Сюжеты жизнь даёт сполна.
Экспромты — как фонтаны…
Но гложет мысль всегда одна —
Не перекрыть бы краны…
…военный шантаж,
сохранить равновесие. Гонка вооружений -- не безумие: она есть наилучший доступный способ воздействовать на экономику оппонента…
В этом мире лжи и лжецов часто бывает стыдно за правду.
- иz -
В Перми ввели коммунальную плату за… дождь.
АУ! Гараж!
За воздух ещё ни у кого не берут?
Никто в правительстве не хочет признать современную власть воров и обмана обвиняемым в том, что они разбазарили и продали всё лучшее, что было в нашей стране СССР, всю нашу науку, технику и образование. Им нужны деньги.деньги.деньги…они давно уже видят себя забугорными пользователями замков и яхт…
Никто из них не хочет признать себя ворами и предателями… Они как моль…
Музыкальный журналист Эдда Забавских в интервью с Валерием Халиловым подробно расспросила его о его биографии, отношении к музыке и карьере. Forbes Life публикует фрагменты этого интервью. Полный текст читайте в ближайших номерах журнала «Gala Биография».
— Кажется просто невероятным — руководить более чем тысячей музыкантов, да еще на таком огромном пространстве! Неужели слышите каждого оркестранта?
— Конечно, нет, это невозможно. У меня есть высокопрофессиональные помощники, коллеги-дирижеры, которые обеспечивают чистоту и стройность каждой группы и точно передают мои сигналы.
— Наверное, колоссальное напряжение?
— Скорее, возбуждение, сосредоточение и огромная собранность, ответственность. Каждому такому событию предшествует огромная подготовка. Долго готовишься, репетируешь, а само событие проходит быстро. Остается чувство выполненного долга. Или невыполненного — что-то не получилось, хотелось бы лучше…
— А что отличает военного дирижера от его гражданских коллег?
— Профессия дирижера требует, кроме музыкального таланта, ярких лидерских качеств и коммуникабельности. Далеко не каждый талантливый музыкант может стать военным музыкантом. Для этого необходим еще целый комплекс особых качеств. Основная наша работа — не в теплых и комфортабельных концертных залах, а на плацу, в лагерях, в строю на улицах и площадях, на ветру и под палящим солнцем, под дождем и в морозы. А стало быть, требуется еще отменное здоровье, физическая подготовка (которой уделяется значительное внимание в период учебы). Кроме того, военному дирижеру необходим незаурядный дар воспитателя — для своего войскового подразделения он еще и командир.
— Но что все-таки привлекает одаренных музыкантов именно в военные оркестры?
— Кроме любви к музыке — романтика военной профессии. Здесь при таком мирном занятии, как музыка, чувствуешь себя настоящим мужчиной. Ведь нас воспитывают по законам армии — по уставу, в строевой подготовке. С суворовских времен мы, музыканты, открываем парады. Не помню, чтобы меня обучали стрельбе, но что касается строевой выучки, светского этикета и воинской вежливости, а главное, чувства ответственности — это всегда было на первом плане. Военный дирижер в первую очередь строевик, он стоит перед оркестром, на три шага впереди всех.
— Сложно с музыкантами?
— Отгоняют сегодня молодых музыкантов от духовых инструментов. Появились новые, более легкие и модные технократические, электронные инструменты. У нас работа тяжелая, а отдача низкая. К тому же духовик — опасная профессия: губы, дыхание очень уязвимы.
Не каждый может заниматься серьезной музыкой. Это тяжелый труд, требующий постоянного развития. И все же очень многие идут слушать симфонию Чайковского или концерт Рахманинова. Наши концерты носят филармонический характер, мы исполняем музыку популярную, но академическую, классическую. И у нас есть огромная аудитория.
— Ваши концерты востребованы?
— Когда я был назначен на должность, я сначала не знал, чем занять коллектив вне строя. А несколько лет спустя уже не знаю, как отбиться от постоянных предложений выступить. Жанр духовой музыки — экологически чистый жанр, и к нему тянется все больше людей.
— Расскажите о своей семье, детстве.
— Родился я в Термезе в семье военного — наша семья переезжала с места на место. Основатель нашей военно-музыкальной династии, мой отец Михаил Николаевич Халилов первую профессиональную подготовку прошел в Ташкентской школе военных музыкантов.
