Цитаты на тему «Магия»

Глава пятнадцатая. Немного из прошлого.
В СТОЛЬНОМ ГРАДЕ СЛАВОНИЙ.
часть тридцать первая

Вечерний княжеский пир начинался не вечером, а сразу после полудня. Княжеские палаты, расположенные в центре стольного града, представляли собой небольшой городок и своими размерами не шли ни в какое сравнение с тоже немаленьким замком охотников.
Приглашённые Громодар, Гремислав, Докия и Нулина въехали в первый, гостевой, двор и там спешились, отдавая поводья коней подбежавшим слугам. Листик приехала вместе с Докией и теперь с интересом смотрела по сторонам.
- Что, большие палаты у нашего князя?
Улыбнувшись, спросил у Листика Гремислав, ответ его несколько обескуражил.
- Не-а, у архипастыря в Арэмии гораздо больше и выше. Там всё из камня сложено, а здесь деревянное.
- Брр.
Поёжилась Нулина.
- В каменных палатах, да ещё и в таких громадных, наверное, ужасно жить! Как в пещере!
- Не-а, в пещере жить очень даже хорошо!
Заступилась за свою пещеру Листик.
- Пещера уютная! Ну, не всякая, тут надо уметь выбирать! А дворец архипастыря сложен не только из камней, из них только первые три этажа, а дальше идёт кирпичная кладка.

- Как в печи?
Удивилась Нулина.
- Это сколько же нужно кирпичей! Это какой же труд их изготовить, а потом сложить такую печку… Такие палаты!
- Не знаю.
Пожала плечами Листик.
- Там все дома каменные, вернее - из камня там мало, в основном из кирпичей. И Арэмия гораздо больше, чем стольный град вашего князя.
- Знаешь, Нулина, когда я была в гостях у Листика, в её пещере, то я не чувствовала давления камня, там было очень уютно.
Произнося это, Докия улыбнулас.
- Не знаю почему так было, может потому что та пещера была Листика?
- Та пещера мамина!
Начала Листик и замолчала, Докия просто погладила погрустневшую девочку по голове.

Наступившую тишину нарушил Громодар:
- Идём, негоже к князю на пир опаздывать!
- А что? Могут всё без нас съесть?
Удивилась Листик.
- Разве так делают - приглашают на пир и, пока гости собираются, всё быстренько съедают? Ну куда это годится!
- Нет, Листик, хозяева так не поступят, но и заставлять их ждать - нехорошо!
Вмешался Гремислав и, показывая пример или дорогу, направился в терем.

В громадной палате стояло насколько больших и малых. Княжий стол, поставленный на специальном помосте, возвышался над остальными.
Сам Светомир сидел по центру, по правую руку от него сидела Милосвета, около неё Светолана с Яромиром.
По левую сторону сидел Световид с заморской красавицей Карехитой. Одета она была в скромное белое платье с кружевами, а вот украшения…

Жемчужная диадема, серёжки и бусы были диковиной для Склавонии, такие украшения ценились раза в три дороже, чем брильянтовые.
Если у кого и были сомнения в княжеском происхождении Карэхиты, то теперь они пропали.
Такие украшения могут быть только у князей!

Урторио был доволен, те серёжки с маленькими брильянтами и диадемой с поддельными камнями никак не могли быть княжескими украшениями, а эти жемчуга - совсем другое дело!
Он, жалуясь на крайне бедный вид Карэхиты, рассказал Листику, где взять жемчужный гарнитур.
В своё время он и другие мастера-воры, пытались украсть эту жемчужную коллекцию у Алоизо Сэлэмино, знаменитого ювелира, но не смогли, уж очень хорошо охранялись изделия Сэлэмино.
Урторио надеялся, что Листику с её возможностями удастся сделать то, что не получилось у него.
А когда Листик принесла то, про что рассказывал Урторио, он остался очень доволен, но всё произошло не так, как думал старый мастер-вор.

Алоизо Сэлэмино задержался допоздна в своей ювелирной лавке. Вообще-то лавкой это назвать было трудно, большой зал, где были выставлены ювелирные изделия и где они продавались, помещение мастерской и несколько кладовок занимали почти весь первый этаж каменного двухэтажного здания.
На втором Сэлэмино жил, там ещё были комнаты прислуги и охраны. И в этот поздний час четыре охранника с собаками охраняли дом снаружи.
Ювелир задержался в мастерской, надо было выполнить срочную работу, что не поручишь подмастерьям, ну и спешить-то некуда - поднялся по лестнице и уже дома.
На улице завыли собаки охранников, Сэлэмино недоумённо поднял бровь - чего это они?

- Апчхи!
Раздалось из кладовой, довольно большого помещения, где хранился всякий хлам - стулья, столы, стеллажи-прилавки, всё это может понадобиться, но когда неизвестно.
- Апчхи!
Снова кто-то чихнул, ювелир даже не испугался, ну кто может пробраться в кладовую, где и окон-то нет, только одна дверь?
Да и закрыта она на засов, снаружи! Дальнейшее, если не повергло Сэлэмино в шок, то очень удивило.
Засов сам по себе отодвинулся, и из кладовки вышла рыжая девочка, с каким-то мешком в руках, даже не мешком - мешочком. Маленькая, рыжая и совсем голая девочка!
- А-а-а, э-э-э.
Попытался собраться с мыслями ювелир.
- Здрасьте.
Вежливо поздоровалась девочка и сообщила:
- У меня к вам очень важное деловое предложение - давайте меняться!
- Э-э-э, а-а-а.
Окончательно сбитый с толку ювелир не нашёлся что ответить на такое предложение, а девочка, подойдя к столу, высыпала на него содержимое мешочка.
- А!
Глаза ювелира сделались совсем круглыми, перед ним лежали необработанные алмазы, но какой величины!
Даже после огранки им не будет равных!
- Так что? Будем меняться?
Прищурилась девочка. Сэлэмино наконец пришёл в себя:
- Что… Что вы за них хотите?
- У вас.
Девочка назвала номер витрины и номер полки.
- Лежит жемчужный гарнитур. Там диадема, серёжки и бусы… Ну и колье, вот! Я это хочу.

То, что эта девочка хотела в обмен на алмазы, стоило баснословно дорого, но эти алмазы, даже не обработанные, были дороже на порядок.
Ювелир судорожно сглотнул и кивнул. Затем, быстро огляделся по сторонам - не видит ли кто?
Хотя кто тут может быть?
Обмануть девочку и забрать алмазы - если такая мысль и мелькнула, то была ювелиром сразу отброшена.
То, как девочка появилась, то, что она была голой и рыжей, неоднозначно указывало - это ведьма!
Пусть маленькая, но ведьма!
Ей зачем-то понадобилась жемчужная коллекция, и она решила её честно обменять, а ведь могла же и так забрать!
Её появление об этом даже не говорило - кричало!

- Ага.
Удовлетворённо произнесла девочка и потянула Сэлэмино к большому стеклянному шкафу, служившему витриной.
А около шкафа Алоизо вспомнил, что ключи у него в сейфе, на втором этаже. Он, смущаясь, сообщил об этом девочке. Та кивнула:
- Это не страшно, вы же разрешаете мне взять? Это же не так, будто я беру без спроса?

Ювелир судорожно кивнул, при этом совсем не удивился, хотя должен был - как эта маленькая девочка возьмёт жемчужные украшения?
Шкаф хоть и имел прозрачные дверцы, по прочности и хитроумности замка не уступал сейфу.
Хоть он и ожидал чего-то подобного, то, что сделала девочка, снова вогнало Сэлэмино в состояние если не шока, то очень близкое к этому.
Девочка провела рукой по дверцам, и они открылись! Удовлетворённо кивнув, маленькая ведьма собрала жемчужные украшения и направилась обратно к кладовке.
- Извините!
Опомнился Сэлэмино, девочка обернулась и вопросительно посмотрела на ювелира, в этом взгляде было что-то такое… Алоизо спросил совсем не то, что хотел:
- А где вы взяли такие алмазы?
- Есть такой мир, называется Иптар…
Улыбнулась девочка.
- Мир?
Переспросил Сэлэмино.
- Разве есть другие миры? Святая церковь…
- Есть.
Улыбнулась девочка.
- Вот там я и взяла эти алмазы, там нет людей, там живут демоны.
- Демоны?
В ужасе переспросил ювелир, девочка кивнула:
- Ага, демоны и их слуги - птары, но вы не бойтесь, они сюда не придут, дороги не знают.

Девочка вошла в кладовку, и засов сам задвинулся на место. Там что-то упало и всё стихло.
Сэлэмино побежал к двери и, с натугой отодвинув тугой засов, открыл её. Хоть в кладовке было темно, но свет, падавший из комнаты, позволял разглядеть, что там никого нет!
Только один из шкафов, ювелир точно помнил, что он стоял, лежал опрокинутый.
Всё-таки для дракона, пускай маленького, кладовка была тесновата, а Листику, чтоб «прыгнуть», нужно было сменить ипостась.
А Сэлэмино так столбом и стоял, он вспомнил, где видел эту девочку.
На последнем богослужении в храме он обратил внимание на изображение двух новых святых: девушку, типичную арэмийку, только очень красивую и рыжую девочку!
Ювелиру стали понятны слова девочки о мире, где живут демоны!
Святая Листик, ювелир вспомнил её странное имя, побывала в преисподней и забрала там эти алмазы, понятны стали слова этой девочки о том, что он может не бояться этих демонов - они не посмеют последовать за святой!
Эта маленькая рыжая девочка совсем не ведьма - она святая!
И он, Алоизо Сэлэмино, удостоился посещения святой!
Он опустился на колени и стал молиться на дар святой, хотя что странного в том, что ювелир молится на алмазы?

Сэлэмино ошибался в своих суждениях, да и что может знать о других мирах, человек, пребывающий в уверенности, что его мир единственный?
Переубеждать ювелира у Листика не было ни времени, ни желания, а она действительно побывала в мире, где небо переливается всеми оттенками бордового, фиолетового и тёмно-красного.
Два солнца, светящие ярко-красным светом, не могут справиться с бордовым полумраком, царящем в том мире.
Бордовые тучи пропускают мало света. Там среди гор, покрывающих весь тот мир, несутся бурные реки.
На одной из таких рек птары - уродливые существа, ростом с высокого человека, но примерно в два раза толще и покрытые чёрно-бурой шерстью, своими кривыми лапами собирали большие алмазы.

Собирали своему господину - демону, похожему и на птара, и на дракона, вернее драклана, в ипостаси дракона, покрытого местами черно-бурой шерстью, а местами - такой же чешуёй, с уродливой головой и крокодильей пастью.
Он стоял в тени скалы, наблюдая за своими то ли слугами, то ли рабами.
Они уже собрали довольно много этих драгоценных камней, так ценимых в других мирах, особенно населённых людьми.
Очень многие за такие камни готовы отдать даже свою сущность, именуемую некоторыми душой.
Изумрудно-золотистая тень, упавшая сверху, стремительно рванула обратно вверх, прихватив с собой две пригоршни больших алмазов.
Птары просто не успели среагировать, а демон, проводив дракончика долгим взглядом, восхищённо произнёс:
- Какое чудо! И это чудо будет моим!

Стараясь замести следы, Листик совершила ошибку, она прыгнула не в мир, где расположена Арэмия, а другой.
Это оказалась Гелла, где позже Листик и поселится.
Демон проследил путь дракончика до этого мира, он не видел, как Листик прыгнула дальше и решил, что изумрудно-золотистый дракон там и живёт.
За эту ошибку в будущем придётся расплачиваться и Листику, и её друзьям.
- Ну что ж, маленький дракончик, ты дерзка и самонадеянна, но глупа и неопытна, я теперь знаю где твой мир. Я туда обязательно приду, за тобой приду! И ты от меня никуда не денешься!
Прорычал, ухмыляясь, демон.

Листика как заморскую княжну тоже посадили за княжеский стол, но немного в стороне - на детский конец.
Там рядом с Листиком сидела Светолика, младшая дочь Светомира, девочка одного с Листиком возраста, внешне.
Листик - всё-таки дракон и была старше, чем выглядела в своей человеческой ипостаси.
Но, как оказалось, это не мешает маленькому дракончику устраивать шалости, в какой бы ипостаси она не находилась. Девочки быстро нашли общий язык и тихонько улизнули во двор.

Когда очередную здравницу произносил первый советник князя Брямчемудрин, на улице раздался страшный грохот, сопровождаемый испуганными криками и радостными визгами.
В пиршественном зале наступила тишина, которая была нарушена новыми грохочущими звуками со двора, на этот раз находящиеся в большой палате увидели причину этого шума - мимо окна вверх проплыл большой огненный шар.
На уровне крыши соседнего терема шар с ужасающим грохотом взорвался, разбросав в стороны разноцветные искры-огни.
Все это сопровождалось восторженными криками и визгом.
Те, кто сумел выглянуть в окна, а желающих было очень много, увидели стоящих в центре двора княжон: рыжую заморскую и светлоголовую местную.

Девочки стояли в окружении разновозрастной ребятни. Рыжая вскинула руки, и с них медленно слетел огненный шар. Он медленно, всё увеличиваясь в размерах, поплыл вверх и снова взорвался.
- Что это?
Спросил князь.
- Листик развлекается.
Споклоном ответил Урторио.
- Боевые пульсары! Она развлекается, запуская боевые пульсары!
Воскликнул один из магов, присутствующих на пиру. Не только ведьмаки-охотники были магами, вернее, все они были магами, но выдающихся среди них не было.
Умелый и сильный маг вряд ли пойдёт, рискуя жизнью, сражаться с нежитью и нечистью, это удел тех, у кого способности невелики.
Недостаток магической силы они восполняют физической силой, выучкой, достигнутой тяжёлыми тренировками.
Это всё не для тех, кто в полной мере обладает магическим даром. Изучение высокой магической науки - вот их призвание и основное занятие.
Показать своё искусство настоящие маги не отказывались, но делали это в комфортных условиях, комфортных в первую очередь для себя.

Маги сидели отдельно от ведьмаков, словно подчёркивая, что те им не ровня. На Листика, приехавшую с охотниками, посмотрели если не с презрением, то с пренебрежением.
Конечно, им рассказали о вкладе девочки в победу над драконом, но это не было воспринято учёными гордецами всерьёз, они решили, что девочке помогла Вимина, по какой-то причине хорошо относящаяся к этой рыжей малявке.
Это тоже было обидно, фея леса очень редко снисходила до общения с магами, а с этой девчонкой носится как с какой-то драгоценностью!
А теперь мудрые и опытные маги с изумлением, и даже с ужасом, наблюдали, как эта рыжая девчонка с лёгкость оперирует таким сложными заклинаниями!
А заклинание создания боевого пульсара далеко не из простых!
А рыжая нахалка, словно дразнясь, запустила в небо целый рой разноцветных пульсарчиков, устроивших там хоровод.
Новая волна восторженного визга сопровождала это действие.
Ведьмаки, которые уже видели, что может Листик, лишь улыбались, а Любомудромысл, глава палаты магов, глядя на очередной хоровод разноцветных боевых пульсаров, вскричал:
- Этот ребёнок - талант! Магический гений! Его надо в нашу школу! Нельзя такой самородок отдавать…

Верховный маг княжества запнулся и не сказал до конца то, что хотел.
Гремислав очень внимательно и прищурившись на него смотрел, Любомудромысл попытался исправить свою оплошность:
- Э-э-э, я понимаю, что это вы нашли этот самородок, но ему требуется систематическое образование!
А у вас, согласен, существует своя школа, но она… Э-э-э-э, несколько однобока, направлена на то чтоб э-э-э…
Убивать нечисть и нежить. А такой талант… Посмотрите, с какой лёгкостью она оперирует такими сложными заклинаниями!

- Уважаемый Любомудромысл, но согласитесь, что эти заклинания.
Вмешавшаяся в разговор двух глав магических гильдий, Докия кивнула на поднимающийся большой огненный пульсар, который на лету принимал вид головы неведомого чудища
- Эти заклинания предназначены не для выращивания цветов. Боевые пульсары предназначены именно для…
Договорить охотница не успела, уродливая голова лопнула, превратившись в букет огненных цветов. Но на этот раз они не сгорели красочным фейерверком, а остались, полыхая, висеть в воздухе.

- Как видите, уважаемая Докия.
Со стороны магов в спор вступила высокая женщина.
- Даже из боевых пульсаров можно создать нечто прекрасное! Эта девочка непременно должна учиться в нашей школе!
- Уважаемая Талиннария.
Пряча улыбку, изобразила поклон в сторону своей оппонентки ведьмачка.
- Прежде чем решать, что Листику делать, где и как учиться, может, стоит поинтересоваться об этом у неё самой?

Девочка, словно почувствовав, что говорят о ней, подняла свою рыжую голову и глянула в сторону окна, у которого стояли спорщики.
У других окон, толкаясь, чтоб получше разглядеть, теснились участники пира. Конечно, княжескому семейству освободили место, князь с княгиней и остальными близкими мог любоваться представлением, устроенным Листиком, беспрепятственно.
Только Урторио остался на своём месте, он да Брямчемудрин остались сидеть за столом.
Советник князя тоже хотел было посмотреть - что же там происходит, но Урторио его удержал, мол, не пристало солидным людям так суетиться, а кем же могут быть первый и второй советники?
Брямчемудрин к появлению Урторио отнёсся настороженно. Но после продолжительной беседы с тем сам рекомендовал князю назначить хитрого чужеземца вторым советником, с перспективой стать первым, когда сам Брямчемудрин уйдёт на покой.
Первый советник уже далеко не молод, да и когда станет княжить Световид, княгиней-то у него будет Карэхита, у которой Урторио и так первый советник, доказавший свою преданность тем, что пошёл со своей госпожой в изгнание.

- Листик развлекается.
Повторил Урторио специально для Брямчемудрина, тот неспешно кивнул, показывая, что принял этот факт к сведению. А второй советник продолжил, кивнув в сторону окна:
- Если есть желание посмотреть, то я попрошу Листика показать нам всё это, думаю, она мне не откажет.
Первый советник снова кивнул и, сохраняя солидность, поднял кубок с хмельным мёдом, Урторио последовал его примеру.

- Листик, подойди, пожалуйста!
Позвала Докия, глядя на рыжую девочку. Листик подняла голову и кивнула. Девочка запустила очередную серию светящихся разноцветных шаров и прыгнула.
Она прыгнула с места, совсем не напрягаясь, и оказалась рядом с Докией, стоящей у окна на втором этаже терема.
- Листик, вот Любомудромысл хочет, чтоб ты училась у них в школе…
Начала охотница, а маг продолжил:
- Это школа магии, там тебя научат, как правильно пользоваться своим даром, помогут его развить! Ты станешь самой великой волшебницей из всех живущих или когда-либо живших людей!
Листик посмотрела на Докию, так чуть заметно подмигнула, рыжая девочка пожала плечами:
- Я не могу стать волшебницей из людей, даже если сильно захочу, не получится.
- Но почему же наша школа…
Начала Талиннария и осеклась, Листик зашипела и показала чёрный раздвоенный язык, в приоткрытом рту девочки маги увидели внушительные клыки.

Магиня, замолчав, с ужасом смотрела на такого, как на первый взгляд казалось, милого ребёнка.
Зрачки в больших зелёных глазах девочки стали вертикальными, что окончательно добило магов. Они с ужасом смотрели на Листика, не в силах что-либо сказать.
- Я могу идти?
Спросила Листик у Докии, та, пряча улыбку, кивнула. Девочка без всякого напряжения прыгнула обратно во двор.
Сделав сальто в воздухе, она приземлилась на то же место, и новая серия разноцветных огненных шаров устремилась в небо.
Опомнившаяся Талиннария повернулась к Докии:
- Вы… Вы связались с нечистью! Хотя чего можно ещё ожидать от тех…
- Работа такая…
Улыбнулась ведьмачка и хотела ещё что-то сказать, но старый охотник ей этого не дал.
- Кто с этой самой нечистью и борется, ты хочешь сказать? Твои обвинения беспочвенны и надуманы!
Сдвинул брови Громодар, глядя на возмущённую магиню, и, обращаясь к Докии, строго сказал:
- А тебе, прежде чем так шутить, надо хорошо подумать! И не подбивать на это Листика! Никак от тебя не ожидал такого!
- Так это была только шутка?
Спросил Любомудромысл и недоверчиво продолжил:
- Но я же сам видел! Я не почувствовал никакого магического действия, если бы это был наведенный морок…

- А тут ты что-то чувствуешь?
Громодар указал на Листика, девочка под восторженные крики, теперь не только детей, запускала ещё один фейерверк.
Любомудромысл растерянно посмотрел в сторону девочки, действительно, заклинание такого уровня и такой силы, должно оставить магические следы, видимые другим магам, но тут ничего подобного не было!
Он растерянно посмотрел на старого ведьмака:
- Ты хочешь сказать, что это иллюзия? Но чтоб создать такую иллюзию, тоже надо приложить определённые магические усилия! А они будут видны…
- Ты хочешь сказать, что увидел бы это заклинание?
Ухмыльнулась Докия и серьёзно, всё распаляясь, стала объяснять:
- Поверь мне, это настоящий огонь. Таким шариком эта девочка сожгла хрыма. Сама Вимина откликнулась на её просьбу!
Да что там откликнулась, ты бы видел, как дух леса утешала Листика!
Эта девочка - дочь Хозяйки леса! Это тебе что-то говорит?!

Маги, не только Любомудромысл и Таллинария, слушали ведьмачку, качая головами, не верить ей оснований не было - она не станет обманывать, но и то, что она рассказывала, было слишком необычно.
Тем временем гости вернулись к прерванному пиру.
- Мы привлекаем внимание, если вы нас пригласите к своему столу, то продолжим разговор.
Чуть заметно улыбнулся Громодар. Маги считали себя намного выше охотников и всегда старались это подчеркнуть, поэтому они сидели отдельно от ведьмаков за столом, стоящим ближе к княжескому.
Охотники располагались рядом с простыми воинами, и нельзя сказать, что это их очень обижало.
Но продолжить разговор они не смогли, грохот за окном прекратился, и наступила какая-то тревожная тишина.
Даже пировавшие притихли, произносивший очередную здравницу замолчал на полуслове.

Двери открылись, и в зал ввалился запылённый гонец. Вместо обычного, полагающегося поклона он прямо с порога, еле ворочая языком, начал говорить:
- Беда, княже! Сабурманы идут! Несметной силой идут! Большая орда!
С ними не только летающие драконы, но и те, что по земле ходят!
Дозор из степи прискакал, насилу от погони ушёл. Половину своих там оставил!
- Дайте чашу гонцу!
Распорядился князь, когда тот утолил жажду, Светомир кивнул:
- А теперь сказывай, все по порядку сказывай.
- Дозор заметил сабурманов и хотел подобраться ближе, но те увидели…
Нет, схорониться не было никакой возможности, у сабурманов, а это был их передовой отряд, были летающие драконы.
Они сверху и увидели наших и начали их гнать, пытаясь зажать с двух сторон, а те, что на драконах, старались перехватить впереди.
Повезло нашим, что драконов мало было, но всё равно уходить, петляя, пришлось. Потому не так скоро вышло.
Ну и чтоб дать возможность предупредить заставу о нашествии, половина дозора осталась, чтоб задержать погоню.
Даже не половина, три четверти, от них ничего не слышно, видно, все полегли. Да и как узнаешь, там теперь сабурманы!
- Где они?
Спросил князь.
- Дневной переход от границы леса.
Ответил гонец.
- Но стоять не будут, только на ночёвку лагерь раскинули. Идут они…

- Ага.
Раздалось от дверей, там стояли Листик и Светолика. Если маленькая княжна с испугом слушала и смотрела, то рыжая девочка была совершенно спокойна.
Она нашла глазами Докию и кивнула той:
- Пошли, взлетим на рассвете. Надо посмотреть что там и как.
Докия молча кивнула своим спутникам и, взяв девочку за руку, вышла из пиршественной палаты.
- Листик - драконья всадница, у неё есть свой дракон.
Пояснил Урторио Брямчемудрину. Сказал это второй советник громко, так чтоб услышал не только его сосед.
Маги тоже услышали, впрочем, это их не очень удивило. Эта девочка преподносила сюрприз за сюрпризом. А верховой дракон…

У склавонцев их не было, а вот у сабурманов, живущих в степи, они имелись, так что это не было таким уж дивом.
Князь тоже воспринял это как должное, и то, что девочка с ведьмачкой направились на разведку, тоже было понятно.
- Други мои!
Начал князь и, оглядев притихших людей, продолжил:
- Коварный враг идёт на нас войной! Так не дрогнем же! Завтра выступаем ему навстречу, нельзя дать ему углубиться в наши леса!
Не отдадим ему на разграбление наши города и сёла!

Князя поддержали одобрительным гулом все присутствующие, только Карэхита испуганно прижала к груди руки.
Листик дракон и могучая волшебница, но даже ей не по силам драться с надвигающейся ордой, а вдруг она решит это сделать?

Глава пятнадцатая. Немного из прошлого.
В СТОЛЬНОМ ГРАДЕ СЛАВОНИЙ.
часть тридцатая

Князь Светомир с малой дружиной подошел к своему стольному граду только на девятый день после того, как покинул поляну у безымянной пещеры.
Двигались довольно медленно, так как на четырёх сцепленных возах везли огромный прозрачный брусок с застывшим внутри скелетом дракона. Медленно не потому, что боялись растрясти или повредить -- тягловые волы, это не кони, так быстро идти они не могут.
До пещеры добрались гораздо быстрее, потому что возы и тягловую силу к ним взяли в селении, ближайшем к пещере.
Это оказалась деревня Большие Выселки, поэтому на длинном обратном пути правил составной упряжкой сам староста этой деревни, не доверивший никому эту почётную обязанность, ведь быть на глазах у князя - что может быть почётнее для селянина.
Но не только почётную, ещё и прибыльную, князь-то не поскупится и щедро заплатит за такую !
Офим время от времени со страхом поглядывал на свой груз, голова-то дракона была как живая и её глаза горели страшным красным огнём.
Пару раз к нему подсаживалась знакомая рыжая девочка, приходившая в деревню за молоком, только теперь она была одета. Но одета непривычно: не в юбку или сарафан - в штаны.
Из знакомых была ещё ведунья Докия, она, как и подозревал Офим, оказалась ведьмачкой и, как он узнал из разговоров окружающих, принимала самое деятельное участие в битве с этим страшным драконом.

- Подъезжаем, да?
Спросила рыжая девочка, как она оказалась рядом с Офимом, он и не заметил.
Эта рыжая не переставала удивлять старосту, она везде успевала, несколько раз за день, вот так незаметно, как сейчас, подсаживалась к Офиму.
То каким-то образом взбиралась на верх прозрачного бруска с драконом, а стенки-то гладкие и высокие!
То оказывалась во главе колонны, где вместе с князем ехали ведьмачка и седой ведьмак, как сказали Офиму - сам глава ордена охотников!
Так эта рыжая и шастала весь день вдоль идущей колонны, нельзя сказать, что быстро идущей, волы всё же не кони, но скорость растянувшейся кавалькады была на уровне бегущего человека.
А девочка успевала везде, хоть была без коня! Вот и сейчас появилась незнамо как и вопросительно смотрит своим большущими зелёными глазами. От этого взгляда Офим поёжился, но, стараясь быть солидным, ответил:
- Вестимо! Вона, стольный град уже виден!
- Ага!
То ли согласилась, то ли поблагодарила за информацию девочка и как будто и не сидела рядом, только рыжая копна волос мелькнула где-то впереди.

В стольном граде уже была подготовлена встреча, предупреждённые высланными вперёд гонцами, перед княжескими палатами выстроились встречающие.
Ну и вдоль улиц, от самых ворот до княжьего терема, стоял народ. Людей никто не предупреждал, но все уже знали, что домой со славной победой возвращаются, ставший богатырём, княжич Световид и уже витязь Яромир.
Перед въездом в град кавалькада перестроилась: впереди ехал князь со своими ближниками, за ними гордо вышагивали кони Яромира и Световида, рядом с ними ехали спасённые от ужасного дракона Светолана и неизвестная чужеземная княжна.

Слухи распространяются быстро, и встречающий народ уже знал её имя - Карэхита, имя чудное и явно заморское.
За ними на четырёх возах везли то ли пленённого, то ли убитого, но уже обглоданного до состояния скелета ужасного дракона.
Возможно, всё вместе, так как у скелета была вполне нормальная голова, со злобными глазами, горящими зловещим красным огнём.
А сам скелет был заключён в прозрачное узилище, удерживающее это кошмарное создание. Видно, дракон, хоть и обглоданный, мог-таки броситься на людей, неспроста же его в узилище заключили.
Затем шла малая княжеская дружина в сверкающей броне и, глядя на это великолепие, мало кто обратил внимание на ведьмачку, замыкающую эту процессию.
Обычная женщина-боец ордена охотников, а то, что перед ней сидит рыжий мальчишка, Листик была в штанах, так может, ведьмачка подобрала сироту и теперь везёт на обучение в свой орден.

Князь хотел прозрачный брусок с драконом установить на главной площади, перед своим теремом.
Но его отговорили, объясняя, что получится не знак славной победы, а памятник мерзкому чудищу, причём в крайне непотребном виде, а что приличного в скелете со светящимися красными глазами?
Князь, повздыхав, согласился с предложением Докии передать поверженного дракона ордену охотников, в замке ведьмаков этому чудищу самое место!
Правда, князь оговорил, что поверженный дракон неделю постоит в городе, пусть и не на главной площади, но так чтоб народ мог полюбоваться и проникнуться величием подвига княжича и его друга.

Встречающая победителей у крыльца княгиня Милосвета настороженно посмотрела на смуглую девушку в штанах, да ещё и сидящую в седле по-мужски, но сидящую как-то странно.
Мало того что лошадь заморской княжны была не оседлана, так ещё и сама княжна сидела очень необычно, не вытянув ноги вдоль боков лошади к стременам, как остальные, а согнув их в коленях, почти поджав под себя, как будто она собиралась вскочить на ноги и прыгнуть.
Так и получилось, если остальные спрыгивали со своих коней, перебрасывая ногу, то эта княжна, прыгнула к княгине, прямо со спины лошади.
И вместо того чтоб отвесить положенный поясной поклон, девушка схватила руку растерявшейся княгини и, встав перед ней на одно колено, поцеловала. Нельзя сказать, что такое выражение почтения не понравилось Милосвете, просто оно было очень необычным.

- А мы что делать будем?
Спросила Листик у Докии.
- Если не возражаешь, мы поедем в замок охотников.
Ответила ведьмачка.
- А завтра приедем сюда на пир. Не бойся, никто твоих друзей не обидит.
- А откуда ты знаешь, что завтра будет пир?
Поинтересовалась Листик.
- Так всегда бывает, когда князь возвращается из похода, то на следующий день устраивают пир.
В этот раз хоть поход не был долгим, но одержана выдающаяся победа. Поэтому, пир обязательно будет!
Начала объяснять Докия и, спрыгнув сама, ссадила девочку с коня.
- А сейчас идём. Представишься княгине Милосвете. Ты же тоже заморская княжна.
- Ага.
Кивнула Листик.

Церемония встречи была уже закончена, и княгиня Милосвета собралась уйти в свои покои, увлекая Карэхиту за собой.
Княгиню мало интересовали подробности выдающейся победы, а вот девушка, на которой собрался жениться её сын, очень заинтересовала.
Но тут к Милосвете подошла женщина-воин ордена охотников, отвесив полагающийся поясной поклон, сказала:
- Будь здрава, княгиня! Позволь представить тебе заморскую княжну Листика!
- Здрасьте!
Сказал рыжий мальчик, которого подтолкнула вперёд ведьмачка. А кем может быть ребёнок в штанах и с рыжими волосами, торчащими во все стороны?
У девочки волосы должны быть уложены в аккуратную причёску, а не напоминать воронье гнездо, из которого со скандалом выгоняли его владелицу!
Княгиня растерянно посмотрела на Карэхиту, вроде она же заморская княжна? Улыбающаяся рыжая, как оказалось, девочка кивнула в сторону смуглой девушки:
- Ага! Карэхита княжна из очень далёкой заморской страны Арэмии, очень далёкой!
- А ты?
Спросила у девочки растерянная княгиня.
- А я из совсем далёкой, вот!

- Листик меня спасла.
Ответила на вопросительный взгляд Милосветы Карэхита, а Докия добавила:
- Листик не только княжна, она ещё и отважная воительница, впрочем, об этом лучше расскажут Световид и Яромир. Думаю, вы пригласите завтра княжну Листика на пир.
Княгиня кивнула, а ведьмачка продолжила:
- А сейчас мы, прошу нас извинить, вас покинем…
- Ага.
мешалась рыжая девочка.
- Меня Гремислав пригласил к себе по очень важному делу! Ему требуется консультация по драконам, вот!
- Да.
Подтвердила Докия.
- Мы направляемся в замок ордена охотников.

Громодар рассматривал скелет дракона, заключённый в своё прозрачное узилище.
Громодар - старый седой ведьмак - когда-то был главой ордена охотников, а сейчас уже не мог сражаться с нечистью и нежитью, но его знания и опыт сделали его советником нынешнего главы.
Гремислав стоял рядом со своим предшественником и терпеливо ждал, когда тот закончит осмотр.
А старый ведьмак неторопливо обошёл вокруг гигантского прозрачного бруска и, нахмурив брови, произнёс:
- Если бы сам не увидел, то не поверил бы. Но причин не верить своим старым глазам у меня нет! Это в высшей мере поразительно!
- Не прибедняйся, твои старые глаза могут дать фору многим молодым, ты видишь то, на что остальные не обращают внимания, считая это незначительным.
Усмехнулся Гремислав. Посмотрев на скелет дракона, он спросил у своего старшего товарища:
- Так что же вызвало твоё удивление? Что необычного ты увидел в этом драконе?
- Жаль, что я не видел этого дракона живым.
Задумчиво произнёс Громодар и ответил на вопрос Гремислава:
- Но я имел в виду не дракона, хоть этот зверь огромен и раньше в наших лесах не встречался, да и на драконов сабурманов он не похож.

Громодар подошёл к прозрачному бруску и постучал по нему рукой, вернее, попытался это сделать, поверхность была мягкая и без звука слегка поддалась, упруго выгнувшись.
- Вот.
Сказал старый ведьмак.
- Что это такое я не могу понять! Что-то знакомое в этом есть, но и только. Но что?
- Стазис, Листик сказала, что воду она заключила в стазис, как стенки использовав саму же воду. А воду из речки подняла Вимина.
Пояснил Гремислав, седой ведьмак задумчиво произнёс:
- Хотел бы я посмотреть на эту Хозяйку, то, что ей помогла фея наших лесов, о многом говорит. А то, что ты рассказал… Девочка-дракон? Не представляю, как такое может быть?
- Тогда поспешим.
Усмехнулся глава ордена.
- Надеюсь, Листик ещё не всё варенье съела!
Громодар удивлённо поднял брови, Гремислав пояснил:
- Докия ей показывает наш замок, начала с кухни, там они и застряли…

Замок ордена охотников только так назывался, на самом деле это было обширное подворье на окраине стольного града.
Когда-то небольшая деревянная крепость, как и все постройки в Склавонии, была за пределами города, но разросшаяся столица поглотила тоже увеличившуюся крепость ведьмаков, включив её стены в свои оборонительные сооружения.
Несколько больших и малых теремов, окружённых стеной, часть которой была городской, и были замком охотников.
В одном из таких теремов, являвшимся хозяйственной постройкой, и застали Листика с Докией Гремислав и Громодар.
Судя по количеству пустых туесков из-под варенья, стоящих перед девочкой, она точно должна была быть драконом или хотя бы медведем, очень немаленьких размеров.
Три поварихи и четыре ведьмака наблюдали, как рыжая девочка доедала варенье из очередного туеска.
- Докия, ты не знаешь, куда в неё столько влазит?
Шёпотом спросил у охотницы один из ведьмаков, молодой мужчина. Та не успела ответить, Листик доела и сообщила:
- Вишнёвое самое вкусное!
- Ещё принести, деточка?
С умилением в голосе спросила повариха, девочка с сожалением посмотрела на пустую ёмкость из-под варенья и перевела взгляд на вошедших Гремислава и Громодара и, вздохнув, ответила:
- Не-а, сейчас не надо.
- Листик, а посмотрела ли ты наш замок? Другие терема?
Проявил вежливость Гремислав, девочка с надеждой спросила:
- А что, там тоже варенье есть? Вишнёвое?

Гремислав поперхнулся, а Докия и присутствующие ведьмаки не смогли сдержать смех.
- Нет, там варенья нет, только здесь. Тут у нас кухня и кладовые, варенье хранится только в этом месте.
С усмешкой сказал Громодар. Девочка вздохнула:
- Жаль, так много всего настроено, а для вкусного вы так мало места выделили! Я так поняла, вы за мной пришли, да? Хотите больше узнать о том драконе?
Оба старших ведьмака одновременно кивнули, Листик вздохнула и встала из-за стола:
- Тогда пошли.

В соседнем тереме, в большой палате, собрался совет. Собственно, совета как такового в ордене охотников не было, просто собирались наиболее опытные ведьмаки и решали, что предпринять в том или ином случае.
Так и сейчас за большим круглым столом сидело около двух десятков человек, Докия тоже присутствовала. Говорил Громодар:
- Я осмотрел костяк, жаль, что не видел этого дракона живым, но со слов Докии, представляю его внешний вид. Так вот, должен вам сказать, что до сих пор таких драконов у нас никто не видел, у нас в Склавонии, не знаю как там далеко на юге, но здесь точно таких не было.

Ведьмаки дружно посмотрели на рыжую девочку, сидящую рядом с Докией. Листик, немного смутившись от такого внимания, встала и сказала:
- Это не дракон. У вас тут, скорее всего, драконов нет.
- А кто же это?
Спросил один из ведьмаков.
- Если это не дракон, то каким должен быть дракон?
- Это виверна, драконоподобное существо.
Ответила Листик.
- Зверями их называть нельзя, так как они обладают разумом, хотя очень часто ведут себя как звери.
- Какие же по-твоему должны быть драконы?
Спросил другой ведьмак, Листик улыбнулась и стала раздеваться.
- Чего это она?
Спросил тот же ведьмак у Докии, охотница только улыбнулась, принимая и аккуратно складывая вещи Листика. А девочка показала на окно:
- Откройте!

Листик сделала всего один шажок и оказалась у окна, до которого было пять шагов взрослого мужчины, хотя у окна уже стояла не девочка, там стоял изумрудно-золотистый дракон!
Высотой почти в три человеческих роста дракон немного пригнулся, чтоб не упереться головой в высокий потолок палаты совета.
Он подмигнул ошарашенным людям, его большие зелёные глаза были обрамлены пушистыми ресницами!
Люди молчали, а дракон, видя их крайнее изумление, легкомысленно показал им язык, а затем выдохнул в окно клуб пламени.
Со двора послышались испуганные крики, а рыжая девочка уже одевалась, забирая у улыбающейся Докии свою одежду.

- Ты… Вы…
Начал Громодар, не зная как обращаться к девочке или не девочке? Действительно, как обращаться к такому существу?
А рыжая малышка, только что бывшая опасным, но таким прекрасным существом, удивлённо глянула на Гремислава:
- Ты же видел мою ауру! Почему не сказал остальным?
- Видел.
Растерянно ответил тот.
- Видел, что она очень необычна, но я и помыслить ничего подобного не мог!
- У вас тут всё в порядке?
В палату вбежали два ведьмака. Один с багром, а другой с двумя вёдрами воды, озираясь по сторонам, они смотрели -- где же так сильно горит, что из окна вырвался такой клуб пламени.
- Всё в порядке, мы тут пробуем новое заклинание, - успокоила озабоченных ведьмаков Докия.
- Аккуратнее, не подожгите терем!
Недовольно произнёс державший вёдра, было видно, что ему очень не хочется тащить эту тяжесть обратно.
Он ещё раз внимательно огляделся и с надеждой спросил:
- Может, я тут вам воду оставлю, а то мало ли что?
Второй с багром подозрительно присматривался и принюхивался - вроде огня нет, но из окна-то такой столб пламени вырвался!
- Забирай. Забирай!
Замахал на ведьмака с вёдрами руками Гремислав и когда неудавшиеся пожарные вышли, повернувшись к Листику, поклонился и почтительно спросил:

- Что вы хотели сказать про того дракона?
- Докия, чего это он?
Обиженно спросила девочка у Докии. Та, улыбнувшись, пояснила:
- О таких как ты есть древняя легенда, там рассказывается о огнедышащих драконах, истинных драконах! Высших существах! Вот они тебя и приняли за одного из таких драконов.
- Ага.
Кивнула девочка.
- Только я же говорила -- я просто дракон, а не истинный и тем более не ваше высшее существо.
А у вас здесь не драконы, а виверны! Я же вам уже объясняла!
Виверны, в отличие от драконов, не умеют бросаться огнём! А я совсем не выдыхаю огонь! И тем более не дышу им!

Листик вытянула руки в сторону окна, и с них сорвался точно такой же клуб огня, как перед этим она выдохнула в ипостаси дракона.
Огонь мощным потоком устремился наружу.
- Вот! Видите!
- Листик, а зачем ты вытягивала руки?
Спросила Докия, нарушив благоговейное молчание. Листик собралась ответить, но не успела, двери распахнулись, и с багром наперевес в палату совета ввалился давешний ведьмак, за ним вбежали ещё два, с полными вёдрами.
- Горит же! Где очаг возгорания!
Закричал охотник с багром.
- Я очаг!
Топнула ногой Листик и выпустила в окно ещё один факел, побольше чем предыдущие.
Ведьмак с вёдрами, выскочивший из-за спины того, что с багром, вылил свои вёдра на то место, откуда, как ему показалось, било пламя.
Огонь-то он видел, а вот причину не разглядел, вот и начал тушить очаг возгорания.

- А-а-а!
Мокрая Листик развела руки в стороны. Вода потоком стекала с неё. Ведьмаки, составлявшие совет, с ужасом смотрели на расстроенную девочку, ожидая, что она немедленно покарает наглеца.
От девочки пошёл пар, и кое-где сквозь её одежду стали пробиваться язычки пламени.
Она тотчас же была окачена ещё тремя вёдрами воды. Но это не погасило огонь, а только усилило его.
Ведьмаки, вылившие воду на девочку, с ужасом смотрели, как она превратилась в факел.
Огонь пропал, так же как и возник, девочка стояла, как ни в чём не бывало, а вот от её одежды остались дымящиеся лоскутки, совсем её не прикрывающие.
Листик обиженно спросила у Докии:
- Чего они воду на меня льют?
- Листик! Ты же горела!
- Не горела, а пыталась обсушиться. Если бы они не лили всё время воду… Я старалась её высушить, вот немного и перестаралась, не получается у меня ещё так, чтоб потихоньку. Может, были бы маленькие дырочки, а так!..

