасибо за память о моем отце. Буду рада встретиться с вами в Израиле. Элла Нурик». И все. Она не стала расшаркиваться перед незнакомцем. Решив так: если он человек добрый, — не обидится, а если злой, — то и комплименты в этом случае не помогут.
Теперь о том, как в руки Потапова попал патрон с запиской Исаака Флейшера. Его сын — Дмитрий Потапов — зарабатывал себе на жизнь «черной археологией». Раньше он служил шофером в райкоме партии, возил начальство, а с 1994 года занялся новым и весьма прибыльным делом.
Человек обстоятельный и серьезный — Дмитрий — начал с того, что приобрел необходимые знания и инструменты для успешного ведения дела. Он стал читать труды генералов и военных историков. И не просто читать, а внимательно прорабатывать найденный материал. Затем он составил подробные топографические карты и приобрел современный металлоискатель. Младший Потапов не рискнул работать в одиночку. Он прекрасно знал буйный характер местных «черных археологов», но постепенно, благодаря «научному» подходу и связям с «братвой», добился определенной независимости и перестал работать на «общий котел».
Специализацией Дмитрия Потапова стало оружие. В лесах и окрестных полях его было множество. Глинистая почва способствовала сохранности металла. Впрочем, он только чистил найденное оружие. Его реставрацией, переделкой и продажей занимались другие люди в специальной мастерской. Потапов даже не знал, где она, эта мастерская, находится. Каждую неделю он встречался с посредником, отдавал ему «улов» и получал вознаграждение, как правило, в валюте.
Попадалось Потапову, конечно, не только оружие, но и памятные знаки погибших солдат. Причем не одних солдат Красной армии, но и немцев. На знаках тоже можно было заработать, но этими реликвиями Дмитрий не занимался. Он сдавал их другим «черным археологам» и тем самым гарантировал свой покой при основном направлении бизнеса.
Иногда, из досужего любопытства, он вскрывал найденные солдатские памятки. Вот и патрон с запиской Исаака Флейшера вскрыл.
— Жидок попался, — сказал он отцу. — Исачок… Слушай, может, торгануть записочкой этой? Евреи — народ богатый — расплатятся.
— Все они, что ли, богатые? — насупившись, спросил Сергей Потапов.
— Все, даже бедные, — решительно ответил «черный археолог».
Надо сказать, что отец Дмитрия антисемитом не был. Он просто по складу своего характера не мог им быть. На эту тему Сергей Потапов часто спорил с сыном еще в советские времена. И вообще отношения между ними никогда нельзя было назвать мирными и спокойными. Яблоко от яблони далеко упало — бывает и такое.
Не любил, если уж честно, старик сына. Он внуков любил безмерно, а потому и навещал часто семью Дмитрия. И вот во время такого визита и произошел у них разговор по поводу патрона с данными на красноармейца Флейшера.
— Подлость это! — сказал тогда Николай Потапов. — Человек погиб за родину, а ты его памятью торгануть хочешь. Подлость это и негодяйство.
— Ты, папаша, глубоко неправ, — сказал сынок. — И пролежал бы этот патрончик до скончания века. Я работал, я его отрыл. Я, может, радость этим его жиденятам доставлю. Почему даром?
— Глаза бы мои тебя не видели пожизненно, — сказал старик. — Отдай мне этот патрон.
— Еще чего!
— Тогда продай.
— Сто баксов.
Сергей Потапов бедным человеком не был. Всю жизнь он и его покойная супруга помнили о черном дне, жили по-спартански в своем доме на окраине города и имели солидное хозяйство на десяти сотках чернозема.
Сто долларов сын получил.
— И чего ты с этой писулькой делать намерен? — спросил он.
— Найду родных этого человека и отдам патрон, — сказал Николай Потапов. — Хоть твой грех, подлеца, немного замолю.
— Псих ты, папаша, — улыбнулся Дмитрий. — Честное слово, псих.
Завладев патроном, старик тут же отправил письмо по имеющемуся в записке адресу. Ответа он не получил и, подождав больше месяца, сам отправился в город Херсон.
Никого из Флейшеров он, естественно, не нашел, но совершенно случайно встретил в порту старика — рыбака и горького пьяницу. Старик этот Флейшеров помнил. Потапов распил с ним бутылку и в конце распития узнал, что жена красноармейца эвакуировалась с дочерью на север и там, по сведениям старика, погибла, а дочь Флейшера была отправлена в детский дом. Рыбак дал адрес знакомой — пожилой женщины из Батайска, которая, он точно знал, переписывалась некоторое время после войны с женой Флейшера.
В общем, затянули поиски Сергея Потапова. Та женщина в Батайске умерла несколько лет назад, но дочь ее оказалась бережливым человеком и нашла старику необходимое письмо, но не от самой Фаины Флейшер, а от ее подруги. Подруга писала, что «моя дорогая и любимая Фанечка погибла утонутием, а ее дочь приютил наш местный домок для сирот».
Еще месяц шел старик по следу Эллы Флейшер. И, наконец, в его руках оказался адрес в Израиле, по которому он и отправил приведенное выше письмо.
Денег, потраченных на розыски, Потапов-старший не жалел. В долгих разъездах он перестал чувствовать острое и тоскливое одиночество безделья, от которого даже внуки не спасали.
Возможность отправиться по делу в далекую заморскую страну он воспринял тоже с радостью. Точку в его деле следовало поставить именно в Израиле.
Элла Нурик встретила Потапова в аэропорту и сразу спросила, где он намерен остановиться. «В гостинице, конечно», — ответил старик.
Элла промолчала и, только устроив гостя в своей машине, сухо произнесла, что он может пожить у нее.
Потом они сидели за столом, в холле квартиры Эллы Нурик-Флейшер, и пожилая женщина читала и перечитывала строки, написанные рукой ее погибшего отца.
Она хотела вернуть старику патрон с запиской.
— Что вы? — удивился Потапов. — Это — ваше.
— Скажите, — строго спросила гостя Элла, — вы долго меня искали?
— Пришлось побегать, — улыбнулся старик.
— Зачем вам все это было нужно?
— Не знаю, — Сергей Потапов пожал плечами. — Для равновесия, может, так… Сынок у меня… Ну, чтобы не было нарушения природы.
— Мои дети работают в США, — сказала Элла. — Они хорошие дети. Я человек не бедный и могла бы вернуть вам часть затраченных средств.
— Обидите кровно, — сказал Потапов.
Через две недели он улетел на родину, но спустя год вернулся в Израиль по приглашению Эллы Флейшер.