Папа в детстве играл на трубе, и ему как очень способному мальчику посоветовали туда поехать, и он сразу поступил. Это была редкая и очень хорошая школа, многие известные военные музыканты там начинали свое профессиональное образование. Потом он учился на факультете военного дирижирования в Москве, по окончании папе предложили оркестр в Германии, но он не захотел ехать в незнакомую страну и сам попросился в Среднюю Азию, которую уже хорошо знал.
Из Термеза меня увезли совсем маленьким, и в моей памяти остался другой город — Джамбул в Казахстане. Летом там стояла необыкновенная жара, и мы, мальчишки, бегали по городу босиком. Кругом были арыки — каналы для орошения полей. Вода в них была настолько чистой, что там водилась рыба. Мы голыми руками ловили пескарей и жарили прямо на раскаленных крышах. Не потому что были голодными — просто было интересно самим практически в центре города взять такую добычу. В Джамбуле отец руководил оркестром, концерты которого в городском были очень популярны. Думаю, уже тогда появилась моя тяга к военной музыке.
А когда отец по болезни демобилизовался, семья вернулась в Москву, на родину матери. Здесь я поступил в музыкальную школу 7 имени Глиэра на Якиманке. Когда перешел в пятый класс, я поступил в Московскую военно-музыкальную школу в Троице-Лыково (теперь это Суворовское училище в Теплом Стане). Прекрасное место: река, высокий обрывистый берег, два храма. Однако из-за ветхости строений потом школу перевели в Теплый Стан. Думаю, это большая потеря: Троице-Лыково — уникальное место. Это не просто воспитывает патриотизм, сама обстановка способствует особому формированию личности. Счастье, что мне именно там довелось учиться. Особенно обидно, что, когда наша школа оттуда уехала, там так ничего и не построили.
К сожалению, утеряны и сами школы музыкальных воспитанников: во времена моего отца их было в стране восемнадцать, а осталась всего одна — которую я окончил. Учили нас прекрасно, но со строгой дисциплиной. Жили мы на казарменном положении. За мелкие проступки и двойки не давали увольнительную, и очень много выходных я, вместо гулянья и отдыха, упорно работал над исправлением оценок и собственных недостатков.
— И много было двоек?
— Случались, и нередко. Были прекрасные педагоги и очень высокие требования — фактически индивидуальное обучение, особенно по музыкальным предметам.
Нас учили не только профессии, заботились о нашем кругозоре, о широком образовании. Мы прекрасно знали немецкий язык, который нам преподавали на высшем уровне — я говорил совершенно свободно. Нас обучали общей культуре, правилам поведения в обществе, хорошим манерам, бальным танцам. Учили нас и бытовой культуре, в общем, готовили настоящих офицеров. Ведь офицер не только защитник Родины — это лицо армии, он должен иметь авторитет, быть примером. Дирижер военного оркестра воспитывает не только своих оркестрантов, но через них весь личный состав и всех слушателей.
— Ну, а любовь, девочки? Неужели никаких любовных романов?
— Представьте себе, на девочек мы стали смотреть только в старших классах. Мы ведь были на казарменном положении: семь лет казармы в школе, потом три года из пяти учебы на военно-дирижерском факультете в консерватории имени Чайковского — тоже фактически в казарме.
Что-то изменилось, только когда я уже консерваторским четверокурсником познакомился с будущей женой.
— Как же вы познакомились, любовь с первого взгляда?
— Познакомились с ее сестрой на отдыхе. Потом меня пригласили в дом новых знакомых, там оказался рояль. Я, естественно, сел за него. Рояль — инструмент чувственный, так что я сразу всех покорил. Еще бы: не просто курсант — как играет! Впрочем, я и как курсант произвел впечатление. Все расспрашивали про стрельбу, военную жизнь. Ну я, конечно, расхвастался: да, говорю, стрелял и гранаты бросал… Военная наука интересная, и, думаю, каждый юноша должен через что-то подобное пройти: понюхать пороху, почувствовать себя настоящим защитником. И на эти темы я разговорился, разоткровенничался о собственных ощущениях — у девчонок глаза стали круглые, рты открылись… Потом все разъехались на учебу, но завязалась переписка с воспоминаниями. А когда сестры приехали в Москву на студенческие зимние каникулы, мы вместе ходили по музеям, театрам, концертам. Вот тут и появился интерес друг к другу. В 1974 году сыграли свадьбу в Киеве.