Листик сняла с себя самый большой лоскут и протянула его ведьмачке, та вздохнула, сняла с себя куртку и набросила на девочку. Затем приказала ведьмаку с багром принести свои седельные сумки.
- Да багор там где-нибудь оставь! Что с ним ходишь, как со знаменем? И вы тоже.
Докия посмотрела на мнущихся молодых охотников с пустыми вёдрами, - налили воды, так теперь вытирайте!
- Ага! Вытирайте!
Листик тоже, подражая Докие, строго сдвинула брови, а потом предложила:
- А давайте я всё высушу!
- Нет! Нет! Не надо!
Как один замахали руками присутствующие, представив новые потоки огня. Конечно, девочка высушит воду на полу, только вот от терема могут одни головешки остаться.
Добровольные пожарные принесли тряпки и стали собирать воду, вёдра и так тут были.
Из принесенной сумки Докия достала зелёный сарафанчик и переодела Листика.
Остальные участники совещания, со страхом смотревшие на девочку после всего ею продемонстрированного, с удивлением наблюдали за хлопотами Докии, ведьмачка не только переодевала и пыталась расчесать непокорные вихры девочки, но ещё и строго ей выговаривала за учинённый беспорядок. Листик слушала, виновато шмыгая носом.

- Зачем было такое тут устраивать?
Укоризненно говорила Докия.
- Так они же не верят! Я же говорю им, как и что, а они…
Оправдывалась Листик, при этом создавалось такое впечатление, что девочка вот-вот заплачет.
Охотница погладила девочку по голове и подтолкнула к ведьмаку, который раньше был с багром:
- Скоро ужин, Браномир тебя проводит в столовую, будете идти через кухню, он попросит, чтоб тебя там угостили молоком. Идите, Браномир, ты понял?
Докия подняла глаза на молодого охотника.
- Скажешь Раскове, она уже с Листиком знакома.

Когда молодой ведьмак и Листик ушли, Громодар, качая головой, сказал ведьмачке:
- Докия, я поражаюсь твоей смелости, эта девочка может стереть тебя в пыль, не прилагая особых усилий!
Когда она демонстрировала свои возможности, то приоткрыла ауру. Её сила безгранична, по крайней мере, я этих границ не увидел, да и превратившись…
Старый ведьмак хотел сказать - в чудище, но у него язык не повернулся так назвать дракончика, уж очень тот был красивый.
Вздохнув, Громодар продолжил:
- Она практически неуязвима, превратившись в это существо! Да и как она это делает выше моего понимания!

Остальные охотники согласно закивали, некоторые тоже высказались, поддерживая старейшину.
Докия выслушала своих товарищей с улыбкой и повернулась к молчавшей до сих пор Нулине, тоже ведьмачке:
- Нулина, а ты что думаешь? Они умелые и отважные охотники, но они мужчины, а ты всё-таки женщина, так что скажешь?
- Мы все увидели возможности этого ребёнка. Она превосходит любого из нас, значительно превосходит.
Раздумывая, произнесла вторая ведьмачка, лишь немногим моложе Докии. Та кивнула, то ли одобряя, то ли предлагая продолжить. Вместо Нулины высказался Гремислав:
- Я видел, как она ворожила, там в лесу, у пещеры. Видел её ауру, там она её открыла, даже больше чем здесь. Но и тут…
Она только приоткрыла и… Вы сами видели!
Нулина правильно сказала - она превосходит любого из нас, я скажу больше - она превосходит всех нас вместе взятых!
Если эта маленькая девочка захочет разнести наш замок, да что замок! Весь стольный град! Нам противопоставить ей будет нечего!
- Гремислав, ты несколько преувеличиваешь. Возможности Листика велики, но не безграничны. Я всё-таки с ней дольше общалась, и вы не увидели очень важной детали.

Покачала головой Докия и обратилась к Нулине:
- Ты хотела сказать, продолжай.
- Гремислав правильно заметил - маленькая девочка…
Начала Нулина и улыбнулась:
- Он это заметил, но не придал значения. Вы сами видели и удивлялись - почему она слушает Докию и терпит её нотации? Потому что в ней она видит старшего товарища, пусть не столь могучего как она, но более опытного, мудрого, что ли…
- Но Громодар старше и…
Начал один из охотников и, смутившись, замолчал.
- Ну, ну, ты хотел сказать мудрее?
Усмехнулась Докия.
- Не бойся, я не обижусь. Я признаю, что Громодар мудрее меня, да и не только он.

А Нулина, тоже усмехнувшись, склонила голову:
- Но посмотрите на Громодара, на Гремислава… Да и на любого из вас! Суровые бойцы с непреклонным выражением лица! С такими рожами… Извините…
Докия засмеялась и продолжила мысль подруги:
- Наказывают, так любой ребёнок подумает. Ты же, Гремислав, сам сказал - маленькая девочка!
А Листик именно маленькая девочка, она хочет тепла, ласки. Её друзья, пусть и подсознательно, это ей дали…
- Докия, ты хочешь сказать, что если эту девочку ласкать и баловать…
- Гремислав, ты опять ничего не понял! Любую фальшь Листик сразу почувствует и может обидеться. А обиженный дракон…
Разнесёт всё вокруг, тут ты прав.
Снова улыбнулась Докия и серьёзно добавила:
- Листик ещё ребёнок, а ребёнку нужна искренняя любовь, другой он не приемлет!

Глава четырнадцатая. Немного из прошлого.
КАК ДРАКОНА ПОБЕДИТЬ И ТРОФЕИ УВЕЗТИ
часть двадцать деятая.

Яромир больше не приставал к Листику, решил -если Докия не проявляет беспокойства, то Листик не нечисть и тем более не нежить, возможно, лесной дух, вроде Вимины, по какой-то причине взявшийся помогать заморской княжне и её хитрому советнику.
Падальщики, как и предвидела Листик, до вечера не успели. Ночью подошедший к выходу из пещеры Яромир слышал усиленное чавканье.
Видно, турунпы боялись, что если они до утра не успеют, маленькая Хозяйка леса отберёт у них недоеденного дракона.
- Ага!
Сказала Листик, когда Яромир поделился с ней своим предположением.
- Отберу и сама буду жевать эту гадость, так что ли?

Утром, выйдя из пещеры, вся компания увидела чистый скелет дракона и рядом аккуратно сложенную шкуру.
Даже голову дракона падальшики сохранили, только выели её изнутри, если бы не пустые провалы глаз, казалось бы, что дракон, вернее, его голова - живая.
Докия сразу восхитилась, потом обошла вокруг стоящего скелета и сомнением произнесла:
- Это конечно замечательно, только вот как это транспортировать? Он же рассыплется!
- Ну, это не проблема.
Листик тоже обошла вокруг стоящего скелета дракона, турунпы не только сохранили и склеили костяк, но и подняли и поставили его на ноги.
Крыльев, правда не было, Яромир их хорошо порубил, да и не смотрелись бы они ввиде костей, утешила Докию Листик.

- Так как же ты его будешь перевозить?
Спросила ведьмачка у девочки. Она сидела, писала письмо в замок ордена охотников, Световид тоже писал письмо отцу.
У Яромира был почтовый голубь, и ведьмачка решила дождаться отряда от князя здесь, а не пробираться лесами самостоятельно, Яромир её поддержал, он хотел как можно дольше побыть со Светоланой, да и Световид особо не возражал, против такого варианта возвращения.
Все они: и ведьмачка, и княжич с витязем - представляли себе триумфальный въезд в стольный град впереди своего трофея.
- Я попрошу помочь мне Вимину, сама я не справлюсь.
Ответила девочка, ничего не объяснив.

Ближе к полудню юноши решили выехать на прогулку, тем более что девушки тоже захотели размяться и размять своих лошадок.
Карэхита, которой Урторио, кроме платьев, купил ещё и несколько брючных, надела один из них.
Хоть она и умела сидеть на лошади по-мужски, сейчас она села, подобно Светолане, как в женском седле.
Но если на Звёздочке такое седло было, то Карэхита обходилась вообще без седла, только набросив на Птичку толстую попону.
Листик, тоже в нарядном брючном костюмчике, устроилась на камне у входа в пещеру, сокрушаясь, что не может на этот камень лечь - же помнётся или запачкается!
Докия ходила вокруг костяка дракона, продолжая им любоваться - такой трофей!
Конечно, драконоборцы и ведьмаки и раньше, хоть и редко, убивали драконов, но никто не мог похвастаться таким трофеем!

Вернувшись с прогулки, богатырь и витязь решили покрасоваться перед девушками, показав им своё мастерство верховой езды.
Яромир немного погарцевал под восторженные охи и ахи Светоланы, за ним показал своё умение Световид.
Когда юноши, слегка задрали носы, решив, что произвели на девушек должное впечатление, Карэхита, улыбнувшись, пустила Птичку по кругу.

То, что показала девушка, заставило разинуть рты всех зрителей, кроме Листика и Урторио.
А когда Карэхита на скачущей во весь опор лошади сделала двойное сальто, закричала от восторга даже Докия, остальные кричали уже давно.
В Склавонии было не принято аплодировать, склавонцы одобрение и восторг выражали криками.
Ещё громче они кричали вечером, когда у костра, перед пещерой, под гитару Урторио танцевала Карэхита.
Потом она танцевала вместе с Листиком. Все были настолько поглощены этим зрелищем, что не замечали ничего вокруг.
Да и чего опасаться, защитный круг, поставленный Докией, прикрывал не только стоящий скелет дракона, но и вход в пещеру.
Ведьмачка опасалась, что какой-нибудь зверь, нет, не сгрызёт кости, просто развалит скелет.

Но всё же сама Докия время от времени посматривала в сторону леса не потому, что боялась, что кто-то разрушит защиту, просто по привычке.
Она и увидела сидящую в ветвях ближайшего дерева Вимину. Видно, фея тоже любовалась танцами Карэхиты и Листика.
Заметив взгляд ведьмачки, Вимина улыбнулась и приветливо кивнула. Докия кивнула в ответ и задумчиво посмотрела на оживлённо беседующих богатырей, Светолану, Листика и Карэхиту.
Дух леса очень редко показывалась людям на глаза, а тут…
Она явно симпатизировала рыжей девочке или изумрудно-золотому дракончику?
А может Хозяйке леса?
Докия внимательно посмотрела на что-то рассказывающую девочку - кто же ты на самом деле, Листик?

Так прошло четыре дня, по утрам Листик важно уходила в лес, и через минуту из-за деревьев свечой уходил в небо дракон.
Через, а может чуть больше, дракон возвращался с горным козлом в лапах и скрывался за деревьями.
Затем из леса появлялась рыжая девочка и манила Яромира за собой, тот шёл за козлом, принесенным драконом.
Понятно, что такую тяжесть эта маленькая девочка не утащила бы. Светолана молчала и не рассказывала, как Листик это делала.
А Яромир каждый раз надеялся увидеть дракона поближе, один раз юноша даже пошёл на место, куда садился дракон пораньше, но хитрый дракон опустился так, чтоб его нельзя было рассмотреть.
А Яромиру пришлось тащить козла на гораздо большее расстояние. Увидеть, как Листик летает на драконе, так и не удалось.
Потом девушки и юноши отправлялись на конную прогулку, а Докия с Листиком готовили обед. Вернее, готовила ведьмачка, а девочка ей усиленно мешала.
По вечерам Урторио играл на гитаре, Карэхита и Листик танцевали и учили этому Светолану, ей очень хотелось тоже так танцевать.

Утром, пятого дня, подпрыгивающая рядом с тащившим козла Яромиром, Листик возбуждённо кричала:
- Едут! Едут! Много и с возами, как я советовала!
- Далеко?
Спросила понявшая о чём идёт речь Докия.
- Думаю, к обеду будут здесь.
Важно сообщила переставшая прыгать девочка. Она посмотрела на засуетившегося Урторио и авторитетно заявила:
- Много их там, одного козла может не хватить, надо всё мясо из ящика доставать! Да и то… Может не хватить!

Листик удручённо покачала головой, Докия улыбнулась, девочка сейчас очень напоминала хозяйку, к которой внезапно нагрянули гости, а у неё нечем их угостить.
- А мы возьмём у Яромира пшено, всё что есть, оно же ему больше не понадобится, и сварим кулеш.
- Ага.
Кивнула девочка и тут же спросила:
- А почему не понадобится? И что такое кулеш? А как его варят?
- Не понадобится, потому что у наших гостей должен быть достаточный запас продовольствия, по крайней мере, крупы.
Начала обстоятельно и серьёзно отвечать Докия. Улыбнувшись, глядя на внимательно слушавшую девочку, ведьмачка продолжила:
- Кулеш - это такой суп, он очень густой, поэтому, кроме мяса и пшена, надо ещё много кореньев. Ты говорила, что видела в лесу клубни дикой бульбы, принеси, пожалуйста, остальное у меня есть.
- А разве бульбу едят?
Удивилась Листик.
- Она же в земле растёт!
- А ты принеси, увидишь.
Усмехнулась ведьмачка.

- Только тех ягод больше не собирай.
Озабоченно предупредил Урторио.
- А то мы от них тут все около этого дракона стоять будем!
- А почему?
По загоревшимся глазам девочки, было видно, что её заинтересовал этот вопрос, и ради его выяснения она вполне может в варево сыпануть красных ягод.
- Стоять будем, потому что столбняк нападёт!
Ответил Урторио.
- Столбняк от этого не бывает, его причина совсем другая.
Покачала головой Докия и повернулась к девочке:
- Ты ещё здесь? Давай быстрее, а то не успеем приготовить, и ты не увидишь, как кулеш варить.
Да, ягод, действительно, рвать не надо, их в кулеш не кладут.

Листик убежала в лес, Докия принялась разделывать принесенную Яромиром тушу, а Урторио сказал Карэхите:
- О принцесса, вам следует переодеться, чтоб встретить высоких гостей достойным образом!
Карэхита кивнула и сказала Светолане:
- Идём, тебе тоже надо бы сменить твой сарафан, уж очень он…
Когда-то нарядный охотничий сарафан, хоть был постиранный и зашитый в местах прорех, появившихся после знакомства с ужасным драконом, выглядел как платье нищенки.
Светолана благодарно склонила голову и пошла в пещеру вслед за Карэхитой. Урторио смахнул пылинку со своего плеча, он, стараясь поддерживать образ первого советника, следил за своей внешностью.
Одетый в безукоризненный костюм, совсем не характерный для жителей Склавонии и неизвестно где раздобытый, в широкополой шляпе с пером, Урторио выглядел и так довольно экзотически - сразу было видно, что он не местный житель.
Не стали переодеваться Докия с Листиком, они чистили клубни бульбы. Впрочем, ведьмачке не было во что переодеться, она была в своём обычном платье-сарафане с длинными разрезами на бёдрах, позволяющими бегать, прыгать, в общем - драться.
Листик была, в очень понравившемся ей зелёном сарафанчике, раздобытом среди прочих вещей Урторио.

Светолана и Карэхита закончили одеваться как раз к приезду гостей. Вышедшие из пещеры девушки были одеты:
Светолана - в синий расшитый узорами сарафан и кокошник, украшений, в отличие от Карэхиты, у девушки не было.
А вот у заморской княжны были серёжки и ожерелье из крупного жемчуга, её чёрные волосы удерживала сетка с такими же жемчужинами, выложенными в виде диадемы, белое платье с кружевами, выгодно подчёркивающее смуглую кожу девушки, дополняло картину.

Урторио поднял брови, когда увидел жемчужные украшения Карэхиты. Такие вещи делали в Арэмии, мастер-вор не мог не узнать одного из самых дорогих комплектов известного ювелира.
Он стоил баснословно дорого и хорошо охранялся, так что украсть этот жемчужный комплект не было никакой возможности. Эти украшения принесла Листик после одной из своих ночных отлучек.
Глядя на Светолану и Карэхиту, юноши застыли в восхищении, а Докия, бросив задумчивый взгляд на девушек, сказала:
- Не совсем то, сала не хватает.
- Какого сала?
Удивились те в один голос.
- Жареного!
Ответила ведьмачка и повернувшись к Листику пояснила:
- В кулеш обязательно надо добавлять сало, зажаренное до состояния хрустящих шкварок. Только тогда кулеш будет настоящим!
- А это что?
Листик втянула носом аромат, исходивший из котла. Большой котёл из пещеры вынесли и варили кулеш на костре на улице.
Докия предположила, что всем, кто приедет в пещере места не хватит, поэтому лучше угощать тут, на поляне.
- Это мясной суп! Не кулеш!
Ответила ведьмачка.

- Ага.
Согласилась Листик и добавила:
- Хоть и суп, но очень вкусно пахнет!
Листика от супа отвлекли всадники, выезжающие на поляну. Все в пластинчатой броне, похожей на доспехи Световида и Яромира, в таких же островерхих шлемах, как у молодых богатырей, на могучих боевых конях, всадники представляли довольно внушительное зрелище.
И все они поражённо застыли, глядя на стоящий скелет дракона с целой головой.
Турунпы, выев голову изнутри, снаружи оставили всё как было, только почистили.
Вместо глаз Листик вставила какие-то минералы, они всю глазницу не заполнили, но их красное свечение это скрывало.
Потом Листик каким-то образом приладила голову на место, получилось, как сказал Урторио, очень жуткое зрелище.
Действительно, стоящий, без всяких подпорок скелет дракона, с хорошо сохранившейся головой и горящими красными глазами, выглядел внушительно и необычно.
Казалось, он злобно зарычит и бросится, гремя костями, на рискнувшего подойти к нему.
Светолана, когда проходила мимо, старалась не смотреть в сторону этой композиции, а вот Листик с удовольствием рассматривала и даже предлагала сделать так, чтоб это скелет, действительно, рычал и размахивал хвостом.

Оторвавшись от котла с супом, Листик с удовольствием смотрела на реакцию приехавших.
Ей очень польстило такое их внимание, она решила, что всадников поразило именно то, как она оформила этот скелет.
- Эх, надо было сделать, чтоб он рычал!
С сожалением сказала девочка, привлекая к себе внимание. Докия, выступив вперёд, поклонилась:
- Будь здрав, княже! И ты будь здрав, Гремислав.
- Будь здрава, Докия! Я вижу, твоя охота была удачной и ты с честью выполнила порученное тебе дело.
Ответил тот, кого ведьмачка назвала Гремиславом, он раньше других оторвался от созерцания костяка дракона.
- Отец!
Ко второму всаднику бросилась Светолана, тот спрыгнул с коня и обнял девушку. К нему же подошёл Световид.

- Княже.
Обратилась к князю Докия.
- Позволь тебе представить княжну Арэмии Карэхиту и её первого советника Урторио.
Когда церемония обоюдного знакомства была закончена, ведьмачка изобразила общий поклон и пригласила:
- А теперь прошу к столу! Откушайте, что боги послали!
Конечно, поляна вокруг котла над костром - это не стол в княжеских палатах, да и походные миски и ложки - не серебряная посуда.
Ну и суп, сваренный Докией, практически, из того что было, не княжеские разносолы, но все ели и хвалили.
Ели и с любопытством посматривали на незнакомцев - Карэхиту и Урторио. Листик такого внимания не удостоилась - рыжая девочка, одетая в зелёный сарафан.
Сколько таких по Склавонии бегает?
Правда, глаза зелёные и большие, но и такие, хоть редко, но тоже встречаются.
Поели быстро, а потом посыпались вопросы - как удалось победить такого большого дракона?
Оказывается, все драконы этого мира были раза в три меньше чем этот. Листик толкнула воина, сидевшего рядом с ней, и попросила рассказать о драконах мира Илувоны.

Видя неподдельный интерес девочки, княжеский дружинник охотно рассказывал:
- Живут у нас драконы, как не жить. У нас, не в Склавонии, значит.
Тут леса, им тут неудобно, ну, над деревьями ещё можно полетать, а потом как же? В лес-то с крыльями не сунешься, ветки мешать будут.
А живут драконы в горах, там такие ростом как три человека будут, ещё на юге в степях там они побольше.
Говорят, сабурманы их даже приучают. Кто такие сабурманы?
Степняки, очень лютый народ.
Бывает на Склавонию набегают, много горя от них. А…
Ну да, о драконах. Ну, вот этот, наверное, с юга, совсем с юга, там есть острова в море-океане, так на них такие зверюги и обитают.
Как этот сюда залетел и что тут делал, даже не ведаю…

Тем временем общий разговор зашёл о бое с драконом, скелетом которого могли любоваться все желающие.
Световид много рассказать не мог, так как значительное время пребывал в беспамятстве, Яромир не был хорошим рассказчиком, у Докии получался не рассказ, а краткий отчёт - рапорт руководству ордена.
Неудивительно, что всеобщим вниманием завладел Урторио, а уж у него получилась героическая былина.
Слушатели пооткрывали рты, особо впечатлительные охали и с восхищением смотрели на краснеющего Яромира и невозмутимую ведьмачку.
Даже когда Урторио закончил, его обступили и просили повторить некоторые моменты такого удивительного и героического сражения.
А седой и могучий мужчина, въехавший на поляну рядом с князем, подошёл к Докии, та, перекинувшись с ним несколькими словами, подозвала Листика.

- Вот истинная героиня, если бы не она, то не спасти нам Светолану, да и дракона не победить.
Сказала ведьмачка, развернув девочку лицом к собеседнику и положив ей руки на плечи. Седой мужчина, выражая сомнение, поднял бровь. А Докия погладила Листика по голове:
- Можешь показаться, Гремислав поймёт, он не враг.
Листик заулыбалась, а вот с лица старшего ведьмака сползла улыбка.

Листик, выспросив Докию - что же ей показалось странным в ауре, научилась прятаться, и теперь определить, что Листик не человек, было невозможно. Сейчас же маленькая рыжая девочка медленно открывала свою ауру.
- Кто ты… вы?
Хрипло спросил ведьмак.
- Дракон.
Просто ответила девочка и кивнула в сторону скелета:
- Только не такой. Это не дракон, это разновидность виверн. У вас тут нет драконов, настоящих драконов.
- Это же легенда… Истинные драконы…
Начал Гремислав, Листик покачала головой:
- Не-а, я не истинный, просто дракон, ещё маленький. Истинные драконы подобны богам, а может они и есть боги…
Девочка замолчала, вспомнив громовой голос и холод, пробирающий насквозь.

Ведьмак недоверчиво смотрел на девочку, она снова была обычным человеком, разве что рыжим. Но он же видел!
Хотя аура это ещё не всё, что-то ещё должно быть! Опять же дракон, стоящий на поляне в виде скелета - чтоб победить такого зверя не хватило бы сил двух начинающих богатырей и одной ведьмачки, пусть умелой и опытной, значит, им кто-то помог и этот кто-то должен обладать большой силой.
И этим кем-то, по словам ведьмачки, была эта рыжая девочка. Ещё раз покачав головой, Гремислав, решив подробным выяснением этого вопроса заняться потом, спросил у Докии, показав на гигантский скелет:
- Ты писала, что этого дракона можно будет перевезти, я привёл, как ты и просила, четыре телеги и четыре упряжки волов.
- Я не знаю как.
Ответила ведьмачка и кивнула в сторону Листика:
- Это она сказала, что может. Не верить ей у меня оснований нет.

- Ага.
Девочка заулыбалась ещё шире, глянув на сомневающегося ведьмака скомандовала:
- Давайте, ваши возы цепляйте друг за другом, на них и будем грузить. Завтра можно будет сразу ехать.
Гремислав дал соответственную команду возничим, которые с сожалением отошли от Урторио, который очередной раз рассказывал историю о героическом бое, и направились выстраивать возы, цепляя их друг к другу.
Когда всё было готово, Листик подошла к скелету и позвала:
- Вимина!

Лесная фея появилась, как и прошлый раз, из кроны ближайшего дерева. Разговоры на поляне сразу стихли, и все стали кланяться духу склавонских лесов.
А фея подошла к девочке и произнесла своим голосом, похожим на журчание ручейка:
- Листик, я тебе помогу, а ты станцуешь для меня? Со своей подругой?
- Ага!
Кивнула девочка. Фея улыбнулась:
- Ну что ж, тогда начали!

Гремислав задохнулся от изумления, то, что показала ему девочка, не шло ни в какое сравнение с тем, что он увидел сейчас.
Охнули ещё два ведьмака, находившиеся в свите князя Светомира.
Охнули и все остальные, но не от того, что увидели ауру девочки.
Спокойно протекавшая по краю поляны небольшая речушка поднялась и большой волной двинулась в сторону скелета дракона.
- Лови!
Закричала Листику Вимина.
- Ага!
Ответила девочка и вытянула вперёд руки, будто, действительно, собиралась поймать надвигающуюся на неё водяную стену.
Вал воды накрыл костяк дракона и остановился, словно замёрз.
Удивлённые люди увидели, что скелет заключён в большой прозрачный ледяной ящик.

- Ага.
Удовлетворённо сказала девочка и напряглась, словно поднимала что-то очень тяжёлое.
Прозрачная ёмкость со скелетом дракона приподнялась, передвинулась и опустилась на соединённые большие телеги, полностью их заняв, края даже свисали по сторонам.
А бледная Листик утёрла со лба пот, видно, это действие отняло у неё немало сил.
- Не холодная! И мягкая!
Закричал один из возничих, потрогав эту оригинальную упаковку.
- Ага.
Подтвердила девочка.
- Если заморозить, то пришлось бы всё время холод поддерживать, чтоб не растаяло. Да и лёд мог расколоться, а так никакая тряска и ухабы не страшны, всё будет в целости!
- Но как?
Удивился Гремислав.
- Как такое возможно?
- Мне Тайша показала, как со стазисом работать, а это я сама придумала!
Гордо ответила девочка. Она не сказала, что делала такое сложное магическое действие в первый раз, что могло и не удастся задуманное.

- Но как? Для стазиса нужно толстые стены! Да и не будет вода так вести себя в стазисе!
- Ага! Если воду налить в ёмкость и навесить на неё стазис, то вода так и останется водой, только будет всё время свежей.
Согласилась Листик и пояснила, что сделала:
- А я из воды соорудила такой ящик, а потом на него стазис навесила!
- Из воды соорудила ящик?
Недоумевая, переспросила Докия, Листик смутилась:
- Ну, не я соорудила, это Вимина сделала, я только стазис навесила.
Докия и Гремислав переглянулись, многозначительно качая головами. Возможности этой малышки поражали.
Листик гордо задрала нос. О том, что стазис на водяной ящик навешивать ей тоже помогла Вимина, девочка не стала рассказывать.

Вечером, у большого костра сидели и обитатели пещеры, и вновь прибывшие. Урторио, у которого от рассказов уже еле язык ворочался, что-то наигрывал на своей гитаре, Светолана и Световид сидели около своего отца.
Около них же разместились Докия и Гремислав.
А Листик и Карэхита о чём-то шептались с Виминой на противоположном конце круга.
- Отец, это волшебство, когда танцует Карэхита! Человек так не может танцевать!
Пылко говорил Световид. Светомир немного недоверчиво смотрел на чернокосую и смуглую девушку, уж очень красноречивые взгляды на неё бросал его сын.
А Светолана попыталась восстановить справедливость или заступиться за Листика:
- Листик танцует не хуже!

Князь посмотрел на ведьмаков, словно спрашивая их мнения. Гремислав пожал плечами, показывая, что ещё очень мало знает.
Докия начала говорить:
- Вы же сами видели, Листик…
- Меня сейчас интересует не эта маленькая ведунья, я видел, что она очень сильная, и слышал рассказы о её вкладе в общую вашу победу над драконом.
Меня интересует эта заморская княжна - Карэхита.

Светомир многозначительно указал взглядом на своего сына, который, забыв обо всём, смотрел на черноволосую девушку.
Князь озабоченно продолжил:
- Действительно ли она княжна? Если да, то как здесь оказалась?
Это глухой угол княжества, сюда не так-то просто забраться, только сати ходят этим путём.
А она очень мне их напоминает.
Что у нас есть говорящего в пользу того, что она действительно княжна? Кроме заверений её советника, да и советник ли он?

- Ну уж в том, что он советник, у меня нет никакого сомнения.
Усмехнулся Гремислав.
- Уж очень он пронырлив и хитёр. Вспомни, княже, Брямчемудрина!
Если бы этот Утро… Уротро…
Ну и имечко, язык сломаешь, так вот, если бы он не был так смугл, то его вполне можно было бы принять за родного брата твоего советника!

Ответить князь не успел, Урторио заиграл на своей гитаре в полную силу. Карэхита, выступив вперёд, изогнулась в первом танцевальном движении.
Все разговоры стихли, люди заворожено смотрели, как девушка танцует.
Её то плавные, то стремительные движения просто зачаровывали. Она была, одновременно, текучей водой и язычком пламени.
А когда к ней присоединилась Листик - будто два язычка пламени затанцевали среди буйного водопада.
Люди перестали дышать и смотрели, словно боясь пропустить хоть один миг этого чуда.
Прозвучал последний аккорд, и девушка, и девочка замерли, будто застыли в последнем танцевальном движении.
Свидетели этого волшебства несколько мгновений молча смотрели на них, а потом разразились восторженными криками.
Князь тоже не мог скрыть своего восхищения, но сомнения у него остались, их он и высказал:

- Замечательно, восхитительно! Но разве княжна может так танцевать?
- А первый советник так играть на музыкальном инструменте?
Хмыкнула Докия и пояснила князю:
- Урторио мне рассказывал, что игра на различных музыкальных инструментах и танцы входят в программу образования аристократов. В его стране считается неприличным этого не уметь.
- Отец! Карэхита истинная княжна! Ты бы видел, как она умеет ездить верхом! Простолюдинка никогда так не сможет!
Князь пожал плечами, показывая, что, если доводы собеседников его и не убедили, спорить он не намерен.
Взглянув на Листика, Светомир спросил у Гремислава:
- А она? Маленькая, рыжая, одета очень просто, никаких украшений, что тоже княжна? То, что сильная ведунья, я видел.
Но ведунья может и не быть княжеского рода.

- Княже, видишь сидящую рядом с ней Вимину?
Вместо Гремислава ответила князю вопросом Докия. Светомир кивнул, а ведьмачка продолжила:
- Дух леса очень редко показывается людям. Можешь ли ты её позвать? Откликнется ли она? А эта малышка…
Ты сам, княже, видел! Да и о Хозяйке леса, мы только слыхали, а видел ли её кто?
- Хозяйка леса…
Хмыкнул князь.
- Строга, даже сурова, но справедлива. Многие испытали на себе её гнев, но и многих она осыпала своими милостями, но никто её не видел, а если и видел, то молчит.
Но причём тут она? Уж не хочешь ли ты сказать, что эта малявка…
- Это её дочь. Эта малявка на моих глазах расправилась с хрымом, её слушаются и боятся турунпы, можешь ли ты этим похвалиться, княже?
Но старая Хозяйка ушла, вместо неё теперь её дочь.
Усмехнулась Докия.

Князь молчал, ожидая продолжения, он не мог представить, что эта рыжая, смешливая девочка и есть теперь Хозяйка склавонских лесов.
Ведьмачка, продолжая усмехаться, продолжила:
- А как она назвалась… Не уж-то Хозяйка леса тебе не ровня? Или ты, княже, думаешь по-другому?
Если князь и думал иначе, то этого не сказал, он сердито посмотрел на ведьмачку.
Этот взгляд не укрылся от Гремислава, он понимал, что князю не нравится независимость ордена в целом и некоторая дерзость отдельных его представителей, в частности, но в склавонских лесах без ведьмаков было никак.

А князь перевёл взгляд на заморскую княжну, рыжую девочку и лесную фею. К ним присоединились Световид и Светолана с Яромиром.
Слушая Урторио, они весело смеялись, князь вздохнул - иногда и правителю надо уступить, для блага своего народа и семьи.
А если его сын выбрал эту неизвестную заморскую княжну, то пусть так и будет, тем более что она пользуется расположением тех, кто в Склавонии гораздо влиятельнее, чем княжеская власть.

Глава четырнадцатая. Немного из прошлого.
КАК ДРАКОНА ПОБЕДИТЬ И ТРОФЕИ УВЕЗТИ
часть двадцать восьмая.

- Ну, все готовы?
Спросила Листик, глядя на выстроившихся в центре поляны богатыря и кандидата в богатыри. Они должны были находиться в засаде, поджидая дракона.
Накануне вечером, под руководством Докии, был тщательно разработан план предстоящего сражения.
В разработке этого мудрого и даже коварного плана деятельное участие принял Урторио, он не был богатырём и никогда раньше не сражался с драконами, но, как ни странно, те советы, что он давал, были довольно дельными.
При этом Докия подозрительно поглядывала на первого советника заморской княжны - первый план, что тот предложил, совсем никуда не годился, а сейчас он демонстрировал довольно глубокие знания обсуждаемой темы.
Листик не участвовала в разработке плана, она, как и Карэхита со Светоланой, только слушала, заранее рассказав Урторио все свои соображения по этому поводу.
А вот Яромир и Световид очень активно помогали составлять план боя, в основном критикуя предложения Урторио и возражая Докии.
Но в итоге они всё же согласились с ведьмачкой.

Но сейчас, вопреки плану и своим заверениям - неукоснительно ему следовать, заняли исходную позицию в центре поляны, верхом на своих конях.
Услышав ответ мужественных и гордых драконоборцев, мол, не пристало прятаться настоящим богатырям перед всякой тварью, Листик покачала головой и скрылась в кустах.

Сегодня она была одета не как вчера - в красивое платье, а в, в которой ходила раньше.
- Платье жалко, может порваться.
Объяснила девочка, вызвав удивление юношей - неужели эта малявка собирается драться с драконом?
Она хоть и сильный маг, но с драконом одной магией не совладаешь, они очень устойчивы к магическому воздействию.
А Докия напомнила, что именно Листик будет заманивать дракона, под мечи славных богатырей. Девочка, хитро улыбаясь, удалилась в лес, и через несколько мгновений из-за деревьев в небо ушёл изумрудно-золотистый дракончик.
- О-о-о!
Восхищённо произнесла Докия, до этого она хоть и видела Листика в драконьей ипостаси, но не вот так - взлетающей, широко раскинув крылья. Урторио и Карэхита тоже восхитились уже в который раз, только Светолана этого не видела, она спряталась в глубине пещеры.

В ожидании прошло больше часа. Карэхита и Урторио наблюдали за небом, отойдя немного вглубь пещеры, но так чтоб было видно поляну.
Докия, совсем незаметная снаружи, с обнажённым мечом стояла у самого выхода, прислонившись к стене.
Яромир и Световид в центре поляны сидели на своих боевых конях и напряжённо ждали.
А вот кони совсем не ощущали ответственности момента, меланхолично махая хвостами, время от времени нагибали свои красивые головы и срывали пучки сочной травы.
Первым не выдержал Световид, оглушительно чихнув, отъехал с солнцепёка в тенёк, под окружающие поляну деревья. Несмотря на утро, солнце уже начало ощутимо припекать.
Через несколько минут его примеру последовал и Яромир. Урторио хмыкнул:
- Сейчас появится дракон.
- Вы думаете…
Тихо начала Докия, верный советник заморской принцессы усмехнулся:
- Так и думаю. Думаю, что Листик могла бы привести сюда того дракона и раньше, просто подождала, когда солнце заставит ваших богатырей занять позицию согласно разработанного плана.
- Вы думаете…
Снова начала Докия, Урторио усмехнулся и отвесил учтивый поклон:

- Думать - это моя обязанность как советника принцессы Карэхиты.
Урторио неукоснительно выполнял свой план - постоянно напоминая о высоком положении девушки и своей не менее высокой должности при ней.
Первый советник продолжил:
- Принцесса Листик, ах да, княжна, не только отважная и умелая драконья всадница, она ещё опытный стратег!
Слушая эти слова, Карэхита едва сдерживалась, чтоб не захихикать. Она представила себе, как Листик, дёргая Урторио, спрашивает:
- А кто такой стратег? И почему он должен быть опытным?
Девушка настолько ярко себе это представила, что не выдержала и всё же захихикала.
Урторио сердито на неё глянул, Карэхита своим неуместным весельем могла разрушить образы прекрасных и отважных принцесс, так тщательно им выстраиваемые.

Но Докии уже было не до этого, она увидела большого чёрного дракона. Он гнался за маленьким изумрудно-золотистым.
Листик, действительно, летала кругами, ожидая, когда же эти гордые богатыри уберутся с поляны и займут места, отведенные им планом ведьмачки.
Листик, взлетев над лесом, прыгнула сквозь межпространство прямо к пещере чёрного дракона, даже не чёрного, а какого-то грязно-серого.
Грязного до черноты, видно пленницы ему нужны были не только как еда, они его ещё мыли и чистили.
Лишившись их, сам он помыться так и не удосужился, возможно, хотел поймать себе новых девушек.
Листик, обрадованная тем, что этого дракона не придётся долго искать, подлетела к нему, собираясь ударить хвостом.
Но увидев, какой он грязный, брезгливо скривилась и плюнула. Просто плюнула, от отвращения.
Этот обычный, не огненный плевок попал прямо в морду дракона. Случайно попал, специально Листик не целилась.
Взревев, грязный дракон бросился на своего маленького, но такого наглого обидчика. А тот стал убегать.
Пещеры и поляны перед ней драконы достигли минут за двадцать, всё-таки этот грязнуля летал быстро.
Но увидев так и стоящих в центре поляны богатырей, настоящего и будущего, Листик стала летать кругами.

Летала она очень высоко, с земли её было почти не видно. Когда же Яромир и Световид заняли места, отведенные им планом Докии, Листик устремилась вниз.
Большого чёрного дракона, преследующего маленького изумрудно-золотистого, увидели уже все. Карэхита испуганно вскрикнула, казалось, большой схватил маленького за хвост.
Тот в последнее мгновенье чудом увернулся. Листик выдернула свой хвост, буквально, из громко щёлкнувшей пасти чёрного дракона, так повторялось несколько раз.
Листик также и тогда, когда летала кругами, устремившись к земле, махала хвостом, чтоб дракон-грязнуля, увлечённый погоней, ни на что больше не обращал внимания. Казалось, ещё мгновение и оба дракона разобьются, врезавшись в твёрдую землю.
Но почти коснувшись поверхности лужайки, Листик, с криком - поберегись, прыгнула в межпростанство. А вот дракон-преследователь такого сделать не мог, он со всего маху приложился о казавшуюся такой мягкой траву.
Удар был настолько силён, что выбил в земле воронку в половину размера дракона. Он ошалело ворочался в образовавшейся яме, но, судя по всему, ничего себе не сломал, удар только ошеломил грязное чудовище.
- Чего стоите! Вперёд!
Закричала Докия.

Юноши опустили копья и, пришпорив своих коней, понеслись на дракона. Копье Яромира пришпилило крыло дракона к туловищу, а вот удар Световида, был не совсем удачен, он только пробил крыло.
Дракон им взмахнул, ломая копьё, и ударил, сбивая княжича с коня. Тот покатился по земле.
Но добить Световида не дал Яромир, подскочив к дракону, и рубанул мечом по крылу со своей стороны, дракон заревел и развернулся к богатырю, забыв о лежащем на земле княжиче.
Удар лапы сбил богатыря с коня, но Яромир, перекувыркнувшись в воздухе, отскочил в сторону, а вот подняться на ноги уже не успевал. Стоя на коленях, богатырь поднял меч, стараясь защититься от занесенной лапы.
- Светик!
Закричала Карэхита и, не обращая внимания на дракона, бросилась к лежащему Световиду.

А дракон, словно забыв про Яромира, повернулся к княжичу и девушке, открыв пасть, он зашипел, но больше ничего сделать не успел, в раскрытую пасть влетел огненный шар и там лопнул.
Хоть голова чёрного дракона и окуталась огнём, удар пропал в пустую, огонь быстро исчез, не причинив немытому чудищу особого вреда. Дракон только ошалело мотал головой.
А Карэхита и пришедшая к ней на помощь Докия, оттащили княжича к пещере. Воспользовавшись ошеломлением дракона, поднявшийся на ноги Яромир снова нанёс ему несколько ударов.
Одним из ударов богатырь перерубил крыло, но остальные не причинили дракону никакого вреда - меч только скользил по крепкой чешуе.
Дракон снова опрокинул богатыря на землю, на этот раз Яромир, не пытаясь встать, откатился как можно дальше.

- Чучело вонючее!
Закричала Карэхита, и дракон снова повернулся на девичий голос, давая возможность Яромиру встать на ноги.
Богатырь бросился к дракону и, подпрыгнув, пропуская под собой летящий в широком замахе хвост, нанёс несколько ударов.
На этот раз Яромир не бил дракона по туловищу, а двумя ударами окончательно дорубил крыло, повисшее большой тряпкой.
Дракон, заревев, сделал стремительное движение головой, пытаясь цапнуть богатыря зубами. Длинная и гибкая шея чудовища позволяла это сделать не разворачиваясь. Выпад дракона увенчался бы успехом, но на пути его головы с зубастой пастью оказалась рыжая девочка.
Она была без рубашки, но с корзинкой полной красных ягод. Эта корзинка и полетела в пасть, неотвратимо приближающуюся к богатырю.
Дракон машинально захлопнул рот, стремительное движение его головы остановилось, а Листик, прыгнув вперёд, стукнула дракона ногой по носу, это не причинило какого-либо вреда чешуйчатому чудовищу, но было довольно обидно.

Оттолкнувшись ногой от носа дракона, девочка прыгнула в сторону пещеры и оттуда обрушила на чудовище новый огненный удар, подобный тому, что сжёг хрыма.
Но огонь не просто стёк с грязной шкуры, его словно что-то погасило. Пламя хоть и не нанесло вреда, ошеломило дракона.
Он громко заревел и попытался нанести своему обидчику удар, бестолково размахивая лапами и хвостом.
- Откуда у тебя ягоды?
Спросила у девочки Докия, внимательно наблюдая за драконом, мотающим головой и бьющим во все стороны длинным хвостом, его удары, в отличие от лап, могли достать богатыря и ведьмачку, та хоть и укрылась в пещере, но стояла у самого входа.
- Насобирала.
Ответила Листик.
- Ягоды насобирала, но при этом зачем-то разделась.
Усмехнулась Докия, не отрывая взгляда от дракона, поудобнее перехватывая меч.
- Ага, рубашка бы порвалась, а когда я вернулась, то её не было, кто-то стащил.
Обиженным голосом сообщила девочка, ведьмачка кивнула:
- Рубашку стащили, а ягоды не тронули?
- Так они же ядовитые, так Годявир говорит. А ещё они и кислые!
- А ты откуда знаешь?
Удивилась Докия.
- Пробовала!
Ответила Листик, пожав плечами, добавила:
- Вообще-то для ягод не сезон, сейчас они не растут, только эти.