Для того чтобы зарегистрировать брак, старикам пришлось отправиться на Кипр. Элла ругала при этом израильские порядки, а Сергей Потапов был в глубине души рад еще одной возможности совершить не столь дальнее, но все-таки путешествие.

2000 г.

#рассказы #мысли

#955135

Долго ли умеючи? -
Умеючи можно и долго.

#кекс #мысли

#955131

«Альтернативы у нас нет»
Высказывания Станислава Говорухина о политике

После перестройки он стал одним из лидеров Демократической партии России (ДПР), в 1996 году — поддерживал Зюганова во втором туре президентских выборов, с 1993 по 2003 год работал депутатом в Государственной думе и даже стал одним из кандидатов на президентских выборах в 2000 году (набрал 0,44% голосов). В «Единой России» Говорухин состоял с 2005 года. Наиболее яркие высказывания режиссёра и политика о ситуации в стране в разные годы.

1986 год

Мы превратились в страну повального воровства. Мы, чуть ли не все воруем что-нибудь. Несём с заводов, с фабрик: сахар, конфеты, кофе, гайки, транзисторы, бумагу, дерево, трубы; воруем у предприятия, где работаем, рабочее время — придём позже, уйдём раньше, в середине рабочего дня сделаем личные дела. Мало нам этих часов, украдём дни, принесём бюллетень, коли надо. В какой ещё стране воруют автомобильные щётки? Миллионы машин стоят без щёток, тысячи человеко-часов потрачены на то, чтобы снять и надеть щётки на лобовое стекло. Иностранцы удивляются, просят объяснить. А как и кому это можно объяснить? Мы все повязаны воровством. Только одни воруют по-крупному, другие — по мелочи. Воровство в особо мелких размерах! В нравственном смысле это катастрофа!

1990 год

Любой молодой человек на опыте своих родителей, на всём опыте окружающей жизни видит, что честным трудом в этой стране прожить нельзя. Поэтому нужны большие усилия родителей, чтобы остановить его не дать вступить на преступный путь. Чаще всего этого не удается сделать, и поэтому ежедневно добровольные рекруты из числа молодёжи вливаются в ряды преступной армии страны. Криминальная статистика отмечает: преступность резко помолодела.

