…либеральная экономика априори относится к социальным выплатам негативно, так как воспринимает человека как биоресурс, и если тот перестает приносить доход, то превращается в неприбыльный актив, балласт, а значит, от него надо избавиться.
Жить и стоять на месте — быть памятником для самого себя.
…Верят—все люди, сознательно или бессознательно, злобно или добродушно, сильно или слабо. ВерУЮТ же—далеко не все: ибо верование предполагает в человеке способность прилепиться душою (сердцем, и волею, и делами) к тому, что действительно заслуживает веры, что дается людям в духовном опыте, что открывает им некий «путь ко спасению»…
Сегодня день желаний.
Давай загадаем с тобой желание.
Ты — чтобы оно исполнилось.
Я — чтобы не исполнилось
У каждого начала — свой конец.
…Нельзя человеку не иметь определенной жизненной цели и жизненной ценности, в которые он верит и которым он служит. Однако психологически можно понять, что есть люди, у которых эта «высшая» и «главная» жизненная ценность такова, что для них выгоднее умалчивать о ней и замалчивать ее до конца. Ведь молчание создает некий загадочный мрак, в котором многое не различимо и многое может остаться сокровенным…
Эрешкигаль
Пять тысячелетий назад древние шумеры аккуратно классифицировали своих богов и богинь, определив каждому собственную сферу влияния. К примеру, Инанна, утренняя и вечерняя звезда, правит небесами, но есть и другие боги, являющиеся властителями земли, вод и даже Великой Бездны, под которой мог подразумеваться открытый космос. И несомненно у древних шумеров существовало божество, которое царствовало глубоко под землей, в обиталище мертвых.
Судя по представлениям древних шумеров о жизни после смерти, им не был свойствен оптимистический взгляд на вещи. Никаких Райских Кущ, никаких парящих в Небесах Душ. После смерти людей ожидало мрачное подземное царство, в котором души умерших бродили как неприкаянные. Им нечего было есть, кроме глины, не во что одеваться, кроме птичьих перьев. Этим жутким Царством правила сестра Инанны, Эрешкигаль, шумерская владычица мертвых.
Однажды Эрешкигаль пребывала в омерзительном настроении. Для нее, кстати, это не было редкостью. Кто угодно придет в плохое расположение духа, доведись ему столько времени управлять темным и грязным Царством мертвых. В самом деле темнота стояла такая, что она ничего не могла делать. От безделья Эрешкигаль то покрывала черным лаком свои длинные загнутые ногти, то снова стирала лак. В конце концов ей до смерти наскучило сидеть в одиночестве, когда даже словом перемолвиться не с кем. Несчастные души умерших не решались даже глядеть на нее, такой ужас навевала на них злобная богиня, а Галла, чешуйчатые демоны — слуги Эрешкигаль — имели длинные раздвоенные языки и говорить не умели.
Кроме того, в тот день богиню очень нервировали ее непокорные «волосы». Она пыталась заставить свои волосы спокойно лежать на голове, но они не желали слушаться, поскольку в действительности представляли собой клубок змей, злобно шипящих и извивающихся во всех направлениях, так что голова Эрешкигаль напоминала подушечку для булавок. В приступе ярости богиня отшвырнула свое отполированное зеркальце из ляпис-лазури, и, ударившись об ониксовую стену дворца, оно разбилось на миллион осколков. «Великолепно! — воскликнула она. — Помимо всего прочего, я еще на семь лет лишилась удачи».
Как раз в этот момент кто-то вбежал в тронную залу и распростерся ниц перед богиней. Это был Нетти, страж у врат в Царство мертвых, в чьи обязанности входило отпирать ворота душам умерших. Это было единственное, кроме богини, существо, с которым можно было хоть о чем-то поговорить. Но Эрешкигаль редко его видела, поскольку он постоянно сидел у входа в Царство мертвых, на поверхности земли, неподалеку от обиталища живых.
Только хотела Эрешкигаль спросить у него о новостях в надземном мире, как Нетти проговорил, хватая ртом воздух: «О великая повелительница, в наши ворота стучится красотка и требует, чтобы ее впустили. Но она еще не умерла! Еще ни один живой не стремился попасть в Царство мертвых! Каковы будут ваши приказания?»