Перекидываясь фразами, они обе - и девочка, и женщина - внимательно смотрели на продолжающего мотать головой дракона.
Карэхита и Урторио оттащили Световида вглубь пещеры, но недалеко, девушка осталась хлопотать около так и не пришедшего в себя княжича.
А мужчина присоединился к наблюдающим за драконом Листику и Докии, но встал за их спинами.
Яромир, дождавшись, когда хвост дракона не будет мешать, снова атаковал, на этот раз богатырь бил его не по туловищу, а по лапам, одну даже повредил.

Похоже, боль подействовала на дракона отрезвляюще, и он, перестав мотать головой, заревев, снова попытался то ли ударить своей бронированной башкой, то ли схватить зубами богатыря.
Попытка не удалась, и голова дракона, слегка раскачиваясь, замерла, готовясь к новому броску.
Докия, воспользовавшись тем, что дракон перестал мотать головой и смотрит в другую сторону, стремительно прыгнула вперёд, нанося удар своим засветившимся серебряным светом мечом по шее дракона.
Рубанув, ведьмачка также стремительно отскочила. В отличие от ударов Яромира, так и не повредивших чешуйчатую шкуру, меч Докии оставил на шее дракона довольно глубокую царапину.
Но на этот раз дракон не стал отвлекаться, резким ударом лапы он свалил не ожидавшего такого удара витязя на землю и занёс для завершающего удара другую лапу с огромными когтями.
Карэхита оглушительно завизжала, она хоть и держала у себя на коленях голову Световида, но тоже продолжала краем глаза наблюдать за боем. Урторио, подпрыгнув, чуть не упал, Докия, вздрогнув, пригнулась, а Листик хладнокровно ударила огненным лезвием в рану на шее повернувшегося к пещере дракона.

Если до этого огненные удары девочки не причиняли дракону какого-либо вреда, то сейчас удар, пришедший в незащищённое шкурой место, просто перерубил шею.
Обезглавленный дракон некоторое время постоял, качаясь из стороны в сторону, потом рухнул, едва не придавив Яромира, тот успел отскочить в последнюю минуту.
Листик втянула носом воздух и брезгливо поморщилась:
- Ну что теперь делать с этим вонючкой? Может сжечь?
- Им нужен трофей, они же должны чем-то доказать, что победили дракона.
Кивнула Докия в сторону растерянно озирающегося Яромира. Витязь вздохнул и сказал:
- Наша заслуга в том, что этот дракон повержен, совсем мала, ведь это же вы…
- Да ладно.
Махнула рукой Листик.
- Вы же сражались, ты и княжич! Вон он даже ранен, вернее стукнут. Можно сказать, что дракона победили вы, а мы только чуть-чуть вам помогали. Правда?
Листик повернулась к ведьмачке, прячущей свой меч в деревянный посох, та согласно кивнула:
- Конечно! Сражаться со всякой нечистью и нежитью - моя работа. Так что Листик права, к тому же, шкура дракона дорого стоит, если мы поделимся - вам слава, а нам шкура, то я буду вполне удовлетворена.

- Уважаемая, а сколько стоит шкура дракона? И как вы намерены делиться? - забеспокоился Урторио. Докия усмехнулась:
- Честно поделимся, мне треть, а княгине Ли…
- Карэхите!
Поправила Листик и показала на девушку, продолжавшую держать на коленях голову Световида.
- Она, рискуя жизнью, спасла богатыря, да и ваш витязь без неё бы пропал. Ведь правда?
- Несомненно!
Важно кивнул Урторио.
- Вклад княжны Карэхиты в общую победу весьма значителен и заслуживает награды!
- Ага!
Тоже кивнула Листик и, посмотрев на тушу дракона, задумчиво сказала:
- Только вот кто эту награду будет с этого вонючки снимать? А? Да и сама награда нуждается в чистке. Уж очень она пахнет!

Никто из присутствующих такого желания не высказал, девочка сокрушённо покачала головой:
- Вот, как с драконом драться и витязи с богатырями тут как тут, а как шкуру снимать, так нету никого! Просто ужас!

Урторио был согласен с Листиком, что снимать шкуру с этого дракона - просто ужас, хоть девочка высказалась по другому поводу.
Но сумма, что можно было выручить за шкуру, и которую назвала Докия, была очень велика, ведь эта шкура была, практически, целая. Урторио жалобно посмотрел на рыжую девочку, а она сделала вид, что тяжело вздохнула:
- Всю грязную работу приходится делать самой! Снять шкуру с этого вонючки, подвиг, может, ещё больший чем его одолеть!

Все склавонцы, даже подошедшая Светолана, и теперь осторожно выглядывающая из-за спины Урторио, с удивлением смотрели на Листика.
Снять шкуру с дракона очень непросто, ведь она очень крепкая, крепче стального доспеха, потому так ценится, а девочка собралась её сама снимать. Как она сможет это сделать?
А Листик их удивила ещё больше, спросив:
- Скелет вам нужен? Кости сохранять? Если нужен, то как? Сложить кости по отдельности или оставить так как они на драконе, вернее в драконе?

Тут уж и Докия проявила заинтересованность - до сих пор не удавалось сохранить скелет дракона целиком, только отдельные фрагменты.
Если Листик сможет это сделать, а она - Докия - доставит такой скелет в замок ордена охотников, то это будет подвиг, гораздо больший, чем просто победить дракона!
Ведьмачка даже зажмурилась от предвкушения…

Но глянув на маленькую рыжую фигурку, с сожалением сказала:
- Листик, разве это возможно? Шкуру снять, я ещё понимаю - снять можно, хотя возни будет на пару недель, но освободить скелет от плоти дракона?..
Не успеешь - мясо загниёт! Да и сам скелет развалится - кости-то, ничем не будут скреплены!
- Ага!
Заулыбалась девочка и, повернувшись к лесу, строго сказала:
- А ну! Выходите!

Появившиеся существа, покрытые грязно-серо-бурой шерстью, имели непропорционально большие головы, такие же большие зубы и передвигались - кто на четырёх лапах, а кто только на задних.
Вид этих существ внушал бы страх, если бы не вызывал сильное отвращение.
- Турунпы!
Выдохнула Докия, выхватывая свой меч, то же самое сделал и Яромир.

Ведьмачка пояснила, скривившимся от отвращения Урторио и Карэхите:
- Турунпы - падальщики! Обычно живут поодиночке, но если собираются в стаю - то очень опасны! А тут такая большая стая!
- Ага.
Согласилась Листик.
- Вот я тоже думаю - чего их столько сюда набежало? Было же всего несколько! Я им внутренности и остатки козлов скармливала.
А что? Куда мне всё это было девать? А так вокруг пещеры чисто.

Девочка повернулась к застывшим у туши дракона турунпам и строго сказала:
- Значит так! Чтоб до вечера мне всё съели! Ну, то, что не съедите, с собой унесёте, но чтоб вони здесь не было!
Шкуру - есть нельзя! Её хорошенько вычистить и вон туда положить!
Кости не грызть! Аккуратно обглодать, так чтоб чистые были и чтоб скелет не развалился!
Чем скрепить? Сами придумайте! Понятно?

Падальщики закивали, а самый большой, стоящий впереди всех, хоть и невнятно, но вполне разборчиво прорычал:
- Сделаем, младшая хозяйка!
Турунпы хоть и с трудом, но прогрызли шкуру дракона на брюхе и с хрустом чавканьем вгрызлись туда, некоторые так увлеклись, что из мёртвого дракона торчали только их задние ноги и кончик хвоста, вонь при этом только усилилась.
Люди с отвращением на это смотрели, а Листик, оправдываясь, сказала:
- Они по-другому не умеют. Падальщики и есть падальщики.

Глянув куда-то верх, девочка позвала:
- Вимина, Вимина!
На зов Листика, ступая по воздуху, словно там была лестница, из крон деревьев спустилась девушка.
С зелёными волосами и белой кожей, словно чем-то изнутри подсвеченной, почти как у Листика, только у девочки кожа была золотистой.
В отличие от Листика девушка была одета в короткую тунику, сотканную из листьев и цветов. Девушка остановилась, немного не дойдя до земли, и вопросительно посмотрела на рыжую девочку.
Та, сморщив носик, попросила:
- Вимина, ты не можешь этот запах убрать?
- А сама?
Вопросом ответила девушка, Листик скривилась:
- Ну, у меня… Ты же видела…
- Видела, запах ты уберёшь вместе с тушей и этими.
Девушка брезгливо скривилась, кивнув в сторону пиршества турунпов. Затем Вимина, со словами:
- «Слушаюсь, младшая хозяйка» взмахнула рукой.
Пространство между входом в пещеру, где стояли люди, и тушей дракона, покрылось цветами. Их аромат поглотил неприятный запах.
Листик показала девушке язык, а та, покачав головой, укоризненно произнесла:
- Никакого воспитания!

- А чего ты дразнишься.
Ответила Листик.
- Обзываешься младшей хозяйкой?
- А кто ты есть?
Улыбнулась девушка с зелёными волосами.
- Ветика - хозяйка, а ты младшая хозяйка. Где она? Почему не с тобой?
- Мама погибла.
Ответила переставшая улыбаться Листик, у неё на глазах выступили слёзы.

Девушка шагнула вперёд и, оказавшись рядом с девочкой, прижала ту к себе. Так они простояли несколько минут, Вимина гладила всхлипывающую Листика по голове и шептала что-то ласковое.
А пришедший в себя Яромир, до этого стоявший в оцепенении, громко прошептал:
- Фея! Фея леса!
Докия молча кивнула, она с благоговением смотрела на девушку, только Урторио недоумённо переводил взгляд с Вимины и Листика на ведьмачку и витязя. Карэхита была занята начавшим приходить в себя Световидом.

Обернувшись, она спросил у Светоланы:
- Кто это?
- Вимина…
Ответила склавонка.
- Фея леса! Дух леса! Дух жизни!
Фея ещё раз погладила девочку по голове и отстранилась, вытирая Листику слёзы платком, похожим на большой лепесток цветка.
- А кто мою рубашку забрал?
Спросила девочка, переставшая всхлипывать. Фея кивнула в сторону драконьей туши.
- Зачем?
Удивилась Листик.
- Съели, решили, что ты её им отдала.
- А чего ж корзинку с ягодами не тронули?
- Так ягоды же ядовитые.
Улыбнулась Вимина.
- Это только ты такие есть можешь, ягодки даже для турунпов смертельны.
- Ага.
Кивнула Листик.
- А я-то думаю, чего их столько много здесь растёт и никто не ест. Такие красивые ягодки!
Фея ничего не ответила, поцеловав девочку, растворилась в воздухе. Листик, шмыгнув носом, показала на пещеру:
- Идём, всё равно тут до вечера смотреть не на что, а может и до утра.

В пещере было светло и сухо, запахи если и были, то только приятные.
А какие могут быть запахи от варящегося мясного супа. Уже вполне пришедший в себя Световид продолжал лежать головой на коленях у Карэхиты, он и девушка слушали рассказ о прошедшем бое с драконом.
Рассказывал Урторио, применив весь свой артистический дар. Слушали, взявшиеся за руки, Светолана и Яромир.
Не слушали Докия, варившая суп, и Листик, деятельно ей помогавшая, помощь заключалась в активном нюхание аппетитного запаха, исходившего от варева ведьмачки.
- …и вот отважный Яромир нанёс решающий удар, отделивший страшную голову от ужасного туловища…
Рассказывал Урторио.
- Туловище было таким ужасным, что странно, как это голова сама раньше от него не отделилась и не сбежала.
Тихонько произнесла Листик и захихикала, она всё же слушала вдохновенного рассказчика.
Улыбнулась и Докия, а Урторио закончил своё повествование:
- Со страшным грохотом повалился поверженный дракон на землю!
- Как же он мог повалиться, если он уже был повержен?
Тихонько, так чтоб её слышала только Докия, спросила Листик. Ведьмачка так же тихо ответила:
- Это такой приём рассказчиков, чтоб показать тяжесть боя и героизм победителя.
Сначала противника повергают, а потом он валится и обязательно с грохотом. Я думала, что такие описания боёв только наши сказители используют, оказывается, такое повсеместно.
- Ага.
Согласилась Листик, а Докия позвала:
- Идите кушать, суп готов!

- Как вам удаётся, столько много съесть?
Спросил Яромир у Листика, та доедала третью миску супа.
- Вы такая маленькая, а…
- Как столько в меня влазит?
Хихикнула девочка, сказав то, что постеснялся спросить витязь. Тот только кивнул, а Листик, напустив на себя важный вид, пояснила:
- Это потому, что у меня молодой и растущий организм! Вот!
- А не ответите ли, заморская княжна, почему вас знает Вимина, дух склавонских лесов и почему вас слушаются турунпы, называя вас при этом хозяйкой?
Не отставал Яромир.
- Наверное потому, что Хозяйкой леса была моя мама.
Ответила сразу погрустневшая девочка, ей на помощь пришёл Урторио:
- Видите ли, одно другому не мешает, Листик может быть принцессой, то есть княжной, там и хозяйкой здесь. Как вы убедились её, э-э-э… магические…
Урторио с заминкой назвал новое для себя слово.
- Возможности выходят далеко за рамки…

Первый советник замолчал, не зная как назвать то, что могла Листик, а то, что девочка могла очень многое, даже по меркам этого мира, где проявлялись силы неизвестные в Арэмии, Урторио уже убедился.
Яромир хотел ещё что-то спросить, но Светолана его остановила:
- Листик меня спасла! И с драконом дралась! А то, что она позвала падальщиков, чтоб они этого дракона съели, то так ему и надо!
- Дух леса благосклонен к Листику.
Поддержала Светолану Докия.
- Фея откликнулась на зов и выполнила просьбу! А это говорит о том, что…
- Фея обнимала и утешала Листика, так с чужими не поступают!
Перебила ведьмачку Светолана, Докия продолжила, как будто её и не перебивали:
- …говорит о том, что Листик не чужая склавонским лесам! Она здесь своя!
Может там, где-то за морем, она и княжна, принцесса.
Поправилась ведьмачка и, глянув на Урторио, повторила:
- Здесь она своя, она часть нашего леса - Хозяйка его. Пускай не Хозяйка ещё, но дочь прежней Хозяйки, лес её признал.
- А чего ж она не могла приказать дракону?
Спросил Яромир.
- Если она хозяйка…

- Уважаемый дракон, перережьте себе горло. Так?
Усмехнулась Докия и, покачав головой, сказала витязю.
- Ты много не знаешь. Драконы пришельцы в наши леса, они чужаки, хищники. Даже Вимина не может им противостоять, а вот Хозяйка леса могла.
Я её не видела и не знала, только слышала о ней. И то, что слышала, говорит в её пользу! А Листик…
Может она ещё маленькая, драться с драконами один на один.
- Но она же дралась!
Опять вмешалась Светолана.
- Если бы не она… И совсем этих ужасных драконов не боится!
Докия погладила Листика по голове и тихо спросила:
- Твоя мама была как ты?
- Да.
Так же тихо ответила девочка.
- Тогда понятно, если ты, такая маленькая, уже столько можешь, а то, что может взрослая…
Докия не договорила, немного отстранив девочку от себя, заглянула в её большие зелёные глаза.
Листик ничего не ответила, просто кивнула.

Глава тринадцатая.
БОЙ У РЕКИ СМОРОДИНКИ И ЧТО ИЗ ЭТОГО ВЫШЛО…
часть двадцать седьмая.

К тому же боевые драконы были очень большой редкостью. Во времена Старой Империи их использовали довольно часто, но это когда было!
Сейчас вырастить и воспитать боевого дракона было очень дорого, да и специалисты были уже не те, настоящих дрессировщиков драконов не осталось.

А этот дракончик и не думал нападать на солдат, оставаясь вне досягаемости их копий и мечей, да и арбалетных болтов тоже, он продолжал поливать обезумевших от страха людей огнём и сбивать с ног ударами воздушного кулака.
На то, что никто не погиб, бегущие к мосту солдаты внимания не обращали, многие из них были обожжены, но так, чтоб могли сами двигаться.
Боль - хороший стимул переставлять ноги, причём очень быстро, похоже, дракончик именно этого и добивался.

Герцог Вэркуэлл понял, что происходит что-то незапланированное, едва ли не раньше всех. Увидев огненную атаку этого странного дракона, он развернул своего коня в сторону моста и устремился туда со скоростью, на которую этот конь был способен.
Его примеру последовал сын. Дракончик, оставив перепуганных солдат, очередным заходом подпалил камзол на спине герцога и довольно сильно нагрел кольчугу на Ринусе.
- А-а-а!
Закричал сын герцога, срывая с себя накалённую огнём кольчугу, при этом показывая чудеса ловкости, ведь делал он это на скачущем во весь опор коне.

Дракончик, удовлетворённый содеянным, стал кружиться над полем не состоявшегося боя.
Листик била не в полную силу, а только создавая эффект бушующего огня, это пламя никого не сжигало, хотя ожоги оставались довольно чувствительные. Попадая на металл, огонь его накалял так, что это хорошо чувствовалось.

Так владеть своим огнём Листика учила Тайша:
- Запомни, Листик, основное твоё оружие -- огонь!
Говорила пепельная дракона.
- Не когти и тем более не зубы, а огонь!
- А хвост?
Спросила тогда Листик, маленький изумрудно-золотистый дракончик, замахнувшись хвостом на невидимого противника.
- Им же тоже ударить можно!
- Хвостом, конечно, можно ударить, и сильно ударить, но если это сделать внезапно. А вот если твой противник будет готов к этому, то он тебя может поймать за твой же хвост!
Поэтому пускать хвост в дело можно только в крайнем случае. И вообще, старайся держаться от своего противника на расстоянии!
ПОЭТОМУ ОГОНЬ И ТОЛЬКО ОГОНЬ.
Этим своим оружием ты должна владеть виртуозно!
- А как это, когда виртуозно? Это когда вертеть?
- Листик
Вздохнула Тайша
- Виртуозно значит -- очень умело, понятно? Тогда начнём урок. Главное при огненном ударе - это дозировка силы.
Если ты хочешь только напугать, то не надо выкладываться полностью, потому что для следующего удара может не хватить сил.

- Тайша, но если я ударю из всей силы, то второго удара может и не понадобится! А потом, ты же сама говорила, что силы у меня - немерено! Так зачем же мерить, в смысле, считать удары?
- А если промахнёшься? Если твой противник увернётся? Если на нём будет зашита, что поглотит огонь?
А ты, надеясь на свою силу, потеряешь время и дашь противнику нанести ответный удар? Хорошей защите всё равно, какой силы будет твой удар.
Она его поглотит, а ты, если не увлеклась и не выкладываешься, забыв обо всём, это увидишь и сможешь поменять тактику боя или просто отступить.
- Ага, удрать!
Засмеялась Листик, Тайша тоже улыбнулась зубастой пастью:
- Листик, удирает противник, а ты совершаешь заранее продуманный манёвр временного отхода, поняла?
- Ага!
Виртуозно, как Тайша, владеть своим огнём Листик так и не научилась. Она слишком много силы вкладывала в каждый удар, может, поэтому среди солдат Вэркуэлла было так много обожжённых.

Многим солдатам герцога всё-таки удалось уйти, но пешком, вернее бегом, так как дракончик отогнал обезумевших от страха коней к опушке леса, где их перехватили дружинники барона Дрэгиса.
Но большая часть баронской дружины пошла вперёд, сгоняя остатки армии Вэркуэлла в центр поля.
Надо сказать, что в плен попал и капитан Сарли, пытавшийся организовать хоть какой-то порядок среди солдат при отступлении. Барон Дрэгис оставил наблюдать за пленными, которые собирали в кучу разбросанное по всему полю оружие, часть своей дружины, а сам с пятью десятками норвеев двинулся через мост.
- Листик их хорошо нагнала, скорее всего, те, кому удалось сбежать, будут бежать до ближайшего замка.
Усмехнулся де Гривз. Норек, посмотрев на небо, озабоченно произнёс:
- Что-то Листика не видно, как бы она не увлеклась преследованием. На стенах замков стоят крепостные арбалеты и баллисты, как бы в неё не попали.
- Гуго, думаю, попасть в Листика они не смогут, она всё-таки не обычный дракон.
- Так-то оно так, но волнуюсь я, как бы она не увлеклась.
Ответил своему командиру капитан Норек.

Действительно, Листик полетела за улепётывавшим во все лопатки герцогом, его сократившейся свитой и остатками дружины. Вэркуэлл добежал до первого из трёх своих замков и заперся в нём, приказав поднять мост.
Листик, стремительно спикировав, сожгла неподъёмную часть моста и подъёмное полотно, ударив так, что даже цепи, на которых оно держалось, оплавились.
Ударив огнём по воротам, Листик сожгла и их. Затем, отлетев на некоторое расстояние, изумрудно-золотистый дракончик с удовлетворением наблюдала, как обитатели замка в панике закладывают чем попало образовавшийся на месте ворот проём.
Убедившись, что вход в замок надёжно закупорен, изнутри будет выбраться гораздо труднее, чем проникнуть снаружи, Листик, несколько раз взмахнув крыльями, прыгнула.

- Но всё же, где Листик, куда она могла запропаститься?
Волновался Гуго, барон тоже начал беспокоиться, но пока не показывал виду, он надеялся, что Листик достаточно благоразумна, чтоб ввязаться в какую-нибудь авантюру.
Отряд уже довольно далеко углубился во владения герцога Вэркуэлла и въехал в небольшую рощу. Барон вздохнул и хотел что-то сказать, но не успел.
- Ага! Дальше там поле, почему-то тоже вытоптанное, и ещё деревня.
Сообщила рыжая девочка, сидящая на ветке дерева.
- Тоже вытоптанная?
Усмехнулся де Гривз.
- Ага! У неё такой вид, будто по ней потоптались, домики какие-то приплюснутые и скособоченные.
Сообщила Листик.
- Листик, где ты была?
Спросил Норек, а барон продолжал улыбаться, Листик легко спрыгнула к нему, и де Гривз укутал дочь в свой плащ. Листик рассказала, где была и что сделала, а потом спросила:
- Я всё-таки не могу понять, зачем они вытаптывают поля?
- Предлагаю доехать до этой потоптанной деревни, узнать, почему у неё такой вид, а потом уже вернуться обратно.
Усмехнулся барон.
- Листик заблокировала герцога в замке, так что переговоры с ним сейчас вести бессмысленно.

- А зачем ехать до деревни?
Поинтересовалась Листик, её отец ответил:
- Есть у меня одна мысль, если это, то о чём я подумал, то заодно и возьмём с герцога контрибуцию. А ты, доченька.
Барон погладил девочку по голове.
- Спросишь у селян, почему вытоптано поле.
Перепуганные селяне, кто посмелее, из-за заборов, а остальные из окон своих лачуг, смотрели на грозных воинов, въезжавших в их деревню.
Скорее всего, это был передовой отряд могучей армии, наголову разбившей дружину герцога Вэркуэлла, остатки которой несколько назад в панике проскакали через деревню.
Те из ранее грозной дружины, что спасались пешком, предпочли разбежаться по окрестностям, а не прятаться в замке, справедливо решив, что если победитель будет добивать Вэркуэлла, то в первую очередь ударит по замкам, а не будет гоняться за разбежавшимися солдатами.

На главной площади селения барона встретил староста, ему по должности это было положено -- узнать, что надо воинам, въехавшим в деревню, чтоб организовать сбор требуемого, попытавшись предотвратить грабёж и сопровождающие его насилия.
То, что отряд, войдя в деревню, не бросился грабить, а проследовал к площади и на ней остановился, вселяло надежду.
Староста, почтительно поклонившись, терпеливо ждал вопроса. К его удивлению, вопрос задал не всадник, судя по всему, командир отряда, а закутанная в его плащ рыжая девочка, сидящая перед ним:
- А чего это у вас поле вытоптанное?
- Так его милость, сын герцога, господин Ринус вытоптали.
Ответил растерявшийся староста, он ожидал совсем другого вопроса.
- Что, сам вытоптал?
Удивилась девочка.
- Силён ваш сын герцога! Самому вытоптать такое поле! Долго топтал? Прямо топотун какой-то! А куда же вы смотрели, когда он вам посевы вытаптывал?
- Что вы…

Испугался староста неуважительных слов девочки о младшем герцоге, хоть это сказал не он, а наказать за непочтительность могут именно его!
Поэтому староста поспешил объяснить:
- Господин Ринус охотились вместе с друзьями. Поднятый ими заяц скрылся на нашем поле, вот они его и ловили, пока ловили и вытоптали. Разве ж мы можем противиться воле господина, если они изволили ловить и топтать…
- Ага.
Перебила девочка объяснения старосты.
- Поймали зайца?
- Нет, не смогли.
Вздохнул староста и с горечью добавил:
- Господин Ринус так осерчали, когда заяц убежал, что дотоптали то, что оставалось!
- Какой молодец!
Одобрительно кивнула девочка и пояснила своё высказывание:
- Не ваш младший герцог-топотун, а заяц! А вы-то что теперь делать будете?

Староста тяжело вздохнул:
- Даже не знаю, урожай погиб, а налог герцог потребует сполна. Голодать будем, детишек жалко, они…
- Ага!
Девочка повернулась и посмотрела на всадника её державшего, тот непонятно чему улыбнулся и тоже сказал:
-- «Ага».
Потом обратился к старосте деревни:
- Ваш герцог напал на меня, можно сказать -- объявил войну. Эту войну он проиграл, я вправе взять контрибуцию, но ваш герцог заперся у себя в замке.
Так что я вполне могу эту контрибуцию взять с его подданных.

Староста ещё раз тяжело вздохнул и понурился -- значит, будут грабить и не просто грабить, а заберут всё, что осталось.
А всадник, продолжая усмехаться, продолжил:
- Ты правильно подумал. Но я могу вам предложить другой вариант, я дам вам продовольствие на год, но при условии, что вы переселитесь ко мне в баронство.
Конечно, жить в приграничье потруднее чем здесь, но там никто не вытопчет ваше поле, гоняясь за зайцами. Мало того, ваше поле будет охраняться.
Барон не стал рассказывать, кто взялся охранять поля у него в баронстве, в это трудно было поверить, что поля стерегут драконы, с которыми договорилась Листик.
Староста почесал в затылке, слишком неожиданное было предложение. Но с другой стороны -- селяне не будут голодать! А барон ещё пообещал, освободить новое поселение от подати на три года.

- Оно, конечно, заманчиво-то, но надо же избы поставить… Жить-то где-то надо-то.
Сказал один из селян. Видя, что их староста о чём-то беседует с командиром отряда, а сам отряд дисциплинированно стоит, не ломая строй, подтянулись особо любопытные.
- Леса много, строить есть из чего. Заодно и расчистите место под поле, а строиться вам помогут, так что дома поставите быстро. И это будут нормальные дома, а не такие лачуги.
Барон с усмешкой обвёл рукой окружающие площадь покосившиеся, наполовину вросшие в землю постройки. И добавил, усмехнувшись:
- Жить-то будете-то как люди.
- Ага.
Подержала отца Листик.
- Как люди в избах. А не как жертвы топотунов, в этих лачугах. Этот ваш младший герцог, что? Тоже по ним потоптался?
- Так лес на постройку дорого стоит, герцог знаете, милостивая госпожа, сколько берёт? Вот и строим, такие полуземлянки.
- Не-а, не знаю сколько, я лесом не торгую. А тут вам даром предлагают, берите, сколько хотите, ставьте хорошие дома. Я сама вам покажу, где лучше брать. Лес, он и прореживания требует.
Ответила милостивая госпожа, почему-то шмыгнув носом и громко чихнув. Барон укоризненно покачал головой и плотнее укутал в плащ девочку.

А собравшиеся на площади селяне стали переглядываться, конечно, перебираться на новое место боязно, но обещания этого господина, а судя по всему, это один из приграничных баронов, были очень заманчивы.
Было известно, что приграничные бароны всегда держат слово, а этот обещал дать продовольствие, помощь с обустройством на новом месте.
Так что переезд не выглядел уже так устрашающе. Если мужчины ещё чесали в затылках, то женщины были -- за.
Надвигающийся голод в первую очередь ударит по детям, а тут этой беды можно было избежать. Кто-то из селян, смекнув, громким шёпотом сообщил:
- Это же подать герцогу в этом году не нужно будет платить!
Этот аргумент убедил всех, даже тех, кто хотел остаться. Герцог ведь точно возьмёт подать за тех, кто уехал, с тех, кто остался.
Был ещё страх перед нежитью и зверьём, водившимися в приграничье, но скептиков начали убеждать, что здесь она, хоть и не в таком количестве, но тоже есть.

Вон недавно трёх коров кто-то задрал. Герцогские дружинники даже не почесались, а ведь управляющему сообщили о первой же убитой корове! А вот в приграничье господа и их дружинники от нежити и зверей защищают, а не вытаптывают поля, гоняясь за зайцами.
К тому же многие селяне бывали на ярмарке в Тронске и общались там с жителями приграничья, поэтому жизнь там представляли.
- Ваша милость, если до вечера подождёте и выделите сопровождение к новому месту, мы согласны!
Поклонился староста.
- Ага, тогда собирайтесь
Вместо командира отряда ответила рыжая девочка и, спрыгнув с коня, отошла в сторону.

Девочка хлопнула в ладоши, и к ней начали подходить маленькие существа, покрытые коричневой шёрсткой, похожие на кошек, вставших на задние лапы. Сельские жители не городские, они знают о существовании домовых, многие селяне их видели и многие с ними общались.
Но у этого маленького народца можно только что-то попросить, предварительно задобрив крынкой молока или сладким пирожком.
А тут домовые собрались по команде рыжей девочки, мало того что собрались, ещё и внимательно её слушают! Когда девочка закончила говорить, домовые прыснули в разные стороны, а потом начали принимать деятельное участие в сборах.
Это явилось последней каплей для сомневающихся -- если уж домовые собираются покинуть насиженное место, то, действительно, надо переселяться!
Девочка забралась на коня к предводителю отряда, и тот снова заботливо укутал её в свой плащ.

- Кто она?
Спросил староста у одного из дружинников, часть из них спешилась и помогала селянам в сборах.
- Дочь нашего командира.
Ответил тот и поправился:
- Нашего барона.
- А домовые? Почему они её слушаются?
Кроме старосты, этот вопрос заинтересовал всех селян, а задал его один из оказавшихся рядом.
- О Хозяйке леса слыхал?
Усмехнулся норвей.
- Вестимо…
Солидно ответил селянин.
- Слыхивать -- слыхал, только знаю, что она там, у вас. Здесь-то и лесов больших нет. Я так понимаю, что сюда она не заходит, здесь поля и небольшие рощи, а ей наверное…
- Вот это она и есть!
Прервал словоизлияния селянина норвей.
- А?!
Раскрыл рот селянин.
- Рот закрой!
Засмеялся дружинник.
- А махонькая какая!
Не то удивилась, не то умилилась одна из женщин.
- Махонькая.
Согласился дружинник и сказал закрывшему рот старосте:
- Ей завалить махайру, что тебе высморкаться.
- А?!
Селянин снова открыл рот, но теперь уже шире.

- Что они там делают?
Спросил у своего отца Ринус. Он, как и остальные высокопоставленные обитатели замка, стоял высоко - на смотровой площадке донжона замка и смотрел на виднеющуюся на горизонте деревню.
Было видно, как отряд, явно, барона Дрэгиса туда вошёл.
- Как обычно, грабить собираются!
Ответил герцог Вэркуэл, презрительно скривившись. Он бы поступил именно так и ожидал, что барон будет делать нечто подобное.
Не меняя кисло-презрительного выражения лица, герцог заявил:
- Но налог с этих бездельников я возьму полностью, они сами виноваты в том, что их ограбят!

Вошедший в деревню отряд так оттуда и не ушёл, оставшись там на ночь. Вэркуэлл хоть и заявил, что возьмёт все полагающиеся налоги с селян, но понимал, что это будет невозможно, если у них заберут всё.
А похоже что баронские дружинники это и собирались сделать, раз остались в деревне на ночь.
Ринус предложил сделать вылазку и наказать наглецов, но герцог воспротивился этому.
Если разобрать завал в воротах и восстановить мост, то появится возможность не только выйти из замка, но и войти в него. Этим могут воспользоваться дружинники Дрэгиса, а вдруг они под покровом темноты подошли к замку?
И неизвестно где этот огнедышащий дракон? Видели же, как он, после того как сжёг мост, скрылся в ближайшей роще.
Может он там сидит и ждёт, чтоб герцог с остатками дружины вышел в поле? Нет, лучше оставаться за крепкими стенами!

Барон Дрэгис остался на ночь в деревне, потому что селяне не успели собраться. Отъезд решили перенести на утро, но и утром сборы продолжились. Только к обеду длинная колонна селянских маленьких и больших повозок начала выходить из деревни.
- Он что? Решил забрать из деревни всё что можно увезти?
Удивлённо спросил младший Вэркуэлл, даже с такого расстояния было видно, что повозки нагружены различным хозяйственным скарбом.
За каждым из возов шли домашние животные, создавалось такое впечатление, что действительно из деревни вывозили всё, кроме домов, вернее лачуг.
- Это невиданно!
Возмутился герцог.
- Это уже не честный грабёж! Это не знаю что! Это уже беспредел! Я понимаю ограбить, но чтоб так!..
- Почему невиданно?
Спросил Ринус у побагровевшего от злости отца.
- Мы же видим!
- Дома-то они оставили.
Заметил управляющий поместьем, пытаясь утешить герцога.

- Отец! Это!..
Младший Вэркуэлл не нашёл слова, чтоб назвать то, что он наконец разглядел.
- Они уводят с собой и селян!
- Ваша милость.
Обратился к герцогу один из уцелевших лейтенантов дружины, обладающий более острым зрением.
- Похоже, что жители деревни идут добровольно!
- Как добровольно?! Да я их… В кандалы! В темнице сгною! Что вы стоите, Харви! Догнать!
- Ваша милость, догнать и вернуть мы их не сможем.
Лейтенант показал на небо. Там в голубой вышине, почти как на полотнище флага Дрэгисского баронства, парил изумрудно-золотистый дракон.
Герцог заскрипел зубами, а Харви виновато, словно это он выпустил дракона, добавил:
- Сейчас вернуть не удастся, а из приграничного баронства тем более. Даже скрытно туда пройти не получится - там лес!
- Ну что?
Спросил Ринус.
- Ну что, что лес?
- По лесу надо уметь ходить, надо его знать. В противном случае сожрут! Надо идти большим отрядом, а это…
Лейтенант вздохнул, намекая на провалившуюся попытку вторжения в Дрэгисское баронство.

Селяне двигались гораздо медленнее, чем дружинники, потому Листик, посоветовавшись с отцом, сменила ипостась и теперь кружила над длинной колонной селянских возов.
Как сказал капитан Норек - демонстрировала присутствие. А сам Дрэгис решил идти к баронству не той дорогой, по которой преследовали разбитую дружину Вэркуэлла, а свернуть немного в сторону и выйти на старый имперский тракт.
Он посчитал, что такая дорога хоть и будет длиннее, но будет пройдена быстрее, благодаря своему каменному покрытию.
Но как быстро этот разношерстный обоз не двигался, к имперскому тракту он подошёл только к вечеру.

Это уже были королевские владения, а не земли Вэркуэлла. На тракте колонна барона Дрэгиса встретилась с селянами баронства, возвращавшимися с ярмарки.
Кроме десятка норвеев с лейтенантом Гильемо Кареком, их сопровождал граф де Норлэс с отрядом стражников.
Барон выехал вперёд и спешился, также спешился и де Норлэс, они обнялись, после чего граф произнёс:
- Я был уверен, что ты выкрутишься из стычки с Вэркуэллом.
- Спасибо, Реджил.
Кивнул де Гривз.
- Твое предупреждение пришло вовремя.
- Я очень надеялся на это и вижу, что не ошибся.
Де Норлэс посмотрел в небо, где парил изумрудно-золотистый дракон и, многозначительно покачав головой, добавил:
- Боюсь, герцог Вэркуэлл подаст жалобу в совет пэров.
- О чём будет жалоба? О том, что его нападение не увенчалось успехом?
Усмехнулся барон.
- Скорее всего, он напишет, что было применено запрещённое колдовство.
- Дракон -- это запрещённое колдовство?
Удивился де Гривз, граф, снова глянув на кружащегося в небе дракона, сказал:
- Огнедышащий дракон! Такого никогда не было, даже во времена старой империи!

- В чём тут запрещённое колдовство? Согласись, Реджил, это личное дело дракона -- чем дышать, а то, что вэркуэлловские дружинники попали под его дыхание на территории моего баронства, так это, исключительно, по своей вине.
Сидели бы у себя, так всё хорошо было бы для них.
Усмехнулся де Гривз и спросил:
- Ты об этом так говоришь, словно там присутствовал. Наёмники?
- Надо иметь информаторов среди всех сословий.
Сделав виноватый вид, развёл руками де Норлэс.
- Среди твоих норвеев завербовать никого не получится, а чтоб поддерживать порядок, надо быть в курсе всего творящегося.
Вот и приходится изворачиваться. А о твоём драконе мне уже давно доложили, только я не знал, что он огнедышащий, умело скрывает.
- Разведчик, даже будучи губернатором, остаётся разведчиком.
Уже засмеялся де Гривз.

А дракон, словно почувствовав, что о нём говорят, стремительно пронёсся над головами людей так, что ветер, поднятый крыльями, сорвал с некоторых шапки.
Дракон, сделав ещё один заход, резко остановился и завис в воздухе, чуть подрагивая кончиками крыльев.
Барон укоризненно покачал головой, а дракон надул щёки. Де Гривз погрозил дракону пальцем, а тот в ответ показал язык.
- Хулиганка.
Произнёс барон.
- Хулиганка? Я так и думал.
Усмехнулся граф де Норлэс. Барон, прищурившись, глянул на своего старого товарища и сослуживца, тот склонил голову:
- Лэри, мои догадки останутся при мне, делиться ими я ни с кем не буду.
Де Гривз усмехнулся и пригласил графа:
- Если не торопишься, то будь сегодня моим гостем, особого комфорта не обещаю, всё-таки походная не замок. Но думаю, не это главное.
- Ты хочешь здесь заночевать? В поле?
Удивился де Норлэс.

- Селяне не могут двигаться столь же быстро, как воины.
Де Гривз кивнул на большие и малые повозки своих селян, едущих с ярмарки и бывших вэркуэлловских.
Они, уже перемешавшись, собирались в компактный круг. Де Норлэс усмехнулся и, при этом многозначительно посмотрев на дракончика, продолжавшего висеть в воздухе и слушавшего разговор, произнёс:
- Хотя чего я спрашиваю? Надо было самому догадаться, когда Гильемо вывел свой обоз из Тронска не рано утром, а ближе к обеду. Похоже, его предупредили, что ты будешь тоже двигаться к этой дороге.
- Ага.
Произнёс дракончик так удивившим де Норлэса звонким и в то же время хрипловатым голосом маленькой рыжей баронессы.

Вечером, в палатке старые товарищи за бокалом вина, вспоминали свои походы, коснулись и темы охоты на драконов, естественно не на изумрудно-золотистых и огнедышащих, а обычных.
Листик тоже была в палатке отца, она сидела в сторонке, пила, принесенное ей молоко и тоже вспоминала свою первую охоту на дракона, совсем не такого дракона какие водятся в этом мире.
Дракон был другой, гораздо сильнее и опаснее здешних, да и мир был другой.

Глава тринадцатая.
БОЙ У РЕКИ СМОРОДИНКИ И ЧТО ИЗ ЭТОГО ВЫШЛО.
часть двадцать шестая.

Листик вспоминала те события, но это не мешало ей внимательно слушать губернатора Тронска. А граф де Норлэс, вполголоса говорил, обращаясь к лейтенанту Гильемо:
- …вот поэтому герцог и увеличил свою дружину почти в три раза. Конечно, с вами его солдаты не идут ни в какое сравнение, но такой многократный перевес в живой силе…
Они просто задавят вас своей массой! В замке вам тоже отсидеться не получится, герцог не уйдёт, осады не снимет, да и не нужен ему замок, по крайней мере, сейчас.
Его цель - захватить перевал. Он запрёт Лэри в замке и завладеет перевалом, потом подаст прошение королю о передаче ему контроля над всем старым имперским трактом, мотивируя это тем, что барон Дрэгис неспособен его как следует охранять.
Совет пэров поддержит герцога, так что перевал ему отдадут. А когда об этом будет издан королевский указ, сделать ничего уже нельзя будет.

- Получается, что герцог хочет захватить только дорогу и перевал, а защищать границу он милостиво оставит командиру и нам.
Хмыкнул Гильемо.
- Именно…
Согласился де Норлэс.
-Снимать сливки - брать пошлину с купцов - будет герцог, а драться с нежитью и тварями, спускающимися с гор, по-прежнему будете вы. Вторжение, я думаю, начнётся сразу после окончания ярмарки.
- Нам надо срочно предупредить командира!
Забеспокоился Гильемо.
- Полковник, вы можете организовать охрану наших селян? Я и мои бойцы немедленно отправимся назад!
- Ваш отъезд может спровоцировать Вэркуэлла начать раньше, даже если вы предупредите Лэри, то всё равно он не успеет подготовиться, как можно подготовиться за короткое время?

Гильемо задумался и растерянно посмотрел на Листика, девочка кивнула:
- Граф прав, мы не успеем предупредить, если поедем как обычно. Да и наших селян оставлять беззащитными не стоит, ты не успел, когда дружинники этого герцога хотели Вильму обидеть!
Листик с укоризной посмотрела на лейтенанта, тот хоть и понимал, что девочка права, стал оправдываться:
- Но, Листик, нас всего десять, а селян приехало как никогда много, да и говорил я им - торгуйте в одном месте, нет же, по всему рынку разбрелись.
- Их можно понять.
Встал на сторону селян Реджил де Норлэс.
- Каждый товар продаётся в своих рядах. Нет, в другом месте торговать не запрещено, просто там его искать не будут. Даже самый хороший товар не продашь, если на него нет покупателей.
- Ага…
Кивнула Листик.
- Это точно! Или надо чтоб был такой товар, что в любом случае внимание привлечёт.
- Да, баронесса, ваша шкура гарымзы нигде не затеряется.
Усмехнулся де Норлэс, показывая, что понял, кто сыграл основную роль в охоте на гигантскую змею.
Листик ничего не сказала, просто склонила голову в знак признательности за оценку её заслуг, тем самым не подтверждая, но и не опровергая догадку графа.
Де Норлэс счёл свою задачу выполненной - он же предупредил о замыслах герцога Вэркуэлла, хоть и сделал это так, что его предупреждение оказалось бесполезным, о чём и высказалась Листик, когда граф удалился.

