ПЛАНКТОН
Упорно надвигается беда -
Ни Гаусс не предвидел, ни Ньютон:
Весь ужас начинается тогда,
Коль на китов охотится планктон.
Здравствуй. Я давно не вижу тебя. Сменила номер телефона, удалила тебя из контактов. Научилась отворачиваться, когда слезы предательски выдают тоску и прятать руки в карманы куртки, когда они сжимаются в кулаки от безысходности. Я бодро отвечаю на звонки, общаюсь с людьми и временами танцую, когда музыка веселая и это не наши тобой песни. А еще я много работаю, обхожу стороной улицы с нашими воспоминаниями и даже научилась носить каблуки, как ты хотел. Когда-то. Все вроде неплохо, но всё это… игра. Когда-то я жаловалась тебе, что не смогла найти дело жизни, призвание. Ну, как у тебя. Так вот, я нашла! Теперь я хорошая актриса. Одной роли. Я боюсь долгих дорог. Мрачных трасс, сливающихся в монотонную картинку за окном автомобиля. До вчерашнего дня я садилась на заднее сиденье и, прислонившись к окну, смотрела на ленту из неинтересных пейзажей, на которых яркими слайдами оживали ты, я. Мы с тобой. До вчерашнего дня эти картинки согревали. Я словно перемещалась в их атмосферу - снова чувствовала свою руку в твоей руке, слышала твой голос. Когда-то я сказала, что в тебе всё хорошо, кроме голоса. Он слишком мягкий, не уверенный, что ли. Ты тогда, кажется, обиделся. Знай: я сейчас скучаю именно по твоему голосу. По твоему смеху на том конце провода. По твоим словам, которыми в последнее время говорю я, представляешь? Сегодня впервые села на переднее сиденье, рядом с водительским, и впервые закрыла глаза. Я не хочу больше никаких картинок, тебя и себя в них. Нас, которых больше нет. Я спрашиваю о тебе у двух-трех общих знакомых, с которыми поддерживаю редкую связь. Они рассказывают, что у тебя всё хорошо, ты постригся коротко и даже завел какие-то новые отношения. Я слушаю, про себя злюсь, ругаю себя за то, что никак не перестану спрашивать о тебе, а на лице маска безразличия. «Я рада. Рада, что у него все хорошо. И у меня тоже… хорошо». Последнее слово на мажорных нотах. Улыбка. Занавес. Роль сыграна… Я вру. Ненавижу себя за эту ложь.Вынуждена. Должна быть сильной, чтобы стать счастливой. Я хочу полюбить снова, как-то иначе и не так сильно. Я хочу привыкнуть к жизни без тебя. Я хочу… продолжать любить тебя. Пусть и безответно. Знаю, я дура. Но моя любовь к тебе делает меня лучше, богаче, хоть и протекает со слезами на глазах. А может, я все еще надеюсь, что ты вернешься? Я слышу так много неприятного о тебе. От тех, кто знает нашу историю, кому я сама ее рассказала, когда задыхалась в первое время. И все, кто сидят напротив меня, повторяют, что ты не стоишь моих слез. Что ты зазнавшийся козёл, что ты никогда не любил меня, что ты меня недостоин. Их слова чем-то помогают, и я в чем-то соглашаюсь с ними. Но внутри, глубоко внутри, я знаю, что ты любил меня, хоть и редко признавался в этом. Сердце не врет, оно не подвержено вирусу самообмана. И это сердце кричит: да, девочка моя, он любил тебя! И он не скотина, он стоит твоих слез, он тоже переживает. По-своему. Мужчина ведь: гордость, броня и все такое - не показывает. Такой же актер, как и ты. А еще сердце говорит, что у нас просто не получилось. Такое бывает. Одна дорога на двоих вдруг разделяется на две, еще и стенами обрастает. Она разделилась, а мы не смогли преодолеть препятствия. Сначала ты ослабел и отдалился. Потом я. «Упадок сил». Такой симптом есть в медицине. Я встречаю новых мужчин. Скорее, просто наблюдаю за ними, не подпуская близко. Некоторые из них приглашают на кофе - и я иду. Чтобы посмотреть на них и в очередной раз убедиться, что ты - лучше. Ты был лучшим для меня. Я не идеализирую, я не помешалась, наоборот, трезво мыслю, абстрагируясь от воспоминаний. Кто-то из них красивее, кто-то из них умнее и намного самоувереннее. Но ни у кого из них нет таких глаз и рук, которые были у тебя. В твоих глазах было море, которое с детства люблю больше всего. В твоих руках была искренность, которая была сильнее любых слов, поступков. Я держала твою руку и чувствовала, как шумные волны внутри меня успокаиваются, сглаживая резкость, побеждая сомнения…
Некоторые люди нужны в нашей жизни лишь для того, чтобы мы поняли, какие люди не нужны в нашей жизни…
Страна, тебя другой мы знали раньше,
Без ссор, без крови, драк и фальши.
Ты нас, детей своих, любила,
Как мать птенцов, от бед хранила.
А что сейчас? Теперь раздоры,
Народ под гнётом дикой своры.
Кругом убийства… тирания…
Кто виноват? Опять Россия?
Ответь, кто продал нас вандалам?
Кто дал «добро» чтоб в нас стреляли?
Молчишь… Не слышишь наши крики,
Как будто мы народ безликий.
Нас сделали «живой» мишенью,
Мы стали жертвами сражений.
Славянск… Одесса… Краматорск…
Что дальше ждать? У всех вопрос.
Страна, мы без весны остались…
Нет-нет, страна, мы не сломались.