— А как развивалась ваша карьера после учебы?
— По окончании консерватории меня уже в лейтенантских погонах распределили в город Пушкин Ленинградской области руководить оркестром Пушкинского высшего командного училища радиоэлектроники ПВО. Красивейшие исторические места, замечательные культурные традиции, интересные театрализованные действа с участием нашего оркестра — все побуждало к творчеству. Там я начал активно сочинять музыку.
— И по сей день Наташа — ваша единственная любимая жена?
— Ну да, единственная — а разве надо две или больше? Мне повезло сразу: столько лет женщина со мной живет, не бросила ни из-за моей ненормированной службы, ни из-за сложного характера. Я ведь капризный, требовательный. Все проблемы с работы несешь домой, А жена терпеливо слушает и все твои эмоции берет на себя. И весь дом, дети, внуки — все на ней, а мы на всем готовеньком. Наташа еще и работала по специальности. Даже на моей первой службе в Пушкине ей нашлось место на кафедре в местном инженерно-строительном институте.
— В воспитании внуков участвуете?
— Буквально с пеленок беру их на свои концерты, уже с трех-четырех лет они внимательно слушают симфонический оркестр. Им нравится. Даже если ерзают и отвлекаются, подспудно эта музыка в них проникает, гармонизирует, строит личность.
— А как насчет продолжения военно-дирижерской династии?
— Пока ее успешно продолжает мой брат Александр, полковник, тоже композитор, преподает дирижирование на кафедре военно-оркестровой службы МВК. Его сын, мой племянник — тоже выпускник Военной консерватории. А у меня ведь девочки. Однако малолетние внуки и даже внучки почти с пеленок любят ходить строем и дирижировать — «как дедушка»…
Человек рожден для великой Радости, для беспрестанного творчества, для широкой, свободной, ничем не стеснённой Любви ко всему;
к дереву, к небу, к человеку, к милой, прекрасной земле, особенно к земле с её блаженным материнством, с её утрами и ночами, с её прекрасными ежедневными чудесами.
Летнее утро — солнечное, неспешное, чуть ленивое даже. Босиком на кухню — через кота, с потягиванием. За окном — щедрость неимоверная, всего много: солнца, неба, зелени, звуков, жизни! И так хочется внести свои тёплые ароматные ноты во всю эту пестроту, и чтобы были они настоящими, и как-то связанными со всем, что за окнами, что в моей вселенной… А там — лето!
Где-то далеко есть ромашковый луг, и неповоротливые коровы превращают цветочную мелочь в ромашковое молоко. И об этом никто не знает, кроме них и меня. Где-то над жёлтыми полями сурепки носятся невозмутимые озабоченные пчёлы. И в 21-м веке, как и тысячи лет назад, делают мёд. По тем же рецептам. И кто-то ведь съест его, настоящий, солнечный! А ещё дальше уже побежали волны по зелёному пшеничному раздолью. И, закрыв глаза над газовой горелкой с закипающим пузатым чайником, я вижу жизнь молодых колосьев.
…И я завариваю чай вместо кофе. И достаю с полки липкую баночку, где ещё осталось немного золотисто-тягучего. И первым в список покупок вписываю молоко. И говорю: «Спасибо за всё!»
Для полной гармонии души и тела, эмоции нужно выплёскивать, а силы черпать, а не наоборот.)
Какой жизненный путь прошла Барто Агния? Биография любимой поэтессы, на стихотворениях которой выросло несколько поколений детишек, вызывает интерес как детей, знающих ее стишки наизусть, так и родителей, воспитывающих своих чад на таких знакомых строках. Знаменитые «Идет бычок, качается…», «Наша Таня громко плачет…», «Уронили мишку на пол…» ассоциируются с первыми шагами малыша, первым словом «мама», первой воспитательницей, первым школьным звонком. Стиль этих любимых строк очень легкий, автор разговаривает с ребенком, будто ровесник, на понятном ему языке. Не каждый знает о личной трагедии этого светлого человека, о той важной жизненной роли, которую взяла на себя Агния Львовна Барто, биография которой тесно связана с детьми. В послевоенные годы знаменитая поэтесса помогла встретиться тысячам потерявшихся во время войны людей.