- Понимаешь, Листик, он ведь и этого мог не делать, да и если бы он послал к генералу гонца.
Гильемо, как и остальные норвеи-ветераны, называл своего командира не бароном, а по старой памяти - генералом или командиром.
- Это бы вызвало подозрения Вэркуэлла, а ссориться с фактическим правителем севера Реджилу не с руки.
- Но, Гильемо, северные баронства не подчиняются этому надутому герцогу!
Возмутилась Листик.
- Да, но они слабые, борьба с предгорной нежитью, да и с той, что спускается с гор, отнимает много сил, к тому же объединить их некому.
Ну, а герцог подмял под себя практически весь север, остальные владетели, те, что защищены нашим и другими приграничными баронствами, пляшут под его дудку.
Сказал лейтенант. Листик захихикала:
- Они что собираются и танцуют? А герцог им на дудке?
- Листик!
Гильемо укоризненно посмотрел на рыжую девочку.
- Ты как маленькая! Так только говорится, это означает, что они заглядывают ему в рот…
- Что вот так берут и заглядывают? Все вместе или по очереди? Лучше бы они танцевали!
- Листик!
Покачал головой лейтенант.
- Нам надо решить что делать, а не…
- Ага.
Листик кивнула, став серьёзной.
- Ты со своими бойцами останешься здесь и будешь по-прежнему охранять наших селян. Будешь делать вид, что ничего не знаешь! Отца предупрежу я, моего исчезновения не заметят, а если и заметят, решат - что может одна девочка, да ещё без лошади. Ты бы что подумал?

Гильемо пожал плечами, показывая, что Листик задумала совершить невыполнимое, и попытался возразить:
- Даже если ты предупредишь генерала, не будет ли это поздно? А десять умелых воинов будут не лишними в предстоящем бою!
Девочка улыбнулась и сказала:
- Десять твоих бойцов особой погоды не сделают, даже если вы будете драться как львы, я имею в виду всю дружину, вас просто затопчут, силы слишком не равны, ты же слышал, что говорил граф. Тут нужна другая тактика.
Гильемо недоуменно посмотрел на девочку, какая тут может быть тактика?
Он 3понимал, что бой, если он будет, а состоится он обязательно, станет последним для старого генерала и его дружины - ни де Гривз, ни его норвеи уступать, а тем более сдаваться, не будут.
Но другого лейтенант себе представить не мог. Листик покачала головой:
- Ты правильно думаешь - отец и его дружина не уступят, бой будет, но не такой, как ты привык, и уж совсем не такой, как представляет себе тот надутый герцог.
Через час, ну, через полтора, увидишь почему. А я буду в замке сегодня до полуночи, уйду, когда хорошо стемнеет.

Лейтенант не то, чтоб поверил девочке, но та говорила так уверенно, что вполне возможно, подумал он, она сможет каким-то образом повлиять на исход сражения, тем более что её магические возможности достаточно велики, но всё же - добраться так быстро до замка и предупредить командира…
Гильемо высказал свои сомнения:
- Листик, я понимаю, ты сильная волшебница, может даже могучая, но летать-то ты не умеешь! Как ты доберёшься до замка? Да ещё так быстро? Давай я тебе хоть двоих воинов выделю в сопровождение…
Листик покачала головой и, заулыбавшись, сказала:
- Гильемо, думаю, тебе об этом можно знать. Уже темнеет, через час увидишь. А пока, закажи ещё молока!
Лейтенант с девочкой разговаривали почти шепотом, и хоть они сидели за общим столом, их никто не слышал.
Когда Гильемо заказал ещё одну кружку молока, в сторону девочки посыпались обычные шуточки. Листик в ответ показала язык, сначала обычный, а потом раздвоенный, ещё и зашипела для убедительности.
Сторонний наблюдатель решил бы, что ничего и не произошло, просто лейтенант баронской дружины отчитал одну из селянок, а потом, сжалившись, заказал ей кружку молока, а она вместо благодарности продолжила свои шалости, вполне обычные для представителей народа леса.
А такой наблюдатель был, серый человечек с неприметной внешностью, дождался, когда посетители начали расходиться - завтра был очередной базарный день, ярмарка-то ещё не закончилась, и стараясь быть незамеченным улизнул из таверны.
Листик попросила Гильемо проводить её, но она, поднимаясь по лестнице, не свернула в коридор, где была комната Сильмы и её детей, девочка пошла дальше.
Лейтенант хоть и удивился - чего это Листик собралась делать на чердаке, но не подал виду, а вот когда они вылезли на крышу, скрыть удивления уже не смог.

- Не лезь дальше, а то упадёшь.
Остановила девочка Гильемо у большого слухового окна. Листик стянула с себя платье и передала изумлённому лейтенанту:
- На вот, спрячь у себя, дома отдашь. И никому не говори, что видел, понял? А когда будут спрашивать где я, скажешь, ушла с караваном купцов, ну тех, что к перевалу идут.
То, что произошло дальше, повергло лейтенанта в шок - девочка легко взбежала на конёк крыши и её силуэт размылся.
На месте исчезнувшей Листика стоял дракон! Вернее дракончик, уж очень он был маленьким. Маленьким по сравнению с другими драконами, а так - в три человеческих роста.
Дракон сказал голосом Листика - «ага» и стремительно ушёл в небо. Так показалось Гильемо, на самом деле Листик прыгнула в межпространство, едва оторвавшись от крыши.
На следующий день к Гильемо пристала Сильма и её дети - куда делась Листик?
То, что она не пришла к ним ночевать, посчитали вполне понятным: девочка осталась с дружинниками её отца, а возможно, ей сняли отдельную комнату, полагающуюся ей по статусу.
Гильемо их успокоил, сказал так, как ему посоветовала Листик, больше никто не спрашивал, они знали о способностях и возможностях маленькой баронессы.
Остальные участники ярмарки просто не обратили внимания на отсутствие одной из селянок - мало ли куда могла податься девочка, может, она после продажи шкуры гарымзы инспектирует ряды со сладостями? Тем более что остальные дети Сильмы именно так и поступили.

Лэри де Гривз сидел в кресле у камина, Листик привычно устроилась на скамеечке у него в ногах, напротив сидели капитан дружины Гуго Норек, лейтенанты Урхо Тарек и Лурело Варек.
Несмотря на поздний час, они собрались на военный совет, причиной которого была весть, принесенная Листиком.
- Мы не можем вступить в открытое противостояние с Вэркуэллом.
Говорил лейтенант Тарек.
- Нас сметут! К тому же мы не можем оставить замок без хоть какого-то гарнизона и перевал без заставы.
С теми одиннадцатью, что ушли на ярмарку у нас будет меньше сотни бойцов! Это против почти тысячи Вэркуэлла.
- Что ты предлагаешь?
Спросил Гуго.
- Партизанская тактика, надо вымотать вэркуэлловских дружинников, они не привычны к лесу.
- Правильно!
Поддержал товарища Варек.
- Выматывать и бить по частям!
- В любом случае дать бой придётся на подступах к горам, к перевалу вся дружина Вэркуэлла не пойдёт, они оседлают дорогу, с тем чтоб не дать нам пройти туда, а те, что пойдут, выбьют нашу заставу.
Покачал головой Норек.
- Нам нельзя пропускать к перевалу даже часть дружины герцога. Обойдём заслон Вэркуэлла лесом и ударим по тому отряду, что будет идти на перевал. А потом навалимся на тех, что остались стеречь дорогу.
- А хватит ли у нас сил?
С сомнением покачал головой Тарек,
- Даже если мы нападём из засады, их численное преимущество может оказаться решающим. Бой - это размен, а их слишком много.
- Только так, другого выхода нет!
Поддержал капитана Варек.

Лейтенанты и капитан повернулись к де Гривзу, последнее слово было за ним. Они уже высказались, теперь с надеждой смотрели на своего командира, он не раз находил выход из, казалось бы, безвыходной ситуации.
А де Гривз сидел, прикрыв глаза, и улыбался. Вместо него ответила Листик:
- Ага! Дадим бой! Только не у гор, а на опушке леса!
Нельзя пускать этого герцога вглубь баронства, его солдаты вытопчут поля и пожгут деревни, мы, конечно, его победим, а потом что делать будем?
Поэтому мы его победим не потом, а сразу! Вот!
Листик хитро смотрела на присутствующих, барон улыбался, а Гуго Норек и Лурело Варек, оставаясь серьёзными, согласно кивнули. А вот Урхо Тарек смотрел с недоумением.
- Урхо, Листик права. Мы встретим герцога на границе баронства.
Сказал де Гривз, барон Дрэгис.
- Но численный перевес противника…
Попытался возразить Тарек. Барон оборвал возражения лейтенанта, выставив руку ладонью вперёд:
- Если противник превосходит численно, и превосходит значительно, а боя избежать никак не получается, надо его удивить, очень удивить, применив новый тактический приём или новое оружие.

Лейтенант почтительно кивнул, но на его лице было написано сомнение - какие тут можно применить новые тактические приёмы, об оружии и говорить нечего, не прикажет же барон тащить в поле крепостные арбалеты и огнемёты.
Они хороши против идущего в лоб противника, который намеревается влезать на стены. А в поле…
Эти громоздкие и неповоротливые установки в поле легко обойти. Свобода манёвра позволяет быстро уйти с линии прицеливания.
Де Гривз усмехнулся:
- Урхо, мы применим новый вид войск - воздушный, поддержка с воздуха будет решающим фактором в будущем бою.
Такого ещё не было, поэтому это будет ещё и сильное психологическое воздействие, а ты сам знаешь - если противника как следует напугать, то он убежит, не вступая в бой.

Лейтенант кивнул и посмотрел на своих товарищей, те не высказали никакого удивления, они видно знали, о чём говорил барон. Норек, как и де Гривз, улыбался, а Варек сохранял серьёзность.
Тарек перевёл взгляд на рыжую девочку, она тоже улыбалась. Увидев недоумённый взгляд лейтенанта, Листик кивнула:
- Ага! Так и будет! Поддержка с воздуха - страшная сила, особенно когда её не ждут! Ну, те, против кого она направлена, вот!
- Ну хорошо.
Тарек решил, что раз все уверенны в победе при поддержке с воздуха, хотя как это будет осуществлено, он даже не представлял, то и ему не следует высказывать сомнения.
Раз барон сказал - то так и будет! Но даже уверенность в правоте своего командира не помешала сомневающемуся лейтенанту задать ещё один вопрос:
- Хорошо, мы встретим Вэркуэлла и его солдат на границе баронства, а если он не пойдёт по старому имперскому тракту?
Ответил Гуго Норек:
- Герцог идёт на перевал. Это его цель. Если он пойдёт по старому имперскому тракту, ему придётся идти мимо замка, а тут наилучшая позиция для боя, для нас, естественно.
Близко к стенам он не подойдёт, опасаясь огнемётов. Ему придётся сойти с дороги, отойти к лесу, а вы знаете - там болото, хоть маленькое и мелкое, но болото!
В нём увязнут кони его дружинников. Тяжёловооружённая конница - главная ударная сила дружины герцога, застрянет в топких местах, а по малоподвижным целям из замка мы можем стрелять из крепостных арбалетов.
Получается, что он понесёт большие потери, ещё не вступив в ближний бой с нами.
Конечно их много, но так бездарно терять лучшую часть своей дружины герцог не будет. Вернее, капитан Сарли, он опытный воин, а герцог может бы и полез в болото.
Усмехнулся Норек.

- Я думаю, что Сарли знает об этом болоте, вот поэтому он поведёт дружину Вэркуэлла по дороге мимо Больших Родников, а там единственное место, где он не сможет развернуть свою конницу, - мост через Смородинку.
А если пойдёт вброд - будет ещё хуже, там топкие берега… Нам надо занять мост раньше его…
- Мы дадим ему перейти речку, пусть думает, что застал нас врасплох. Мы дадим ему развернуть боевой порядок своей конницы.
Усмехнулся де Гривз. Норек возразил:
- Но, Лэри, зачем давать преимущество…
- Гуго, ну подумай сам, как бы ты поступил на его месте? Мы на поле не будем выходить, мы встанем на опушке, будто собираемся драться, закрывшись лесом от атаки с флагов и возможности зайти нам в тыл.
А он, увидев наш строй, развернётся в атакующие порядки и постарается смять нас, прежде чем мы сможем уйти в лес.
Там такое поле - словно приглашает так ударить, в лес-то уйти, тоже надо время. А у него почти десятикратное превосходство, вполне можно решить исход боя одной лобовой атакой.
Вот мы его и спровоцируем, пусть думает, что одним ударом покончит с нами.
- Но, Лэри, зачем нам это надо? Зачем так подставляться? Чтоб потом потрёпанными отступить в лес?
Продолжал недоумевать капитан дружины.

- Я же говорил, мы применим новый вид войск - воздушный. Но даже такой эффективный вид не сможет уничтожить всю дружину Вэркуэлла, нам надо заставить их бежать, бросая коней и оружие.
А походная колонна, развернувшись, может уйти через мост обратно. Маловероятно, но такая возможность существует, а вот когда они все скопом побегут на мост…
Де Гривз улыбаясь, погладил Листика по голове и произнёс, обращаясь к остальным.
- Паническое бегство противника, вот что нам надо! А этого можно достичь, если солдаты Вэркуэлла будут думать только о своём спасении.
А спасение - это узкий мост, на который бегут другие, вот каждый из них и будет стараться перебежать этот мост первым.
- Ну, а если они пойдут по старой имперской дороге?
Спросил Тарек.
- Тогда всё будет, как говорил Гуго, только ещё и с атакой герцогских дружинников с воздуха.
Развёл рукам барон, показывая, что этот вариант даже предпочтительнее.
- Ага!
Листик предвосхитила следующий вопрос, всегда сомневающегося лейтенанта.
- Если они пойдут через лес, то вам и воевать не надо будет. Необычный народец займётся ими, его самые вредные и злобные представители с радостью займутся.

- Но они не пойдут, герцог не дурак, он прекрасно знает, что такое Дрэгисский лес.
Покачал головой лейтенант.
- Если бы так было, нам осталось бы только добить тех, кто вырвется из леса.
- Ага…
Кивнула Листик.
- Дорог к нам не так уж и много - всего три, из них удобных - две, а у необычного народца свои способы сообщать о том, что происходит.
Я сразу же буду знать, по какой дороге идёт герцог, и скажу вам, так что неожиданностей не будет!
- Да, Листик, ты у меня ещё и разведка, самая лучшая какая только может быть!
Барон снова погладил девочку по голове, она, как кошка, потянулась за его рукой.

Герцог Вэркуэлл гордо стоял, вернее, сидел на коне, который стоял у моста через небольшую речушку с болотистыми берегами. Герцог смотрел, как по мосту шла ударная сила его дружины - тяжёлая конница.
Как настоящий полководец герцог был ещё на той стороне речки, с которой шли его войска, только глупцы идут в первых рядах, да и в последних тоже. Вэркуэлл дождался, пока прошла конница, и тронул своего коня.
За герцогом и его свитой пошла пехота, замыкал колонну конный отряд наёмников. В этот раз свита у герцога была крайне малочисленна: старший сын герцога - Ринус, капитан его дружины - Сарли, четыре охранника и, как ни странно, какой-то бледно-серый человечек.
- Так говоришь, де Норлэс долго о чём-то беседовал с лейтенантом Дрэгиса?
Спросил герцог у этого человечка. Тот в который раз это подтвердил:
- Да, ваша милость!
- Скорее всего, граф рассказал о наших приготовлениях.
Герцог повернулся к сыну и капитану своей гвардии. Те согласно кивнули, а Вэркуэлл глубокомысленно продолжил:
- Он неспроста ездил к дружинникам Дрэгиса!
- Отец, вы думаете, что де Норлэс таки рассказал…
- Да, Ринус, именно так и думаю! Этот хитрый барон посылает охранять селян с десятком своих солдат - лейтенанта! Не десятника, что было бы вполне логично, а лейтенанта!
Человека, которому он доверяет, и который знает де Норлэса лично! Отсюда какой вывод?
- Де Норлэс рассказал…
Начал сын герцога, тот поощряюще улыбнулся:
- Ну, ну!
- Рассказал, что знал, а граф как губернатор главного города провинции, не мог не знать о том, что вы отец…
Ринус хотел сказать - собираетесь вторгнуться, но заметив пристальный взгляд герцога, произнёс:
- Хотите восстановить справедливость! Взять под свою милостивую руку то, чем этот мужлан не вправе распоряжаться!

Старший Вэркуэлл удовлетворённо кивнул - из сына выйдет толк, он умнее младшего, тот хоть и проявил магические способности, но был прямолинеен и не обладал гибкостью старшего, так необходимой для правителя герцогства.
А гибкость, умение нестандартно мыслить очень важно для правителя, например, вытоптать поле перед рекой предложил именно Ринус.
Эта акция, наряду с устрашением, должна была показать - кто хозяин положения.
Внезапно затрубил рожок командира отряда панцирной конницы, герцог усмехнулся, а Ринус радостно закричал:
- Похоже, что впереди противник! Тем лучше покончим с силами этого баронишки одним ударом!
- Я бы на это не рассчитывал, де Гривз опытный военачальник, вряд ли он выведет все свои силы, зная о нашем многократном численном перевесе…
Засомневался капитан гвардии герцога.
- Скорее всего, это передовой дозор, а может быть и засада!

В это время к герцогу подскакал посыльный от командира отряда конницы, герцог как настоящий полководец занял наиболее удобную для наблюдения позицию.
Вообще-то полководец должен располагаться на холме, позади своих войск. Но поскольку местность была ровная, как стол, и возвышенности поблизости не наблюдалось, Вэркуэлл занял позицию просто позади своих войск.
Ведь умелому военачальнику совсем не обязательно видеть поле боя, он и так всё знает. Посыльный ещё издали начал кричать:
- Ваша милость, ваша милость! На опушке дружина барона Дрэгиса!
- Как это Харви определил?
Спросил капитан дружины.
- Знамя! Они развернули голубое знамя с золотым драконом! Это новый герб Дрэгисского баронства! Их там чуть больше сотни! Все конные!
- Очень разумно.
Усмехнулся Ринус.
- Конному гораздо сподручнее убегать, я так понял, что они приготовились к бегству.
- С развёрнутым знаменем? Не надо недооценивать противника, там большинство норвеи…
Начал капитан Сарли, но герцог не дал ему досказать:
- Сарли, что ты заладил -- норвеи, норвеи! Их всего горстка! Как они смогут нам противостоять? И это хорошо, что Дрэгис вывел всю свою дружину. Покончим с ним одним ударом!
- Да, отец! Вы как всегда правы!
Поддакнул младший Вэркуэлл, презрительно посмотрев на капитана, мол, нечего трусить!

- Передай мой приказ лейтенанту Харви - атаковать и уничтожить!
Напыжившись, произнёс герцог Вэркуэлл, небрежно махнув рукой. Вестовой ускакал, и через некоторое время затрубил рожок, командуя атаку.
Но обычного топота идущей галопом тяжёлой кавалерии не последовало.

Перед развернувшимся для атаки строем конницы возникла стена огня, так же внезапно пропавшая, как и возникшая.
Ослеплённые в первое мгновение всадники увидели мчащегося на них дракона. Совсем небольшой изумрудно-золотистый дракон не выглядел опасным.
Да и взрослым драконом он не выглядел, скорее детёнышем, причём очень худым и, наверное, с тонкой шкурой.
Такого можно остановить, выставив стену копий или расстрелять из обычных арбалетов.
А дракончик, как показалось людям, выдохнул новую порцию пламени. На этот раз огненная стена хлестнула по всадникам, сбивая некоторых наземь.
Огненный удар, а это был именно удар, так как он не только сбивал всадников, но и опрокидывал их коней, никого не сжёг, хотя многие получили сильные ожоги.

А вот коней он только напугал, очень напугал! С отчаянным ржанием боевые кони бросились бежать от страшного огнедышащего и летающего зверя, при этом смяли строй пехоты.
Пехотинцы не успели опомниться, как вал огня накрыл и их, вызывая желание убраться подальше от этой непонятной напасти.
Обычно, боевые драконы вламывались в строй противника, круша солдат своими могучими лапами и хвостом, но при этом подставляя уязвимые места для ответных ударов.
К тому же боевые драконы были очень большой редкостью. Во времена Старой Империи их использовали довольно часто, но это когда было!
Сейчас вырастить и воспитать боевого дракона было очень дорого, да и специалисты были уже не те, настоящих дрессировщиков драконов не осталось.

Глава двенадцатая. Немного из прошлого
КАК СТАТЬ КНЯЖНОЙ
часть двадцатая пятая.

Проснулась ведьмачка от того, что в дальнем углу пещеры всхрапнули лошадки.
Опасности Докия не чувствовала, но привыкла обращать внимание на косвенные признаки, а лошади так просто проявлять беспокойство не будут.

Докия бесшумно поднялась и взяла свой посох, хитрым образом повернув один из сучков, ведьмачка извлекла из посоха, как их ножен, длинный клинок. Засеребрившаяся по лезвию гравировка показывала, что это не простой клинок.
Бесшумно двигаясь, Докия направилась к выходу из пещеры.
Пещера, конечно, хорошее укрытие, но без должной защиты она может стать ловушкой, а ведьмачка не чувствовала, что у входа есть какая-либо защита или установлены охранные заклинания.
Листик, конечно, могучая волшебница, но она ещё девочка и могла просто не подумать об этом.
А даже самая могучая волшебница практически, беззащитна, когда спит, если конечно не позаботится о своей безопасности.

У самого выхода, но так, чтоб снаружи её не было видно, ведьмачка замерла и осторожно начала пятиться назад, молясь, чтоб её не заметил ночной гость.
На поляне стояла мрачная косматая тень. Это был ночной кошмар, ужас всех, кому довелось оказаться ночью вне охранного круга селения.
- Ага, это уже второй.
Раздалось за спиной вздрогнувшей ведьмачки, бесшумно обогнув женщину, вперёд выскользнула рыжая девочка.
- Куда?
Свистящим шепотом произнесла Докия.
Она понимала, что от этого ночного кошмара спасения нет, оставалась надежда, что он не заметит обитателей пещеры, скрытых толщей камня.

А девочка своим действием только привлекает внимание. Опасения ведьмачки оправдались, мрачная тень качнулась в сторону пещеры.
Девочка спокойно вытянула перед собой руки, и с них сорвался сгусток огня. Тишину ночи разорвал то ли визг, то ли рёв.
- Что это?
С испугом спросила выскочившая на шум Светолана.
- Это хрым…
С изумлением ответила Докия, глядя на то, что осталось от ночного кошмара.
- Был. До сих пор считалось, что его невозможно одолеть, тем более убить. Но… Не верю своим глазам!
- Ага.
Кивнула Листик.
- Пощупать тоже не удастся, нету уже его.

Докия покачала головой, она теперь была абсолютно уверена, что эта рыжая девочка не человек.
В момент атаки аура этой малышки снова приоткрылась, и увиденное напугало ведьмачку едва ли не больше, чем появление хрыма.
Мало того, на самом ночном чудовище были заметны следы воздействия обладателя этой ауры.
Успокоив Светолану, Карэхита после выпитого снадобья так крепко
спала, что не проснулась, Докия поняла, что больше не уснёт.
Она пересела ближе к выходу пещеры и задумалась.

- Спрашивай.
Предложила рыжая девочка, усевшаяся рядом. Листик убедилась, что Светолана заснула, и решила поговорить с ведьмачкой.
Девочка поняла, что Докия не простая ведунья, её знания, да и оружие, свидетельствовали о более высоком магическом статусе.
Ведьмачка задумалась, с одной стороны - девочка сама предложила задавать вопросы, а с другой - ответит ли она на них и если да, то скажет ли правду?
Докия вздохнула и задала первый вопрос:
- Листик, ты кто? Я же вижу, что не человек!
- Я дракон.
Просто ответила девочка.
- Такого не может быть. Если бы ты была драконом-оборотнем, то при превращении в дракона масса твоего тела осталась бы прежней, да и не бывает драконов-оборотней.
Ну и не похожа ты на дракона, ты заботишься о своей подруге, спасла, не знаю как, но спасла, Светолану.
Драконы - жестокие и злобные существа! Их укрощение требует больших затрат магической силы!
Привела последний аргумент Докия.

- Ага…
Сказала Листик.
- У вас, как я поняла, здесь не настоящие драконы.
Может драконы жестокие и злобные, но они не станут есть разумных, это ведёт к безумию, опускает до уровня неразумного зверя.
Ну и ты видела драконов?

Докия утвердительно кивнула, Листик улыбнулась и стянула с себя, передала её ведьмачке и отошла на несколько шагов.
Докия смотрела на обнажённую фигурку, не понимая, что Листик этим хочет показать.
Силуэт девочки размылся и стремительно увеличился, перед застывшей ведуньей стоял дракон!
Но не такой дракон, как она видела, этот был раз в пять меньше, чем обычные, этот напоминал своими размерами верховых драконов сабурманов, но гораздо более изящный и, судя по всему, очень гибкий.
Даже при слабом свете звёзд было видно, что чешуя этого дракона не грязно-зелёная, а нежного изумрудно-золотистого цвета.
А вокруг больших зелёных глаз были реснички! Тоже большие, как и глаза, реснички!
Дракон ими немного похлопал и спросил хрипловато-звонким, так удивившим Докию голосом рыжей девочки:
- Ну? Теперь веришь?

Ведьмачка протянула уже девочке и сказала:
- Верю. Я с самого начала что-то такое чувствовала, но даже подумать… Представить что такое может… Что ты и есть…
- Ага.
Кивнула девочка, а Докия, раздумывая, произнесла:
- Только вот знаешь, хрыма так просто нельзя убить, у него очень большая сопротивляемость. А этот… Он словно был… Будто чем-то таким облит… начинён.
Ведунья, пыталась подобрать определение под то, что увидела.
- Когда ты ударила огнём, твоя аура стала видна, не вся, только часть, так вот, на хрыме были следы твоей ауры, словно на него ты наложила чары, и они уничтожили… Твой огонь только активировал эти чары.
- Ага.
Листик тоже задумалась и тоже стала размышлять вслух:
- Мы с мамой несколько раз жили в этой пещере. Но ты же видишь, она не закрывается, когда нас нет, то кто-нибудь может сюда пробраться и напасть, когда мы сюда вернёмся.
А защиту так надолго поставить не получается. Мама сказала, что она сделает так, что мне нечего будет бояться.
Скорее всего, она и зачаровала этих хрымов. На меня они не должны были напасть и не нападали.
Но мама же не знала, что я буду не одна. Вот они и… Постой, а сати?
Ведь они же часто жили тут и на них никто не нападал.

- Скорее всего, эти два хрыма, должны были просто охранять пещеру, когда тебя не было. Сати не лезли в неё, а когда ты появилась, то чары заставили хрымов активизироваться, ну и ты сама сказала, что привела в пещеру своих друзей. Карэхиту и ещё кого?
- Урторио.
Ответила Листик.
- Ты его увидишь, если погостишь тут.
Докия кивнула.

На следующее утро Карэхите стало настолько лучше, что она решилась на прогулку. Она сделала несколько кругов на своей Птичке, компанию ей составила Светолана, оседлавшая Звёздочку.
Докия занялась приготовлением обеда, а Листик просто грелась на солнце, распластавшись на большом камне.
- Листик, ты сейчас похожа на большую ящерицу, только хвоста не хватает.
С улыбкой заметила Светолана, она и Карэхита подъехали к входу в пещеру, где и расположилась Листик, принюхивающаяся к тому, что варила Докия.
- Если с хвостом, то Листик будет больше похожа на дракона, подстерегающего добычу - кастрюлю с супом!
Засмеялась Карэхита.
- Ага! Большого и страшного дракона, выслеживающего большую кастрюлю!
Заявила Листик, грозно сдвинув брови. Но Светолана не сочла это забавным, видно, вспомнила о своём пребывании у действительно страшного дракона, поэтому громко и жалобно попросила:
- Не надо о страшных драконах! Я боюсь…

- Не бойся, Светолана! Я спасу тебя! Я убью этого мерзкого дракона!
На поляну перед пещерой вылетели два всадника с копьями наперевес. Они и их кони были в лёгких пластинчатых доспехах.
Первый юноша, а всадники были молоды, грозно закричал в сторону входа в пещеру и Листика, устроившейся на камне перед этим входом:
- Я убью тебя, мерзкий дракон! Тебе не скрыться от моего меча! Выходи из пещеры на честный бой!
- Ой!
Листик скатилась с камня и в руках у неё заплясали сгустки пламени.
- Ай! Вы кто?!
Взвизгнула Карэхита, стараясь подальше отскочить от всадников, уж очень у них был грозный вид.
- Не подходи!
Тоже закричала Листик, поднимая руки с огненными шарами.
- А то сейчас как брошу!

- Световид!
Светолана бросилась к первому всаднику, но почему-то оказалась в объятиях второго.
А из пещеры вышла Докия со своим мечом в руках:
- Что здесь такое?
- Вот, приехали незваные и убить грозятся!
Пожаловалась Листик, стоящая спиной к скале и готовая бросить уже значительно увеличившиеся пылающие сгустки.
Не бросила она их только потому, что боялась задеть Светолану, обнимавшуюся со вторым молодым человеком.
Докия спрятала меч и обратилась к первому всаднику, с опаской смотрящему на рыжую девочку:
- Будь здрав, княжич Световид, что привело тебя сюда?
Княжич растерянно взглянул на своего товарища, а тот, поздоровашись, спросил у ведьмачки:
- Будь здрава, Докия, а что здесь делает боец ордена охотников?
- Суп варю.
Усмехнулась ведьмачка.
- Надо же накормить Светолану, Карэхиту и Листика.
Докия кивнула в сторону черноволосой девушки, пытающейся спрятаться вместе со своей лошадкой за рыжую девочку.
Листик уже раздула огненные шары до величины головы взрослого мужчины и очень недобро смотрела на юношей.
Ведьмачка с улыбкой скомандовала девочке:
- Листик, убери огонь, княжич Световид и богатырь Яромир не враги!

- Ага…
Надула губы девочка.
- А чего они обзываются и убить грозятся!
Оба юноши растерянно переглянулись, они готовы были сражаться с чудовищем, похитившим княжну, а тут его не оказалось, были только молодые девушки и маленькая девочка.
Была ещё знакомая Яромиру охотница на нежить и нечисть, одна из лучших.
- Нам сказали, что здесь есть пещера, около которой видели дракона.
Вот мы и подумали, что это тот дракон, что похитил сестру, чьи следы видели там, где он…
Начал оправдываться княжич Световид.
- Ага, вот они и решили, вместо того чтоб идти по следу, пойти туда где легче! Если они думают что если дракон маленький, то…
Обличающее начала Листик, но Докия не дала ей досказать:
- Листик, они искали Светолану, да и как можно пойти по следам улетевшего дракона?
- Можно! Вот я запросто могу…
Попыталась сказать девочка, но ведьмачка предостерегающе покачала головой и обратилась к юношам:
- Как видите, Светолану уже спасли. И нет здесь никакого дракона, в этой пещере мы сейчас расположились, надо же нам где-то укрыться от непогоды и диких зверей.
Вот Карэхита приболела, потому мы и не могли отсюда уйти, но теперь вполне можем отправиться к князю Светомиру!
- А как же мы?
Растерянно спросил княжич. Он понял что его сестру уже спасли и, похоже, это сделала знакомая Яромиру ведьмачка.
Не одна, она сама вряд ли справилась с драконом, скорее всего ей помогала эта рыжая девочка, если судить по её действиям -- очень сильный маг!

- А вы здесь оставайтесь, может ещё один хрым придет, вот с ним и подерётесь.
Мстительно сказала Листик. Она уже спрятала огненные шары, втянув их в ладони, чем вызвала удивление Докии - боевые пульсары нельзя вот так просто убрать, раз уж их создали, то надо запустить в цель, пока они самопроизвольно не взорвались.
И вообще, создавать пульсары не каждый маг может, только самые сильные, Докия не могла, а Листик запросто создала и убрала.
То, что это настоящие огненные шары, ведьмачка не сомневалась, она видела ночью, как Листик ими бросалась.
А Световид так же растерянно продолжил:
- Нам обязательно надо сразится с драконом и одолеть его! Только так мы станем, я -- богатырём, а Яромир -- витязем!
- Ага! Так они шли не тебя спасть, а с драконом подраться!
Обращаясь к Светолане, Листик уличила в корыстных намерениях будущих богатыря и витязя.
- Тут был дракон, и мы будем его искать! Найдём и убьём!
Решительно заявил княжич, почему-то глядя на Карэхиту.
- Ой-ой.
Испугалась смуглая девушка, глядя на Листика.

- Именно! Найдём и убьём!
Гордо подбоченился Световид, испуг девушки он воспринял на свой счёт, решив, что Карэхита боится за него.
- Сначала найдите.
Заявила Листик, княжич удостоил девочку мимолётным взглядом и проговорил, в основном обращаясь к Карэхите:
- Обязательно найдём! Нам поможет охотница, ведь так?
Княжич требовательно посмотрел на Докию. Та кивнула и всех пригласила:
- Прошу откушать, что боги послали! Суп уже готов. На всех хватит!

Юноши не стали отказываться, но в пещеру зашли с опаской. Словно ожидая увидеть там дракона.
Но потом освоились, а поев супа -- расслабились. Яромир и Светолана сидели рядом, но хоть за руки и не держались, но не сводили друг с друга глаз.
Световид стал рассказывать, что как только стало известно о пропаже Светоланы, он с другом сразу же отправился на поиски.
Рассказывал он, в основном обращаясь к краснеющей Карэхите. Очень красочно рассказывал, описывая совершённые подвиги, из его слов Листик поняла, что княжич и его друг могут получить статус, один -- богатыря, а второй -- витязя, так как богатырём Яромир уже был.
Но для этого им надо совершить последний подвиг -- убить дракона, поэтому, хоть Светолана найдена и спасена, юноши продолжат поиски дракона.
Слушая рассказ Световида никто не обратил внимания, как тихонько улизнула на улицу Листик, заметила только Докия, но ничего не сказала.

Урторио сидел в таверне и размышлял, потягивая сладкий хмельной мёд. Напиток ему понравился, такого в Арэмии не делали, тем более что этот напиток не только был вкусным, но ещё и способствовал плавности течения мыслей.
А размышлял Урторио над тем, что делать и как жить дальше. Кочевая жизнь сати его не привлекала, профессия у бывшего клоуна была, но очень специфическая -- просто воровать для пропитания, мастеру-вору было…
Ну как мастеру-краснодеревщику строгать обычные лавки.

Осваивать какую другую профессию было поздно, Урторио был далеко не мальчик, чтоб идти в подмастерья.
Конечно денег, что дал ему Жозе, хватило бы на безбедную жизнь, но только на какое-то время, деньги имели свойство -- кончаться в самый неподходящий момент. Можно было попросить Листика…
Но Урторио понимал, что девочка могла исчезнуть так, как и появилась…
И словно подтверждая его мысли, Листик появилась в распахнувшихся дверях и сразу же бросилась к Урторио.
Он снял куртку и набросил на девочку, проворчав:
- Вообще-то здесь не лес, может тебе и удобно ходить голой, но другие этого не оценят или оценят, только вот их оценка будет…
Появление Листика таки оценили и не посетители, а сам хозяин таверны. Кем может быть голая и босая девочка, буквально ворвавшаяся в приличное заведение?
Попрошайкой, нищенкой, а может и воровкой, старающейся таким образом отвлечь внимание от своих подельников. Тем более что девочка подбежала к состоятельному и щедрому постояльцу.
- Ну!
Грозно произнёс хозяин, глядя на девочку, вместо неё ответил Урторио:
- Почтенный, не ругайте бедную сиротку, попросившую у меня помощи. Бедная девочка так в ней нуждается…
- Вот то-то и оно, что подошла к вам…
Хозяин хотел сказать -- одному из самых состоятельных посетителей и что это неспроста. Но Урторио небрежным движением руки отмёл все подозрения:
- Она почувствовала, что у меня большое и доброе сердце! Что я обязательно проявлю сострадание и милосердие!
И показывая, что слова не расходятся с делом, спросил у Листика:
- Бедная девочка, ты, наверное, голодна? Хочешь молочка? Хозяин, молока большой кувшин и сладких ватрушек, побольше! И ещё мёду, мне!

Хозяин удалился, вроде всё в порядке - клиент сделал заказ. Пока Листик пила молоко и ела ватрушки, Урторио молчал, слушая её рассказ о богатыре и витязе и их непременном желании сразиться с драконом.
Когда Листик закончила рассказывать, Урторио наставительно произнёс:
- Когда тебя ловят, а ты хочешь, чтоб тебя не поймали, самое правильное -- возглавить погоню или активно в ней участвовать.
- Это как?
Удивилась девочка.
- Умный вор никогда не убегает, он остаётся на месте и громче всех кричит -- держи вора! Это никогда не подводит, уж поверь моему опыту.
- Но как же я могу ловить сама себя?
- Я же сказал, если хочешь, чтоб тебя не поймали, лови себя активнее других!
И время от времени делай вид, что вот-вот поймаешь.
А если в тебя собрались стрелять, постарайся, чтоб арбалет оказался в твоих руках или целилась именно ты.
Усмехнулся мастер-вор. Листик задумалась над словами Урторио, а он продолжил:
- Но в данном случае мы можем сделать так, что все будут довольны: твои витязи-богатыри получат дракона, а ты останешься в стороне.
Как? У тебя же есть знакомый дракон, тот у которого ты умыкнула княжну и дочь Бахти, вот его-то пускай ловят и убивают твои новые знакомые, а ты им в этом поможешь.
- Зачем? Если хотят ловить, то пускай ловят сами…
Начала Листик, Урторио покачал головой:

- Из того что ты рассказала, можно сделать некоторые выводы -- я так понял, что Карэхита понравилась княжичу, а он ей.
Так почему бы не соединить два любящих сердца? Но понимаешь, здесь очень большие различия между благородными и простолюдинами, даже если они захотят соединить свою судьбу, другие им этого не позволят.
Но если Карэхита будет принцессой… Или княжной, по-местному… Открываются весьма заманчивые перспективы, но для этого надо, чтоб княжич добыл так нужного ему дракона и при этом остался живым и не искалеченным. Вот поэтому ему надо помочь, а Карэхиту сделать принцессой.
Ну, чтоб княжич так думал.
- Урторио! Но это же неправда! Это же не так!
- Листик, это называется блеф.
- Как?
Не поняла девочка, услышав незнакомое слово. Мужчина пояснил:
- Это когда ты хочешь казаться большей или более важной, чем есть
на самом деле.
Ты показываешь, что у тебя что-то есть, хотя этого у тебя этого совсем нет. Понятно?
- Ага, иллюзия называется.
Кивнула девочка.
- Можно сказать и так, но иллюзия - это когда обманываешь, а блеф - когда они сами обманываются.
- Иллюзия -- это не всегда обман! Иллюзией можно…
Попыталась возразить Листик, Урторио махнул рукой:
- Не важно, суть ты поняла. Вот мы и сыграем в такую игру, согласна?
- Ага!
Ответила Листик с загоревшимися глазами.

Урторио с Листиком поднялись в снимаемую им комнату. Там мужчина показал, что он купил для Листика и Карэхиты.
На те монеты, которыми поделился Жозе, здесь можно было приобрести очень много, да и рога горных козлов стоили немало, Урторио их с выгодой обменял у местного ювелира.
Прихватив тюк с вещами, Листик с мастером-вором незамеченными поднялись на крышу, им это не составило труда.
Оттуда дракончик, обхватив мужчину, прыгнул прямо к пещере. Сразу заходить в неё не стали, по настоянию Урторио.
Листик надела платье, что он для неё купил.

По совету Карэхиты будущие драконоборцы завели своих коней в пещеру и поставили их около Птички и Звёздочки, в дальнем углу.
В пещере не было заметно, что на улице начало темнеть, это увидели, когда ходили за конями.
Светолана забеспокоилась, да и Карэхита заволновалась, обнаружив, что девочка куда-то ушла на ночь глядя. Юноши - удивились, а вот ведьмачка осталась спокойна, но и она изумилась, когда Листик вернулась - в нарядном платье и не одна!
Её сопровождал мужчина, чем-то похожий на Карэхиту и весьма импозантно одетый.

Он снял свою широкополую шляпу, помахав ею перед собой, опустился перед Карэхитой на одно колено:
- Прошу меня простить, моя принцесса, за долгую отлучку! Исключительно забота о вашем благе заставила меня задержаться! Я искал платье и украшения, достойные вас!
Урторио ещё минут десять изгалялся подобным образом перед совершенно ошалелыми слушателями, среди которых была и Карэхита.
Затем девушка в сопровождение Листика удалилась в дальний угол пещеры, где не видно было, что они делают.

А Урторио продолжил охмурять слушателей:
- Прошу прощения у благородной принцессы и принца, у не менее благородных господ.
Ещё несколько минут махания огромной шляпой в разные стороны.
- Примите мои искренние извинения, что принцесса Карэхита не может принять вас должным образом!
Увы! Мы бедные изгнанники!
Нам пришлось покинуть родную страну, так как жизни прекрасной Карэхиты угрожала опасность, она бежала в чём была, а я её верный первый советник не мог её покинуть в тяжёлую годину испытаний, как и во время славы и почестей!
Бежать нам помогла великодушная принцесса Листик, она согласилась разделить с нами изгнание. Если бы не она, коварный узурпатор…

- Урторио, а кто такой узурпатор и почему он коварный?
Подошедшая Листик подёргала за штанину самозваного первого советника, нарушая всю патетику его выступления.
Но на это не обратили внимания, смотрели на Карэхиту - белое платье, скромное, но с кружевами оттеняло её смуглую кожу, в чёрных волосах блестела, нет, не брильянтовая, поддельная диадема, но выглядевшая как настоящая, а вот серёжки были с брильянтами.
Карэхита оставила свои старые браслеты, но они не портили общей картины, наоборот - дополняли образ заморской принцессы.

- О! Вы прекрасны!
Выдохнул Световид.
- Ага!
Подтвердила Листик, оставив штанину Урторио в покое и обратив внимание на себя, вернее внимание на девочку обратила только Светолана:
- Листик, ты тоже принцесса? А кто это такая?
Вместо девочки ответил Урторио:
- О прекрасная княжна, принцесса вторая после королевы, а королева соответствует вашей княгине!
- Получается, что Карэхита - княжна и Листик тоже княжна?
Светолана сделала вывод, к которому её подталкивал Урторио и спросила:
- Почему же они об этом сразу не сказали?
- Врождённая скромность и деликатность принцесс не позволяют им хвастаться своим высоким положением!
- А как вам помогла принцесса Листик?
Задал вопрос Яромир, он тоже впечатлился, слушая Урторио, но не настолько, чтоб не заметить недосказанностей.

