Врать, воровать немудрено холопам…
Не научились мудро жить!
Придурков в жизни очень много…
тварью не суждено - Любить !
Лжец заслуживает удаления зубов без наркоза.
Врать, воровать присущее холопам…
Не научились мудро жить!
Зла в жизни очень много…
Но нет почти, желающих Добро творить.
Красота - мирный плен.
Все покидают мир с пустыми руками
Но не у всех они при этом чистые.
Уходим мы в угрюмость вод,
среди домов Нева лежит.
жизнь подпирает небосвод,
водой обкатанный гранит.
и город, сказочный как сон,
в тумане призраком скользя,
туманом жмёт со всех сторон,
величьем давит на меня.
не помнит славу пустоты,
когда из окон и дверей
смотрели белые кресты
на камни серых площадей.
когда любовь здесь жизнь спасла,
когда война за смерть карала,
и у последнего квартала
работал зодчий ремесла.
огнем желаний не напиться,
но на фарватере Невы,
я думал, - нужно здесь родиться,
чтоб говорить с Невой- на Ты…
У нас пару лет назад поменяли лифт на новый. Мы, всем подъездом охуеть как жаждали этой замены, предвкушали, как будем подниматься в новом и красивом лифте и совершенно без сожаления вспоминать старую и уёбищную коробку, в которой ещё Будённый своего коня катал.
И вот новый лифт заработал. Новый и красивый. Ещё младые последователи невнятного стиля живописи, в котором творил Пикассо, ничего не нарисовали на стенах, но у жильцов уже начали закрадываться смутные ощущения, что «чего то тут не того».
Дело в том, что старый лифт хоть выглядел как Панцеркампфваген после прямого попадания снаряда и наверняка состоял в клубе самоубийц, но возносил он людей на этажи быстро и, если не придираться к эстетике, в основном без претензий.
Новое же уёбище, после нажатии кнопки этажа, ждало 10 секунд, после чего мееедленно закрывало дверь и не спеша, как, блядь, философствующий пилигрим, начинало свой нелёгкий и долгий путь наверх.
Кнопка «закрыть двери» наличествовала, но лифт, презирая любое насилие над его волей, на эту кнопку не реагировал.
Но это все хуйня. Для тех, кто ехал впервые, внезапный пиздец начинался тогда, когда лифт доезжал до нужного этажа. Там он останавливался и, затаив дыхание, начинал прислушиваться. Хуй его знает, что в этот момент творилось в его ебанутых мозгах, но внезапная тишина, без какого либо движения, очень негативно влияла на психику пассажиров.
А это железное уёбище, тихо-тихо постояв десять секунд на уровне заданного этажа, начинало соображать, что миссия-то, блядь, ещё не завершена! И что там в программе есть ещё пару команд для завершения!
И вот тогда, после тревожной тишины, эта железная пизда громким и торжественным голосом, как, сука на торжественном приёме в Королевском дворце, внезапно объявляла всем присутствующим - «ПЯТЫЙ ЭТАЖ»!
Ебать… Сердце падало в жопу и пряталась там за выступом. А это железное порождение нездорового конструктора, радостно открывало двери, выпуская два раза обосравшихся, от затейливого алгоритма работы, лифта.
Ну так к чему это я все…
Намедни три пацана, лет по десять и я, поехали наверх. Я приколы лифта уже знаю, а пацаны, смотрю не местные. Остановились на пятом, лифт стоит. Ну, как
обычно, сука такая, вспоминает, что дальше делать. Смотрю пацаны как-то занервничали.
Поворачиваюсь к дверям лифта и этим дверям говорю «Я - Серёга». Двери оппа, и открываются. Выходя, оборачиваюсь к пацанам и делюсь тайным - «Реагирует на своё имя»
Думал не прокатит, поскольку приколом этим, в разных вариациях, ещё Ленин Крупскую подъёбывал в Шушенском. Но не тут то было…
… Слышу лифт останавливается на седьмом и, как обычно, замирает в склерозе на десять секунд.
- Я Витек!!! - орёт один из лифта.
Лифт молчит.
- Я Тимур!!! - орёт второй.
Лифт готовится открыть двери.
- Я Санек!!! - орёт третий.
Слышу, двери открываются и с охуевшей, судя по голосу, рожей, сосед, ожидавший лифт на площадке этажа:
- А я Валерий Павлович…
Об одном жалею, что меня там рядом не было. Не видел я тех лиц.