Агния Барто: творчество и биография Для детей Агния Барто — самый первый и любимый писатель, чьи стихотворения они, повзрослев и создав семьи, рассказывают уже своим детям.
Родилась Агния Львовна 4 февраля 1906 года в семье Волова Льва Николаевича — ветеринарного врача. Семья вела типичный для тех времен образ жизни вполне обеспеченного дома: с домашним начальным образованием, французским языком, парадными обедами. Воспитанием занимался отец; будучи поклонником искусства, он видел свою дочь знаменитой балериной, которой Агния не стала. Девочку интересовало другое русло — стихотворное, которым она увлеклась вслед за своими гимназическими подругами. В 1925 году были изданы первые книги стихов для детей: «Китайчонок Ван Ли», «Мишка-воришка». Агния была очень застенчивой и, однажды решившись прочесть свое стихотворение Чуковскому, авторство приписала пятилетнему мальчику. Окончательно в выборе тематики поэзии талантливая девушка определилась после беседы с Владимиром Маяковским, в которой он говорил о необходимости принципиально новой детской поэзии, способной сыграть важную роль в воспитании будущего гражданина. Агния Барто верила, что ее произведения воспитают высококультурных, патриотичных, честных граждан своей страны. Биография Агнии Барто для детей связана с любимыми стихотворениями; из-под пера поэтессы с 1928 по 1939 год вышли такие сборники стихов: «Мальчик наоборот», «Братишки», «Игрушки», «Снегирь».
Жизнь поэтессы: творческая и личная
Личная жизнь Агнии Барто не была скучной; достаточно рано она создала семью с поэтом Павлом Барто, родила ребенка — сына Гарика. Первый брак дал трещину, возможно, по причине юношеской спешки, а может быть, это связано с профессиональными успехами, с которыми не смог смириться Павел Барто. В 29 лет Агния ушла к другому мужчине — ученому-энергетику Андрею Владимировичу Щегляеву, ставшему главной любовью ее жизни. От него Агния родила дочь Татьяну.
Неконфликтный характер Агнии Барто и авторитет декана энергомашиностроительного факультета МЭИ («самого красивого декана Советского Союза») — Андрея Владимировича — привлекали в их дом актеров, музыкантов, писателей. Агния Барто очень тесно дружила с Риной Зеленой и Фаиной Раневской.
Барто Агния, биография которой вызывает интерес уже повзрослевших поколений, выросших на любимых стихах, достаточно много путешествовала в составе делегаций от Советского Союза, в 1937 году участвовала в проходящем в Испании Международном конгрессе в защиту культуры. Именно там она собственными глазами увидела, что такое фашизм, потому что заседания проходили в пылающем осажденном Мадриде, а среди разрушенных домов бродили осиротевшие дети. Наиболее тяжелое впечатление на Агнию произвел разговор с испанкой, которая показала фотографию сына и закрыла пальцем его голову, объясняя таким образом, что мальчику ее оторвало снарядом. Как передать чувства матери, пережившей собственного ребенка? На этот страшный вопрос она получила ответ спустя несколько лет.
Барто Агния: биография в годы войны
Агния Барто знала о неизбежности войны с Германией. В конце 30-х годов она побывала в этой чистой, опрятной стране, видела хорошеньких кудрявых девочек в нарядах, украшенных свастикой, слышала звучащие на каждом углу нацистские лозунги. С поэтессой война обошлась милосердно; она даже во время эвакуации находилась рядом с мужем, получившим направление на Урал, а именно в Свердловск. По мнению Агнии Барто, которое вскоре подтвердилось словами писателя Павла Бажова, уральцы были закрытыми, суровыми и недоверчивыми людьми. Свердловские подростки, заняв место ушедших на фронт взрослых, работали на оборонных заводах. Агнии было просто необходимо общаться с детьми, от которых она черпала сюжеты и вдохновение. Чтобы хоть как-то к ним приблизиться, поэтесса освоила профессию токаря 2-го разряда. Работая у токарного станка, она усердно доказывала свою пользу обществу, насильно поставленному в рамки жестокой войны. Агния Львовна выступала по радио Москвы и Свердловска, писала военные статьи, очерки, стихи. 1942 год она провела на Западной фронте, будучи корреспондентом «Комсомольской правды». В послевоенные годы посетила Англию, Болгарию, Японию, Исландию и ряд других стран.