Докия тоже слушала, тонкая улыбка застыла на её губах, она уже разгадала намерения этого хитрого чужеземца, но молчала, ожидая, что же дальше тот предпримет. Урторио её не разочаровал:
- Великодушная принцесса Листик - владелица боевого дракона! Могучая волшебница, беспощадная истребительница нежити, отважная победительница хрыма и благороднейшая душа!
- А!
Раскрыла рот Листик, Докия улыбнувшись, кивнула:
- Двух.
- Что двух?
Остановился слегка сбитый со своего настроя Урторио, ведьмачка пояснила:
- Листик вчера ночью второго хрыма уничтожила.
- Как? Хрыма? Разве это возможно? Как такое возможно?
Удивился Яромир.
- Что тут такого?
Пожала плечами Листик и, продемонстрировав крутящийся у неё на пальце огненный шар, презрительно хмыкнула:
- Вот так, огнём и ударила!
- А боевой дракон, это как?
Снова спросил Яромир.

Урторио поклонился в сторону Светоланы:
- О прекрасная княжна, поведайте этим доблестным юношам, как вы были спасены из лап коварного дракона!
Светолана, запинаясь, рассказала, как в пещеру, где она томилась, сперва вошла Листик, а потом изумрудно-золотистый дракон.
- …это был даже не дракон, а дракончик, очень симпатичный и красивый. Он совсем не похож на дракона! Настолько он красивый!
Закончила склавонская княжна.
- Ага.
Кивнула польщённая похвалой Листик и добавила к словам Светоланы:
- Это ваши драконы на драконов не похожи, да и, скорее всего, это вовсе не драконы!

Урторио быстро глянул на Листика и приступил к выполнению второй части своего плана, поклонившись Световиду и Яромиру, произнёс:
- О доблестные воители, принцесса, княжна по вашему, Листик, в своей безграничной милости готова помочь вам одолеть мерзкое чудовище, поднявшее лапу на прекрасную Светолану!
- Какую лапу?
Хихикнула Листик. Урторио сделал страшные глаза, но, решив не выходить из выбранной для себя роли, поклонился девочке:
- Грязную! Какие ещё лапы могут у мерзкого чудовища?
- Как же нам она может помочь?
Спросил Яромир.
- Она заманит того дракона в засаду, вами устроенную.
Ответил Урторио.
- Но настоящий богатырь, а тем более витязь, должны в честном бою…
Начал Световид, но хитроумный первый советник заморской княжны покачал головой:
- Разве может мерзкий дракон выйти на честный бой? Он подло похитил прекрасную княжну, если у него будет возможность, он не менее подло нападёт на вас!
А когда он будет подло преследовать Листика, ну она же будет на своём драконе, то вы честно выйдете…
- Ага, из честной засады.
Тихонько хихикнула Листик и громко спросила:
- А почему он будет меня преследовать не просто, а подло? Он что, всё что ни делает, делает подло?
- Именно, прекрасная княжна Листик! Разве мерзкий дракон может по-другому?
Изобразил искреннее изумление Урторио, ему никто не стал возражать.
А хитрый советник предложил разработать план будущего боя.
Но его вариант, как невыполнимый, сразу отклонили и, увлёкшись, стали предлагать свои. Урторио подмигнул Листику, показывая, что его план удался как нельзя лучше.

Глава двенадцатая. Немного из прошлого
КАК СТАТЬ КНЯЖНОЙ
часть двадцатая четвертая.

В большой пещере, тесно прижавшись друг к дружке, сидели две девушки. Одна - черноглазая и черноволосая представительница народа сати, вторая - голубоглазая, светленькая, явно склавонка.
Они со страхом ждали возвращения хозяина пещеры - большого и страшного дракона. Обе испуганно вздрогнули, когда на фоне светлого входа появилась маленькая тень.
Тень, явно, не была драконом, но при этом она бесстрашно, даже как-то по-хозяйски, шагнула внутрь. Когда этого маленького пришельца уже можно было разглядеть, девушки увидели, что это рыжая девочка. Её золотистая кожа, казалось, излучала тёплый свет.
Девочка как-то насмешливо посмотрела на испуганных девиц и спросила, констатируя очевидное:
- Сидите? Боитесь?

Оглядевшись, девочка презрительно добавила:
- А пещерка так себе, даже ручейка нет, а не то что водопадика. Да и воняет здесь…
- Здесь живёт дракон! Страшный дракон!
Дрожащим голосом сообщила светленькая девушка, девочка презрительно фыркнула:
- А воняет, как будто здесь живёт кабан, не знаю страшный ли, но очень большой! Уж очень здесь пахнет… Явно не драконом! Пошли отсюда!
- Что ты, что ты!
Испугались девушки.
- Дракон прилетит и всё равно поймает, догонит и поймает! Элиса хотела убежать, так дракон её поймал и съел! Прямо здесь съел!
Обе девушки всхлипнули, видно зрелище, свидетельницами которого они были, произвело на них сильное впечатление. Светленькая это подтвердила:
- Это было ужасно! Она так кричала!

Обе девушки остались неподвижны, всем своим видом показывая, что никуда не пойдут. Девочка задумалась и сказала непонятную фразу:
- Драконы разумных не едят, по крайней мере, нормальные, значит, это не нормальный дракон или не дракон вообще! А вы, значит, никуда не пойдёте? Дракона боитесь, да? Ну что ж, зайдём с другой стороны.

Девочка вышла из пещеры, и через мгновение туда вошёл дракон! Но не хозяин пещеры, этот был гораздо меньше и чешуя у него была изумрудно-золотистая.
Да и был этот - даже не дракон - дракончик непохож на страшного дракона. Изящная, красивая фигурка - больше похожая на человеческую, чем на драконью.
Этот дракон вызывал не страх, а скорее симпатию.
- Ага.
Усмехнулся золотистый дракон.
- Испугались? А ну пошли со мной, а то…
Дракон хотел сказать съем, но, решив не пугать девушек, сказал:
- Покусаю!
Девушки, по-прежнему испуганно прижимаясь друг к дружке, послушно пошли к выходу из пещеры, там золотистый дракон остановился и скомандовал:
- Полезайте ко мне на спину, ну!
Но девушки только дрожали и плакали, дракон тяжело, совсем по-человечески вздохнул и сказал:
- Как с вами тяжело! Дикие какие-то!
После чего ухватил девушек в охапку и прыгнул в небо.

По настоянию Годявир сати не ушли утром, как собирались, хоть всё было подготовлено к отъезду, они словно чего-то ждали.
Вернее ждала Годявир, остальные изнывали от неизвестности. Но ожидание продлилось недолго, всего около двух, Листику понадобилось столько времени, чтоб найти дочь Бахти, утащила-то она её вместе с другой пленницей быстро.
- Дракон!
Закричали увидевшие, как перед пещерой, словно ниоткуда, возник изумрудно-золотистый дракон. Тот самый дракон, которому вчера приносили жертву.
Дракон держал в охапке двух девушек, фыркнув и поставив их на землю, он кивнул застывшему Бахти:
- Вот, принимай!
Дракон подтолкнул к предводителю сати черноволосую девушку, та бросилась к Бахти с криком:
- Отец!
- Лулуди!
Закричал Бахти и обнял дочь.
- Ага.
Удовлетворённо сказал дракон и разрешил:
- Теперь можете ехать!
- О великий!..
Повернулся Бахти к дракону. Но при этом не выпустил из рук свою дочь, словно боялся, что дракон передумает и заберёт девушку обратно.
- Ага.
Кивнул дракон и сообщил:
- Я согласна!

При этом он подтолкнул светленькую девушку к пещере, к стоящей там Карэхите. И, обратившись к Бахти, дракон скомандовал:
- Давай по-быстрому, вы же ехать собирались!
- Что по-быстрому?
Не понял предводитель сати. Дракон пояснил:
- Жертву, в смысле лошадку в подарок. Не такую как Птичка, посмирнее. Но ты уж извини, тех лошадей, что вы отдали тому дракону, я не смогла принести, не утащила бы.
Да и не было их там, скорее всего, дракон их уже съел.

- Вот, для великого дракона, друга сати, наша жертва, с большим уважением!
Годявир подвела к Карэхите лошадку, украшенную лентами, не такую красивую как Птичка, но тоже ничего, и вручила девушке повод.
Видно, эту жертву дракону она приготовила заранее. Спасённая светленькая девушка, ничего не понимая, смотрела на это, Лулуди тоже ничего не поняла, но тут был её отец.
Этот странный дракон явно вернул дочь отцу в обмен на лошадку.

А дракон, похоже, вполне удовлетворённый обменом, стремительно взлетел, но вдруг, что-то вспомнив, резко остановился, завис в воздухе, надул щёки и, два раза громко хлопнув крыльями, удовлетворённо произнёс -- «ага» и исчез.
В наступившей тишине раздалось хихиканье Карэхиты, девушка была не в силах сдержаться, глядя на то, как Листик изображает важную персону, изображает в своём понимании.
А из леса вышла Листик с полной корзинкой ягод, в этот раз она их насобирала заранее. Её рубашка, измазанная соком ягод, была надета правильно, не навыворот. Карэхита, уже не сдерживая смех, сказала:
- Листик, ты опять всё самое интересное пропустила! Прилетал дракон и…
- Ай-я-яй!
Покачала головой девочка, потом показала на корзинку:
- Зато я ягод насобирала! Вот! А вы говорите - не сезон!
- Листик, ты просто молодец!
Похвалила Карэхита девочку, искренне похвалила, будто девочка не ягоды собрала, а сделала что-то очень важное.
- Ага!
Гордо ответила девочка. Они обе - девушка и девочка - засмеялись.

- Так они же ядовитые!
Воскликнула Годявир, их есть нельзя!
- Ага
Кивнула Листик и задумчиво глядя на корзинку с ягодами, решила.
- Ну раз нельзя есть, мы из них компот сварим, вот!
- Какой компот?
Не поняла Годявир, как можно из таких ягод что-то варить.
- Ядовитый
Без тени смущения пояснила рыжая девочка, взяв одну ягоду из корзины и кинув себе в рот, сообшила.
- Кисленькие.
- Может, вы с нами пойдёте?
Спросила Годявир, глядя на Листика, Карэхиту и Урторио.
- Не-а, я тут останусь.
Помотала рыжей головой девочка.
- Тут такая уютная пещерка.

- Мне с Листиком спокойнее.
Ответила Карэхита.
- Безопаснее. Пусть с вами, как и решили, Урторио идёт. Он всё там посмотрит и вернётся, а я уж потом определюсь.
- Как же он вернётся?
Удивился Бахти.
- Одному очень опасно по дорогам ходить, тем более по лесным!
- Ну, если уж меня ваш хрым не тронул…
Начал Урторио, Листик кивнула:
- Ага, я его заберу, когда он решит, что всё узнал и надо вернуться.
Листик заулыбалась. А мужчина при этих словах девочки содрогнулся, представив ещё одно путешествие по воздуху, но Листик его утешила:
- Мы не будем лететь, я сразу прыгну!
Никто не понял, что Листик имела в виду, только Годявир кивнула. А Бахти, уважая решение Карэхиты и Листика, не стал их уговаривать дальше, скомандовал трогаться.
Табор сати, растянувшись в колонну кибиток, покинул поляну перед пещерой.

- А как же я?
Подала голос светловолосая девушка.
- Я думаю, что тебе тоже будет здесь безопаснее
Взяла её за руку Карэхита.
- Но дракон! Он пойдёт по нашему следу, найдёт нас… Меня… И…
Испуганно проговорила девушка.
- Не-а, не найдёт.
Улыбнулась Листик.
- Даже если бы я летела - не нашёл бы, а я прыгнула!
Девушка из того, что сказала Листик, ничего не поняла и немного поупиралась, когда Карэхита увлекла её в пещеру.
Аргументом, сломившим сопротивление, послужили слова Листика:
- Ты что? Хочешь вот тут в лесу ночевать?
Туда же в пещеру завели и лошадок, оставлять их на поляне не захотела Листик:
- Дракон драконом, но какая-нибудь глупая зверюга забредёт и загрызёт наших Птичку и Звёздочку!

Второй лошадке не пришлось давать имя. Её звали Звёздочка, может, за большое белое пятно на лбу.
Пока Листик устраивала в дальнем углу лошадок, спасённая девушка огляделась, эта пещера совсем не была похожа на ту, драконью.
Эта пещера больше напоминала уютное человеческое жильё. Карэхита спросила:
- А как тебя звать? Я Карэхита, она…
Девушка указала на рыжую девочку.
- Листик.
- Светолана.
Ответила девушка.
- Я княжна склавонская!
- Ого!
Удивилась Листик и поинтересовалась:
- Тебя, что, тоже отдали дракону как жертву? Княжна -- это же… Ну не простая селянка!

Листик не знала, кто такая княжна, но справедливо решила, что эта девушка, раз так называется, имеет какое-то отношение к князю, правителю Склавонии.
- Я младшая дочь князя Светомира!
Гордо ответила княжна.
- Ага.
Прищурилась Листик, удовлетворённая объяснением. Опять произнесла своё ага и снова спросила:
- Так как же ты попала к дракону?
- Я была на охоте, опередила свою свиту, и он меня… -
Начала отвечать Светолана, Листик понятливо кивнула:
- Напал и унёс, понятно. Только вот непонятно, чего он именно тебя унёс? Наверное, ты очень далеко от своих ускакала.
- Он заставлял нас убирать свою пещеру, нас там было трое. А потом он съел Элису, он её похитил раньше. Она очень боялась, что дракон её съест. С ней раньше были ещё три девушки, и он их всех…
Светолана всхлипнула. Листик покачала головой и задумчиво признесла:
- Драконы не едят разумных, а этот воровал девушек, чтоб есть. Значит, это неправильный дракон. А может вообще не дракон! Но это так оставлять нельзя! Завтра я за ним понаблюдаю!

Светолана хотела спросить, как девочка собирается подсматривать за тем ужасным драконом, но потом вспомнила, как Листик вошла в пещеру, а потом появился тот изумрудно-золотистый дракончик, что принёс её сюда, забрав из того страшного места.
Значит, эта девочка имеет какое-то отношение к тому, хоть как Светолана и боялась драконов, но вынуждена была признать - очень симпатичному и красивому дракончику.
Он говорил -- влезайте мне на спину, возможно, девочка там уже сидела, может, тот симпатичный дракончик и поможет Листику.

Но на следующий день Листик не полетела подсматривать за драконом-людоедом, она, как сама говорила - летала охотиться. Потом ставила защиту на пещеру. Поглядеть, что делает тот дракон, Листик собиралась на третий день, но не смогла это сделать - заболела Карэхита.
У неё был жар, и она не смогла встать. Светолана хлопотала вокруг черноволосой девушки, но ничем помочь не 5могла.
- Я не знаю что делать! Тут нужна ведунья или хотя бы травница! Наверное, её надо напоить тёплым молоком! Это может помочь!
* * * * *

Офим, староста деревни Большие Выселки, сидел на лавке перед внимательно слушавшей его Докией.
Докия, не старая ещё женщина, была ведуньей и жила в Малых Выселках, которые раза в четыре были больше Больших.
Появилась она в деревне совсем недавно, но уже была известна как умелая и знающая ведунья, и не только.
- Докия, ты должна обязательно посмотреть! Ума не приложу, откуда эта рыжая девочка взялась. Она появилась, когда уже темнеть начало и охранный круг уже стоял.
Она шла со стороны леса, дозорные на башне думали -- нежить какая! Идёт себе такая девчушка из лесу, голая, совсем без одежды, а уже вот-вот темно будет.
Точно если не нежить, так нечисть какая, русалка или даже кикимора. Ну, дозорные и не стреляли, чего стрелы-то тратить, охранный круг-то уже стоит! Дойдёт, упрётся в него и всё, даже к стене не подойдёт!
А она так спокойно прошла метки, ну ты знаешь, они стоят там где круг…

Ведунья кивнула, показывая, что эти подробности ей объяснять не надо. Офим тоже кивнул, почесал затылок и продолжил:
- Сам-то я не видел, но рассказывали… Она словно и не заметила, что там защита стоит.
Прошла мимо меток и к воротам подошла, подняла голову, а глазищи у неё зелёные и большие…
Это и я потом разглядел. Ну, когда по вызову дозорных пришёл. Так вот, посмотрела она на дозорных, те говорят аж мурашки у них по коже, а потом и говорит, мол, дайте молочка, я заплачу, и монету золотую показывает…
Офим выложил перед Докией большую золотую монету, ведунья укоризненно покачала головой:
- Отобрали?
- Да нет, сама отдала. Говорит, подруга у неё заболела, молока ей надо и чтоб ведунья посмотрела!
Ну я и подумал, зачем нечисти ведунья? Неужто нечисть болеть может… А девчушка не… Даже не знаю кто она, монетку дала, говорит - всё должно быть по справедливости, я ведь за молочком ещё приду.
Да, не сказал я, ведь Фир в неё-то выстрелил и не из лука, из арбалета! А она так небрежно, будто отмахнулась, болт поймала!
Представляешь?! Не стрелу, а болт! Так он ещё и серебряный, зачарованный! А она схватила и в ручках своих вертит его, словно это палочка какая, будто это не в неё стреляли!
Вот я и подумал -- нечисть-то так не может, ну, не поймать зачарованный болт, а в руках его держать.

- Нечисть не отдала бы тебе монету, а если отдала, то это была бы обманка, а не золото, я бы это увидела!
Докия задумчиво вертела в руках большую золотую монету, чеканка - незнакомая, но рисунок и надпись хорошие, чёткие. Да и сама монета уж очень толстая и тяжёлая, таких в Склавонском княжестве не чеканили.
- Вот и я так подумал! Попробовал монету на зуб -- золото! Обманка-то сразу бы рассыпалась! Вот теперь и не знаю, что думать…
Эта монетка золотых на пятьдесят потянет! Вот и думаю, что…
- Ты уж реши - думать или нет, а то ты последнее время это очень часто делаешь, вернее, не делаешь, а только говоришь об этом.
Усмехнулась ведунья и, став серьёзной, сказала:
- Посмотреть надо, поехали, ты же на подводе? До вечера к тебе в деревню успеем, а там увидим, ты сказал, эта девочка приходит, как только смеркаться начинает. Очень похоже на лирью, та тоже серебра не боится.

Ведунья быстро собрала свою сумку, взяла насколько амулетов и тяжёлый посох. Офим уже знал, что это не просто посох, а боевой амулет, очень сильный, как и сама Докия.
Да и Докия ведуньей стала недавно, можно сказать, как на пенсию вышла, хотя члены ордена охотников, или как их ещё называют - ведьмаков, на покой так просто не уходят.

Солнце ещё не коснулось линии горизонта, но опустилось довольно низко. Селяне, напряженно вглядывавшиеся в лес, начинающийся сразу за полем, ничего не заметили, а вот Докия увидела.
Она пока ехала с Офимом, выпила несколько снадобий, применяемых ведьмаками перед охотой, и теперь её чувствительность возросла, и не только чувствительность.
Докия даже не увидела, а скорее почувствовала, как над лесом возникла крылатая тень, тут же скрывшаяся среди деревьев. Буквально спустя мгновение из леса показалась маленькая фигурка, ведунья внимательно смотрела, ничего угрожающего в ней не было, но это был не человек!
Внешне - рыжая девочка, лет девяти-одинадцати, очень серьёзная, с пустой крынкой.
Обычный ребёнок, только вот вышел он из леса и одежды на нём нет! Девочка спокойно прошла сквозь уже активированную защиту деревни и протянула одной из женщин, тут же стоящих и глазеющих, свою пустую крынку.
Получив полную, девочка повернулась к Докие и просто сказала:
- Идём! Карэхита себя очень плохо чувствует!

Ведунья, или теперь уже ведьмачка, спокойно взяла протянутую девочкой руку и пошла за ней. Докия не чувствовала опасности, это была не лирья, да и вообще, нежитью девочка не была.
А с любой нечистью ведьмачка сейчас справилась бы. Тем неожиданней было для Докии то, что случилось дальше.
Отойдя от ограды селения так, чтоб в сгущающихся сумерках их уже было не видно, девочка развернулась к ведунье. Та только увидела увеличивающийся силуэт девочки, или уже не девочки?
Ничего предпринять Докия не успела, её и это что-то большое, подхватившее ведьмачку, окутал серый туман.
Мгновение - и туман рассеялся, Докия увидела, что стоит перед входом в пещеру и по-прежнему держит за руку рыжую девочку.
Но как быстро это ни произошло, ведьмачка помнила большую, когтистую лапу, прижимавшую её к чему-то большому и чешуйчатому.
Докия непроизвольно напряглась, готовая драться, но этого не понадобилось -- перед ней стояла девочка, а не неведомое чудище.

- Идём!
Потянула девочка ведьмачку с неожиданной силой. В пещере, к удивлению Докии, было светло, и это несмотря на темноту снаружи.
Свет давали какие-то, непонятно как державшиеся на каменных стенах, древесные наросты.
В углу, на куче шкур, лежала черноволосая девушка, очень похожая на сати, около неё хлопотала светленькая склавонка.
- Листик, ты принесла молоко?
Обернулась светленькая девушка.
- Ага!
Ответила девочка и, подтолкнув Докию к больной, добавила:
- Вот, ещё ведунью привела, только она не совсем ведунья, она со мной драться собралась! Решила, что я нечисть!

Докия если и удивилась, что девочка распознала в ней ведьмачку, виду не подала. Да и больной нужна была помощь.
Ведунья подошла и стала осматривать лежащую девушку:
- Так, что тут у нас? Так-так, покажи-ка язык, теперь зрачки. Ну, всё понятно. Ты же не местная?
Местная этого бы и не заметила, это лесная лихорадка, ничего страшного, но неприятно -- жар появляется и говорить трудно.
Ты правильно сделала, что молоком её отпаивать стала

Докия повернулась к девочке, та смутившись, ответила:
- Это не я, это вот она! -
Девочка кивнула в сторону склавонки.
- Я не знала что делать, очень испугалась… А Светолана сразу сказала, что надо молочко, если бы не она…
- Молодец.
Докия повернулась в сторону зардевшейся от похвалы девушки и, присмотревшись, удивлённо спросила:
- Светолана? Княжна Светолана? Пропавшая два месяца назад? Как ты здесь оказалась?
- Меня принёс сюда дракон, дракон Листика.
Девушка видела как изумрудно-золотистый дракончик, что принёс её в эту пещеру, приносил горных козлов.
Он, прилетая, садился за деревьями, а потом оттуда появлялась с тушей этого козла пыхтящая Листик.
Вообще-то Листик могла и не пыхтеть, она несла козла без усилий, просто делала вид, что ей тяжело тащить такой вес.
Вот Светолана и сделала вывод, что дракон и девочка как-то связаны, скорее всего, дракон служит Листику, а может, просто выполняет её просьбы.

- Дракон! Он тебя похитил, там где ты пропала, видели следы его лап! Это же…
Докие, как и всем остальным охотникам, разослали ориентировку после пропажи княжны.
- Нет, похитил не дракон Листика. Её дракон меня забрал из пещеры того ужасного дракона, что меня украл. А Листик и её дракон…
- Листик, у тебя есть дракон?
Докия повернулась к рыжей девочке, хоть та и не представилась, но ведьмачка слышала, как к ней обращалась Светолана.
Девочка с некоторой заминкой кивнула. Ведьмачка прищурилась:
- Зелёный дракон? Уж не он ли меня принёс сюда?
- Ага!
Согласилась девочка, справившаяся со своим секундным замешательством, но от Докии оно не укрылось.

Ведьмачка, кивнув, видно сделала какие-то выводы, достав из сумки пучочек трав, стала командовать:
- Напоите вашу больную молоком вот с этими травками, и пускай она поспит. Потом было неплохо бы накормить её бульоном, понаваристее, только вот где взять…
- Вот, у нас есть мясо.
Девочка сдвинула плоский камень, закрывавший углубление в скале, там лежала почти целая туша горного козла.
Докия удивлённо подняла брови, мясо было свежее, а ещё ведьмачка почувствовала заклинание стазиса, наложенное на эту выемку в скале.
Сложное и энергоёмкое заклинание! Его могли накладывать только самые опытные маги, к тому же обладающие немалой силой!
Или имеющие ёмкий накопитель, но чтоб наполнить такой накопитель, тоже надо было обладать определенной силой.

Докия улыбнулась и произнесла, глядя на рыжую девочку:
- То что надо! Вот эти кусочки мы вырежем и сварим бульон, а эти поджарим. Кто у вас такой молодец, что так здорово с хранением мяса придумал? Неужели ты?
- Ага.
Кивнула Листик, ей была приятна похвала. Заклинание накладывала она, получилось оно только с третьего раза, ведь самостоятельно Листик это делала всего несколько раз, не на такой большой объём и только на несколько часов.
А это заклинание действовало всего два дня, но Листик его регулярно подновляла, так что мясо в этом хранилище было постоянно свежее.
Докия кивнула, принимая слова девочки к сведению, если её догадки верны, то эта рыжая малышка - дракон-оборотень, обладающий огромными магическими способностями.

Но такого не могло быть! Нет, выдающиеся магические способности, проявившиеся в детстве, редко, но встречались.
Такие самородки хоть и не часто, но появлялись, а драконов-оборотней никогда не было, о таком вообще не слышали!
Оборотень, оборачиваясь, если и увеличивал массу тела, то крайне незначительно, законы природы незыблемы, а магия - это та же природа, пусть более сложная.
Если бы девочка превращалась в дракона, то это был маленький дракончик, даже если и превышавший её в размерах, то крайне незначительно!
Конечно, был вариант, что девочка и дракон существовали отдельно, но во время переноса сюда Докия чувствовала только одно существо.
Тогда получается, что дракон перенёс к пещере только её, а девочку оставил у Больших Выселок, но девочка - вот она!
Да и с самим перемещением не всё в порядке, полёта ведунья не почувствовала, если он и был, то очень коротким, а из разговора, что вела Докия с Листиком и Светоланой, пока варила бульон, она поняла, что от этой пещеры до ближайшего селения не меньше дня пути!

А Листик, как говорила Светолана, уходя за молоком, отсутствовала минут десять-двадцать. Ведьмачка совсем запуталась в своих рассуждениях, помешала бульон и посмотрела в сторону больной.
Там Листик поправила шкуру, служившую Карэхите одеялом, и осторожно пощупала спящей девушке лоб.
Докия отметила, с какой заботливостью девочка это делала, и, усмехнувшись про себя, сняла котелок с готовым бульоном с огня.

- Напрасно мы его сварили.
Сказала ведунья Листику.
- Твоя подруга спит и будет спать до утра, а бульон остынет и уже не будет свежим.
- Ага.
Кивнула девочка и отодвинула каменную крышку.
- Давай сюда ставь, завтра достанем, будет, как только что сварили, вот! Карэхита проснётся и сразу свежего и горячего поест, а так бы ей пришлось ждать, пока ты сваришь.

Произошедшее дальше окончательно поставило Докию в тупик. Листик подновила заклинание стазиса.
Судя по всему, девочка знала это заклинание, но то, как старательно она выполняла все необходимые действия, говорило о том, что она начала применять его совсем недавно, получается, что Листика только-только обучили, но кто это сделал?
И где? Не в этой же глухомани?
Докия тоже знала это заклинание, теоретически и не полностью - зачем изучать то, на что у тебя не хватит силы?
Но даже на такое неполное освоение этой сложной ворожбы ведьмачка потратила полгода!
А сколько же времени обучали девочку?

Да и силы у Листика было с избытком! Мало того, подновляя заклинание, девочка открыла свою ауру, не совсем, чуть-чуть, и эта аура не была аурой человека!
Это была аура неизвестного Докие существа!
Существа, по своей силе превосходящего любого мага из знакомых ведьмачке!

А Листик, закончив, надвинула каменную плиту, служившую крышкой для продуктовой ёмкости и улыбнулась.
А ведьмачка отметила, что обычная девочка даже не сдвинула бы этот камень! Листик и Светолана улеглись на небольшой стожок сена, подвинувшись так, чтоб места хватило и Докие - судя по всему, девочка не собиралась возвращать ведунью обратно, по крайней мере - сегодня.
А самой идти через ночной лес ведьмачке не хотелось, даже ей с её умениями и подготовкой это было бы не просто сделать.
Докия улыбнулась, непроизвольно отметила, что освещение пещеры, хоть и не пропало совсем, но уменьшилось настолько, чтоб не мешать спать, и тоже легла на оставленное ей место.
Листик и Светолана уже вовсю сопели, спала и Карэхита,
Докия немного поворочалась и заснула.

Глава одиннадцатая. Немного из прошлого.
НОВЫЕ ЗНАКОМСТВА -- КОЧЕВОЙ НАРОД
часть двадцатая третья

Не спали только несколько караульных. Впрочем, не спали Бахти и Годявир. Бахти пришёл в повозку ведуньи, когда все, как он решил, уснули. Годявир не спала, она ждала атамана табора.
- Ты увидела, что эта девочка не простой человек. Она не похожа, как те двое на сати, хоть и говорит на нашем наречии.
Да, я выяснил, они не знают местного языка. Но я так и не смог узнать, откуда они здесь взялись, а то, что они поселились в пещере, говорит о том, что не знают, чья это пещера!
- Или не боятся.
Ответила Годявир, покачав головой, продолжила:
- Не спрашивай кто они и откуда, я пообещала Листику не говорить, что увидела.
- Кто такая Листик, что смогла взять с тебя такое обещание? С тебя, ведуньи, что может заговорить любую нежить.
Ты же не просто ведунья. Ты в молодости обучалась у магов…
- Это было давно, но ты прав, я многое вижу и знаю, недоступное простым ведуньям.
Но не всякую нежить могу остановить, тут ты неправ.
А Листик… Она… Мы можем теперь всегда здесь останавливаться.

- Можем здесь останавливаться, Листик… Ты хочешь сказать, она… Разрешила, да?
Раздумывая, произнёс Бахти. Внимательно посмотрев на ведунью, он покачал головой:
- Кто может разрешить здесь… Уж не хочешь ли ты сказать, что Листик и есть дракон из пещеры? Хотя, кто может жить в пещере и не бояться, что прилетит дракон? А другие, Урторио и девушка? Они что, тоже…
- Бахти, я тебе ничего не говорила, ты это сам выдумал! И лучше тебе сразу забыть, все, что ты выдумал! Сейчас дракон к нам благосклонен…
Увидев, что мужчина хочет что-то сказать, Годявир быстро добавила:
- Да, мне это сказала Листик, она передала разрешение дракона. А дракон может перестать испытывать к нам расположение. Поэтому никому и ничего.
Скажешь - я увидела, что дракон в ближайшее время здесь не появится! А Карэхита и её спутник -- простые люди, ясно?
Мужчина молча кивнул, он понял, что больше ничего не узнает, но и того, что узнал -- более чем достаточно.

На следующий день Листик с утра притащила ещё одного козла, ещё большего, чем тот, что был вчера. На вопрос одного из сати -- где взяла, девочка ответила:
- Дракон принёс!
При этом Листик очень хитро посмотрела на Бахти, из чего тот сделал вывод -- рыжая девочка слышала его ночной разговор с Годявир.
После завтрака Листик 1пошла купаться и увлекла с собой всю малышню табора. Их пытались остановить - неизвестно, кто мог водиться в этой с виду безобидной речке.
Сати, далеко с поляны не отлучались, если ходили в лес за хворостом, то не дальше опушки. Годявир успокоила заволновавшихся матерей, заверив, что здесь безопасно.
Некоторое время женщины с беспокойством наблюдали за ребятишками, мелькавшими в речке, потом успокоились.
А старшие дети, как и взрослые сати, были заняты кто чем, воспользовавшись остановкой, мужчины-сати чинили свои кибитки, где это требовалось, женщины латали или просто что-то шили.
В общем, работа нашлась всем, кроме самых маленьких и ровесников Листика.

Урторио, который обрадовался, что знает местный язык, расстроился, когда узнал, что это наречие, на котором говорят только сати.
Остальные жители этой страны объясняются на другом языке. Как выяснил Урторио из разговора с Бахти, мир называется -- Илувона, а страна Склавония.
Бахти посоветовал обратиться к Годявир, та согласилась помочь. Она знала заклинание, позволяющее быстро выучить склавонский язык. Урторио и Карэхита сели на корточки перед стоящей Годявир и та, положив им на головы руки, нараспев начала произносить какие-то слова.
Все сати оставили свои дела и собрались вокруг, посмотреть, как ворожит их ведунья.
Мокрая Листик, блестя своей золотистой кожей, тоже, заинтересовавшись, подошла.
Если Урторио и Карэхита были очень похожи на сати, то Листик отличалась -- цветом глаз и волос, а ещё своей кожей, словно светившейся изнутри мягким золотистым цветом, что вызывало к ней вполне понятный интерес окружающих.

Годявир ворожила, а Листик внимательно слушала и даже повторяла вслед за ведуньей непонятные для других слова. Когда Годявир закончила и вывела из транса Урторио и Карэхиту, Бахти спросил:
- Как вы себя чувствуете?
- Как после большой пьянки.
Ответил Урторио.
- Помню, что что-то было, а вот что, вспомнить не получается!
- Голова болит!
Пожаловалась Карэхита.
- Не мудрено.
Усмехнулась Годявир.
- Вам в голову впихнули столько нового, говорите-то вы уже на склавонском.
- А арэмийский я, что, забыл?
Испугался Урторио. Бахти заговорил, и бывший житель Арэмии ответил.
- Ага.
Сказала Листик, обратив на себя внимание.
- Вот можешь же, значит, не забыл.
- Листик. А ты могла бы такое сделать?
Спросила у девочки Карэхита, та помотала головой:
- Не-а, я так не умею. Меня этому не учили. Поэтому я даже пробовать не стала бы!
- Но, Листик, ты же сейчас со мной разговариваешь на местном! А говорила, что с теми, кто здесь живет, не общалась!

- Карэхита, этот склавонский -- очень похож на всеобщий, а всеобщий я знаю и мне, чтоб подстроиться, надо очень мало времени. Я, вообще-то, много языков знаю.
- А сколько?
- Я не считала. Но где-то полтысячи, может больше.
- Когда же ты успела их выучить?
Удивилась Карэхита.
- А вот так, как вы сейчас.
Листик показала на Годявир, женщина обессилено села на землю, видно голова болела не только у тех, кого она магически обучила.

Урторио поморщился, если такая реакция от обучения одному языку, то как же девочка вытерпела обучение такому количеству! Об этом он и сказал. Листик заулыбалась:
- Мне это проще, а потом меня обучали Тайша и Рамана, а они намного… - Листик посмотрела на закрывшую глаза Годявир.
- Да они такие маги, что людские им не чета.
- А кто они, если людские маги им не чета?
Спросил Бахти, Листик не ответила, только улыбнулась, а открывшая глаза Годявир предостерегающе покачала головой.
Бахти понял и больше вопросов не задавал.

Этот вечер был не такой, как предыдущие, все неотложные работы были выполнены накануне, и никто не устал как раньше.
Вот и решили посвятить остаток дня отдыху так, как это понимают сати. Мужчины достали гитары и стали играть.
Играли зажигательные и грустные мелодии. Под некоторые из них танцевали женщины-сати. Урторио сходил в пещеру и принёс свою гитару. Его гитара была больше и немного не так сделана, как местные.
А когда Урторио заиграл, восхищению слушателей не было предела. А он играл и играл, даже для Арэмии Урторио был виртуозом, а здесь…
Его слушали затаив дыхание, боясь пошевелиться. Но вот в круг вышла Карэхита, она начала танцевать, и сати вообще перестали дышать, застыв каменными изваяниями, когда она остановилась, несколько секунд царила мёртвая тишина, сменившаяся восторженными криками.
А улыбающаяся Карэхита увлекла в круг Листика, и они - девушка и девочка - танцевали вдвоём.
И снова сати затаили дыхание, казалось, лучше станцевать, чем Карэхита перед этим, просто невозможно, но оказалось это не так!
Когда в последнем движении девушка и девочка обнялись и неподвижно застыли, Бахти опустился перед ними на одно колено и обратился к Карэхите:
- Я не знаю кто ты, но теперь точно вижу, что ты не человек! Так танцевать может только богиня! Наша богиня! Богиня сати!
- А я?
Надула губки Листик.
- Ты тоже богиня! Рыженькая богиня!
- Ага, только маленькая ещё.
Заулыбалась девочка, а Бахти очень серьёзно сказал:
- Маленький рыжий огонёчек!
Импровизированный праздник продолжался до поздней ночи. Звенели гитары, звучали песни, весёлые и грустные, сати тоже танцевали.

Может, привлечённая этим, а может, всплеском эмоций к костру вышла большая чёрная косматая тень.
От неё веяло ужасом и холодом, она, хоть и медленно, но, не останавливаясь, надвигалась на испуганных сати.
С жалобным звуком лопнувшей гитарной струны разрушился защитный круг, когда в него эта тень упёрлась.
На её пути оказался Урторио, мужчина застыл, будто замороженный, не в силах шевельнуться, но и тень остановилась, словно принюхиваясь, рыкнула и стала его обходить.
- Ага!
На пути ночного кошмара встала Листик, она вскинула руки, и поток огня смёл этого нежеланного гостя.
Если до этого тишину нарушал только низкий, утробный рык косматого чудища, то сейчас от его визга заложило уши.
Ещё один огненный удар оборвал визг и сжёг кошмарного пришельца.
- Ага.
Удовлетворённо заметила Листик и сокрушённо добавила:
- Получается, не все тут боятся драконов, есть некоторые…

Листик посмотрела на бледного Урторио и кивнула:
- Нет, таки боятся! Тебя же этот лохматый обойти хотел.
- Что это было?!
Пришёл в себя Урторио.
- Хрым, самая страшная нежить! От неё нет спасения!
Дрожащим голосом сказала Годявир.
- Ага.
Кивнула Листик.
- Я так и подумала -- спасения нет! Поэтому и не стала вас спасать.
- А что же ты сделала?
Урторио показал на то место, где чернело пятно выжженной земли - всё что осталось от того, от которого нет спасения.
- А я стукнула этого хрена!
Пожала плечами Листик.
- Чтоб не лез!

- Это хрым - нежить, от которой невозможно защититься! Охранный круг не может её удержать! Сюда раньше такие твари не забредали!
Годявир уже пришла в себя.
- Сейчас начали забредать, как мы убедились.
Урторио посмотрел на Листика.
- А я не позволю всякому хрену шастать около моей пещеры!
Насупилась девочка и глянув на бывшего клоуна, добавила:
- Тебя-то он не тронул, видишь!
- Листик, а если бы он меня…
Содрогнулся Урторио, он понял, что имела в виду девочка и с укором сказал:
- Ты бы так стояла и смотрела -- действует ли твоя метка?
- Не-а, если бы он тебя попытался тронуть, я бы сразу ударила. Но должна же я была убедиться.
Тайша говорит -- если не можешь выяснить теоретическим путём, надо переходить к практике -- ставить опыты.
- Не хотел бы я знакомиться с этой Тайшей, которая ставит такие опыты!

- О чём это они?
Спросил опомнившийся Бахти у Годявир, остальные сати жались ближе к костру, матери прижимали к себе детей, словно надеясь их так защитить.
Мужчины растерянно переглядывались, вся их сила, умение и доблесть были бессильны перед ночным кошмаром.
Они видели, что с хрымом расправилась эта маленькая рыжая девочка, ударив того огнём и этот удао был необычайно сильным!
Вместо Годявир ответила Листик:
- Это моя пещера, вернее мамина, но теперь она моя! Я не позволю всякой нежити нападать на моих друзей!
- Листик, а мы…
Робко начал Бахти, девочка кивнула:
- Ага! Вы мои друзья!
Повернувшись к Годявир, девочка добавила:
- Я на вас тоже метки поставлю, такие же как на Карэхите и Урторио.
- Госпожа!
Годявир попыталась поклониться, но Листик не дала ей этого сделать, заглянув в женщине в глаза, девочка сказала:
- Сати -- вольнолюбивый народ, они не признают над собой господ…
- Но вы же не земной владыка…
Начала Годявир. Листик с укором, даже несколько обиженно её перебила:
- Годявир! Ну что ты?!
- Листик! Ну как я могу…
- Ага, можешь! Мы же дружим! Да?
Женщина-сати посмотрела в глаза девочки и протянула руки:
- Дружим! Для нас большая честь, иметь такого друга!
- Ага!
Листик взяла протянутые руки и заулыбалась:
- Для меня тоже такая большая… Ну, я очень рада, что вы мои друзья!

Оставшиеся три дня прошли спокойно, никто больше на табор санти нападать не пробовал. И вечером третьего дня Годявир сказала Листику:
- Нам пора. Дорога зовёт!
- Ага, уходите?
Вздохнула Листик.
- Да, уходим. Мы решили, что хозяйке пещеры, что нас защитила, надо принести жертву!
- Ага.
Кивнула девочка и забеспокоилась:
- Какую жертву?! Это что вы такое удумали?! Не надо мне никаких жертв!
- Видишь ли, я не стала убеждать остальных, что хозяйка ты. В этой же пещере живёт дракон, а ты совсем не похожа на дракона.

Начала объяснять Годявир, видя, что Листик хочет возразить, женщина пояснила:
- Да, ты спасла нас от хрыма, но трудно поверить, что ты сама это сделала. Остальные уверены, что тебе помог дракон, живущий в пещере, он поделился с тобой силой.
- Ага.
Кивнула девочка и задумалась. Тряхнув головой, Листик подозрительно спросила:
- А какую жертву вы собрались приносить?
- То, что мы больше всего ценим, наше самое большое богатство - коня!
- А какого коня?
Хитро прищурилась Листик.
- Принесите в жертву лошадку, что так понравилась Карэхите. Вот!
И не в жертву, а отдайте дракону. Мол, вот тебе благодарность от нас - наша самая лучшая лошадка, от сердца отрываем, но тебе, дорогой дракон, ничего не жалко!
- Но она же не объезжена и её не так жалко, а в жертву надо самое дорогое…
- Годявир. Я же тебе сказала, ты что, не поняла?

Сати замолчала, глядя на рыжую девочку, она привыкла к этому облику Листика и как-то забыла, кто эта рыженькая малышка на самом деле. А Листик скомандовала:
- Ещё не совсем стемнело, так что давай, готовь жертву! А я пошла.
- Листик, уже темнеет, куда же ты…
Сати не то, что заволновалась, скорее удивилась.
- Дракона вам организовывать, ты же сама сказала, что будете жертву дракону приносить, вот вашу жертву дракон живьём возьмёт, в качестве подарка.
Листик ушла в темноту, а Годявир объявила, что жертвоприношение будет сейчас, а не утром.