Чтобы спасти наших детей, нужно не так уж много. Нужно, чтобы молодые люди поверили: честным трудом прожить можно. А значит, завтра станет ещё лучше, послезавтра станет лучше намного. Вот и всё. Что следует делать — пусть подскажут учёные. Если нужно залезть в долги, значит, надо залезть в долги. Если нужно от чего-то отказаться, значит, надо отказаться. Альтернативы у нас нет. И более священной задачи у нас нет.

1994 год

Реформы «удались»: страна уже работает в режиме колонии. Мы отказались от культуры, от науки, от высоких технологий. У нас уже нет надежной обороны. Хорошо живёт в этой стране тот, кто ворует, или кто пошёл в услужение к иностранцам. Одним словом — колония.

Надо попытаться вернуть понятию «демократия» его истинный первоначальный смысл, не имеющий ничего общего с тем, который придали ему сегодня люди, находящиеся у власти. Я вздрагиваю, когда слышу, как они называют себя демократами. Становится ещё более не по себе, когда слышишь, как демократами их называют на Западе.

Россия сегодня — это кровоточащая рана. Множатся страдания народа. И сколько они продлятся при такой постановке вопроса — год, два? Значит, поступать подобным образом безнравственно.

2005 год

Мне жена задаёт вопрос: «Вот вы берёте взятки. Ты хоть одну домой-то принеси». Я говорю: «Галь! Веришь — нет, никто ни разу не предложил». Нет, были какие-то предложения типа: «Хорошо бы пробить такой-то закон, мы вас особо отблагодарим». Но всё это касалось не культуры, а проектов, в которых я ничего не понимаю. Вы задумывались, почему в Комитете по культуре всего 10 депутатов? А в Комитете по бюджету — 50. И туда не прорваться — потому что там делят деньги.

2006 год

Смотрю на эту нищую, вернее, самую богатую страну, где живёт самый нищий народ, и жалею, что не стал президентом. Для этого ведь не надо быть каким-то — ах! — талантливым человеком или невероятным трибуном. Скажем, наш нынешний президент не трибун и вообще его никто не знал, пока он этот пост не занял. Тем не менее президентом он стал во много-много раз лучшим, чем предыдущий.

2007 год

Станислав Говорухин: «Я — такой маленький Солженицын. Снимаю фильмы, чтобы помочь человеку»
В Думе я был в своей тарелке. Правда, последние три года чувствовал свою бесполезность. Парламент уже был подконтрольным Кремлю. А сегодня он и вовсе карманный. Проблема в том, что у нас нет открытого и понятного механизма появления нового человека на вершине пирамиды власти. Уже на самом низком уровне, на так называемых демократических выборах, всё решают деньги. И блат. А нормальные выборы — это когда любое вмешательство власти должно строго наказываться. За каждую лишнюю копейку, истраченную на рекламную кампанию, нужно не просто снимать с предвыборной гонки, а сажать в тюрьму.

Это касается и проведения реформ. Оскар Уайльд сказал: «В России нет ничего невозможного. Кроме реформ». Любое нововведение ударяет по беднейшим слоям населения. Вот и административная реформа, которую Путин провел накануне своих выборов, привела к тому, что Россия полгода не работала. Исполняющих обязанности министров Путин назначил сразу. А их замов, имеющих право подписи документов, — нет. Страна понесла из-за этого колоссальные убытки.

В демократической стране у власти не были бы так развязаны руки. Пора нам наконец сделать выбор: или вернуть монархию, или отстаивать демократию. На чём-то нужно остановиться. Солженицын говорит: «Расцвет России начнётся только тогда, когда откроются уста миллионов».

2009 год

Сегодня у нас не может быть крепкой профессиональной милиции, так же, как и качественного кинематографа… Наши правоохранительные органы развалились так же, как развалилась система образования, промышленность, армия и много чего ещё. У нас нет независимого суда — вердикты зачастую выносятся по звонку сверху или попросту покупаются. И откуда при всём этом у нас возьмётся нормальная милиция?! Россия сегодня превратилась в страну воров. Быть честным смертельно опасно. Если ты занимаешь пост, допустим, начальника госимущества и остаёшься при этом честным человеком, тебя быстро расстреляют на улице.