Надежда с верой живет в сердце,
Что свергнем всех мы самодержцев.
И снова мир, покой настанет,
Вновь заживём мы без восстаний.
Но знай, страна, мы не забудем,
Как изменились наши судьбы…
Если бы мы имели благой склероз на чужие ошибки, глупые слова и неудачные шутки! Насколько больше мира было бы в человеке.
Я выменял вечную молодость
на паперти зыбкого сна.
Из кольта тяжелого в голову
мне выстрелила весна.
В моем беспокойном черепе
отныне растут цветы.
Громоздкую поступь времени
сменил мягкий шум воды.
Когда я склоняю голову,
то падают лепестки.
Нектаром пропитаны волосы,
шипы не щадят виски.
Я нынче общаюсь с травами,
я пчёлам хороший друг.
И солнце меня расслабленно
качает в объятьях рук.
Я снами делюсь с ромашками,
желая принять свинца.
Не помня из дня вчерашнего
ни утрени, ни конца.
А были ли люди? Или же я призраков целовал?
И крестик, лежащий в вырезе,
и плавный лица овал?
И чьи же фантомы зыбкие
скользят по квартирной тьме?
Щекочут глаза улыбками
и пальцами льнут ко мне.
Я душным цветочным запахом
отравлен и опьянен.
Гортензии машут шапками,
из стен прорастает лён.
И вечная моя молодость,
как роза в саду богов,
нетронутой и непознанной
стоит посреди веков.
Но если ты взглянешь пристальней,
увидишь всего на миг:
укрыт под густыми листьями
согбенный, седой старик.
на месте ребра дискомфортно и пусто… снаружи лиловый шрам…
секретной программы подопытный кролик… охота упиться в хлам…
мигает звездой предрассветное небо как лампочкой в 40 ватт…
а завтра в раю целый день непогода… прогноз обещает град…
жратвы завались на кустах и деревьях… из шмоток - фиговый лист…
казалось бы можно подумать о разном, но разум невинно чист…
рябой мухомор поправляет беретку… поганок бледнющих вождь…
а завтра в раю целый день непогода… прогноз обещает дождь…
по чьей-то вине не придумано Бога чтоб верить без всяких «но»…
по чьей-то вине не придумано истин которым нельзя в вино…
по чьей-то вине не придумано клея чтоб к «чело» приклеить «век»…
а завтра в раю целый день непогода… прогноз обещает снег…
дай руку мне Ева и змия не слушай… не пробуй запретный плод…
мы сами рванём из Эдема подальше… безумцам всегда везёт…
рванём что есть силы… пусть больше не сможем дороги найти назад…
а завтра в раю как всегда непогода… прогноз обещает ад
О КОМПЛИМЕНТАХ
Людская жизнь без лишних сантиментов
Картины рисовала и не раз:
Кто чаще говорит вам комплименты,
Тот всех быстрей, при случае, предаст.
Признаки современной жизни:
Люди и отношения забываются быстрее, чем пароль в социальной сети…
Люди меняются… когда жизнь их скрутит в «бараний рог». Меняются, чтобы выжить…
Ну ничего, когда я умру, я отомщу Богу, я прощу всех бессовестных ублюдков, которые насрали мне прямо в душу ради смеха, мерзавцев которых мне послал этот Бог. И их всех пропустят в рай. Я хочу посмотреть как это безмозглое быдло. Засрет этому Богу, весь его рай.
БЕРМУДСКИЙ ТРЕУГОЛЬНИК
Мы тратим зря здоровья, время, нервы
И, в целом, все безропотные жертвы:
Богач, бедняк, хозяин и невольник,
И молча ждёт Бермудский треугольник.
подойди ко мне ближе. ну же, чуть ближе. ещё чуть-чуть ближе.
обними меня крепче. чуть легче. чуть проще. обними меня тише.
я хочу твои руки. по коже. до дрожи. на ощупь. по миллиметрам.
горячие пальцы иголками тонкими, чтобы в самые нервы. в вены.
я соскучилась. здравствуй, мой нежный. мой добрый. мой милый.
я стремилась к тебе столько дней. я боялась - не хватит силы.
я мечтала дотронуться - памятью. пальцами. голосом. взглядом.
из невыносимости - по полувстречной, чтоб быть с тобой рядом.
из промозглого серого города - в твой безумно-горячий апрель.
обними же свою сумасшедшую вечную млечную. обними поскорей.
мои чувства все - асимметричные. нетактичные. немногословные.
как результат - той самой любви. безумной любви. безусловной.
Родители вручают холст для жизни,
Судьба предоставляет рамку нам,
Мы сами выбираем краски, кисти
И разрисовываем личный храм.
У каждого своя души палитра,
Изображен из разных линий путь.
Жизнь - это книга, что судьбой открыта,
С которой все мы постигаем суть.
Когда-то, в старинной пещере
Горел огонь, даря тепло и свет.
Там люди у костра сидели,
Огонь хранили много лет.
И каждый, уходя в дорогу,
С собой брал уголек костра.
Чтобы разжечь огонь - ему не нужно много,
Ему нужна всего искра.
А если вдруг твой уголек погаснет,
Всегда найдется в мире человек,
Готовый разделить тепло и счастье,
Тебе их подарить на целый век.
Так может быть, скрывать не нужно
Тот уголек внутри себя,
А вместе их соединить и дружно,
Подув, разжечь огонь, любя.
Любя, дарить тепло другому
И получать его в ответ.
Лишь только так, не по иному
Быть может человек согрет.