Птичку украсили цветами, вернее, украшала Карэхита, остальные цветы только подавали, лошадка подпускала к себе только девушку из Арэмии.
Когда все приготовления были закончены, сати застыли полукругом, в центре которого стояла Карэхита, державшая под уздцы тонконогую лошадку. Удивлённый Урторио, наблюдавший эту суету, спросил у Бахти:
- Что это будет?
- Торжественное жертвоприношение…
- Карэхиту?!
- Нет! Ну что ты! Лошадь, она предназначена дракону, хозяину пещеры.
- Понятно.
Успокоился Урторио, он-то знал, что это за дракон - хозяин пещеры.
Некоторое время ничего не происходило, все стояли и ждали. Громкие хлопки привлекли внимание, из-за деревьев показался дракон.
Его чешуя в лучах заходящего солнца отливала багряным золотом. Дракон летел, старательно хлопая крыльями.
Урторио усмехнулся, Листик летала бесшумно, а сейчас, явно, работала на публику.

Дракон сделал над поляной круг и приземлился перед Карэхитой. Громким и хриплым басом дракон спросил:
- Ну где тут полагающаяся мне жертва?
После чего обычным, очень знакомым голосом, добавил:
- Ага!
- О великий дракон.
Начала Годявир, она хоть и знала, что это Листик, но, увидев её в этой ипостаси, оробела.
Остальные сати подались назад, хоть этот дракон был маленький и к ним расположен, они испугались.
А вот Карэхита, которая не раз летала вместе с Листиком, увидев, как та надула щёки, громко захихикала:
- Листик! Не смеши!
- Ага!
Басом ответил, вернее, попытался ответить, дракон и тоже захихикал.

Положение спасла Годявир, она торжественно провозгласила:
- О великий дракон! Прими от нас эту жерт…
- Подарок.
Подсказал дракон и снова надув щёки важно объявил:
- Подарок! Я вообще-то люблю подарки. А этот ваш подарок особенно для меня ценен!
Карэхита, тебе я вручаю подарок, мне предназначенный! Береги его, лелей его, ну и это…
Катайся на нём! Чтоб ему не скучно было.
Закончил дракон под хихиканье Карэхиты.

После чего дракон, громко и торжественно хлопая крыльями, улетел. К сати, ещё не пришедшим в себя после визита хозяина пещеры, из леса вышла запыхавшаяся Листик, в надетой навыворот рубашке, в которой она обычно ходила.
- Ну что, прилетал хозяин пещеры?
Хитро прищурившись, спросила девочка, её заверили, что - да, прилетал и спросили:
- А где она была?
- Ягоды собирала.
Ответила Листик.
- Так темно же - ничего не видно!
Возразил кто-то.
- Потому и не собрала.
Сокрушённо развела руками девочка и словно пожаловалась:
- А так хотелось!
- Так не сезон же.
Опять кто-то возразил, Листик ответила:
- Разве? А я думала, что ягоды в лесу всё время растут.

Когда все разошлись, Листик подошла к Годявир:
- Послушай, я тебя не спросила, но жертву дракону вы собрались приносить не так просто, были причины?
- Я же говорила, дракон, то есть ты, защитил нас от хрыма…
- Годявир!.. Раз вы решили так отблагодарить, значит, были причины. Вы не первый раз приносите жертвы драконам.
Я видела, как сати испугались, когда я прилетела. В чём дело? Рассказывай!
- По дороге сюда на нас напал дракон, он грозился всех нас…
- Сжечь? Выдыхая пламя?
- Нет, дракон не может сжечь. Драконы не выдыхают пламя, но это большой и бронированный зверь, он может просто напасть и наделать много бед, разгромить наш табор и убить многих из нас.
Нам пришлось отдать четырёх коней и красавицу Лулуди, дочь Бахти.
- Ага, вот почему Бахти такой грустный ходит.
Задумчиво произнесла Листик.
- Это в той стороне, откуда вы пришли? Да? Не уходите завтра, побудьте ещё денёк, или хотя бы - до обеда, думаю - управлюсь.

Глава одиннадцатая. Немного из прошлого.
НОВЫЕ ЗНАКОМСТВА -- КОЧЕВОЙ НАРОД
часть двадцатая вторая

Эти горы совсем не были похожие на горы, скорее на большие холмы -- пологие и густо поросшие лесом. Хотя кое-где выглядывающие зубы скал показывали, что это всё-таки горы.
Между двух таких скал чернел вход в пещеру, небольшую такую пещеру, из которой выбегал весело журчащий ручеёк, даже не ручеёк, а маленькая речушка. Благородный олень выскочил на полянку перед пещерой и подошёл к речушке, чтоб напиться воды, но, пугливо оглядевшись, бесшумно скрылся в зарослях.
Вроде ничего угрожающего не наблюдалось, но эти животные чувствуют опасность или то, что им ею кажется. Возникший, словно ниоткуда, маленький изумрудно-золотистый дракон разочарованно фыркнул:
- Убежал! Всё-таки олени не козлы, тот бы стоял и ждал, пока я его схвачу!

- Э-э-э… У-у… Эм…
Произнёс мужчина, которого дракончик держал в лапах. Вернее, в лапах дракончик держал большой кожаный мешок, на котором лежал, вцепившись в него мёртвой хваткой, худой мужчина.
- Урторио, что ты хочешь сказать?
Спросил дракончик, осторожно опуская мешок с мужчиной на землю.
Только почувствовав под ногами твёрдую опору, мужчина, судорожно вздохнув, дрожащим голосом ответил:
- Листик, как бы ты схватила оленя? Ведь для этого тебе пришлось бы выпустить мешок и меня тоже. А я как-то, знаешь ли ты, летать не умею! И где ты тут видела оленя?
- Он тут стоял, но видно почувствовал, что я выйду прямо сюда, и сбежал!

- Листик! Это было замечательно! Великолепно! Ты ещё покатаешь меня?
Черноволосая смуглая девушка, спрыгнув со спины дракона, от переполнявших её чувств захлопала в ладоши.
- Ага, как только захочешь, можем с тобой ещё полетать!
Девушке ответила рыжая девочка, появившаяся на месте исчезнувшего дракона. Глянув на мужчину, девочка спросила:
- А ты, Урторио. Ещё полетать не хочешь?
- Нет, Листик, спасибо, я лучше буду тобой так любоваться, издали.
Ответил мужчина, пытаясь размять сведённые судорогой руки.
- Ага.
Кивнула девочка и показала на темнеющий вход в пещеру:
- Вот, здесь мы будем жить! Это другой мир, уже не ваш. Сюда из вашего никто не доберётся, ваши пастыри здесь вам не страшны! Вот!
- Листик, тут, что, совсем нет людей?
Поинтересовался Урторио.
- Есть, только я к ним не ходила. Мы когда были тут с мамой, то к людям не выходили. Здесь хорошая охота и уютная пещера, что ещё дракону надо?
Люди нам как-то не нужны были. Рамана говорит, что от них одни проблемы! Так зачем нам люди с проблемами от них?
- А твоя мама тоже прилетит?
Осторожно спросил мужчина, если девочка -- дракон, то её мама, наверное, тоже, только вот будет ли она дружелюбна как Листик?
- Нет.
Погрустнела девочка
-Она погибла.

Девушка обняла девочку и прижала к себе. Мужчина вздохнул, видно и у драконов жизнь не безмятежна. Потом, раздумывая, произнёс:
- Знаешь, Листик, мы всё-таки не столь могучи и красивы, как ты, и жить нам даже в самой прекрасной пещере как-то не очень удобно, лично мне как-то среди людей, с их проблемами, комфортнее.
- Ага.
Кивнула девочка.
- Я вам покажу, как выйти к ближайшему селению.
Урторио задумался и предложил:
- Давай сделаем так - сначала здесь обустроимся, потом я схожу на разведку и посмотрю что там и как.
А уж потом мы с Карэхитой определимся, как жить и чем нам там заняться. Хорошо?
- Ага.
Кивнула Листик.
- Только я с тобой схожу, а то мало ли что, как ты говоришь. А сейчас давайте я вам покажу пещеру, а потом слетаю на охоту, а то кушать хочется!

Пещера, действительно, оказалась очень уютной, высокий свод не давил, но и не создавал впечатление огромного зала. Хоть под одной из стен и протекал большой ручей, было сухо.
Свет в пещеру проникал через невидимые снизу отдушины, создавая мягкое освещение. В углу была свалена куча шкур, ревизией состояния которых сразу же занялся Урторио, Карэхита ему стала помогать.
Листик тоже немного, но весьма активно повертелась, а потом, заявив, что она на охоту, удалилась.
Обнаружив в углу что-то типа большого камина, Урторио проверил тягу и, оставшись доволен, стал там складывать дрова для будущего костра. Сухие дрова в большом количестве были уложены в дальнем углу пещеры.
- И не скажешь, что здесь логово больших хищников. Очень даже неплохое жилище.
- Урторио! Листик не зверь!
Возразила Карэхита, мужчина пожал плечами:
- Я не говорю, что Листик зверь. Но согласись, что она-дракон не может не быть хищником! Опять же, куда она направилась? На охоту!
Неужели ты думаешь, что по горам будет прыгать маленькая рыжая девочка? Нет, охотиться будет дракон! А кто охотится? Хищники!
- Урторио, ты что, боишься Листика?
Удивилась Карэхита.
- Да нет.
Усмехнулся мужчина.
- Но летать с ней больше я не буду!
- А я бы не отказалась.
Мечтательно произнесла смуглая девушка, - это так здорово!
- Очень.
Жёлчно ответил мужчина.
- Я до сих пор в себя прийти не могу! Когда мы из того серого тумана вынырнули там, высоко в небе… У меня даже сил испугаться не было!
- Это было так прекрасно!
Восторженно сказала Карэхита и, оправдываясь, словно это не Листик, а она напугала своего товарища, пояснила:
- Листик же говорила, что ей надо осмотреться, что она плохо помнит, где эта пещера. Вот она и…

- Ага!
Рыжая девочка вошла в пещеру с тушей большого рогатого животного.
- Это кто?
Удивилась Карэхита.
- Козёл.
Пожала плечами Листик.
- Но козлики гораздо меньше, да и рожки у них…
- Карэхита, так то козлики, а это козёл! Видишь, какие у него рога!
Листик слегка подбросила тушу, превышающую её в размерах раза в три.
- Карэхита, это горный козёл. Потому он такой большой, а рога…
Если бы их продать в Арэмии, то можно было бы выручить золота почти столько, сколько они весят!
Восторженно, но в тоже время с сожалением сказал Урторио, присмотревшись, он отметил:
- Пожалуй, столько золота не дадут, вон один рог обломан.
- Ага, это случайно вышло, слишком прыткий был, вот я ему и обломала. Но я не нарочно -- совершенно случайно получилось.
Вздохнула Листик, увидев, что Урторио рассматривает обломанный рог с некоторым сожалением, девочка предложила:

- Если ты хочешь, то я тебе такие же принесу, даже больше.
Будут у тебя такие большие и красивые рога, посмотришь на них и вспомнишь, что это я тебе их…
Урторио поперхнулся, а Карэхита захихикала.
Листик непонимающе на них посмотрела и даже несколько обиженно спросила у бывшего клоуна:
- Ну почему ты не хочешь от меня таких рогов?
- Спасибо, Листик. Я не хочу рогов ни от тебя, ни от кого-нибудь другого.
Ответил Урторио, уже под откровенный смех Карэхиты. Улыбнувшись, он предложил:
- Давай лучше их продадим, золото у нас есть, но неизвестно, какие здесь ходят деньги и какие цены. Вот и приценимся, а вам с Карэхитой надо одеться, особенно тебе!
Листик была вообще без одежды, и это её нисколько не смущало, а Карэхита была одета в блузку Смоль и чьи-то большие штаны, её фургон остался в Тарахене, так что одевали девушку в то, что было под рукой и кто чем поделился.
Мужчина, критически оглядев своих спутниц, сказал:
- Листик, покажешь мне завтра дорогу к ближайшему селению, я, наверное, сам схожу, ваш вид вызовет ненужные вопросы.

Но на следующий день Урторио никуда не пошёл. На поляну перед пещерой выехало с десяток возков, чем-то напоминавших цирковые повозки. Но на цирк это не было похоже.
Слишком много было обитателей в этих повозках. Степенные мужчины в кожаных штанах и цветастых рубахах, женщины в ещё более цветастых блузках и юбках. Дети, разного возраста, одетые в подражание взрослым и совсем не одетые -- самые младшие.
Чем-то похожие на Карэхиту, такие же тёмноглазые, черноволосые и смуглые. Впрочем, Урторио, как и все жители Арэмии, тоже был немного смуглым.
Листик стояла и смотрела на это буйство красок, слегка раскрыв рот. Урторио тихо спросил:
- Это кто? Листик, ты знаешь?
- Не-а, я вообще с местными тут не общалась.

- Приветствую вас!
Мужчина с чёрной, курчавой бородой, одетый, кроме штанов и рубахи, ещё и в расшитую узорами кожаную безрукавку, подошёл к стоящим у входа в пещеру Листику, Урторио и Карэхите.
Говорил он не совсем понятно. Его язык немного отличался от того, на котором говорили в Арэмии.
- И вам привет.
Ответил Урторио, настороженно разглядывая мужчину. Тот, сохраняя невозмутимый вид, спросил:
- А вы не боитесь, поселиться в этом месте?
- Чего?
Удивился Урторио.
- Чего нам боятся?
- Это нехорошее место, в эту пещеру прилетает дракон, свирепый дракон!
Очень серьёзно ответил чернобородый мужчина.
- А вы? Почему вы не боитесь?
Усмехнулся Урторио.
- Я смотрю, вы тут собрались лагерь разбить. Получается, что вы совсем не боитесь этого страшного дракона.
- Наша ведунья, Годявир, видит, когда здесь есть дракон или когда он прилетит. Она нас предупреждает о том, есть ли он в пещере или когда здесь появится. Если здесь есть дракон - мы обходим это место.
А если дракона нет, то для нас здесь наиболее безопасно. Большие звери, да и люди, боятся сюда заходить.

Урторио взглянул на Листика, словно спрашивая у неё - так ли это.
Девочка посмотрела на приехавших, пожала плечами и сказала своё -- «ага», ничего этим не пояснив.
Неожиданно из одной повозки выскочила пожилая женщина, одетая, как и бородатый мужчина, наряднее, чем остальные, и упала перед Листиком на колени, глядя на девочку круглыми от испуга глазами.
- Годявир, ты что?
Удивился мужчина, женщина, сбиваясь, попыталась что-то сказать. Но Листик всё поняла и, быстро подняв женщину, отвела в сторону, стала ей что-то говорить. Женщина, вызывая удивление своих соплеменников, только кивала.
- Что это они.
Продолжал удивляться чернобородый мужчина.
- Разговаривают.
Пожал плечами Урторио и, отвлекая, протянул мужчине руку:
- Урторио.
Мужчине, видно, был понятен такой жест, он пожал протянутую руку и ответил:
- Бахти.
Урторио вопросительно посмотрел на повозки, Бахти понял, о чём тот хотел спросить, и ответил:
- Это наш табор. Мы принадлежим к народу сати, кочевому народу. Мы никогда не остаёмся на одном месте, эти кибитки наше жильё.

А Листик говорила Годявир:
- Оставайтесь, конечно. Да разрешаю, я разрешаю! Только вот, можете мне помочь? Надо Карэхиту одеть, а то она совсем неодетая…
- Всё, что угодно, госпожа! Лучшая одежда для неё и для вас!
- Ну не надо так ко мне обращаться! Называй меня Листик, просто Листик! И не надо мне лучшей одежды!
Пока беседовали Листик и Годявир, Урторио говорил с Бахти:
- А можно у вас одежду купить? Я заплачу.
Чернобородый мужчина взял монету, протянутую ему Урторио, внимательно её осмотрел, даже попробовал на зуб:
- Это же золото! Настоящее золото!
- Чем-то не нравится?
Спросил Урторио, Бахти ответил:
- Да нет, просто за такую монету можно пол нашего табора купить, а ты хочешь только платье. У меня не будет сдачи…
Бахти не договорил, он поражённо замолк, глядя на то, как повинуясь команде Годявир, женщины табора вытащили и разложили перед Карэхитой и Листиком ворох различной женской одежды.
Карэхита, смущаясь, под хихиканье Листика выбрала себе цветастую юбку и такую же кофту и стала очень похожа на остальных женщин сати.
Листик выбрала себе короткую рубашку, в такие были одеты дети её возраста.
- Чего это они?
Удивился Бахти.
- Видно договорились.
Чуть улыбнувшись, ответил Урторио, он понял, что Годявир догадалась, а может, увидела, кто такая Листик.

А рыжая девочка что-то сказала предводительнице женщин сати, показав на вытащенный из кибитки большой котёл.
Та подозвала двух парней и стала им что-то говорить, показывая на пещеру. На лицах юношей отразился ужас. Они отрицательно замотали головами, Листик пожала плечами и пошла туда сама.
Вышла она с тушей горного козла. Вчера от неё отрезали совсем небольшой кусочек. Листик передала тушу парням, и те с натугой понесли её к костру, над которым уже установили большой котёл.
Листик тоже подошла к этому костру. Когда девочка приблизилась к повозкам, лошади, до этого просто проявлявшие некоторое беспокойство, стали громко ржать и пытаться вырваться и убежать.
Урторио увидел уже знакомую ему картину, а сати были просто поражены. Люди этого народа традиционно умеют ладить с лошадьми, а тут никакие уговоры не помогали успокоить испуганных животных, а вот странная рыжая девочка довольно легко это сделала.

Когда она успокаивала красивую тонконогую лошадку, Карэхита не выдержала и тоже подошла. Она погладила лошадку по морде, что-то ей ласково рассказывая, лошадка потянулась к девушке.
- Осторожно! Её внешность обманчива, это ещё не объезженная лошадь! С ней справиться…
Закричал Бахти и поражённо замолк. Карэхита, подобрав юбку, легко запрыгнула на лошадку и пустила её по кругу.
Девушка вскочила ногами на 6спину лошади и сделала ласточку, потом несколько раз перекувыркнулась в воздухе.
Последнее сальто было двойным. Зрители этого импровизированного представления разразились восторженными криками.
Карэхита спрыгнула на землю и пошла к Листику, уже суетившейся у костра, на котором готовили еду, лошадка как привязанная шла за девушкой.

- Как тебе это удалось?
просила Годявир, качая головой.
- Это совсем дикая лошадь, её хрупкость кажущаяся, она никому не давалась! Это демон в обличье лошади!
Карэхита усмехнулась:
- Моя прежняя работа была связана с лошадьми. От умения с ними ладить зависел не только успех выступлений, но и жизнь. Я должна доверять своей лошадке, а она любить меня. Как её зовут?
Женщина-сати пожала плечами:
- Имя дают объезженной лошади, а это ещё дикая.
Карэхита погладила лошадь, а та потянулась к её руке мягкими губами. Листик протянула девушке горбушку хлеба, которую успела где-то стащить.
Карэхита угостила лошадку и повернулась к Годявир:
- Если не возражаете, я дам ей имя.
Сати кивнула, а девушка, поглаживая морду лошади, ласково сказала:
- Будешь Птичкой! Тебе нравиться такое имя?
Лошадь заржала, словно соглашаясь, и снова потянулась губами к руке Карэхиты.
- Ага!
Многозначительно сказала Листик, но что имела в виду, не пояснила.

- Кто вы?
Повернулся к Урторио Бахти. Тот улыбнулся и продемонстрировал фокус с появлением и исчезновением монеты, мужчина сати осторожно спросил:
- Вы маги?
- Маги - это кто?
- Это те, кто умеет делать чудеса!
- Нет, мы не святые, чудес делать не умеем.
Засмеялся Урторио, но, вспомнив прошедшие события, замолчал. Взглянув на Листика, о чём-то оживлённо беседующей с Карэхитой и Годявир, добавил, кивнув в ту сторону:
- По крайней мере я, относительно их этого утверждать уже не берусь.
Бахти задумчиво покачал головой и пошёл к костру. Там Карэхита рассказывала, какие специи надо класть в суп, чтоб тот был вкуснее. Всего этого у кашеварившей женщины-сати не было.
Внимательно слушавшая Листик скрылась в лесу и через некоторое время вернулась, принеся какие-то травы и корешки. Протянув их Карэхите, девочка спросила:
- Посмотри, это подойдёт?
Карэхита стала перебирать принесенное Листиком, не все растения были ей знакомы, Годявир стала ей активно помогать. Время от времени восхищённо цокая языком:
- Это подойдёт… О-о-о! А это такая редкость! Это тоже подойдёт, а это даже в руки брать нельзя! Это ядовитый корень! Надо выбросить и сразу же помыть руки!

- Ага.
Кивнула Листик и, оглянувшись на снующую по всюду малышню, сказала:
- Здесь выбрасывать не буду, а то вдруг кто-то подберёт.
Женщина, варившая похлёбку, взяла переданные ей Годявир растения и всыпала в котёл. Листик шумно втянула носом воздух и слегка закатила глаза, что должно было означать, что варево в котле очень вкусное.
Женщина-повар улыбнулась:
- Спасибо тебе за мясо и за травы, луковый суп получился очень наваристым и ароматным!
- Ага, а почему вы сами не насобирали трав и кореньев?
Спросила Листик.
- Окрестные леса очень опасные, здесь водятся разные хищники, к тому же тут есть и нежить. Ты же знаешь, что это такое?
Ответила-спросила повариха, рыжая девочка кивнула, а вот Карэхита и Урторио переглянулись.
- А что такое нежить?
Спросил Урторио, Годявир стала ему объяснять. Листик кивала и продолжала принюхиваться к супу. Неожиданно Годявир громко закричала:
- Листик! Это гадость! Ты…
- Ага.
Ответила девочка и тоже с удивлением посмотрела на ядовитый корень, половину которого она уже съела.
Повертев то, что осталось, девочка засунула это в рот и продолжила жевать. Прожевав, она сообщила:
- Кисленький. А так можно есть.
Побледневшие повариха и Годявир с ужасом смотрели на смутившуюся рыжую девочку. Листик развела руками и сообщила, что она это сделала не нарочно, само так получилось.

- Листик, ты прямо как маленький ребёнок -- всё в рот тащишь! Тебе же сказали,
что это есть нельзя! А ты съела. Что теперь делать?
Упрекнула девочку Карэхита.
- Она уже должна была умереть!
С ужасом глядя на девочку, сообщила одна из сбежавшихся на причитания Годявир и поварихи женщин-сати.
- Ага, должна.
Согласилась девочка и отрицательно покачала головой:
- Но делать этого не буду. Не хочется, вот. Давайте лучше кушать, а то очень хочется!
Получив свою порцию, девочка быстро её съела, а потом пошла с Бахти и Годявир, ставить охранный круг вокруг стоянки табора, уже было пора этим заняться -- день клонился к вечеру.
Ставила сати, а Листик ходила следом и просто смотрела, впрочем, Годявир не возражала.
Потом, когда закончилась обычная суета приготовления к ночлегу, сати расселись у костра и стали рассказывать сказки и разные истории.
Эти рассказы совсем не напоминали добрые и волшебные сказки Карэхиты и Вихиты. Тут было много страшного и ужасного.

- Листик, ты куда нас затащила?
Спросил Урторио. Он, Карэхита и Листик сидели немного в стороне.
- Зато здесь нет вашей церкви, которая жжет людей на кострах. А всякая нежить не такая уж и страшная, тем более что на тебя и Карэхиту я поставила свои метки.
- Какие метки?
- Ну, что вы моя добыча, а добычу дракона никто не тронет.
Ответили рыжая девочка и, извиняясь, пояснила:
- Я по-другому не умею, маленькая ещё. А как метить добычу, меня Тайша научила, а то мигом утащат, даже у дракона.
Ну, если не помеченная -- то бесхозная. Так что вы от нежити защищены, она сама к вам будет бояться подойти.
- Почему?
Поинтересовалась Карэхита, пугливо озираясь, словно ожидая, что из темнеющего вокруг леса выскочит эта самая ужасная нежить, про которую так красочно рассказывали санти.
- Будет бояться, что я прилечу и вместе с вами и её съем!
Засмеялась Листик, отсмеявшись, серьёзно сказала:
- Не бойтесь, я вас не съем.
- Листик, неужели ты ешь эту… Как его, нежить?
Спросил Урторио. Листик отрицательно помотала головой:
- Я такую гадость не ем! Но вы ей об этом не рассказывайте. Хорошо?
- Ага.
Усмехнулся бывший клоун.
- Если встретим, то скажем, что сейчас прилетит страшный дракон и всех съест!
- Ага!
Засмеялась Листик.

- Вообще-то и охранный круг можно было и не ставить, нежити и хищных зверей здесь нет, мы с мамой от них окрестности почистили.
Нет, мне они ничего не сделали бы, но и спать не давали -- всю ночь выли и рычали, что-то жевали и чавкали.
Да и не придёт сюда из них никто -- меня боятся. Потому сати и облюбовали это место для стоянки, здесь безопасно. Люди или другие какие разумные сюда тоже не придут.
Они же не знают, что в этом глухом месте нет нежити или каких других хищников.
- Листик, ты же говорила, что не выходила к людям. Откуда ты это всё знаешь?
Прищурился Урторио.
- Так во всех мирах одинаково, там, куда приходим мы, ни нежити, ни больших зверей не остаётся -- разбегаются!
А если не успевают -- то им же хуже. А здесь уже вроде места постоянного обитания дракона. Даже если дракона нет, то он может появиться в любой момент.
- А сати почему дракона не боятся?
Спросила Карэхита, ответил Урторио:
- Бахти говорил, что Годявир может определить, есть ли тут дракон и предсказать его появление, вот они и приходят, когда дракона нет. Но в этот раз она тебя, Листик, не почувствовала. Почему?
- Не знаю, видно Годявир как-то чувствует драконов, а мы здесь всегда были как драконы.
А в этот раз я была в другой ипостаси, вот она и не поняла, кто здесь, решила, что мы не представляем опасности. Но когда она меня увидела, то сразу определила, кто я такая.
Пожала плечами Листик.
- Бахти говорил, что Годявир -- ведунья.
Сказала Карэхита, Листик кивнула:
- Да, в таких мирах, как этот, ведуньи довольно часто встречаются. Тайша говорила, что подобные способности стимулируются внешней средой.
Естественный отбор. Вот! Только кто кого отбирает, да ещё делает это так естественно, я не поняла.

- Ты часто упоминаешь это имя, кто она такая - эта Тайша?
Задал очередной вопрос Урторио.
- Она меня учила, можно сказать -- моя наставница. Только вот научить всему, что надо, не успела, маме пришлось меня забрать оттуда, а потом мама погибла…
Листик замолчала, Урторио понял, что девочке тягостен дальнейший разговор, и не стал настаивать на продолжении. Он предложил:
- Давайте спать, вон уже все легли.

Действительно, почти все сати уже давно спали, кто в своих повозках, а кто просто устроившись у костра.
Карэхита и Листик завернулись в большое цветастое одеяло, Урторио усмехнулся - похоже, все вещи этих сати имели подобную расцветку.
Он тоже стал устраиваться на ночлег, подвинувшись ближе к костру - охранный круг - хорошо, но костёр казался более надёжным, а то мало ли…
Вдруг какая глупая нежить, не знающая кто такие драконы, прибежит и покусает!

глава десятая.
ЯРМАРКА
часть двадцатая первая

Листик задержалась в Малых Родниках на семь дней. Задержалась, не потому что не смогла справиться с нежитью вокруг деревни, с ней девочка разобралась на следующий день после баронского суда, задержали некоторые другие дела, ну и потому, что из деревни должен был идти обоз желающих попасть на ярмарку в Тронск.
Вот Листик и решила идти с этим обозом. Тем более что Сильма приняла предложение баронессы и собиралась перебраться в замок, а пройти через лес с многолюдным и хорошо защищённым обозом, гораздо безопаснее чем пробираться самим.
Кроме того, Сильма решила тоже посетить ярмарку в Тронске - купить обновки для детей, да и шкуру гарымзы продать. Как сказал староста Малых Родников, оценивший шкуру в пятьдесят золотых, - всех денег в деревне не хватит, чтоб эту шкуру выкупить.
Положенную пятую часть от стоимости добычи в общедеревенскую копилку за Сильму заплатила Листик. Потому как без этого староста не хотел отпускать семью Грумта.
Из этой-то копилки платились налоги и брались деньги на разные общественные нужды, например -- заплатить магу за подзарядку амулета, обеспечивающего работоспособность деревенского охранного круга. Вообще-то Листик, как баронесса, могла приказать отпустить Сильму и так, но девочка не захотела нарушать установленного порядка.

Листик завершила все дела как раз ко дню отправки обоза и сама тоже присоединилась к нему, а она не только нежить уничтожала, но и разбиралась с просьбами необычного народца.
Всё это время Листик жила у Сильмы, рассказывая по вечерам сказки малышам, девочка начинала свои рассказы задолго до темноты, послушать её сбегалась вся детвора деревни.
Дети не испытывали того благоговения перед маленькой баронессой как взрослые, принимая рыжую девочку как свою. А Листик рассказывала сказки далёкого мира и вспоминала цирк, своих товарищей и то беззаботное время, что там провела.

В обозе, идущем через лес, Листик ехала на телеге, выделенной семье Сильмы, там был не только нехитрый домашний скарб, ещё сидели дети, а Грумт - как и положено мужчине, шёл рядом.
Впрочем, Сильма тоже шла рядом с телегой. А вот Листик сидела на телеге, но она не просто так ехала, она ведь была занята важным делом - рассказывала сказки!
Правда время от времени, Листик соскакивала с этого транспортного средства и скрывалась в лесу. По дороге до Подгорцев никаких происшествий не случилось и вечером обоз въехал в деревню.
По обыкновению, селяне из Малых Родников разошлись по родственникам и знакомым в Подгорцах, а Сильма с детьми, по совету Листика, остановилась в «Перекрёстке трёх дорог». Там уже был отряд из десяти норвеев, во главе с лейтенантом Гильемо, они должны были сопровождать селян Дрэгиского баронства в Тронск.
Дружинники барона прибыли раньше и ждали, пока соберутся все желающие ехать на ярмарку. Хоть Тронск был королевским городом, но на дороге к нему могли повстречаться разбойники, к тому же ходили слухи, что дружинники герцога Вэркуэлла не прочь собрать дань с беззащитных селян.
Поэтому барон де Гривз и решил выделить воинское сопровождение.

Вошедших в зал корчмы, вернее Листика, поприветствовал лейтенант баронской гвардии и хозяин корчмы:
- Здравствуй Листик!
- Моё уважение. Госпожа баронесса!
- Ага! А где?..
Заозиралась Листик.
- Тором, и не только мне, а и моим друзьям! Гренд, Вильма, девочки садитесь за вон тот ! А с чем сегодня уважение?
- Сегодня не только как обычно -- с вишнями, сегодня ещё уважение с яблоками и сливами!
Улыбнулся Тором и закричал на.
- Уважение для госпожи баронессы!
- Это как? Как это уважение с вишнями и…
Не поняла Сильма, а захихикавшая Листик указала на подавальщицу, что вынесла поднос с большим пирогом.
- Торому, видно сказали, что я буду не одна вот он и расстарался! Вот какое большое сегодня уважение!
К пирогам было подано молоко в больших кружках. К угощавшимся подсел и хозяин корчмы и стал расспрашивать, как прошёл баронский суд.

Листик рассказала, рассказала и про неудачную охоту Грумта. Но из её рассказа слушатели поняли, что охота была очень удачна -- подстрелить из арбалета гарымзу ещё никому не удавалось.
А когда Грумт с Листиком принесли шкуру гигантской змеи и развернули её, все ахнули. А корчма Торома была полной, многие пришли поговорить перед ярмаркой, да и просто промочить горло, всё-таки пиво в «Перекрёстке трёх дорог» было лучше и вкуснее чем самодельное домашнее.
Да и купцы, направляющиеся по дороге к Ларнийскому перевалу, останавливались в корчме и гостинице Торома.
Шкуру змеи рассматривали, щупали, удивлялись и хвалили покрасневшего Грумта.
- Мастерский выстрел! Попасть в гарымзу не возможно! Так до сих пор считалось, а тебе парень, удалось это невозможное сделать!
Говорил староста Подгорцев, при этом хитро посматривал на Листика, он догадался, кто помог Грумту.
- Ага! Видите, как здорово попал, прямо в глаз! Шкура совсем целая!
Кивнула девочка.
- Листик, а как это совсем целая?
Усмехнулся Тором.
- Ну, бывает же не совсем целая? Значит и совсем целая может быть! -
Объяснила девочка.
- Ты сейчас куда в замок? Если да, то передай Терлину…
- Знаешь, Тором, я, наверное, тоже на ярмарку съезжу, посмотрю, как там.
Задумчиво произнесла Листик.

Увеличившийся обоз в сопровождении дружинников барона Дрэгиса прибыл в Тронск без происшествий.
Те, кто побогаче, разместились в больших и малых гостиницах, а остальные ночевали в телегах со своим скарбом.
Сильма не стала исключением, в гостинице для неё было дорого, а шкуру гарымзы надо было ещё продать.
Эта шкура вызвала ажиотаж среди купцов, за неё сразу предложили семьдесят золотых -- цену невиданную для простых селян из дальней деревни, но лейтенант Гильемо посоветовал не спешить, ещё не все купцы съехались.

Тронск был небольшим королевским городком, расположенным у самого пограничья.
Но раз в полгода население города увеличивалось почти в трое, на ярмарку съезжались селяне из многих пограничных баронств, селяне из внутренних областей королевства и множество купцов, стремящихся купить лесные диковинки. На этот раз такой диковинной стала шкура гарымзы.
День начался как обычно, к телеге Сильмы подошли не только покупатели, но и просто любопытные.
Листик тоже была тут, среди остальных девочек и ни чем от них не отличалась, разве что -- цветом волос. Она была в том платье, что дала её мать Грумта.
А вот Вильма щеголяла в новом платье, сразу ей купленном.
Выбирали это платье все - Сильма, Листик, младшие девочки, даже Грумт высказал своё мнение, но последнее слово осталось за Вильмой.
Платье, действительно, было очень нарядное, и теперь девочка стояла немного в стороне, стараясь его не запачкать.

Подошедшим покупателям и просто зевакам Листик очередной раз в лицах рассказывала о том, как Грумт подстрелил эту змею, краснеющий и смущающийся мальчик стоял немного в стороне.
Девочки, раскрыв рты, тоже слушали, хотя они эту историю уже слышали много раз, но в устах Листика она звучала почти как волшебная сказка.
Крик Вильмы заставил Листика замолчать и развернуться в ту сторону. Крупный мужчина, обхватив девочку, куда-то тащил, новое платье было порвано.
- Ну что ты упираешься? От тебя не убудет. А я не обижу.
Гудел мужчина, не обращая внимания на окружающих. А те, хоть и выражали своё возмущение, но помешать ему и не пытались.
Неуловимым движением Листик преодолела разделяющее её и Вильму расстояние и маленький кулачок встретился с подбородком громилы. Тот, разжав руки, отлетел в сторону.
- Ха! Римта бьют.
Засмеялся ещё один мужчина из компании пяти подобных себе. Они были одинаково одеты - крепкая и добротная одежда с нашитыми металлическими пластинами, такая же как и того наглеца, что ударила Листик. Похоже, это была форма дружинников одного из окрестных владетелей.
- И кто бьёт? Какая-то малявка! Такого силача!
Продолжил смеяться тот же дружинник, но став серьёзным, строго сказал:
- Может Римт и не прав, но оставлять безнаказанным нападение на дружинников герцога Вэркуэлла нельзя!
Взять её и всыпать плетей, так чтоб помнила!

Два его товарища попытавшиеся схватить Листика, улетели вслед за Римтом, оставшиеся дружинники потянули мечи из ножен.
- Что здесь происходит?
Прозвучал чей-то властный голос.
- Вот, ваша милость, она на нас напала.
Пояснил дружинник скомандовавший всыпать плетей.
- Вот эта малявка одна на шестерых и вы не можете с ней справиться?
Скептически поднял бровь, роскошно одетый мужчина, сидящий на коне, впереди группы всадников, одетых, так же как и шестеро вступивших в конфликт с Листиком.
- Ага.
Ответила девочка и легко, с места запрыгнула на коня к этому всаднику. Проделала она это настолько быстро, что никто ничего не успел сделать. А Листик, сидя на корточках перед ошалевшим от такого, разодетым седоком, ласково произнесла:
- Не надо мне мешать! Или ты хочешь стать моим испытанием?
Разодетый всадник, побледнел, он увидел проступившую на щеке девочки татуировку. А та, улыбаясь, продолжила:

- Вот и славно, будешь себя хорошо вести, дольше проживёшь. А теперь прикажи своему человеку, возместить той селянке стоимость порванного платья. Один золотой. Ну же!
- Эй, ты! Отдай этой девке золотой!
Закричал дрожащим голосом всадник.
- Но ваша милость…
Попытался возразить поднявшийся на ноги Римт
- У меня нету столько!
- Я сказал, отдай!
Сорвался на визг пышно одетый, а Листик тряхнула головой, так, чтоб стали видны её остренькие ушки, назидательно сказала:
- Если хозяин такой скупой, что у его слуг нет денег, то он сам должен заплатить. Справедливо? Тогда плати!

Всадник дрожащей рукой достал монету и бросил её к ногам всхлипывающей Вильмы. Листик похлопала, ещё больше побледневшего мужчину по плечу:
- Приятно иметь дело с понятливыми клиентами, ах да, ты ещё не мой клиент. Но кто знает… Кто знает…
Девочка без видимого усилия прыгнула с коня на телегу и громко, подражая ярмарочным зазывалам, закричала:
- А кто купит шкуру гарымзы! Не дорого всего сто пятьдесят золотых! Предложившему лучшее платье - скидка!
Разодетый всадник не слушал девочку, он, как только девочка убралась с его коня, поскакал прочь. Его дружинники последовали за ним.

- Боюсь, вы нажили себе врага.
Сказал один из купцов, зрителей произошедшего
- Что герцог Вэркуэлл, он обид не прощает!
- Листик, а чего он так испугался?
Спросил Грумт.
- Так поскакал, будто демона увидел! И этот демон за ним погнался!
- Ага!
Засмеялась Листик
- Чтоб напугать, не надо быть демоном, достаточно сделать вид, что показываешь демона тому, кто боится его увидеть.
- Это как?
Не понял Грумт.
- Один мой знакомый…
Листик хотела сказать мастер-вор, но поглядев на внимательно слушавших её купцов, сказала
- Клоун, ну артист, что показывает разные смешные штуки, говорил - достаточно всего лишь казаться большим, чем ты есть на самом деле, чтоб добиться желаемого. Блеф называется.
- Но позвольте.
Попытался возразить один из купцов
- Блеф это когда в игре в карты…
Листик, молча, показала на поднятую, герцогом Вэркуэллом и его дружинниками, пыль. Если бы купцы, да и остальные, кто видел, как Листик разговаривала с герцогом, но не понял, в чём же смысл этого разговора, слышали самого Вэркуэлла, то поняли бы, о чём шла речь.

А герцог, так и не оправившийся от испуга, говорил капитану своей дружины:
- Ты понимаешь, эта девчонка - мягко ступающая! Выполняющая испытание!
- Но, ваша милость, она же совсем ребёнок! Разве они…
- Что мы знаем об этом тёмноэльфийском клане? Только то, что они убийцы! А я видел их знак! Понимаешь, знак! Татуировку на щеке!
Листик продемонстрировала рисунок, что видела на щеке у Ирэн, Марта его скрыла, но избавить свою ученицу от этого клейма не сумела.
Хоть рисунок и был невидимым, но Листик его сумела разглядеть. Иллюзию этой картинки она и показала герцогу и этого оказалась достаточно, чтоб его напугать. Капитан гвардии герцога скептически хмыкнул:
- Татуировка мягко ступающих разве не постоянно видна?
- Об этом никто знает!
Не мог успокоиться герцог.
- Но странно было бы, если бы они демонстрировали свой знак всем встречным.
- Маленькая девчонка -- мягко ступающая выполняющая заказ? Что-то здесь не так.
Продолжал сомневаться капитан.
- Она сказала -- что у неё какое-то испытание, возможно, её проверяют, возможно -- она выполняет какое-то задание в процессе обучения.
Герцог немного пришёл в себя и попытался разобраться в том, что же сказала ему эта наглая девчонка.
- Испытание? Задание? Почему она тогда с крестьянами барона Дрэгиса?
- Сарли, подумай сам.
Скривил губы Вэркуэлл, отвечая своему капитану.
- Подумай сам, какое задание или испытание может быть у того, чья
профессия -- убивать? Только кого-то убить! Она, скорее всего, использует этих простолюдинов как прикрытие, она и одета как они.
- Хм.
Хмыкнул капитан гвардии герцога.

- В некотором смысле мы должны быть ей благодарны, что она остановила этого дурака, Римта. Он хоть и сильный, но мозгов у него…
Норвеи Дрэгиса не оставили бы того, что он позабавился бы с той девкой. Они должны охранять своих селян, но в этот раз не успели… Они бы отомстили…
- Сарли, их всего десяток, что бы они смогли сделать?
Скептически хмыкнул герцог.
- Убили бы обидчика… Это норвеи, они бы это восприняли как личное оскорбление.
Пояснил капитан.
- Но я бы этого так тоже не оставил, пускай этот бугай и болван, но так просто спустить убийство моего человека…
- Да, ваша милость, мы бы их наказали, но отдали бы за каждого из них троих своих, а может и больше.
Вздохнул капитан.
- Известно, что любой норвей в бою стоит двоих, а это ещё и ветераны…
- Сарли, почему в моей дружине нет норвеев?
Спросил Вэркуэлл, но было видно, что его мысли заняты совсем другим.

Капитан начал, оправдываясь, объяснять, что норвеи служат только в гвардии короля, а к Дрегису ушли те ветераны, что с ним вместе воевали, о пополнении дружины барона капитан Сарли не знал. Герцог, не слушая его, перебил:
- Эта рыжая девчонка, кстати, цвет её волос, совсем, не такой как у тёмных эльфов. Она явно их перекрасила, маскируясь.
Да и то, что она присоединилась к крестьянам Дрэгиса… Да и не хотела, чтоб с ними что-то случилось. В этом что-то…
Уж не сам ли барон её цель? Дай-то Единый! Мне бы тогда гораздо легче удалось бы задуманное!