Личная трагедия Агнии Барто
В Москву поэтесса вернулась в 1944 году. Жизнь вошла в привычную колею, друзья возвращались из эвакуации, дети снова приступили к учебе. Все с нетерпением ждали конца войны. 4 мая 1945 года стало трагическим днем для Агнии. В этот день грузовик, выехавший из-за угла, насмерть сбил катавшегося на велосипеде 15-летнего Гарика. Праздник Победы померк для материнского сердца, не стало ее ребенка. Тяжело пережив эту трагедию, Агния всю свою любовь обратила на дочь Татьяну, продолжая упорно заниматься творчеством.
1940−1950-е годы ознаменовались выходом новых сборников Агнии Барто:
«Веселые стихи», «Первоклассница», «Стихи детям», «Звенигород». В это же время поэтесса работала над сценариями детских фильмов «Алеша Птицын вырабатывает характер», «Подкидыш», «Слон и веревочка». В 1958 году был написан значительный цикл сатирических детских стихотворений «Лешенька, Лешенька», «Дедушкина внучка». Любимая поэтесса всех поколений Барто Агния, биография которой интересна ее поклонникам, благодаря написанным стихотворениям, стала влиятельным литератором, любимицей всего Советского Союза, «лицом советской детской книги». В 1947 году была опубликована поэма «Звенигород», рассказывавшая о детях, потерявших в годы войны родителей. Написана она была после посещения детского дома в Звенигороде — подмосковном городке. Этой поэме, в которой использовались беседы с детьми, была уготована особая доля. После выхода «Звенигорода» Агнии Львовне пришло письмо от женщины, которая потеряла во время войны восьмилетнюю дочь. Обрывки воспоминаний детей, отображенных в поэме, показались женщине знакомыми, и она тешила себя надеждой, что Агния общалась именно с ее пропавшей дочерью. Так на самом деле и оказалось. Родные люди встретились спустя 10 лет. На радиостанции «Маяк» в 1965 году начала выходить в эфир передача «Ищу человека», ведущей которой стала Агния Барто. В основе поисковых работ лежали детские воспоминания, которые, по мнению писательницы, настолько цепки и остры, что остаются с ребенком на всю жизнь. За 9 лет кропотливой работы Агнии Барто удалось соединить тысячи людских судеб. В личной жизни все шло благополучно: муж успешно продвигался по карьерной лестнице, Агния стала бабушкой прекрасного внука Владимира, для которого написала стих «Вовка — добрая душа». Поэтесса по-прежнему колесила по миру, была лицом любой делегации, потому как умела себя держать в обществе, разговаривала на нескольких языках, прекрасно танцевала и красиво одевалась. Двери дома Агнии Барто всегда были открыты для гостей; за одним столом собирались академики, начинающие поэты, знаменитые актеры и студенты МЭИ.
Последние годы Агнии Барто
В 1970 году от рака умер Андрей Владимирович — муж Агнии Барто, которого она пережила на 11 лет. Все эти годы Агния Львовна неустанно работала, написала 2 книги воспоминаний, более сотни стихотворений. Боясь одиночества, могла часами разговаривать по телефону с подругами, старалась часто видеться с дочерью и внуками. С благодарностью ее вспоминают семьи репрессированных знакомых, которым Агния Львовна находила хороших докторов, помогала доставать дефицитные лекарства, «пробивала» квартиры — даже для незнакомых людей. Умерла Агния Барто в Москве в 1981 году, 1 апреля. Сделав вскрытие, врачи были потрясены очень слабыми сосудами и не понимали, как в последние 10 лет кровь поступала в сердце такого светлого человека. Краткая биография Агнии Барто охватывает ключевые моменты ее жизни, трудные и плодотворные; мы до сих пор читаем ее стихи, воспитываем на них детей, растим внуков.
Автор: Юлия Изотова
После представления «Чайки» в Японии зрители плакали, а переводчица сказала:
— Я оцинна хацу выйти замуз за русского.
— Почему?
— А цтобы муцицца.
По-настоящему сильный в своей силе не сомневается.
Обеда не дождаться, если кормят одними завтраками.
Выгодное вдвойне красиво.