я не люблю отражений своих в зеркалах,
кружева паутины тоскливой в сырых углах
корзины, картины, картонки, ремонт, потоп,
удары хлыста, фотовспышки, команду стоп.
мой учитель танцев строен, суров и строг,
он спокойно выходит за мой болевой порог.
я танцую на битом стекле, укрощая страх,
не увидеть своё отраженье в его глазах.
на танцполе учителя розы шипы и пот,
а в антракте на пальцах разбитых горячий лёд
ни последний не первый-единственный в верхнем «до»
по утрам мой любимый, по средам на сцене бог.
дом мой с видом на лето на той стороне луны
приходи, я налью тебе чай расшифрую сны
видишь, я по траве изумрудной хожу босой
раздевай до дождей меня нежно,
танцуй со мной…
И если тень когда-нибудь заслонит свет,
Это не значит никогда, что света нет…
Он есть во вне и есть в тебе самом.
Поэтому, не нужно забывать о том,
Что мир светлей становится с рассветом.
И сам свети. И не скупись на это.
Справедливый человек не тот, кто не обидит, а тот, кто мог бы обидеть, но не стал.
Подорвать веру в людей достаточно просто: нужно «подставить"под ножку пару раз, и дело в шляпе… Человек перестает быть ДОВЕРЧИВЫМ. Хорошая «школа»)
Раньше меня волновало чужое мнение…
Потом я задумалась: «А почему меня волнует то, что скажут про меня другие? Всем должно быть наплевать, ведь это моя жизнь» и я перестала обращать внимание на мнение людей. Даже как-то легче стало…))
Людей рождается так много, что деньги уже не успевают всех испортить. Хотя печатные станки работают день и ночь.
Знаешь ли ты, что будет, мальчик, высекающий искру на берегу? Твой отец на охоте, твоя мать собирает мед. Я смотрю на тебя сквозь солнце, я так тебя берегу - никто твоего дыхания не возьмет. Когда ты вырастешь, деревья станут высокими, облака будут кольцами дыма тянуться за горизонт, и откуда бы ты ни звал меня, я сумею издалека возвращаться на этот зов. Я не должен быть, не должен тебе мешать, я стою на краю, отгоняю седую смерть. Потому что весь мир твой, ойкумена, хрустальный шар выдуман, чтоб я мог на тебя смотреть.
Действительно опасные люди, что бы они ни творили, верят, что творят добро, и ни секунды в этом не сомневаются. Тем и опасны.
Всякая встреча больше ведь, чем расставание. До встречи - пустота, ничто, а после расставания пустоты уже не бывает. Встретившись однажды, полностью расстаться невозможно. Человек остаётся в памяти, как её, памяти, часть. Эту часть создал он, и она живёт и иногда входит в соприкосновение со своим создателем. Иначе отчего же мы чувствуем дорогих людей на расстоянии?
Закуражилась кровь тромбоцитами,
Закипела - ускорив течение.
Застучали слова алгоритмами,
Выражающие точку зрения.
Наплевать бы им на собеседника,
На его недалёкое мнение.
Мы на кухне в нарядном переднике -
Обсуждаем проблемы сварения:)))
Если ты верующий то не называй себя таковым, а делай ! Если ты любишь, отдай душу ! Если ты хочешь, но думаешь что не можешь, помолись))))
Чаще всего, мы верим тем людям, которые выражают наши мысли. Как только они перестают выражать наши мысли, мы перестаем им верить.
Зачем катил Сизиф на гору камень…
Ругали люди нелепый его труд.
Урок и ныне не усвоен нами,
Последователи по пятам идут.
Человек знает меня ровно с той стороны, которой я к нему поворачиваюсь. Именно поэтому я для кого-то хамло и фуфырла, а для кого-то подружка и люблюшка!
А за окошком во дворе - застывший круг от фонаря. Там неизменен статус-кво, и оборвало время нить. На отрывном календаре - 32-е сентября, и тридцать третьему его все не сменить. Все не сменить.
Здесь желтоглазый сонный рай, здесь новостей не стоит ждать. Сплетает в воздухе венок неторопливый лунный свет. На город, бивший через край, легла всем весом благодать, и оттого я одинок, печален, немощен и сед… Здесь нет ни страхов, ни страстей, и в полуночный гиблый час не ткнет напильником в живот брутально пахнущий технарь. Здесь в заоконной пустоте глухая ночь играет джаз, и водят вечный хоровод аптека, улица, фонарь.
Я знаю, мне не убежать и ждать пощады не резон, но как последний идиот, я все цепляюсь за мечту, что, перспектива не спеша сместится, сдвинув горизонт и тонкой трещиной прошьет мою янтарную плиту. И клен, над улицей паря, встряхнет спросонья головой, как будто ветер в первый раз сюда откуда-то проник. И в желтый круг от фонаря шагнет усталый часовой и включит время. Хоть на час. Хоть на секунду. Хоть на миг.