#память #мысли #высказывания

#955129

Очень хочется, чтобы в нашей жизни память была, как решето — все самые хорошие и нужные слова всегда были бы с нами, и при каждом их воспоминании грели бы душу, ведь они имеют такое свойство…

#время #память #мысли

#955125

Шведский моряк Дий Репин

Мы хотим рассказать о судьбе Дия (Дмитрия) Юрьевича Репина (1907−1935), внука прославленного мастера русского реализма Ильи Ефимовича Репина. Почему внук русского художника был шведским моряком? Ещё важнее — почему он прожил всего 28 лет и последние полгода — в ленинградской тюрьме? Ответ в самой истории России ХХ века. Дий Репин стал жертвой привычки нашего отечества искать «врагов народа» и попал в поток сталинских репрессий 30-х годов. Толчком к поиску правды о внуке И.Е.Репина стало знакомство в 2003 году и дальнейшее общение с правнуками художника, Романом (1926−2012) и Жаном (1931−2014) Дьяконовыми и членами их семей, которые проживают во Франции. В результате нам удалось по крупицам выявить в архивах и музеях Скандинавии и США разрозненные сведения и по ним воссоздать картину реальной жизни внука Репина.

Илья Ефимович Репин и семья его сына жили в Куоккале, на берегу Финского залива. Рядом с «Пенатами» был выстроен дом, названный «Вигвамом», где проходило детство сыновей Юрия Репина, Гая и Дия. Воспитывались мальчики в атмосфере творчества талантливого отца и гениального деда, заметивших их успехи в освоении потомственной профессии художника. После отделения Финляндии от России в начале 1918 года Куоккала осталась в составе Финляндии. Жизнь населения этого региона, в том числе семьи Репиных, была тяжела. Творческие и экономические связи Репиных с Россией, выстроенные за много лет, рушились. Поэтому время (1920-е годы, последствия войн, разрухи) диктовало свои условия.

После учёбы в Териокском реальном училище, Гай в 1923 году отбыл учиться в Пражскую инженерно-строительную школу, в дальнейшем жил в Чехии и Германии. Дий, получив Нансеновский паспорт, завербовался юнгой и плавал более полутора лет на шведской парусной барке WANJA и почти два года на KILLORAN — плавучей базе морской школы Gustav Erikson.

Тяжёлый повседневный труд моряка на корабле превратил домашнего мальчика в сильного, бесстрашного, независимого человека. Уже первый рейс на Killoran из Швеции в порт Аделаида (юг Австралии) с грузом древесины был изматывающим, океан не щадил ни корабль, ни моряков. В результате шестеро членов команды, как только вошли в порт, удрали с корабля, боясь подвергать свою жизнь дальнейшей опасности. Но у Дия хватило мужества остаться в профессии на долгие годы. Работая позже на разных судах скандинавских кампаний, Дий счастлив был именно здесь, в чужих странах: Швеции, Норвегии, Финляндии. Это были лучшие годы его жизни.

Долго и тяжело болела и в 1929 году умерла мать Дия, Прасковья Андреевна. Он сошёл с корабля в порту города Антверпен 16 октября 1929 года и, вернувшись в Куоккалу, поддержал в горе своего отца. А вскоре (29.09.1930) ему пришлось стоять у смертного одра деда — Ильи Ефимовича Репина. Через полгода не стало и тёти — Надежды Ильиничны Репиной. Опустели не только «Пенаты», пусто стало на душе. Дий не находил работы, но надеялся, что его жизнь ещё может наполниться новым смыслом, если он вернётся к своей мечте стать художником.

В документах Дия Репина были проставлены визы, позволявшие плавать до 1933 года. Но в начале 30-х годов Дий решил поступить в Ленинградский ИПИИ (Институт пролетарского изобразительного искусства — так называлась в то время Всероссийская Академия художеств). Когда-то там учился, а затем преподавал его дед. Забегая вперёд, отметим — этому учебному заведению в 1937 году присвоят имя И.Е.Репина, но Дий этого уже не узнает.