Эрешкигаль скривила лицо и впилась зубами в острый ноготь. «Это может быть только моя сестрица Инанна, властительница неба и земли, — пробормотала она. — Но что она делает в моих владениях? Да, она храбрая штучка!»
Темная властительница взглянула сверху вниз на Нетти. «Хорошо, — сказала она, — у меня возник план. Запри семь ворот в Царство мертвых. А потом приотворяй каждые из врат по очереди, чтобы могла пройти только моя сестра. Но у каждых из ворот ты должен отобрать у нее какой-нибудь из атрибутов ее роскоши и власти, пока она не лишится всего. Я намерена проучить эту нахалку!»
И Эрешкигаль расхохоталась. Ее безумный смех эхом отозвался в бесконечных галереях подземного царства, и души мертвых, мрачно жевавшие глину своими беззубыми ртами, содрогнулись от ужаса, услышав его.
Нетти бросился к наружным воротам Царства, по пути заперев на засовы все прочие врата. Он открыл наружные врата, чтобы впустить Инанну, которая ожидала снаружи, нетерпеливо постукивая по земле ножкой с золочеными ногтями. Когда она вошла в первые ворота, Нетти снял с ее головы увенчанную рогами корону.
Инанна протянула руку за короной. «Эй, погоди! Верни мою корону!» — закричала она, но Нетти далеко отвел руку с короной, чтобы Инанна не могла до нее дотянуться.
«Если хочешь попасть в Царство мертвых, тебе придется платить», — заявил он.
Инанна пожала белыми плечами и направилась по галерее к следующим воротам. Однако Нетти уже поджидал ее там, и у каждых ворот он что-нибудь забирал у богини: ее жемчужный воротник, скипетр из бирюзы, золотые нагрудные пластины и сандалии, серьги и браслеты, пока наконец не отобрал у Инанны ее белое льняное платье, так что богиня подошла к трону своей сестры абсолютно нагая, потерянная и испуганная.
Эрешкигаль кинула горящий взгляд на сестру, которая стояла дрожа перед троном из слоновой кости, покрытая только своими длинными черными волосами, гладкими и сияющими, доходившими ей до самых колен. Вид этих роскошных волос привел в ярость владычицу подземного царства, которая никак не могла справиться с собственными волосами-змеями. «Мама всегда больше любила тебя!» — взвизгнула она и швырнула в Инанну длинный осколок разбитого зеркала. Осколок пронзил сердце богини, и она упала, бездыханная, у подножия трона. (Примечание: Не советуем вам делать то же самое, как бы несносно ни вела себя ваша Сестра!) Темная властительница трижды хлопнула в ладоши, призывая Галла. По команде богини они вытащили труп Инанны из тронного зала и подвесили его на крюк на стене дворца.
Шли дни, а Эрешкигаль продолжала оставаться в мерзком настроении. Убийство сестры только усугубило ситуацию, поскольку Эрешкигаль стала ощущать нечто, напоминающее угрызения совести. Богиня громко говорила сама с собой в попытке оправдать свое злодеяние.
— Я немного жалею, что убила ее. В конце концов, она мне сестра. Но для чего она так ко мне ломилась? Не так-то просто быть властительницей мертвых. От всего этого у меня голова просто раскалывается.
Конечно, никто не отвечал ей. Демоны говорить не умели, а души мертвых дрожали перед богиней.
«О, бедная моя голова», — проворчала Эрешкигаль.
И к ее удивлению, два тоненьких голосочка проговорили в унисон: «О, бедная твоя голова».
Услышав это, Эрешкигаль немного оживилась. Она сделала еще одну попытку: «О, бедный мой желудок».
И готова была поклясться чем угодно, что тоненькие голоски повторили: «О, бедный твой желудок».
Эрешкигаль нагнулась, присмотрелась и увидела, что у подножия ее трона стоят два крохотных создания. «О, мои бедные сердце и печень», — сказала она им.
