Приученные к хорошему всегда готовы задрать нам повыше планку.
Неожиданно как всегда, кое-что получилось из анализа некой кинопродукции. Но об этом малость позже. Как вы думаете, у коровы включается воображение когда она идёт со стадом на луг? Она представляет зелёную, сочную травку? Ощущает предвкушение аромата и вкуса? Или уже упомянутая мною собака Павлова, пустит слюну не видя и не ощущая куска мяса? А теперь моё наблюдение и вывод. В англосаксонских фильмах я ни разу не видел в сюжетах призыва к воображению зрителя. Им надо показать кусок, чтобы они смогли на него отреагировать. И покажите нашего дебила который не выключал фильм, при наличии закадрового смеха. Тычут как слепого котёнка в миску носом.
Возвращайтесь домой, самолеты!
Возвращайтесь домой, поезда!
Возвращайтесь и просто с работы…
Возвращайтесь, родные, всегда!!!
Среди зверей человек дичает, среди людей - звереет.
В этом мире взрослеют лишь единицы.
Все люди страдают лишь от собственного эгоизма.
Когда все отворачивались, мы придумывали новую жизнь. Одну за другой, остервенело наплевав на рамки приличия, возраст и остальную ерунду. Мы были аморальны, но веселы, мы были трагичны, но не одиноки. Сейчас я вспоминаю с улыбкой эти придури, скрытые от посторонних глаз: личную интимную азбуку морзе двух душ, зашифрованную во множество сторонних мелочей любовь, твои смеющиеся губы, свои многозначительные намеки, которые я выдыхал прямо в них. Ты понимала меня всегда - всего сразу, целиком, без намека на ошибку. А я верил тебе истово, до дна. Я верил в тебя, как не верил больше ни в кого. Ночной шепот, записки в чашках, перемигивания, слишком откровенное междустрочье стихов, видимое лишь тебе - все это было нашим приключением, нашим тайным заговором против повседневности, нашей войной со смертью. И мне кажется, что раз за разом нам удавалось побеждать.
**********************************************************
Роняй слова на наши будни,
Пиши любовь, сжигай стихи.
Родная, мы всего лишь люди,
Мы беззащитны и наги,
Мы прячем боль, нас видит небо,
Мы бьемся в вечных тупиках.
А где-то ввысь взлетают ветры
И мир качают на руках.
А мы с тобою здесь спокойно
Пьем сладкий чай и говорим,
И смотрим в теплый сонный город,
И дышим воздухом одним,
Но на двоих. Но только вместе.
Рука в руке, печальный взгляд,
Улыбка, но почти как песня,
И поцелуй почти как яд.
А разве нужно что-то больше
В пути от семя до трухи?
Роняй слова. Так будет проще.
Пиши любовь. Сжигай стихи.
Весной, что приговоры,
что диагнозы -
фатальны… предсказуемы… безрадостны…
И шприц своей любовью одноразовой
опять клянётся, сука, на крови.
А ты ему готов подставить задницу:
ужалит,
впрыснет дозу и отвалится.
Инет так аккуратно глючит в пятницу
на радость заграничным визави.
Пропустишь виртуальную инъекцию -
и в ломках окочуришься…
Ах, если бы!
Сто методов заесть, запить депрессию
/ я кекс предпочитаю с молоком /
Всегда успеешь слиться и повеситься…
Короче, не мешайте мне -
в процессе я…
Жую…
а после с радостными песнями
привычно марширую на укол…
Мой плеер протестует Пашей Кашиным:
ну, это ж не по-русски,
не по-нашему -
лирично заедать микстуры кашами.
Не лучше ль по бокальчику Шабли?
И руку… руку…
руку дайте, барышня!
Пока ещё способны мы…
пока ещё…
на цыпочках… по самому… по краешку…
парить беспечно в метре от земли…
Да пусть она хоть трижды прокажённая
/окурками чернеет под балконами/
В ней грешники зарыты миллионами
за тысячи…
за сотни тысяч лет!
А нас всё это больше не касается…
По воздуху -
чувствительными пальцами.
Над местным частоколом скучных капельниц -
летим так упоительно на свет…
Автор---- Нюансы Стиля Ню-----
Это только нам кажется что изменчива,
Женщина любящая без остатка.
Только слепые не видят что женщина -
Она и есть та - в жизни единственная загадка.
Ну вот опять!? Привет, тоска!-Весенний день в осенних лужах. Душа в безжалостных тисках невыносимой зимней стужи… Лечи меня, мой старый плед! Укутай шею и колени… Глоток вина… Пусть, гаснет свет! Свече доверю откровенье ! Палитра высохла от слез, но не закончена картина… Смешным котенком прячу нос, как будто плед спасет от сплина… Горячий кофе, теплый пар и отпечаток губ на чашке… Мне б пережить, этот кошмар - ну день, ну два… как две затяжки… А что потом?- Пиши- читай, скачи на солнышке, синица… Вот только нежность через край… из глаз рекой… и вновь не спиться… Рифмуя наши имена, стихи уходят до рассвета… Что остается? Тишина… И дым от влажной сигареты…
мы увидимся где-то на стыке других миров,
на пороге когда-то придуманной мной весны.
находи меня в переулках пустых дворов -
там, где ветер считает сны.
там, где небо роняет тучи на провода,
там, где ночь зажигает звезды, как фонари.
находи, когда слишком холодно и тогда,
когда не о чем говорить.
когда вечность вмещается полностью в двух словах
и плевать, что за окнами чей-то чужой Париж.
находи меня на пыльных станциях и холмах,
на вершинах промокших крыш.
на страницах забытых историй, в объятьях лун.
приходи, я клянусь ничего не просить взамен.
находи там, где волны, стираясь о днища шхун,
моряков забирают в плен.
где дрожащий прибой накрывает причал, как плед,
где лишь старый маяк и поблизости ни души.
находи меня там, где закаты меняют цвет,
где взрываются этажи.
в параллельных вселенных мы встретимся. впереди
сотни новых рассветов, алеющих по утрам.
приходи, даже если не знаешь куда идти -
я всегда
буду там.
История, и та мудра задним числом.
В периоды затишья кажется, что мы их победили.
Что наконец смогли их изгнать.
Что они больше не вернутся. Никогда.
Но это не так.
Наши демоны всегда с нами.
Прячутся в тени, ждут своего часа.
Ждут, что мы потеряем бдительность.
Люди не меняются. Меняются обстоятельства, меняется отношение, меняются понятия. А люди остаются прежними, и меняют лишь маски.
круги одиноких под вечностью - дьявольский культ.
держаться за воздух в изломе ладоней застывших, скрываться от стрел Купидона, как будто от пуль и прятать глаза от людей эти стрелы вонзивших.
и больше сражений не нужно - но только молчать, себя истезать по ночам и надеяться выжечь больного бессилия в сердце глухую печать.
теперь -
не пускать
никого -
к своим ранам поближе.
все знают, что будет - предательства, ложь, поезда, тоска сквозь чужое тепло и следы расстояний, слова-океаны и лужи-слова,
как удар -
и снова навылет -
всегда
безоружен и ранен.
пути исчерпаемы.
каждая роза ветров
ведёт от отчаянья к боли -
до криков и стонов.
ты хочешь проверить пустую конечность миров?
взгляни,
как твой бог
в небесах
разлучает
влюблённых.