В 1932 году он подал прошение в советское консульство на получение визы, однако, ему отказали. Дий воспринял это, как досадное недоразумение, не понимая, что, кроме гениального деда, советской власти никто из их семьи не был нужен. Тогда Юрий Репин обратился к Владимиру Феофиловичу Зеелеру, видному общественному деятелю русской эмиграции, организатору «Комитета по увековечиванию памяти И.Е.Репина», жившему в Париже и попросил помочь своим сыновьям, Гаю и Дию, в поступлении в Парижскую Академию искусств. Но Зеелер, который уже неоднократно оказывал помощь самому Юрию, не смог этого сделать.

Признав нереальность учёбы в Париже, но, всё ещё мечтая о художественном образовании, Дий пошёл на риск: он решил нелегально пересечь советскую границу и, пробравшись в Ленинград, обратиться к друзьям деда. Прежде всего, он хотел найти художника И.И.Бродского, которому накануне отец отправил письмо. Это был близкий человек, ученик деда и однокурсник отца, преподаватель живописи, чей учебный класс располагался в бывшей мастерской Ильи Ефимовича Репина.

Финско-советскаая граница проходила в 6 километрах от дома Дия, по руслу пограничной реки Сестра шириной около 7 метров. Разве это препятствие к достижению цели для моряка, не раз побывавшего в кругосветном плавании, бороздившего моря и океаны более 10 лет? В детстве местные ребятишки, Дий в том числе, сотни раз, играя, пересекали узкую речку — зимой на лыжах, летом вплавь. 28 февраля 1935 года бесстрашный моряк перешёл границу СССР, но был задержан и арестован. Вскоре им занялось Ленинградское ГПУ-НКВД. Правдивый рассказ Дия о том, что «он хочет жить и работать в Ленинграде», не устраивал следователей НКВД, нацеленных на перевыполнение плана по разоблачению и уничтожению врагов советского народа. Тёмная бездна чекистской паранойи враз превратила романтика-мечтателя Дия в «члена подпольной антисоветской террористической организации Братство Русской Правды (БРП), отправленного в СССР с заданием проводить теракты против высших руководителей СССР». Д.Ю.Репин виновным себя так и не признал и был приговорён военным трибуналом ЛВО 10 июня 1935 года по ст. 58−8 и 84 УК РСФСР к расстрелу. Апелляцию отклонили. Приговор привели в исполнение 6 августа 1935 года в дни празднования 91-й годовщины со дня рождения Ильи Ефимовича Репина. Папка сфальсифицированных документов по его расстрельному Делу П-N79622 более 70 лет была на секретном хранении в Архиве УФСБ по СПб. и Ленинградской области.

В 1991 году Дий Юрьевич Репин в связи с отсутствием состава преступления был полностью реабилитирован. Его имя мы сможем найти в 14 томе «Ленинградского мартиролога» в списках граждан, расстрелянных в Ленинграде в 1935 году. В этом году издание подготовлено к выпуску.

Юрий Ильич Репин до конца своих дней так и не узнал, что случилось с его Дием. Он считал, что тот живёт где-то в России под другой фамилией на нелегальном положении. В письмах к друзьям и знакомым он признавался, что просит Бога о ниспослании здоровья своему пропавшему сыну.

И в заключение хочется сказать, что после всех открывшихся фактов, Дий Репин будет жить в нашей памяти как честный человек, бесстрашный моряк, чья мечта стать художником так и не осуществилась.

Авторы: искусствовед Инора Крайзман, доктор философии Анна-Мария Вернер (Saarbr?cken), Д.Лундин.

Материал подготовлен к печати Галиной Ермошенко, экскурсоводом Художественно-мемориального музея И.Е.Репина.

#жизнь #люди #мысли #репрессии #репин

#955124

В Америке средний юный американец уверен, что Гитлера победила Америка во Вьетнамской войне под Багдадом, примерно и наши точно так же информированы.
***
— Спроси любого американца: хочет он иметь такого президента у себя, как Ельцин, — пьяницу, расстрелявшего собственный парламент, объявившего войну Чечне? «Нет, — скажет любой американец. — Нам такого не надо!» А что же вы тратите столько усилий, чтобы у нас был этот президент?

#мысли #памятьобушедших

#955118

Терпенье — способ выжить в нетерпимом мире.

#жизнь #терпение #мысли

#955117

А как решишь, что совершенен, попробуй по морю пройтись.

#христос #мысли

#955114

Гордость — большая ошибка в отношениях, в процессе которой можно потерять всё.

#мысли #жизненное