«О, твои бедные сердце и печень», — ответили они.
Эрешкигаль подхватила крошек и поставила их на ладонь. Они смотрели на богиню большими глазами, полными сострадания. Эрешкигаль была сильно заинтригована. Она не знала, что это были Каргурра и Галатур, созданные великим богом Енки из грязи под его ногтями, и что Енки послал их в Царство мертвых для вызволения Инанны. В маленьких кармашках, пришитых к поясам крошек, находились живая вода и пища жизни.
Владычица Царства мертвых поцеловала Каргурру и Галатур в крошечные макушки и пробормотала: «Вы мне нравитесь. Мне никто никогда не сочувствовал. Вы такие добрые и понятливые. Я хочу сделать вам подарок. Чего бы вам хотелось?»
«Мы бы хотели получить тот труп, что свисает у тебя с крюка на стене», — отвечали малышки.
Эрешкигаль зевнула. «А, это моя сестра Инанна. Можете забрать ее, если хотите. Правда, толку от нее мало, потому что она мертва».
«Ничего, — настаивали крошки в унисон, — мы хотели бы забрать ее». Они обрызгали Инанну живой водой и пищей жизни, и богиня ожила.
Эрешкигаль втайне была довольна тем, что сестра ее опять жива, но она терпеть не могла оставаться в дурочках, и потому сказала Инанне: «Еще никто и никогда не покидал Царства мертвых. Если ты желаешь уйти, то должна прислать ко мне кого-нибудь вместо себя». И она отправила вместе с Инанной своих демонов-прислужников, которые должны были проследить за тем, чтобы Инанна не придумала какой-нибудь хитрости.
По пути на землю Инанна получила обратно все свои царственные атрибуты, так что она вышла на поверхность во всем своем блеске. Она отправилась прямо в собственный дворец в городе Урук, а за нею по пятам следовали Галла. Войдя в городские ворота, она остановилась и уставилась на открывшееся ее взору зрелище. На ее царственном троне восседал ее муж, Думузи, на голове которого красовалась ее корона! Он был весь увит цветами, окружен танцующими девушками и вообще наслаждался жизнью без Инанны. Совершенно очевидно, он не испытывал скорби по умершей супруге, мало того, казалось, что он успел полностью о ней забыть.
Вдруг Думузи увидел, что жена стоит перед ним с потемневшим от гнева лицом, а за ее спиной толкутся демоны, облизываясь в нетерпении. Побледнев от страха, он застыл, не в силах пошевелиться. Галла подошли к трону и схватили Думузи за руки своими когтистыми лапами.
Дрожа от гнева, Инанна прокричала: «Заберите этого ни на что не годного бездельника!» И демоны повлекли визжащего от ужаса царя в обиталище мертвых.
Это происшествие несколько улучшило настроение Эрешкигаль, поскольку Думузи, каким бы бездельником он ни был, оказался прекрасным любовником.
«Богини с дурной репутацией. Книга для плохих девочек»
Хорошо, что Левша подковал одну-единственную блоху! Представляете, какой бы топот стоял окрест, окажись их несколько сотен?!!
Очевидность — слепая уверенность в несомненности.
Понятие «культура» отличается необыкновенной сложностью; легче определить понятие «наука», «искусство», «быт»; культура — цельность, органическое соединение многих сторон человеческой деятельности; проблемы культуры в собственном смысле возникают уже тогда, когда сорганизованы: быт, искусство, наука, личность и общество; культура есть стиль жизни, и в этом стиле она есть творчество самой жизни, но не бессознательное, а — осознанное; культура определяется ростом человеческого самосознания; она есть рассказ о росте нашего «Я»; она — индивидуальна и универсальна одновременно…
[ТЫ]. Мировой рекорд по прыжкам предложения в длину. А суть — культура стиль жизни.
[Я]. Яркое рассуждение, из которого, в том числе, следует, что «соорганизация», очевидно, составляющая цивилизации.
[ТЫ]. Цивилизация — парник для культуры, при этом, развитые цивилизации нередко скатываются к варварству, а сама культура становится малокультурной.