Капитан знал, что его герцог строит планы захвата Ларнийского перевала. Сарли готовил к этому дружину, понимая, что справится даже с горсткой норвеев, будет очень трудно.
В этом ему удалось убедить герцога, тот дал добро на увеличение своей дружины. Сейчас силы, предназначенные для вторжения, превосходили то, что было у старого Дрэгиса, более чем в десять раз.
Возможно, что если бы барон умер, то его норвеи не стали бы драться. Недавно, у барона появилась какая-то наследница, но вряд ли дружина поддержит какую-то девчонку.
В общем, надежда герцога была понятна. Но если эта рыжая действительно мягко ступающая и хочет убить Дрэгиса, то вряд ли она бы демонстрировала свои возможности селянам барона.
Сарли вздохнул -- скорее всего, его хозяин обманывался, принимая желаемое за действительное.

- Листик, что здесь произошло?
Спросил лейтенант баронской дружины у девочки. Она сама сказала, чтоб на ярмарке к ней обращались по имени, а не по титулу -- госпожа баронесса.
Незачем привлекать лишнего внимания, сказала она тогда. Впрочем, дружинники её отца и так обращались к ней по имени.
Прибывшие к месту конфликта, норвеи увидели только пыль удалявшихся дружинников Вэркуэлла, Листик показав золотую монету Гильемо, ответила на его вопрос:
- Вот, какой-то грубиян хотел обидеть Вильму, пришлось объяснить ему, что такого делать нельзя!

Норвей, оглядел толпу спокойных посетителей ярмарки: а чего им беспокоится-то?
Большой драки не случилось, ну, поваляли нескольких дружинников герцога Вэркуэлла, ну, так им и надо!
Да и сам герцог, о чём-то поговорив с этой рыженькой, удалился. Никто не увидел в этом ничего странного -- у девочки были острые ушки и многие приметили, что и зрачки стали вертикальными при разговоре с герцогом, сам он этого не заметил, его внимание было направленно на татуировку, невидимую для других.
Девочка-то, явно, имеет отношение к необычному народцу, что не редкость для жителей пограничья, а связываться с некоторыми представителями этого лесного племени, даже очень власть имущим не стоит, дорого выйдет!
Лейтенант вопросительно посмотрел на Листика, видно ожидая более подробного рассказа, но та пожала плечами показывая, что инцидент исчерпан и подхватив Вильму под руку, сказала ей:
- Пошли выбирать новое платье.
- А это что, выбросим?
Всхлипнув, спросила Вильма, это платье ей очень нравилось.
- Неа, отдадим, чтоб его зашили. Здесь в мастерских сделают это лучше чем ты или Сильма. Будет как новое и будешь в нём ходить! Пошли быстрее!
Затормошила Вильму Листик.

Когда девочки ушли, Гильемо всё-таки подробно расспросил о произошедшем Сильму и покачав головой, распорядился:
- Перебирайся с детьми, к нам в «Приют вольного пахаря» и постарайтесь не отлучаться далеко!
- А они?
Кивнула Сильма в сторону, куда ушли девочки.
- Листик может за себя постоять, да так что тому, кто попробует её обидеть мало не покажется, да ты и сама об этом знаешь!
Усмехнулся лейтенант, и добавил.
- Не беспокойся, твою дочь Листик в обиду не даст.
Листик и Вильма, довольно долго выбирали платье. Потом отнесли порванное в починку, а когда выходили из мастерской дорогу им преградили три дружинника герцога Вэркуэлла.
- Ага.
Листик не удивилась, она, словно ожидала чего-то подобного, повернувшись к Вильме, девочка наставительно сказала.
- Видишь, до чего жадность людей доводит. Этот небритый дядя решил забрать свой золотой обратно.
- Так монету дал герцог!
Удивилась Вильма, она хоть и испугалась, но постаралась этого не показывать - ведь Листик совершенно не боялась.
- Ага, герцог, так он этот золотой вычтет из жалования этого придурка!
Кивнула Листик на давешнего громилу, тот растерявшийся было от того, что его совершенно не боялись, грозно произнёс:
- Отдавай золотой, а то…

- Что, а то? Снова платье порвёшь? А теперь не получится! А чтоб ты за нами не бегал я сама тебе штаны порву, совсем!
Топнула ногой Листик.
- Ты меня рассердил! А я в гневе страшнее, чем ваш перепуганный герцог!
Произнося последние слова, Листик вопреки своему заявлению, захихикала.
Ни Римт, а это был он, ни кто другой из его товарищей ничего сделать не успели, рыжая девочка вытянула перед собой руки и громилу подбросив в воздух, приложило о ближайший забор и немного по нему протащило.
При этом его штаны из толстого сукна что-то разорвало на мелкие лоскутки.
- Вот, можешь обратиться в эту мастерскую, может они после того, как починят платье Вильмы сумеют зашить твои штаны.
Хихикнула Листик глядя на пытающегося прикрыться руками и прижимающегося задом к забору громилу.
Вильма не выдержала и тоже захихикала, а Листик спросила у застывших вэркуэлловских дружинников:
- Хотите ему компанию составить?
Те отрицательно замотали головами, Листик удовлетворённо кивнула:
- Ну, нет, так нет, мы пошли.

- Кто она?
Спросил один дружинник у другого, глядя вслед удалявшимся девочкам.
- Ведьма! Ведьма из пограничья!
Ответил второй.
- Никакая лестная нечисть так не может, точно ведьма!
- Что ж вы!..
Подал голос, стоящий у забора Римт, дружинник, увидевший в Листике ведьму, скептически посмотрел на громилу, на котором даже рубаха была до половины порвана, а штаны и всё чему быть положено под штанами, полностью отсутствовало, сообщил:
- Связываться с ведьмой? Нет! Себе дороже выйдет!

Граф Реджил де Норлэс ехал в сопровождение обычного конвоя. Десяти солдат было вполне достаточно и для охраны и для полицейских функций в городе, где он был губернатором.
Граф ехал в гостиницу, скорее постоялый двор с таверной, «Приют вольного пахаря», там остановился десяток дружинников сопровождавших селян барона Дрэгиса.
Де Норлес как и де Гривз, был служилым дворянином, то есть кроме титула и выслуженного звания ничего не имел, но в отличие от старого Лэри он не получил за свою службу надела, да и служба де Норлэса не закончилась, так как он был губернатором Тронска.
А ехал губернатор к дружинникам Дрэгиса, чтоб узнать, что же произошло вчера на базаре.

Конечно, губернатору доложили, весьма подробно доложили о том что произошло, но ситуация была весьма щекотливая - с одной стороны конфликта - герцог Вэркуэлл, могущественный и заносчивый владетель, а с другой - люди Дрэгиса, пограничного барона.
Ни с тем, ни с тем губернатору было вступать в конфликт не с руки. А Реджил был уверен, что герцог подаст жалобу и губернатору придётся разбираться, а если Вэркуэлл решит, что ему было нанесено оскорбление, то и суд придётся провести.
А губернатор был и судьёй в Тронске. Поэтому наилучшим выходом, будет исчезновение одной из сторон конфликта, как говорится - если некого судить, то и судить не надо.
Но удалить герцога, губернатор не мог, а вот попросить лейтенанта Гильемо…
Тот не откажет старому боевому товарищу в маленькой услуге. Конечно, он не выдаст ту селянку, что так напугала Вэркуэлла, но спрячет её или отправит домой, в баронство.
Кроме этого у губернатора к лейтенанту было ещё одно дело.

Спешившись, граф де Норлэс, не ожидая своих солдат, толкнул дверь и вошёл в общий зал таверны. За дальним столом сидели воины де Гривза, они не были, подобно другим дружинникам, одеты в одежду цветов своего господина, но норвеев всегда можно было узнать.
- Приветствую, вас полковник, присаживайтесь к нам.
Поднялся Гильемо. Де Норлес усмехнулся, в устах лейтенанта Гильемо, его звание звучало как наивысший титул.
Норвеи генерала Дрэгиса не забывали ни хорошего, ни плохого, а отряд полковника Норлэса, когда-то сражался в рядах третьего корпуса. Когда де Норлес сел рядом с лейтенантом-норвеем, тот наполнил его кружку и спросил:
- Вы хотите узнать из первых уст, что произошло вчера?
- Да я уже знаю
Усмехнулся губернатор, глядя на рыжую девочку с молочными усами, сидевшую напротив него. Именно эта девочка напугала Вэркуэлла и как доложили де Норлэсу, она если и не была из необычного народца, то тесно с ним связана.
Кивнув девочке, граф продолжил:
- Гильемо, вам надо поостеречься, Вэркуэлл обид не прощает. Если он сам не смог наказать обидчика, то возложит эту почётную обязанность на власть, то есть. на меня.
- Ага
Кивнула рыжая девочка, словно подтверждая слова губернатора, тот вопросительно посмотрел на норвея, одно то, что эта малявка сидела за одним столом с дружинниками барона Дрэгиса, говорило о её высоком статусе или близких родственных отношениях с кем-то из норвеев.

Де Норлэс ожидал услышать что-то подобное, но, то, что сказал лейтенант, удивило графа:
- Познакомьтесь, полковник, баронесса Дрэгис. Дочь нашего командира.
- Ага.
нова сказала девочка и поднявшись, поклонилась губернатору.
- очень приятно! Листик.
Граф встал, поклонился и растерянно посмотрел на Гильемо:
- Я не сомневаюсь, что леди дочь Лэри, но вот так одна без охраны…
- Ага.
Кивнула Листик, глянув на норвея, добавила.
- меня очень даже охраняют, даже шагу ступить не могу без присмотра, вот!
- Полковник, Листик способна сама за себя постоять. Скорее надо охранять того, кто попытается её обидеть, если вы знаете, что вчера было…
- Юная леди так напугала герцога Вэркуэлла, что он отдал золотой, а потом умчался сломя голову…
- Постойте, постойте! А потом кто-то раздел герцогского дружинника… Не ограбил, а только зачем-то раздел! Не подскажите ли мне…
- Ага.
Снова кивнула девочка.
- Это я напугала вашего герцога и раздела, вернее, порвала одежду тому нахалу, а чтоб не приставал! А то хотел у Вильмы забрать денежку! Разве так можно!
- Но как вам это удалось…
Начал губернатор, но Гильемо его перебил, он вскочил и закричал, обращаясь к заулыбавшейся девочке:
- Листик! Не надо! Только не здесь!

- Вот видите.
Сокрушённо развела руками девочка.
- Совсем ничего не разрешают сделать! Вот! А я бы…
- Листик!
Укоризненно произнёс лейтенант, девочка вздохнула:
- Ладно, не буду.
Вздохнула Листик и ухватила ещё одну кружку, большую кружку для эля, в которой ей принесли молоко.
- Вот, я до сих пор не могу понять, куда в тебя столько влазит?
Пробасил один из норвеев. Девочка оторвалась от кружки и ехидно спросила:
- Эйрик, ты тоже выпил не меньше, я же не спрашиваю - куда ты это всё дел?
- Ну, так эль - это же не молоко! Это молока много выпить трудно, а добрый эль - он…
- Ага!
Засмеялась девочка
- Сам в глотку льётся! Да?

Реджил де Норлэс удивлённо посмотрел на гиганта норвея и на рыжую малышку, если у дружинника, действительно, было куда заливать эль, то девочка…
Да и отношение к ней норвеев было не как к госпоже, а скорее как к младшему товарищу или как к всеобщей любимице.
Ещё большее удивление вызвала группа крестьян, вернее, молоденькая девушка и девочки, они спустились по внутренней лестнице и налетели на баронессу:
- Листик, Листик посмотри!
Девочки начали вертеться, демонстрируя новые платья, надо сказать, гораздо более нарядные, чем у баронессы.
- Ага, очень красивые и у тебя Вильма тоже, ты прямо как невеста на выданье! А Сильма себе что-то купила? Или только вам?
- Купила, купила, и себе и Грумту тоже!
Прыгая вокруг Листика, затараторили девочки. Гильемо пояснил де Норлэсу:
- Это семья охотника подстрелившего гарымзу, они вчера продали шкуру змеи. Вон и он!
Лейтенант указал на спускающегося по лестнице мальчика, граф удивлённо поднял брови - уж очень юным был охотник.
Гильемо усмехнулся и глазами указал на Листика, де Норлэс снова поднял бровь, а лейтенант утвердительно кивнул, показывая, что без баронессы не обошлось.

Понаблюдав некоторое время за Листиком и обступившими её девочками, губернатор города вздохнув, в полголоса поведал Гильемо о своих опасениях, относительно жалобы герцога и возможных разбирательствах:
- Конечно, то, что Листик баронесса меняет дело. Будь она простой крестьянкой, я вынужден был бы её задержать и взять под стражу, до суда.
Но и теперь, если Вэркуэлл подаст жалобу, я вынужден буду дать делу ход и просить госпожу баронессу не покидать город, или явится в суд в назначенный день.
А поскольку, сам я разбирать подобные дела не имею полномочий, придётся ждать королевского инспектора с камнем «истины». А это несколько месяцев.
Закончил говорить губернатор.

- Не подаст жалобу ваш герцог.
Улыбнулась рыжая девочка. Как она оказалась на своём месте, де Норлэс не заметил.
Ведь она только что была почти в другом конце зала, у стола, где разместилась семья охотника, убившего гарымзу. Мало того, судя по её реплике, девочка слышала всё, что говорил губернатор.
Он, не подавая виду, что удивился, поинтересовался:
- Почему вы так думаете?
- Он испугался, очень сильно испугался.
Де Норлэс кивнул и задал следующий вопрос:
- И кого же? Неужели вас? Хотя, чего я спрашиваю, он же ускакал именно после того как с вами о чём-то поговорил. Если не секрет, что вы ему такого сказали?
- Не столько сказала, сколько показала.
Улыбнулась девочка и на её щеке проступила татуировка. Губернатор сглотнул и тихо спросил:
- Так вы?..
- Неа.
Ещё шире улыбнулась девочка и татуировка пропала
- Это не настоящая.
- Вы должны быть осторожны.
Покачал головой де Норлэс.
- Если об этом узнают…
- Не узнают, её видели только вы и тот надутый герцог, правда, он быстро сдулся. Это всего лишь иллюзия.
Но тот кто боится, того не надо пугать, он сам испугается.
- Мудрое замечание.
Кивнул девочке губернатор, та улыбаясь, пояснила:
- Это мне говорил один мудрый человек.
Листик усмехнулась, вспоминая всегда брюзжащего и чем-то недовольного клоуна по имени Урторио.

ЛИСТИК. СУДЬБА ДРАКОНА

Глава девятая… Немного из прошлого
КАК СТАНОВЯТСЯ СВЯТЫМИ ИЛИ ПРОЩАНИЕ С ЦИРКОМ
часть двадцатая

Архипастырь прочитал донесение монаха, попытавшегося вместе с отрядом солдат проследить за Листиком и Карэхитой.
Распоряжение о преследовании отдавал не архипастырь, а исполняющий обязанности старшего пастыря Тарахены, он стоял тут же. К нему и обратился архипастырь, брезгливо подняв рапорт старшего группы преследования двумя пальцами:
- Что вы хотели выяснить, отдавая такой приказ? Неужели вы думали, что ваши дуболомы смогут задержать тех, кто вышел из очистительного пламени?
- Я… Хотел выяснить… Это же…
Заикаясь, промямлил исполняющий обязанности. Архипастырь, укоризненно покачав головой, нравоучительно произнёс:
- Друг мой, ваши соглядатаи заблудились в оливковой роще, состоящей из трёх деревьев. Ведь так? Днём там даже от солнца нельзя укрыться, а ваш монах пишет, что он чуть ли не в джунгли попал!
Исполняющий обязанности побледнел - обращение архипастыря к собеседнику - «друг мой» говорило о том, что высший церковный иерарх очень тем недоволен.
А недовольство могло выразиться и в приказе удавить нерадивого. Архипастырь повернулся к одному из своих:

- Вы выяснили, кто была эта женщина, убившая дона Итарано? И почему она это сделала?
- Да, ваше святейшество.
Поклонился секретарь.
- Циркачка Батар, на самом деле её имя Беатрис Хайде, одна из лучших убийц ночной гильдии. Судя по всему, это был заказ. Только вот кто заказал дона Итарано уже не узнать, как вы видели, она была убита.
- Одна из лучших, и так подставиться.
Покачал головой архипастырь, секретарь почтительно возразил:
- Она имела все шансы уйти в создавшейся суматохе, но почему-то этого не сделала. Она дала возможность уйти тем циркачам, которых использовала как прикрытие, чтоб подобраться к своей цели. Почему она это сделала, жертвуя собой, непонятно.
- Вот это и надо было выяснять, у вас на глазах убивают губернатора, а вы направляете людей на поиски неизвестно кого. У меня сложилось мнение, что вы сделали это преднамеренно!
Голосом, от которого бежали мурашки по спине, произнёс архипастырь, обращаясь к исполняющему обязанности местного старшего пастыря, тот похолодел, ожидая неминуемой расправы.
Но на счастье провинившегося внимание архипастыря отвлёк вошедший ещё один секретарь:
- Ваше святейшество! Банкир Рамилито настоятельно просит аудиенции. Говорит -- по очень неотложному делу.

Архипастырь скривился и махнул рукой, отпуская исполняющего обязанности старшего пастыря Тарахены.
Ожидая банкира, его святейшество перебирал четки, думая, что же надо Рамилито. Вроде срок выплаты процентов по займу ещё не подошёл.
А занял архипастырь немало, всё-таки интриги и личные проекты требовали денег, а бесконтрольно распоряжаться церковной казной даже архипастырь не мог.
Если бы его уличили в трате церковных денег без одобрения высшего синода, то те заговоры, что плелись недовольными церковниками, показались бы детской игрой.
Церковная казна -- это самое святое!
Конечно, архипастырю выделялись деньги на содержание свиты, текущие расходы и другие нужды, но этого было слишком мало!
А те несколько проектов, что задумал архипастырь, требовали вложений и не малых. Потом они окупятся и даже начнут приносить доход, но это потом.
А сейчас приходилось расплачиваться с жадными банкирами, расплачиваться с процентам и весьма значительными или брать новые займы.
Скорее всего, Рамилито будет настаивать на погашении долга, только почему он потащился за архипастырем в Тарахену, а не предъявил счёт в Арэмии?

- Ваше святейшество!
Поклонился вошедший банкир.
- Прошу помощи!
- Какая же помощь тебе требуется, сын мой?
Поднял брови архипастырь -- это что-то новое, так просить погашения кредита.
- Я прибыл в Тарахену с инспекционной поездкой, и мне доложили, что вчера ночью, вернее поздним вечером, в хранилище нашего банка появился демон! Теперь туда боятся заходить не только служащие, но и охранники!
Архипастырь не подал вида, что удивился, хотя внутренне усмехнулся -- похоже, что и сам Рамилито боится туда заходить.
А для банкира невозможность зайти в хранилище своего банка -- самое худшее, что только он может представить.
Мало того, может демон что-то оттуда взял? Эта тревожная мысль была просто написана на лице банкира.
Продолжая сохранять спокойный вид, но продолжая внутренне усмехаться, архипастырь наставительно сказал:

- Враг Единого чует нашу слабость и посылает своих слуг, дабы ввести нас в искушение…
- Какое искушение?! Искушение -- когда что-то предлагают! А тут…
Не выдержал банкир.
- Не перебивай, сын мой! Это может быть и наказание!
Наставительно произнёс архипастырь, он мог ещё добавить -- наказание за непомерно большие проценты, но сказал другое:
- Наказание за один из смертных грехов! Жадность!
- Но что же мне делать?
Плачущим голосом спросил банкир, архипастырь милостиво кивнул:
- Завтра, вернее сегодня днём я лично освящу твоё хранилище и банк, будь к этому готов!
Банкир, несмотря на испуг, скривился -- обряд, проводимый лично архипастырем, будет стоить недёшево. А архипастырь, продолжая внутренне усмехаться, спросил:
- Кто видел демона?
- Охранники.
- Они могут его описать?
Продолжил архипастырь, скорее всего описания демона охранниками будут отличаться друг от друга.
Возможно, нерадивые стражи выпили слишком много араки, а быть может, и что-то курили, но скорее всего, демон почудился только одному, и он убедил в своём видении остальных, при этом каждый из них видел что-то своё.

Банкир протянул несколько коряво исписанных листов:
- Вот, тут всё записано, извините, но я заставил охранников самих писать. Сами понимаете, если слухи о том, что произошло, разойдутся, то это ударит по репутации банка…
Рамилито ещё что-то говорил, но архипастырь его не слушал, он впился глазами в записи.
Различия в показаниях хоть и были, но незначительные, описывался демон с крыльями, стоящий на задних лапах и покрытый золотистой чешуёй, хотя чешуя могла быть и другого цвета, просто отблески факелов делали её такой.
Но архипастырь был уверен, что именно золотистая, такая, как он один раз видел. Тогда это были, как сказала Листик, её мама и она сама.
Но мама гораздо больше, значит это Листик! Это её архипастырь видел на центральной 3площади! Она вернулась! Протянув листы бумаги банкиру, высший церковный иерарх проговорил:
- Сын мой, я сам займусь этим делом. Посещений демона больше не будет, но только в том случае, если ты не будешь дальше грешить!

Банкир понял намёк и горячо заверил архипастыря, что будет вести очень праведный образ жизни и как начало этого снижает проценты по известному им обоим займу с шестнадцати до восьми.
После того как банкир ушёл, архипастырь вызвал секретаря и отдал несколько распоряжений, епархию Тарахены надо было избавить от остатков влияния пастыря Аргимаро, да и исполняющего обязанности надо было другого поставить.
Закончил разбираться с делами архипастырь довольно поздно, хоть уже и близился рассвет, он не стал ложиться спать. Он сел в кресло напротив большой балконной двери, достал маленькую крылатую фигурку и стал ждать.
Так он просидел почти час, рассматривая статуэтку дракона, знакомую до последней царапины.
Крылатый силуэт заслонил гаснущие звёзды - на балконе стоял, расправив крылья, зверь, чью статуэтку держал архипастырь. Он даже испугаться не успел, зверь шагнул вперёд, и в комнату вошла рыжая девочка.
При свете свечей эта рыжина особенно была заметна.
- Листарио.
Произнёс архипастырь.
- Листик.
Поправила девочка.

- Ваш визит имеет какую-то цель?
просил архипастырь, если раньше он обращался к этой девочке на «ты», то сейчас счёл правильным употребить более уважительную форму.
- Ага!
Кивнула Листик.
- Я хотела бы вас попросить, не преследовать цирк Жозе. И верните ему, пожалуйста, фургоны и реквизит, что он оставил здесь. Жозе не виноват, что я к ним присоединилась. И Карэхита не ведьма, как этот ваш решил!
Архипастырь в знак согласия склонил голову, он хоть и разговаривал с ребёнком, но понимал, что это существо обладает возможностями гораздо выше человеческих, но с другой стороны…
- Листик, утолите моё любопытство, зачем вам понадобилось брать деньги в банке почтенного Рамилито?
- Он совсем не почтенный, а скорее наоборот!
Гневно ответила Листик и рассказала о том, как поступил банкир с Жозе.

Архипастырь внимательно слушал, кивал, и когда Листик замолчала, вздохнул и скорбно произнёс:
- Вы совершенно правы! Этот Рамилито жулик и мошенник! Он и меня также обманул! Но гораздо на большую сумму чем бедного хозяина цирка, но в отличие от почтенного… Как вы сказали? Жозе? За меня совершенно некому заступиться!
- А много он вам должен?
Листик подошла к изображавшему вселенскую скорбь архипастырю и погладила его по руке.
- Двадцать таких мешочков, как вы отдали…
Закончить архипастырь не успел, Листик сказала своё «ага», и с балкона, в небо ушла большая тень.
Архипастырь усмехнулся и приготовился ждать, но к его удивлению на балкон почти сразу же опустилось крылатое существо, державшее в охапке банковские упаковочные сумки.
Дракон, пригнувшись, шагнул в комнату, теперь архипастырь его хорошо разглядел. Этот зверь, или совсем не зверь, был действительно красив!

Сделав два шага, дракон вывалил всё, что нёс, на пол, и не успел последний мешок, падая звякнуть, как на этой куче сверху сидела рыжая девочка. Она сообщила:
- Вот, сколько смогла унести! Я не считала, а то начала бы звенеть, их перекладывая.
Девочка спихнула на пол мешок, лежавший на самом верху кучи, и он, падая, издал глухой звякающий звук. Листик, склонив голову набок, удовлетворённо кивнула:
- Звенит! И сразу же эти прибежали бы, ну которые кричат. Они бы мне ничего не сделали, но зачем их беспокоить?
- Разумное решение.
Кивнул архипастырь
- Только вот нехорошо получится, по этим мешкам могут определить, куда делось золото и…
- Ага!
Листик стала разрывать мешки появившимися у неё большими когтями и высыпать золото прямо на пол. Если это действие, вернее то, как оно осуществлялось, удивило архипастыря, то он никак этого не показал. Когда Листик опорожнила все кожаные мешки, архипастырь, указав на них, задумчиво заметил:
- Их надо уничтожить, лучше всего сжечь, только вот…
Сомнения архипастыря были понятны, банковские мешки-сумки были сделаны из грубой толстой кожи, да ещё и металлическими деталями - заклёпки, замки.
- Ага!
Кивнула Листик и побросала разорванные мешки в большой камин, то, что произошло дальше, изумило архипастыря больше, чем всё произошедшее до этого.
С рук девочки сорвалось пламя и в несколько мгновений полностью сожгло банковские упаковки.

- Э-э-э…
Замялся архипастырь, Листик улыбнулась:
- Хотите спросить, как было там на площади? Очень трудно сжечь того, кто сам огонь. А мой огонь.
Девочка кивнула на пустой камин, там всё, в том числе и дрова, сгорело так, что даже пепла не осталось.
- Очень близок к первозданному, так даже дракланы не могут! Тайша так говорит. Моя мама так умела…
Листик всхлипнула, а архипастырь вспомнил рыжую девушку, к которой с криком «мама» прошлый раз бросилась Листик. Судя по реакции девочки, с её мамой что-то произошло, церковный иерарх осторожно спросил:
- А что с вашей матушкой?
- Она погибла.
Голос девочки дрогнул и глаза наполнились слезами, глядя на это такое человеческое проявление чувств, архипастырю на мгновение стало стыдно, за то, что он провернул с помощью этого ещё в сущности ребёнка.
Он подошёл к девочке и стал её утешать:
- Не плачь, девочка. Не к лицу такому могучему и сильному дракону.
Вспомнил название архипастырь.
- Плакать…

Листик подняла на архипастыря глаза, а тот продолжил:
- … да, я знаю кто ты, о твоём племени есть упоминания в старых трактатах, это позже эти книги объявили еретическими и все уничтожили, но в закрытом хранилище церкви экземпляры остались.
Я знаю, что наш мир не единственный, но другим об этом рассказывать не стоит. Та девушка, что хотели сжечь на площади, она тоже?..
- Не-а, она здешняя. Она моя подруга, а своих друзей я в обиду не дам!
- Понимаешь, Листик, после того что случилось, её объявили святой - прошедшей священный очистительный огонь, да и тебя тоже.
Но ты уйдёшь, а она останется здесь, а святой, что вовремя не вознёсся на небо, церкви не нужен, не выгоден.
Во-первых - он отвлекает внимание верующих…
Во вторых - он может иметь, и скорее всего будет иметь, мнение отличное…
- Ага.
Кивнула Листик.
- Вы хотите, чтоб я забрала Карэхиту с собой? А остальные? Ведь вы же обещали!

Архипастырь улыбнулся и позвонил в колокольчик. Если вошедший секретарь и удивился, увидев огромную гору золотых монет и голую девочку, на них сидящую, то не подал виду, словно подобные явления в покоях, отведенных архипастырю, в пять часов утра, дело самое обычное.
- Выпишите охранную грамоту…
Начал архипастырь и посмотрел на девочку, та кивнула:
- Жозе Леринья и его цирку.
- Да, Жозе Леринья и его цирку, за моей подписью, я подпишу, и распорядитесь это всё упаковать и приготовить к перевозке.
Архипастырь кивнул на груду золота.

Пока готовился нужный документ, Листик, по просьбе архипастыря нарисовала портрет Карэхиты.
Надо же сделать иконы с изображением новой святой, а девушку многие видели и хоть какое-то сходство, должно быть.
Листик нарисовала ещё один рисунок - архипастырь благословляет её саму и Карэхиту.
Хоть Листик рисовала очень быстро и картины были исполнены в виде наброска, архипастырь остался очень доволен.
Нарисовать большую и красочную картину будет кому, главное, иметь откуда срисовывать - сказал он.

Когда охранная грамота была сделана и подписана, архипастырь отдал её Листику, та, встав на цыпочки, поцеловала его в щёку.
А то, что произошло дальше, так удивило секретаря, что он не смог скрыть своего изумления: девочка вышла на балкон и прыгнула вниз!
- Посмотрите.
Усмехнувшись, разрешил архипастырь секретарю, тот выбежал на широкую террасу и посмотрел вниз, при свете разгорающегося дня то, что осталось от этой девочки, уже было бы хорошо видно.
Но каменная мостовая внизу была чиста! Листик, падая, сменила ипостась и «прыгнула».
Секретарь растерянно взглянул на архипастыря, тот сделал благословляющий жест. Секретарь, сложив руки в молитвенном жесте, с благоговением смотрел на своего начальника и господина.

- Нам надо расходиться и как можно быстрее! Спрятаться! Затаиться! Неужели вы думаете, то, что сделала Батар, нам простят? Да и то, что она помогла нам бежать - тоже буде поставлено нам в вину!
Горячился Урторио, показав на раскрытый мешок с деньгами, он продолжил:
- А это? Неужели вы думаете, что в банковском доме Рамилито Листику это вот так просто преподнесли?
- А с чего ты решил, что это деньги из банка Рамилито?
Вопросительно прогудел Торунаро.
- Видите эти знаки-клейма?
Усмехнулся клоун.
- Да и именно в этот банк Жозе положил деньги, а они не вернули, вот Листик и восстановила справедливость!
- Но как это ей удалось?
Спросил кто-то из цирковых.
- У неё и спросите! Когда вернётся!
Отмахнулся Урторио и потом попросил Жозе:
- Повтори, что ты видел у ручья!
Жозе ещё раз рассказал о исчезновениях и появлениях Листика. А Урторио повернулся к прижимавшейся к Смоль Карэхите:
- А теперь ты повтори, как посреди костра Листик срезала с тебя верёвки! Чем она срезала?
- Когтями.
Раздалось за спинами собравшихся цирковых, улыбающаяся рыжая девочка продемонстрировала свои немаленькие такие когти.
- Вот этими когтями!

- Листик, ты вообще - человек?
Спросил Урторио.
- Не-а!
Радостно сообщила девочка.
- Демон!
Выдохнул кто-то.
- Не-а!
Снова произнесла девочка и, пройдя сквозь расступающихся цирковых, подала Жозе лист бумаги.
-Вот держи. Это охранная грамота, фургоны и остальное, что осталось в Тарахене, вам вернут…
- О Единый!
Воскликнул Жозе.
- Охранная грамота и разрешение давать цирковые представления, подписанное самим архипастырем! И печать его канцелярии! Листик, как тебе это удалось?!
- Я к нему зашла и попросила, мы с ним давние знакомые…
- О святая Алемия!
Выдохнула матушка Мижан.
- Его святейшество продал душу…

- Ничего он никому не продавал!
Возразила Листик.
- Я его попросила, и он мне дал такую грамоту! Вот только он сказал, что Карэхита должна исчезнуть, или как святая вознестись на небо!
- Карэхита святая?
Удивлённо переспросил Журо, Листик кивнула:
- Да, она прошла сквозь очистительное святое пламя, и теперь её причислили к лику святых, я даже нарисовала архипастырю её портрет, чтоб было с чего иконы делать.
- Девочка.
Обратился к Карэхите Урторио.
- Ты сейчас в большой опасности! Церкви не нужны живые святые, церковники помогут тебе вознестись на небо!
- Что же мне теперь делать?
Заплакала Карэхита.
- У меня никого нет, только вы! Куда же мне теперь…
Листик обняла плачущую девушку и стала утешать:
- Не плачь, я уйду отсюда и тебя с собой заберу!
- Куда?
С сарказмом спросил Урторио.
- Церковь достанет везде, если они решили, что святая Карэхита должна вознестись на небо…
- На небо у меня не получится.
Улыбнулась Листик.
- А в другой мир - запросто! Есть одно место, куда можно сбежать, там мы были с мамой. Так сбежать, что никакая ваша церковь не найдёт!

- Ты хочешь сказать - в мир иной, в лучший? Так чем твоё предложение отличается от предложения отправить на небо?
Не сдавался Урторио, остальные тоже с недоумением смотрели на рыжую девочку, та, стараясь быть как можно более убедительной, стала объяснять:
- Миров много, везде живут люди, а некоторых не только люди: гномы, эльфы, орки. Есть и демоны, но я туда Карэхиту не поведу!
- Эльфы и гномы бывают только в сказках!
Безапелляционно заявил Жозе.
- Ага.
Кивнула Листик.
- Но откуда-то они в этих сказках появились? Вот и увидишь, что это за сказка!

Последние слова Листика были обращены к плачущей черноволосой девушке. Урторио задумчиво кивнул и спросил у Листика:
- А меня ты не смогла бы прихватить в эту сказку?
Видя недоумение остальных, он пояснил:
- Я знал, кто такая Батар.
- Знал и при этом предложил её к нам принять?
Возмущённо произнёс Жозе.
- Она меня попросила, а я не мог отказать своему товарищу по гильдии. Я ведь не всегда был клоуном, чтоб спрятаться - это очень хорошая маска.
- Ты из ночной гильдии
Обличающе произнёс Журо, Жозе только кивнул. А Урторио развёл руками:
- Не буду этого отрицать, когда-то я был вором, но решил…
Вернее, мне пришлось спрятаться. Да что говорить, разве я в чём-то перед вами провинился? А то, что привёл Батар…
Она пожертвовала жизнью, чтоб вы смогли уйти! Там на площади вам бы тоже не поздоровилось…
- Ага
Прервала спор Листик
Собирайтесь. Урторио, я тебя тоже возьму.

- Ага
Улыбнулся бывший вор и уже бывший клоун и показал на банковскую упаковку.
- Мы положим все, что возьмём, в эту сумку. Хорошая добротная вещь, не пропадать же ей, всё равно пришлось бы закопать, сжечь бы долго было. Это улика, а от улик надо избавляться!
- У меня нет вещей, они все в нашей повозке, в Тарахене
Шмыгнула носом Карэхита.
- Ничего, Урторио тебе новые украдёт в новом мире!
Засмеялся Торунаро.
- А и украду!
Засмеялся в ответ Урторио.
- Для друга…
- И своровать не жалко!
Уже захохотал силач. Жозе взял из мешка две пригоршни монет и дал уже бывшему клоуну своего цирка:
- Вот возьми! И давайте прощаться!. ,

Прощание хоть было недолгим, но бурным. Помятые в объятиях и обцелованные Листик, Карэхита и Урторио отошли в сторону.
Остальные с интересом на них смотрели, гадая, что же собирается предпринять девочка. Листик спросила у Карэхиты:
- Ты же меня не боишься? Полетишь на мне верхом.
И повернувшись к Урторио, сказала:
- А тебя я понесу в лапах!

Тот с сомнением посмотрел на маленькие ручки девочки и уже было собирался сказать что-то в своём стиле, как Листик словно размылась, стремительно увеличиваясь в размерах.
Перед поражёнными людьми стоял невиданный изумрудно-золотистый зверь, почти в три человеческих роста.
Усмехнувшись своей зубастой пастью, зверь хрипловатым, так всех удивляющим голосом Листика произнёс:
- Вы говорили сказки? Вот смотрите! Я дракон! Существо из сказок! Можете полюбоваться!
- Ой! Какая ты красивая!
В один голос выдохнули Смоль и Карэхита, остальные стояли молча, не зная, что предпринять - восторгаться или испугаться.
Первым опомнился Урторио:
- Гм, Листик, ты меня этими коготками держать будешь? Не поцарапаешь? Боюсь, если ты это сделаешь, от меня ничего не останется!
- Не-а, я аккуратно. Ладно, Карэхита, садись. Полетели!

Артисты цирка Жозе смотрели, как дракон легко поднялся и, сделав несколько взмахов крыльев, исчез.
- Теперь я знаю, как Листик появилась там на дороге и почему была в таком виде. Знаю, почему испугались наши животные, они видели не девочку, а этого зверя!
Теперь понятно, как Листик добыла золото и почему архипастырь удовлетворил её просьбу.
Произнёс Жозе, оглядев своих притихших товарищей, добавил:
- Но лучше нам забыть об этом и то, что мы видели, тоже забыть! Ни Листика, ни Карэхиту мы после Тарахены не видели. И Урторио там же от нас ушёл.

Глава девятая. Немного из прошлого
КАК СТАНОВЯТСЯ СВЯТЫМИ ИЛИ ПРОЩАНИЕ С ЦИРКОМ
часть девятнадцатая

Старший пастырь Аргимаро смотрел на губернатора Тарахены, дона Итарано, а тот, отпив глоток вина из высокого бокала, произнёс:
- Вы хотите сжечь эту танцорку, потому что она вам отказала?
- Она ведьма, и место ведьмы на костре!
Поджав губы, ответил старший пастырь.
- В вопросах веры мы не можем допускать…
- Полно вам, я не собираюсь подвергать сомнению, а тем более опротестовывать ваше решение. Мне просто интересно, что было бы, если эта циркачка согласилась бы?

Аргимаро усмехнулся, он и дон Итарано были в Тарахене высшей властью, даже у старшего пастыря власти было больше, поэтому гражданский губернатор не мог, да и не собирался, оспаривать решение церковного иерарха, разве что оно касалось бы дона Итарано непосредственно.
Губернатор Тарахены отпил ещё один глоток и поощряюще улыбнулся, старший пастырь усмехнулся в ответ, только вот эта усмешка выглядела очень зловеще:
- Она бы умерла быстро и безболезненно. Сами понимаете…
- Ваши маленькие слабости не должны стать достоянием… -
Перебил старшего пастыря дон Итарано и замолчал, поймав холодный взгляд того. Понимающе кивнув, губернатор, склонив голову, серьёзно сказал:
- Да, ваша святость, ведьма должна быть сожжена! Образцово показательно, на главной площади. Я думаю, что это будет поучительное зрелище. Когда вы думаете провести это мероприятие?
- Завтра, зачем тянуть. Мне шепнули, что к нам едет с инспекцией архипастырь, надо показать ему наше рвение в вопросах веры. Я ещё не готов.

Губернатор кивнул, соглашаясь с последними словами старшего пастыря. Он тоже считал, что архипастырь слишком долго засиделся на своём месте.
Дон Итарано был в курсе заговора, готовившегося старшим пастырем, да что в курсе - он сам в нём должен был принять активное участие.
Но солдаты не пошли бы на открытое противостояние гвардейцам архипастыря, поэтому Аргимаро и его сторонники хотели свергнуть архипастыря не вооружённым противостоянием, а с помощью покушения, обставив всё как естественную смерть.
А Итарано должен был обеспечить поддержку гарнизона Тарахены в случае, если на престол архипастыря появятся ещё претенденты, а они в Арэмии точно появятся.
Вот тут и выиграет тот, у кого будет больше воинских сил. До прямого столкновения вряд ли дойдёт, это будет просто демонстрация мускулов, а гарнизон Тарахены, даже больший, чем гарнизон Арэмии, весомый аргумент.
А этот внезапный визит архипастыря мог спутать все карты, поэтому стоит затаиться и продемонстрировать лояльность - с одной стороны и с другой - полную занятость местными делами.
Для этой цели казнь ведьмы подходила как нельзя лучше.
* * * * *

Роскошная карета в сопровождении внушительного отряда гвардейцев ехала по мощеной камнем дороге. Ещё крепкий старик, слегка отклонив занавеску, смотрел из окна этой кареты.
Архипастырь ехал на внеочередную ревизию, к тому же он хотел разобраться с главным заговорщиком. О готовившемся заговоре и о том, кто стоял во главе его, архипастырю было прекрасно известно.
Аргимаро слишком заигрался, и эту ревизию он не должен пережить. Что это будет - яд или что-то другое, станет ясно на месте, подробного плана у архипастыря не было, в таких вещах он полагался на импровизацию, а это у него получалось лучше всего.
Но импровизация хороша, когда она подкреплена не только авторитетом, но и реальной силой. Поэтому отряд гвардейцев был раза в три многочисленней обычного конвоя.
Конечно, со всем гарнизоном Тарахены гвардейцы не справятся, но и гарнизон не выступит против церкви, а архипастырь пока жив и есть церковь.
Архипастырь поморщился, местность совсем не напоминала живописные окрестности Арэмии, всё-таки здесь намного, хотя близость моря и смягчает жару, но влагу на окрестные поля и жиденькие рощи это не приносит.
Здесь был крайний юг благословенных земель, где чтят Единого. За морем уже живут неверные, тоже поклоняющиеся Единому, но неправильно поклоняющиеся, искажающие основные догматы веры.

Архипастырь собрался было задёрнуть занавеску и откинуться на подушки мягкого диванчика, когда его внимание привлекли повозки бродячего цирка, прижатые гвардейцами к самой обочине.
Что это цирк говорили рисунки на полотняных бортах крытых повозок. Но этот цирк почему-то уезжал из Тарахены, хотя ярмарка там была в самом разгаре.
Да и сами рисунки были выполнены мастером своего дела. Обычно такие рекламные картинки рисовал кто-то из цирковых, а среди них редко попадались умеющие рисовать, а уж прошедшие обучение были очень большой редкостью.
А тут, это несомненно, рисовал профессионал! Еще архипастырю показалось, что он уже видел где-то такие рисунки, по крайней мере, выполненные в схожей манере.
Только на въезде в город архипастырь вспомнил где, вернее у кого, он видел такую технику.
Задумчиво кивнув каким-то своим мыслям, он достал из сумки фигурку невиданного зверя, сделанную учеником, вернее ученицей, художника Лирамо.

Архипастырь грустно улыбнулся, вспоминая ту рыжую девочку, промелькнувшую в его жизни ярким огоньком. Она тогда ушла неведомо куда, вернее улетела, превратившись в такого же зверя, как сделала.
Если бы она была человеком, то сколько бы это было ей лет? Двенадцать? Ей тогда было вроде шесть, или она была чуть старше?
Архипастырь щёлкнул пальцами, привлекая внимание сидевшего напротив секретаря, и распорядился выяснить, что это за цирк и кто рисовал на бортах повозок картины?
* * * * *
. ,
А двумя неделями раньше Листик сидела на плечах Торунаро и вдохновенно творила. Ей с самого начала не нравилось то, что было намалёвано на бортах повозок.
И вот за день до отъезда с поляны в роще, где бродячий цирк проводил свои репетиции, девочка, выпросив у Фаримито краски, оказывается, он был ещё и штатным художником цирка Жозе, рисовала на тенте своей повозки.
Листик считала своей повозку, где жили - Смоль, Карэхита и Батар, и которая была их гримёрной.
- Ты смотри! Как живые!
Не удержался наблюдавший за творческим процессом Листика Фаримито. Листик изобразила всех своих подруг:
- скачущую на коне - Карэхиту,
- идущую по канату - Смоль
- и жонглирующую пылающими факелами - Батар.
Листик хотела нарисовать Батар с ножами, но девушка уговорила художницу нарисовать её с факелами.
Когда Листик, закончив, удовлетворённо склонила набок голову и произнесла:
- Вот!
Раздались громкие аплодисменты, затем девочку начали просить разрисовать тенты их повозок все цирковые, собравшиеся посмотреть на преобразившийся фургон девушек.