- И вот паша обратился к белой: «Говори о своей красоте ты». Одалиска сказала: «Цвет мой - царь всех цветов. Белый цвет - цвет чистоты и непорочности. Цвет розы, цвет снега, падающего с неба. Цвет молока, дающего жизнь животным. Цвет кисеи, которую правоверные употребляют для чалмы. И разве может сравниться с белым цветом черный? Разве ночь может быть ярче светлого дня?»
Когда она кончила, встала ее соперница - черная одалиска - и сказала в свою защиту: «Чернила, которыми передан людям коран, разве не черного цвета? Черен мускус, проливающий драгоценные благоухания. Черен зрачок, о котором так много заботятся, в то время как мало думают о белке. Когда пролетят прекрасные дни жизни, появляется седина. Белый цвет - цвет проказы, бельма, смерти».
«Ну, а теперь говори ты», - обратился паша к тонкой.
И тонкая сказала: «Я стройна, как кипарис. Я легка и воздушна, как ветерок, как благоухание цветов. Я легче скворца, живее воробья. Встаю ли, сажусь ли - прелесть отпечатывается во всех моих телодвижениях. Мои ласки быстры. Я легко могу исполнить все желания моего возлюбленного. Склоняется ли он ко мне, я обвиваюсь вокруг него, как виноградная лоза. Он только хочет заключить меня в свои объятия, а я уж - в них. Как можешь сравниться со мной ты, тучная? Малейшее движение доставляет тебе усталость. Твой возлюбленный вздыхает, а ты едва можешь перевести дыхание. Сон и пища, пища и сон - вот твои наслаждения, толстая».
- «Что ты скажешь на это?» - обратился к полной паша. И та ответила: «Сыщется ли мужчина, который не получил бы удовольствия, глядя на округлые очертания моего пышного тела? Сам Коран восхищается толщиной. Взгляни на плоды, при виде которых у всех текут слюнки, - на яблоко, персик, арбуз: не одна ли у них форма с моими щеками, грудью, животом? Я сияю, как полная луна. Я как чаша, налитая, до краев. Слыхано ли было, чтобы кто-либо просил у мясника сухую кость, а не жирную и сочную мякоть! Ты, худая, остра, как гвоздь. Твои локти и колени словно колючие, засохшие ветки, от твоей тощей груди нет радости ни младенцу, ни возлюбленному. Твой скелет напоминает о смерти, а не о радостях жизни! Хвала и благодарение аллаху, что он явил на мне свою благость, создав полною!»
- Вот как спорили о своей красоте четыре невольницы, - окончил евнух.
Один из лучших способов жить в удовольствие, - это ничего себе не присваивать… и тогда всё будет окей.
Если ты ешь капусту, а я - мясо, то, в среднем, мы едим голубцы.
Научить бы себя жить заново, с листа белого, чистого… Память бы отключить и забыть про предательство в ответ на искренность, преданность… И родится бы заново… Чтобы любили тебя лишь за твоё появление… Чтобы думали о тебе ежесекундно, ежеминутно… Также, как думаешь ты… Взрослая я) А верить хочется в сказки…
Женщины с печальными глазами,
Как вы много в жизни повидали…
Колыбель ночами вы качали,
Детки вас так крепко обнимали.
Как же сильно вы мужей любили,
А они порой вас не хранили.
Раньше всех вы с песнею вставали,
От забот и дел так уставали.
Часто вас не берегли мужчины,
И у них на то свои причины.
Вы детей растили-поднимали
И карьеру делать успевали.
Женщины, так много в вас всех силы…
Красота и боль моей России.
Пусть глаза прекрасные сияют,
Нежностью, любовью наполняют,
Всех вокруг заботой окружают
И мужчин на подвиг вдохновляют.
Женщины с красивыми глазами,
Пусть вас счастье ждет не за горами!
Растворится пусть печаль в озерах синих.
Женщины - вы все душа России!
Но лишь высокий образ ЧЕЛОВЕКА, спасёт тебя от одиночества и бед.
«Каждый человек считает наиболее достойной ту среду, в которой находится»
из книги (учебника) «Слагаемые успеха»
«Хочешь - стремись мочь. Не можешь - умерь аппетиты»
из книги (учебника) «Слагаемые успеха»