[Грегори Дэвид Робертс]. В конце концов, цивилизация складывается из того, что мы запрещаем, а не из того, что мы допускаем.
[ТЫ]. Как и подавляющее большинство людей, я наркоман цивилизации. У меня потребность принимать всё большие дозы цивилизации, чтобы поддерживать относительный материальный комфорт. Мне наплевать на то что, воздействие этого наркотика на гены, очевидно, негативно. Я просто не хочу задумываться над этим.
[Я]. Хотя, «после нас хоть потоп», не сказано, но это явственно звучало. А вселенская катастрофа непременно наступит, как уже было неоднократно, когда возобладает «допотопное» мировоззрение.
[ТЫ].
[ Роберт Михельс]. Есть прогрессы, но нет прогресса.
[Я]. Что прогресс для одних, представляется регрессом для других. Культура же представляется полем созидательного взаимно уважительного взаимодействия между людьми и между людьми и природой. Причём это поле «индивидуально и универсально», как справедливо отметил А. Белый.
[ОНО]. Рассуждая о культуре, цивилизации и всемирном потопе, нельзя не сказать о красоте, которая по оптимистическому предположению Ф.М. Достоевского спасёт мир.
[ТЫ]. Так и не понял, что есть красота и «поле уважительного взаимодействия». По мне это фантомы.
[ОНО]. «Любая настоящая красота — материальное искусство или духовная симметрия — столь же истинна, сколь и добродетельна». (Книга Урантии. Документ 2, 7. Божественная истина красота).
[Я]. Да культура — это и стиль жизни: она не может быть бездуховной, невежественной, агрессивной. Так нет и искусства без ясных эмоционально-смыслового наполнения. В чёрных квадратах малевичей-кандинских нет ни смысла, ни теплоты, ни духовности. Переверни абстрактную картину, и адепты продолжат славословие этого убожества, как уже было с картиной Матисса «Лодка».
[ТЫ]. По уровню самосохранения и целесообразной функциональности ни одна из цивилизаций не поднималась до улья или муравейника.
[Я]. Это не мешало культурному развитию. Но культура и цивилизация, живя порознь, не воспроизводятся.
ОНО]. Культура — выработанные обществом навыки труда и общения, научные достижения, духовность искусства и религиозный монотеизм, традиции в виде копимого и передаваемого опыта.
…в одном человеку отказано, одного он не может: именно—жить без веры…
…Бесспорно, есть немало людей, которые не верят в Бога. Но это совсем не значит, что они ни во что не верят… Во что же (они верят)? В нечто такое, что они принимают за главное и существенное в жизни; что действительно для них и есть самое важное, чем они дорожат, и чему они служат; что составляет предмет их желаний и стремлений. Такое отношение и есть отношение веры; и кто имеет такой предмет, тот верит в него.
Мудрый не застрахован от глупости, как здоровый от вирусов.
…знамя уже развивалось, но мрак царил, и его не было видно…
Мы против тех, кто против нас, за то что мы не с ними
Муж мой работает бригадиром монтажников-высотников. За последнее время бригада его серьезно обновилась, вернее, омолодилась. Практически на 90%. Сейчас под его началом работают пацаны 28−30 лет. Он среди них один, скажем так, в возрасте. Ну и рассказывает мне тут по случаю. Что-то такое натворили двое из его пацанов или в целом линия поведения чем-то не устроила. Не допытывалась. Да и не важно. Но говорит он им как-то во время обеденного перерыва:
— Вы оба, как персонажи из «Книги джунглей». Один тот, что полосатый, другой тот, что подпевал ему всю дорогу.
Они задумались, спрашивают его:
— Что за «Книга джунглей»?
Тот:
— Как что за книга? Киплинг которую написал. Вы же знаете, кто такой Киплинг? — И спрашивает уже всех:
— Кто-то знает?
Молчат. Переглядываются. НИКТО не знает.
— Ну, а мультфильм про Шерхана то смотрели?
— Смотрели.
— Слава те, господи! Хоть смотрели.
Так образованы наши дети, которые учились, заметьте, ещё по советской системе образования.