Листик рисовала до глубокой ночи, закончила она уже в темноте, удивив уже ничего не видящих зрителей.
На следующее утро, за завтраком, Журо под общий смех шутливо пожаловался:
- Листик, я теперь боюсь к фургону с львам подходить, мне всё кажется, что они из клетки вылезли!
- Ага, можно было бы на твоём фургоне нарисовать прутья, будто это клетка, но очень уж мрачно получилось бы.
Ответила девочка,
- Пусть так и останется!

Тогда Жозе ещё раз поблагодарил Единого за то, что он послал им Листика. Такие рисунки, можно сказать картины, должны были обязательно привлечь зрителей, ведь не может быть плохим цирк с таким рисунками на своих фургонах.
И надежды Жозе оправдались - публика валила валом. Её привлекали не только рисунки, но и номера, в которых участвовала рыжая малышка. Да и номера, в которых она не участвовала, тоже были очень хороши.
Даже клоун, хоть Листик и не была задействована в его выходах, сумел использовать её идею или, вернее сказать, шалость.
После выступления фокусника Урторио выходил на манеж с тремя большими вёдрами и предлагал Фаримито с ним сыграть в известную игру базарных мошенников.
Под одним из вёдер он прятал мяч и предлагал угадать, где он. Естественно, мяч оказывался под всеми тремя вёдрами.
Эту азартную игру знали все зрители, и эта реприза пользовалась неизменным успехом.

За первую неделю выручка превзошла все ожидания, чтоб не хранить такую большую сумму в фургоне, Жозе отнёс деньги в банк.
В самый крупный банк в Арэмии, филиал которого был в Тарахене. Но, как говорят, за полосой успеха могут прийти крупные неудачи!
Беда нагрянула, когда её совсем не ждали. На одном из представлений успевшего стать сверхпопулярным бродячего цирка Жозе, присутствовало городское начальство.
После представления Карэхиту пригласил к себе в ложу старший пастырь Аргимаро.
И она оттуда не вернулась, слуги пастыря увезли её с собой. Жозе, сразу почувствовав неладное, пошёл в банк за деньгами, но там ему отказались их выдавать, мотивировав - что такой большой суммы сейчас нет.
Это в самом большом и солидном банке Арэмии! Когда Жозе заметил за собой слежку и наблюдение за цирком, то постарался часть фургонов с самым ценным реквизитом и львами вывести из города.
Мачты, на которых крепился полотняный купол, и разные канаты пришлось оставить в Тарахене.
Жозе боялся, что если цирк начнёт явно готовиться к отъезду, то никого из артистов и ничего из имущества не выпустят из города.
Это было обставлено так, словно часть имущества цирка была продана новому хозяину, к нему же и ушла часть артистов.
И вот вчера, через три дня после того как увезли Карэхиту, было объявлено, что она ведьма и что её сожгут на главной площади города.

А сегодня рано утром Жозе и оставшихся артистов подняли городские стражники и погнали на центральную площадь. Там уже был сложены дрова для большого костра вокруг железного столба.
Дрова укладывали особым образом так, чтоб жертва горела как можно дольше и как можно дольше оставалась в сознании, испытывая мучения.
Артистов цирка поставили так, чтоб они были поближе к костру и более подробно видели казнь.
Мужчины сжимали кулаки, глядя на привязанную к столбу Карэхиту, одетую в чёрный балахон нераскаявшейся грешницы.
Смоль обняла Листика и прижала к себе, чтоб девочка не видела этого ужаса. Как только Жозе и его товарищей поставили на отведённое им место, старший пастырь Аргимаро махнул белоснежным платком:
- Начинайте!
- Дорогу! Дорогу!
На площадь, разрезая толпу, выскочили конные гвардейцы архипастыря, за ними выехала карета. Но толпа была очень плотная, и карете пришлось остановиться. Палач бросил факел в первый круг дров, политых маслом. Этот круг моментально запылал.
- Нет!
Раздался над толпой звонкий и в то же время хрипловатый голос. Листик, вырвавшись из рук Смоль, шагнула прямо в костёр, её одежда моментально вспыхнула, девочка, превратившаяся в маленький факел, сделала ещё один шаг и скрылась в бушующем пламени.
Над толпой пронёсся не то вздох, не то всхлип - понятно, когда жгут ведьму или нераскаявшуюся грешницу, а когда вот так гибнет невинный ребёнок…

Архипастырь, глядя на толпу, поморщился - как некстати эта казнь! Его карета, не доехав до дворца главного пастыря Тарахены, остановилась, гвардейцы завязли в толпе, не в силах пробить дорогу.
Как раз в этот момент костёр подожгли. Громкий крик привлёк к себе внимание архипастыря, он увидел, как в костёр шагнула маленькая фигурка с копной рыжих волос.
На мгновение он увидел лицо, это был Листарио, вернее Листик, гениальная ученица художника Лирамо, создавшего шедевр, которому не было равных.
Талантливого художника, так некстати убитого на подстроенной дуэли.

Девочка нисколько не изменилась за прошедшие годы, разве что, чуть подросла.
Гвардейцы, наконец, расчистили дорогу, и карета подъехала к помосту, на котором сидели старший пастырь и губернатор города.
Архипастырь, опираясь на руку своего секретаря, вышел из кареты. В это время одна из цирковых артисток закричала:
- Милости! Милости прошу!
Архипастырь поморщился - чего хотели добиться Аргимаро и Итарано, размещая этих цирковых артистов внутри круга охраны? В непосредственной близости от костра и от того места, где сидели сами.

А высокая худая девушка с резкими чертами лица, сделав три шага вперёд, вместо того чтоб упасть на колени, сбросила с себя куртку. Когда она это сделала, стало понятно, почему куртка такая большая - под ней были перевязи с ножами. Никто не успел опомниться, как девушка взмахнула руками.
Два ножа - один в горле, другой в сердце, торчали у застывшего в кресле губернатора. Воспользовавшись возникшим замешательством, эта девушка закричала:
- Уходите! Я задержу!
Её руки завертелись, подобно крыльям ветряной мельницы, каждый их взмах отправлял в полёт два ножа, находящих себе цели.
Девушка не промахнулась ни разу. С десяток стражников, окружавших губернатора, лежали на земле. Придавив старшего пастыря, хрипел его телохранитель.
Нож, предназначенный Аргимаро, принял заслонивший его верный охранник. Восемь стражников, закрывающих путь к бегству цирковым, ещё не успели упасть на землю, как могучий мужчина бросился бежать, подхватив черноволосую девушку, которая до этого прижимала к себе рыжую девочку. Остальные артисты последовали за ним.
Бежавший последним, худой мужчина развернулся и что-то бросил в опомнившихся городских стражников, устремившихся в погоню.
Серое облако, окутавшее солдат, заставило их остановиться. Все они начали чихать, смотреть им мешали обильно катящиеся из глаз слёзы.
- Колдовство!
Остановились те из стражников, кто не успел вбежать в это облако.
- Перец.
Хмыкнул архипастырь и указал на метательницу ножей, она, закрыв рот и нос платком, побежала через это облако, догоняя своих товарищей.

Архипастырь чуть двинул ладонью. Тренькнула тетива арбалетов гвардейцев и четыре болта вонзились в спину девушки, она сделал два шага и упала. Архипастырь неодобрительно покачал головой:
- Надо было только обездвижить.
Обращаясь к выбравшемуся из-под своего мёртвого телохранителя старшему пастырю Тарахены, неодобрительно произнёс:
- Любезный Аргимаро, что это вы тут устроили?
- Э-э-э… Ведьма… Её сожжение должно…
Промямлил тот.
- Если вы хотели показать своё рвение в вопросах искоренения ереси и достичь эффекта…
Договорить архипастырь не смог, с треском рухнули дрова второго круга.
Если дрова в первом были политы маслом, то во втором были чуть сыроваты, такие, чтоб горели долго, но при этом не давая дыма, чтоб сжигаемая ведьма не задохнулась, не получив полагающихся ей мучений.
Архипастырь удивлённо поднял бровь - мало того что не были приняты должные меры безопасности, так ещё и сам костёр был подготовлен крайне неумело, во второй круг поместили пересушенные дрова!
Наверное, поэтому они так быстро прогорели. Словно подтверждая его догадку, пламя полыхнуло сильнее.
Оглянувшийся на костёр, архипастырь повернулся к старшему пастырю, чтоб продолжить свои едкие замечания, но тут слитный выдох толпы и смотревших на костёр стражников заставил его снова обернуться.

Из бушующего пламени вышли две обнажённые фигурки, меньшая шагала чуть впереди, держа за руку ведьму, которую собирались сжечь.
Ни на девочке, ни на девушке не видно было следов ожогов или какого другого воздействия пламени. Девочка спокойно огляделась и направилась к выходу с площади.
- Стреляйте!
Завизжал старший пастырь Тарахены, снова тренькнули арбалеты, на этот раз стражников, архипастырь едва заметным движением запретил своим гвардейцам стрелять.
Девочка обернулась, и летящие в неё и девушку болты искрами вспыхнули и сгорели. Больше их никто не посмел задерживать, они спокойно скрылись в одной из боковых улиц.
- Прикажете задержать?
братился к архипастырю капитан его гвардейцев.
- Кого? -
Поднял бровь высший церковный иерарх и повторил:
- Кого? Если циркачей, то они, скорее всего, побежали не к воротам. Они перелезут через стену.
- Высота стен…
Начал Аргимаро, архипастырь его перебил:
- Изнутри они поднимутся по лестнице, а потом спустятся по верёвке, заметьте, любезнейший, они могут это сделать в любом месте стены. А ваша так называемая ведьма…
Архипастырь продолжил, повысив голос, так чтоб его слышала вся площадь:
- И спустился святой Ивософат на землю к людям, но не признали они его святость и побили камнями!
И решили они его сжечь! И взошёл святой на костёр с улыбкой, не тронуло его очистительное пламя! Увидев это чудо, прозрели тёмные и заблудшие, воссиял тогда над Арэмией свет истинной веры! А святой вознёсся на небо и сказал он…

Притихшая толпа и стражники с благоговением слушали архипастыря, а тот тихо сказал старшему пастырю:
- Продолжайте, заблудший брат мой.
Тот, запинаясь, проговорил:
- … и придёт мой посланец, его вы должны принять не так как меня. Этим вы, э-э-э… Докажете крепость вашей веры в… Но позвольте, ваше святейшество! Святой Ивософат сказал, придёт он, а не она!
- Неисповедимы пути Единого!
Так же громко и торжественно продолжил архипастырь.
- Он прислал к нам святую, дабы испытать нашу веру! А вы, брат мой, не выдержали испытания! Вы подвергли святую гонениям! Она ужаснулась вашей греховности и ушла! Горе нам!
Толпа рухнула на колени, а архипастырь тихо сказал своим гвардейцам, кивнув на бледного Аргимаро:
- Взять его!
Чему-то усмехнувшись, он приказал гвардейцам, скрутившим старшего пастыря:
- В костёр его.
Снова громко продолжил:
- Брат наш решил искупить свою вину, не будем .ему препятствовать! Если будет милость Единого, он выйдет из костра невредимым, чем покажет нам свою святость, и мы преклоним пред ним колени!
* * * * *

Карэхита в чёрном балахоне стояла привязанная к столбу и смотрела на колышущуюся толпу.
Вот привели под конвоем её товарищей, всегда подтянутая Батар была в какой-то мешковатой куртке, плачущая Смоль крепко прижимала к себе Листика. Сжавшие зубы Жозе и Журо, непроизвольно напрягающий свои могучие мускулы Торунаро.
Казалось, он сейчас бросится на стражников, а потом раскидает дрова костра, чтоб спасти её, Карэхиту, и…
Но что он сможет сделать против арбалетов и мечей! Палач в красном балахоне поджёг дрова. Первый круг, политый маслом, вспыхнул моментально, Карэхита почувствовала жар, который становился сильнее и сильнее.
- Нет!
Карэхита услышала крик и сквозь огненную стену к ней шагнула пылающая фигурка. По-собачьи отряхнувшись, эта фигурка сбросила с себя пылающие тряпки и появившимися большими когтями разрезала верёвки и чёрный балахон.
- Листик?
Прошептала Карэхита, её взгляд с сосредоточенного веснушчатого лица переместился на руки девочки с внушительными когтями.
- Ага!
Вопреки обыкновению, Листик, оставаясь серьёзной, спрятала когти и обняла девушку. Только сейчас Карэхита обратила внимание, что вокруг бушует пламя. Но жара, как в те мгновения, когда подожгли костёр, девушка не чувствовала. Листик, заглянув в чёрные глаза, сказала:
- Пошли!
Дальше для Карэхиты всё было как во сне. Она, обнявшись с Листиком, прошла сквозь бушующее пламя, и они, никем не задерживаемые, вышли из города. За ними попробовали проследить, но соглядатаи заблудились в ближайшей роще. Роще, которая насквозь просматривалась.
Потом преследователи ушедших девочки и девушки рассказывали о дремучей чащобе, о страшных голосах, которые выли и рычали, о блуждающих огоньках, о том, как они чуть не утонули в трясине болота, неизвестно откуда взявшегося в этой сухой местности.
А Листик шла, как будто знала куда. Утром она вывела уставшую Карэхиту прямо к уменьшившимися в количестве повозкам цирка Жозе.
Удивлению цирковых не было предела, они же видели, как разгорающийся костёр поглотил Карэхиту и как туда шагнула Листик.
Смоль поочерёдно обнимала и ощупывала девушку и девочку, при этом не переставая плакать. Было видно, что и остальным хочется пощупать Листика и Карэхиту, чтоб убедиться, что это действительно они и что они живые.

Урторио таки не удержался и ущипнул Листика.
- Ай!
Подпрыгнула девочка.
- Чего ты щиплешься?
- Листик, это действительно ты? Но как же так… Ведь мы все видели, что ты вошла в костёр! Да и Карэхита…
Начал Урторио, Листик вздохнула и, отдав тёплый плед, который ей дала матушка Мижан, шагнула в костёр.
Этот костёр нельзя было сравнивать с тем, что приготовили на главной площади Тарахены, это был обычный походный костёр, на котором готовили завтрак. Хоть костёр был маленький, но смотреть на девочку, стоящую в пламени, было довольно жутко.
А Листик стояла и улыбалась, казалось, язычки пламени возникают сами по себе на её золотистой коже.
- А-а-а… Агм…
Жозе попытался хоть что-то сказать. Листик вышла из костра и заявила:
- Ага! Кушать хочу! Матушка Мижан, там каша ещё осталась?

Повариха и, по совместительству, бухгалтер цирка протянула девочке полную тарелку. Листик взяла и благодарно кивнула. Карэхита ничего не ела, только зябко дрожала, хоть и куталась в тёплое одеяло.
Жозе, поняв, что испуганная девушка сама ничего не знает и мало что сможет рассказать, а поглощённая едой рыжая девочка больше ничего объяснять не намерена, извиняющемся тоном сказал наезднице:
- Карэхита, ваш фургон остался в Тарахене. Извини, так получилось. Мы сами едва выбрались, если бы не Батар…
Да и денег у нас нет. А продавать имущество цирка…

Жозе опустил голову, хоть его вина в случившемся была минимальна, но всё равно он корил себя, что не предусмотрел такого поворота событий.
- Ага.
Листик оторвалась от каши и посмотрела на директора цирка.
- Ты же говорил, что мы много заработали! Куда же делись эти деньги?
Тяжело вздыхая, Жозе рассказал о том, как с ним поступили в банке. Листик внимательно слушала и кивала, а потом спросила:
- Ты говоришь, что в таком большом банке не может не быть денег. Значит, они их спрятали и никому не показывают, а где они могут эти деньги спрятать? Где-то в поле закопали?
- Это только в сказках деньги закапывают, а в банке есть такое хранилище, обычно в подвале, и очень хорошо охраняется!
Вместо Жозе ответил Урторио.
- Ага.
Листик произнесла это как-то очень задумчиво, затем попросила у матушки Мижан добавки. Та, глядя на девочку круглыми глазами, молча, до краёв наполнила тарелку Листика.

Ночью Жозе, совсем не спавший, заметил, как поднялась с выделенного ей одеяла Листик. Места всем в фургонах не хватало, поэтому спали у костра и те, кто лишился своих повозок, и те, у кого они были. Неслышно ступая, Жозе пошёл за Листиком.
Девочка дошла до небольшой речушки, скорее ручейка, и без всплеска туда нырнула. Девочки не было довольно долго, и обеспокоенный директор цирка собрался подойти к тому месту, где под водой скрылась девочка, как из ручья вверх стремительно ушла большая крылатая тень.
Кто это был, Жозе не разглядел, но он был готов поклясться, что этот силуэт не был похож ни на одного из известных ему зверей. Осторожно подойдя к ручью, мужчина не обнаружил там Листика, хотя речушка была в этом месте мелкая, и спрятаться было трудно, разве что проплыть под водой вниз по течению.
Видно, Листик это и сделала, но вот - зачем это ей надо?

Жозе сел на берегу и стал ждать, он был уверен, что Листик вернётся, мало того, он был уверен и в том, что девочка знала, что за ней следят.
- Сидишь?
Разбудил Жозе, не заметившего как заснул, хрипловатый голос за спиной.
- Если подсматриваешь, то надо не спать, а смотреть! На вот!

Девочка протянула мужчине большой кожаный мешок. Жозе развязал завязки и поперхнулся - там было золото!
Да и сам мешок был упаковочным, в таких кожаных больших сумках банк хранил золотые монеты. А улыбающаяся девочка пояснила:
- Я точно не помню, сколько ты монет отнёс в банк, вернее, не знаю. Я там один такой мешок развязала и высыпала, чтоб посмотреть, так сразу тамошние стражники прибежали и давай кричать.
А я им только улыбнулась! А они такие невежливые -- сразу в крик! Ну не все, двое в обморок упали. Вот я, чтоб их не смущать, по-быстрому взяла один мешок.

Жозе хмыкнул, скорее всего, охрана услышала шум, вернее, звон рассыпаемых монет в хранилище. Листик не стала рассказывать, что охранники сразу же и убежали, кроме упавших в обморок, всё-таки скалящийся дракон в подземном банковском хранилище - зрелище не для слабонервных.
Конечно, Жозе не знал, что Листик наведалась в банк в ипостаси дракона, он так и не понял, как девочка сумела туда пробраться, да ещё и выбраться?
Опять же мешочек не маленький и довольно тяжёлый! Как Листик его сумела принести, кроме того, расстояние до Тарахены девочка за это время даже в одну сторону не пробежала бы!
Вряд ли хранилище банка расположено где-то в ближайшей роще. Всё это Жозе и высказал, а Листик немного обиделась:
- Это настоящее золото! Ты что думаешь, что я тут где-то фальшивые монеты откопала? Да?
- Листик, я не сомневаюсь в том, что это золото настоящее. Нам оно будет очень кстати…
- Ага! А чего ты не радуешься. Всё равно грустный?
- Видишь ли, цирк придётся распустить, вряд ли мы сможем выступать после того что случилось в Тарахене.
Боюсь, что нам, вообще, придётся скрываться. Батар убила губернатора и покушалась на старшего пастыря, конечно, он своло…
- Ага, а где Батар? Смоль с вами. А куда делась Батар?
- Её убили.
С грустью произнёс Жозе, погладив девочку по голове.
- Если бы не она, то мы бы все сейчас были в местной тюрьме. Церковь не прощает оскорблений.
- Ага.
Шмыгнувшая носом Листик спросила:
- А архипастырь может им сказать, чтоб вас простили?
- Архипастырь всё может.
Ответил Жозе, удивляясь, почему Листик это спросила, а девочка, снова произнеся своё привычное «ага», нырнула в ручей. Теперь мужчина, сидевший на берегу речушки, видел, как Листик скользнула вниз по течению. Он ожидал чего-то такого, но всё равно вздрогнул, когда из воды стремительно вырвался крылатый силуэт.
- Кто же ты, Листик?
Прошептал Жозе, а потом принялся завязывать мешок с деньгами.

часть восемнадцатая
Глава восьмая.
НЕМНОГО ИЗ ПРОШЛОГО. ЦИРКОВЫЕ

Фаримито, вздохнув, стал сооружать какую-то конструкцию из разноцветных ящиков, Смоль начала ему помогать, а Карэхита пустила своих тонконогих лошадок по кругу, запрыгнув на одну из них, девушка встала в стойку на руках, а потом, сделав сальто, перепрыгнула на вторую лошадку.
Сделала Карэхита это легко, словно бабочка, перепорхнувшая с цветка на цветок. Листик захлопала в ладоши.
А Урторио, сделав зверское выражение лица, заговорщицким тоном, хрипло сказал Листику:
- Недолго ей прыгать осталось, Фаримито сегодня её таки распилит напополам!
- Как распилит?!
Испугалась девочка и со страхом посмотрела на улыбавшегося фокусника, тот не расслышал, что говорил клоун девочке.
- Ржавой пилой!
Трагическим шёпотом пояснил Урторио. При этом он начал заламывать руки так, словно пилить собирались его.
- Не верю! Не верю.
Голосом прокурора произнесла Батар, обращаясь к клоуну.
- Где правда жизни? Где сопереживание? Ты должен трепетать от ужаса, а руки, руки… Что ты их вывернул, словно в носу поковыряться собрался!
- У него трагизм появится, если ему гирю на ногу уронить.
Мужчина атлетического сложения, легко подбрасывая, перекидывал большую и, наверное, очень тяжёлую гирю из руки в руку.

Увидев, что Листик на него обратила внимание, он в замахе вверх выпустил завертевшуюся гирю из руки, и когда та начала падать вниз, поймал её на шею:
- Хех!
- О-о-о!
Восхитилась девочка, а польщённый атлет, широко разведя в стороны руки, в которых снова было по тяжёлой гире, поклонился девочке. Листик отвесила поклон в ответ и повернулась к Батар, доставшей ножи:
- Батар, а зачем Фаримито пилить Карэхиту?
- Номер такой, вернее, фокус. Карэхита залазит в ящик, а Фаримито будто её пилит, а потом раздвигает половинки ящика в стороны. В одной - Карэхита улыбается и машет руками, а во второй болтает отпиленными ногами.
- Как же она может болтать ногами, если ей ноги отпилили и они в другой половинке ящика?
Удивилась девочка, с жалостью глядя на вставшую ласточкой на своей лошадке улыбающуюся девушку.
- Там ноги не Карэхиты, а Смоль.
Засмеялась Батар, начиная подбрасывать ножи.

Шесть ножей, завертевшись, превратились в блестящую ленту. Листик завороженно смотрела, Батар жонглировала ножами, заставляя их взлетать - то друг за другом, то парами, то по три штуки! Казалось, ножи просто висят в воздухе! И делала это девушка без всякой магии!
- Батар, а ты меня так научишь?
Листик протянула руку и поймала один нож, поймала ладонью за лезвие.
Ой!
Испуганно выдохнула Смоль, а Карэхита спрыгнула с лошади и бросилась к девочке:
- Листик, ты не сильно поранилась!
Ножи Батар были такими острыми, словно они были предназначены не для жонглирования, а совсем для другого.
Жонглёрша, тоже дёрнувшаяся к девочке, остановилась, но при этом как-то очень внимательно смотрела на руку девочки, державшую нож.
- Батар! Ну разве так можно!.. У тебя же ножи острые, как бритва! Да помоги же…

Высокая девушка молча показала на руку Листика, если бы это была обычная девочка, то нож отрезал бы ей пальцы. Но даже бритвенно-острый нож не может пробить драконью кожу, если, конечно, дракон готов к тому, что его ударят.
Листик поймала нож ладонью, но, не желая демонстрировать свои возможности, быстро перехватила его так, чтоб острое лезвие было зажато между ладонью и пальцами, не касаясь их. На ладонях девочки не было никаких следов крови.
- Ага!
Листик протянула нож Батар и снова попросила:
- Научи меня так!
- Хорошо, только мы будем учиться не на ножах, а на булавах.
Кивнула девушка. Она достала короткие палки с утолщениями на концах и стала показывать Листику, как надо жонглировать.

Через полчаса девочка уже вовсю подбрасывала, но только четыре булавы, шесть у неё ещё не получалось.
А тем временем на натянутый на столбах канат ступила Смоль. Она осторожно пошла, балансируя веером.
Неожиданно сделав кувырок, девушка едва не упала, но выровняла равновесие и затанцевала на канате, словно под ней была не шаткая и узкая опора, а твёрдый пол.
Листик, забыв о булавах, с восторгом смотрела на танец Смоль. Девушка, сделав несколько пируэтов, снова закачалась, будто собираясь упасть, но это вышло у неё как-то очень изящно, словно это было элементом танца.
- Не бойся, Смоль не упадёт, это такие приёмы, чтоб пощекотать почтеннейшей публике нервы. Зритель любит, когда на его глазах вот так рискуют.
Прогудел силач, стоявший рядом с Листиком и тоже наблюдавший за девушкой.
- Я тоже так хочу!
Заявила рыжая малышка и ловко полезла по одной из опор, между которыми был натянут канат.

Девочка бесстрашно ступила на этот канат и быстро по нему пробежалась, затем, как и Смоль, перекувыркнулась, повторив не только сам кувырок, но и мнимую потерю равновесия.
Всё это у девочки выходило легко и непринуждённо, Листик даже в ипостаси человека легко держала равновесие, как дракон или как кошка. Но для всех она была маленькой рыжей девочкой, и то, что эта малышка показывала, вызывало изумление!
. ,
К концу дня умаялись все наставники рыжей непоседы, она, казалось, хотела испробовать всё, и очень многое у неё получалось.
Листик только не приставала к Торунаро, оно и понятно - поднимать, а тем более подбрасывать гири девочке явно было не под силу.
Вечером, после ужина, у костра зазвенели гитары, как оказалось Фаримито и Урторио очень неплохо. Под аккомпанемент зажигательной мелодии в круг вышла Карэхита. Листик, глядя на танцорку, казалось, перестала дышать. Когда танец закончился, девочка жалобно посмотрела на Карэхиту.
- Сейчас она скажет - научи меня.
Улыбнулся Урторио, Листик показала клоуну язык и попросила девушку:
- Научи меня!
- С удовольствием.
Улыбнулась в ответ Карэхита.
- Тебя учить - одно наслаждение!

Снова звенели гитары, танцевали Карэхита и Смоль. К ним присоединилась Листик, сначала неумело копируя девушек, а потом её танец становился уверенней и уверенней, и вот уже три танцорки кружились, то образовывая круг, то ведя собственные танцевальные темы.
Когда девушки и девочка сделали последние танцевальные движения и застыли, обнявшись, раздались бурные аплодисменты.
Зрители и аккомпаниаторы не жалели ладоней, выражая свой восторг.

Утром, когда матушка Мижан только начала готовить завтрак, артисты цирка Жозе собрались у его фургона, не было только Карэхтиы и Листика.
- Вряд ли она рабыня.
Говорил Журо.
- Уж очень она уверенно держится. У тех, кто побывал в рабстве, появляется некоторая скованность в поступках. Они всё делают с оглядкой, словно боятся разгневать своего хозяина.
- Да и то что она показала… Пусть только два фокуса, но исполнила она их безукоризненно. Такое может быть только результатом долгой тренировки.
Задумчиво произнёс Фаримито.
- Да и нож Батар она поймала за лезвие и при этом не порезалась. Может жонглировать она и не умеет, но с оружием обращается вполне умело.
- Вот только откуда она взялась? Всё-таки округа Арэмии довольно густо населена.
Высказался Урторио.
- Как-то же она туда попала. Так откуда она там взялась, да ещё и в таком виде?
- Урторио, она же сказала с Каприна, думаю, что это какой-то экзотический остров.
Сделал предположение силач.
- Торунаро, с чего ты так решил?
- А я её спросил, почему она в появилась таком виде? И знаете, что она мне ответила?
Прогудел атлет и, отвечая заинтересовавшимся слушателям, пояснил:
- Она сказала - там все так ходят!
- Я могу ещё поверить, что где-то на юге есть остров, где очень жарко и все ходят голышом, но Листик была-то около Арэмии! Неужели ты думаешь, что она вот так и пришла оттуда в таком виде?
Возразил Жозе.
- И как она пересекла море?

- Ладно, пойду гляну как там Царь и Злюка, что-то они себя сегодня очень тихо ведут.
Обеспокоенно сказал Журо и направился к фургону-клетке.
- Да, посмотри, сегодня и с ними надо провести репетицию.
Кивнул своему помощнику Жозе.
- Новых номеров разучивать не будем, закрепим старое.
- И всё-таки её учили и очень многому учили.
Вернулся к прерванной теме Фаримито.
- Уж очень многое она умеет. Почему я так говорю? Вы же видели, она буквально за несколько минут обучается тому, про что говорила, что не умеет!
А на канате?! Так можно кувыркаться только после длительных тренировок!
А как она вчера танцевала! А утверждала, что не умеет! Не может быть, чтоб это было в первый раз!
- Я бы её взяла партнёром в номер.
Кивнула Смоль.
- Она немного потренируется и сможет станцевать на канате не хуже меня!
- Да и я бы взял её ассистентом в номер.
Кивнул Фаримито.
- У неё замечательно получается! Сколько в ней артистизма!
- Я бы тоже не отказался от такого ассистента.
Заявил Торунаро своим гулким голосом.
- А что бы она делала в твоём номере? Или ты думаешь, что она сможет поднять твои гири?
Засмеялся Урторио.
- Она бы могла сидеть на гире, что я поднимаю!
- Постой, постой! А если и я буду в твоём номере? Мы бы с Листиком станцевали на поднятых тобой гирях! Ты смог бы нас поднять?
Спросила Смоль.

Силач пожал плечами, показывая, что это не составило бы для него труда. А Жозе задумчиво покивал и произнёс:
- Только не на гирях, а на таком помосте. Небольшой такой помост и на нём танцуете: ты - Смоль, Карэхита и Листик. Карэхита, как тебе такая идея?
Жозе обратился к заспанной девушке, вылезшей из своего фургона. Та пожала плечами, не сообразив, что от неё хотят. А Смоль спросила:
- А Листик, что, ещё спит?
- Не знаю, её в фургоне нет.
- Карэхита, вы же долго шептались там о чем-то, перед тем как заснуть!
- Батар, я рассказывала Листику сказку, а потом она пошла спать.
- К кому?
Удивилась жонглёрка.
- У нас же в фургоне только три спальных места! Я думала, что она возле тебя и заснула!
- Я тоже так думала, а потом обнаружила, что её нет!
Растерянно произнесла Карэхита.

- Вот! А вы - я бы взял ей в ассистенты! Я бы взяла её в номер! Она такая молодец, всё на лету схватывает! А она просто сбежала!
Жёлчно произнёс Урторио. Смоль собралась ему возразить, а Батар укоризненно покачала головой, да и остальные не разделяли мнение клоуна, а тот продолжил развивать свою мысль:
- Точно сбежала! Она и перед этим откуда-то сбежала, её-то и раздели, наверное для того, чтоб она этого не сделала. А вы… Накормили, приодели…
А она даже спасибо не сказала! А вы тут - ах, ох! Какая помощница вышла бы…
- А пожалуй бы и вышла.
Произнёс подошедший Журо и кивнул директору цирка.
- И не кому-нибудь, а нам с тобой, Жозе. Идем, глянешь на, как вы решили, пропажу. Я как увидел, так просто обалдел!

Жозе пошёл за Журо, впрочем, все остальные тоже пошли. Увиденная картина вызвала изумление, а потом смешки - в клетке со львами спала Листик!
Она устроилась под боком лежащей Злюки, всегда злая и готовая кого-нибудь цапнуть львица спокойно лежала, прикрыв девочку лапой.
А вот спокойный и покладистый Царь стоял и хлестал себя по бокам хвостом, всем своим видом показывая, что не позволит приблизиться к своей подруге.
При виде людей Царь тихонько, но грозно зарычал.
- Посмотри на него!
Усмехнулся Жозе.
- Охраняет!
Словно подтверждая его слова, лев зарычал громче. Листик заворочалась и открыла глаза, увидев собравшихся перед клеткой людей, она виновато захлопала глазами:
- Я только хотела посмотреть, а потом заснула!
- Листик! Но если ты только хотела посмотреть, зачем залезла в клетку?!
Всплеснула руками Карэхита.
- А я хотела ещё погладить! Они такие хорошие!
- Листик! Это дикие звери! Они могут напасть!
Не выдержал Жозе.
- Не-а, они хорошие!
Возразила девочка, а Злюка, словно подтверждая слова рыженькой малышки, принялась ту облизывать.
- Ой-ой, щекотно! Я сама умоюсь!
Отбивалась Листик от львицы, но та продолжала ещё усерднее умывать девочку своим языком.

- Ты хоть что-то понимаешь?
Спросил Жозе у Журо, тот пожал плечами:
- Злюка относится к Листику как к своему детёнышу, не знаю почему. Может материнский инстинкт проснулся? Я когда её там увидел.
Журо кивнул на девочку.
- Очень испугался, думал, они её разорвали. Решил, что эта маленькая дурёха из любопытства сунулась в клетку и… Тут ещё Царь начал рычать. А потом пригляделся…
Сам видишь, можно смело Листика брать к нам в номер. А можно и новый сделать - царь зверей и спящий младенец! Как тебе?
- Хороший номер, ничего делать не надо.
Ворчливо начал Урторио, но хоть остальные и поглядели на него осуждающе, он тем же тоном закончил:
- Спи себе среди львов, даже репетировать не надо.
- Так в чём дело? Вон можешь потренироваться, место освободилось.
Усмехнулась Батар, кивнув на выбирающуюся из клетки девочку. Листик не стала открывать дверь, она просто пролезла между прутьями и немного смущённо начала оправдываться:
- Извините, что я проспала, я только немножко погладила Злюку, а потом как-то заснула. Мне так тепло было.
- Пригрелась и заснула.
Хмыкнул Журо.
- Рядом с такой-то грелкой!

- Завтрак готов!
Закричала матушка Мижан, и оригинальный способ проведения ночи Листиком был на время отодвинут в сторону.
После завтрака круг внутри фургонов, служивший импровизированной ареной, был отгорожен высокой решёткой. В эту клетку на всю арену, внесли три большие тумбы, другой реквизит и впустили львов.
Поскольку основное место репетиций было занято, все расположились вокруг арены, принявшись с интересом наблюдать за репетицией номера с большими жёлтыми кошками.
Но львы были явно не в духе, они огрызались и не хотели запрыгивать на тумбы. Жозе грозно щёлкал длинным кнутом, но ни Царь, ни Злюка на него не обращали внимания.
- Ну что же ты? Почему не хочешь на тумбочку?
Листик, проскользнув между прутьями, обняла Злюку. Львица снова лизнула девочку, а та со словами - «смотри как надо» забралась на круглое возвышение. Львы последовали примеру девочки.
- А теперь прыгайте!
Скомандовала Листик, но львы и не думали прыгать, они с недоумением смотрели на маленькую рыжую укротительницу.
- Листик, как же они будут прыгать? Они же должны перескакивать с тумбы на тумбу. А на свободной тумбе ты сидишь.
Усмехнулся Журо.
- Ага!
Кивнула девочка и прыгнула на тумбу где сидела Злюка, та тоже прыгнула, освобождая место.
Львица прыгнула на тумбу Царя, а тот перескочил на освободившееся место Листика. Так они и прыгали по кругу некоторое время.

- Жозе! Давай огненный обруч! Это будет шикарный номер, львы гонятся за младенцем, прыгая через пылающий круг!
Подначил Урторио.
- Скорее, младенец гоняет львов.
Усмехнулся Торунаро. А Карэхита и Смоль захлопали в ладоши, Батар только улыбалась.
- Предлагаю разнообразить и дополнить номер.
Ехидно продолжил Урторио.
- Включить туда жонглирующую Батар и нашего атлета с гирями… Получится очень эффектно - Торунаро впереди львов со своими гирями прыгает сквозь огненный круг! Ф В, А О Э Я Ч С М Б Ю …
- Тогда и тебя нужно в этот номер.
Прищурился силач.
- Это в каком же качестве? Что я там буду делать, после тебя-то…
- А Царь будет прыгать сквозь огненный обруч, держа тебя в зубах!
Фаримито укоризненно покачал головой, глядя на спорщиков. А Жозе, отвлёкшись от карусели, устроенной львами и Листиком, прикрикнул на зрителей:
- Делом займитесь! Или ваши номера уже отработаны? Через три дня дальше двигаемся!

Люди разошлись, а Листик немного посидела в уголке клетки, наблюдая за львами и их укротителем. Потом её позвала Карэхита, она ехала к речке купать своих лошадок. Жозе посмотрел вслед удаляющимся всадницам и спросил у Журо:
- Что ты думаешь?
- Думаю, можно. На канате у неё великолепно получается, если она там ещё и жонглировать сможет… Это будет хороший номер.
- С жонглированием у неё не очень…
Засомневался Жозе.
- Жозе, четырёх булав вполне хватит. Ещё можно её напарницей к Карэхите.
Прикидывая, как задействовать в будущем выступлении рыжую девочку, произнёс Журо. Вспомнив, он добавил:
- Фаримито просил…
- Хватит с него Смоль, две ассистентки у фокусника - это перебор.
Возразил Жозе, усмехнувшись, продолжил:
- А вот со львами её можно выпускать, не в номер - просто выход перед основным выступлением. Младенец и львы - хорошо смотрятся, публика любит такие сочетания.
- Ну что ж, на этом и порешим.
Согласно кивнул Журо.
- Только номер как-то по-другому назвать нужно, Листик на младенца обижается.
Мужчины засмеялись. Отсмеявшись, Жозе заметил:
- Похоже Единый услышал наши молитвы и послал нам это рыжее чудо, она поможет поправить наши дела! Только один её выход со львами сделает нам кассу.

- Карэхита, а почему твоих лошадок зовут Птичка и Рыбка? Как-то не сочетается рыбка с птичкой, они же живут: одна в воде, а вторая летает в небе.
Спросила Листик, она мыла Рыбку, а Карэхита, уже помыв Птичку, расчёсывала той гриву.
- Так почему?
Не отставала Листик. Карэхита, заулыбавшись, ответила:
- Надо чтоб было ласково, если одну лошадку назвать злюкой, то она может обидеться.
- Но Злюка же не обижается!
- Так она же и не лошадка!
Карэхита погладила Птичку, а Листик спросила у Рыбки:
- А если тебя по-другому назвать, ты обидишься?
Лошадка фыркнула, показывая, что она обидится, если её мыть перестанут. Девочка засмеялась и завела Рыбку глубже в реку.

- Листик, не заходи глубоко! Русалки могут утащить!
Забеспокоилась Карэхита. Листик фыркнула почти так же, как перед этим Рыбка:
- А ты откуда знаешь?
- Ну, так говорят.
Пожала плечами девушка.
- Говорят, что в глухих местах, в реках и озёрах может водиться всякая нечисть! Враг Единого специально её разводит. Правда, мало кто видел…
- Глупости!
Снова фыркнула Листик.
- Русалки, да и другие из необычного народца, к врагу вашего Единого никакого отношения не имеют! Вот!
- А ты-то, откуда знаешь?
Удивилась Карэхита.
- Пастыри говорят, что…
- Врут ваши пастыри! Вот!
Ответила девочка и, хитро глянув на свою смуглую подругу, предложила:
- А хочешь с русалкой поговорить? Тут одна за нами подглядывает.

Не дожидаясь ответа, Листик пару раз шлёпнула ладошкой по воде и позвала:
- Вылазь! Никто тебя не обидит!
Из-под воды появилась молодая девушка, со светло-зелёной кожей и тёмно-зелёными волосами.
Карэхита ойкнула и испуганно застыла, не зная, что делать. Потом, хоть как ей ни было страшно, она прыгнула в воду, подплыв к Листику и обняла её, словно стараясь защитить. Листик засмеялась, а русалка очень серьёзно сказала:
- Вы звали меня, госпожа?
- Ага.
Ответила девочка.
- Вот, Карэхита хотела посмотреть на русалку. Она вас никогда не видела и говорит, что вы страшные и ужасные. Нападаете из-под воды и топите зазевавшихся!
- Мы не нападаем и не топим, люди сами тонут.
Серьёзно ответила русалка.
- Ага.
Согласно кивнула Листик и пояснила своей подруге:
- Они сами прячутся. Русалок бояться не надо. Вот водяники и водяницы могут утопить.
- А ты откуда это всё знаешь?
Изумлённо посмотрела на девочку Карэхита.
- Она -- Хозяйка.
Вместо Листика ответила русалка, было видно, что ей неприятно находиться под ярким солнцем. Листик это заметила и махнула рукой:
- Ладно, прячься.

Русалка, плеснув хвостом, скрылась под водой. Листик, проводив взглядом подводную жительницу, сказала Карэхите:
- Хвостатая, совсем дикая! Какие-то они здесь у вас запуганные. Вообще-то русалки без хвостов.
- Листик! Откуда ты это всё знаешь?!
Карэхита вытащила девочку на берег и посмотрела на её ноги. Словно ожидая там увидеть хвост. Девочка засмеялась:
- Нету у меня хвоста!
Листик могла бы сказать -- сейчас нет, а так есть, но увидев, что её подруга очень перепугана, решила такого не говорить. А Карэхита испуганно проговорила:
- Пастыри приказывают сжигать пойманных русалок! А ты…
Она назвала хозяйкой! Выходит ты тоже?.. Листик, ты не боишься львов. Да и лошади сначала тебя испугались, а потом…
Ведь тогда они же тебя испугались, да? Я заметила это, когда ты появилась! Листик, кто ты?

Девочка улыбнулась и погладила девушку по руке:
- Я это я, и не желаю никому зла. И если ты меня не боишься, то хотела бы стать твоей подругой. Ведь мы можем дружить? Ведь так?
Карэхита глянула в большие зелёные глаза, смотрящие на неё с такой надеждой! Пусть это и особенный, какой-то не такой, но это ребёнок! И как она слушала сказки, просто ощутимо сопереживая их героям.
Наездница обняла девочку и прижала к себе, а Листик почему-то всхлипнула.

- Здесь зона с сильным магическим полем!
- Вот именно… - подтвердил проходящий мимо куст.