- Что с нами происходит? Почему мы становимся такими несчастными?
- Мы влюбляемся!!! Но по какой-то причине люди, которых мы любим, забывают любить нас в ответ…
Тебя во мне слишком много.
Это ни хорошо, ни плохо. Это просто обыденный факт уже не моей жизни.
Ты - ключ.
Я - дубликат.
В этом, пожалуй, и есть вся разница.
Всё, что было, кануло в лету,
Разбрелось по порочному кругу.
Я тишком докурю сигарету.
Это нервное. Скажем друг другу,
Что дома под дождём отсырели
Вечной осени нашей зрелой.
Мы ей просто с тобой надоели.
И она поспешила стрелы,
Как занозы старые, вынуть
Из сердец, оттого потухших,
Что никто не хотел слушать,
Когда начали те стынуть…
Люди страдают и любят.
В прошлом. В настоящем. В будущем.
В любой точке планеты.
Вчера. Сегодня. Завтра.
Любят тех, кто к ним равнодушен или прикрывает любовь равнодушием.
И не любят тех, кто готов пожертвовать ради них всей своей жизнью.
Любят взаимно.
Любят удручающе назойливо.
Любят безответно.
Любят непроницаемо тайно.
Или делают вид, что любят…
Или любят только себя.
Если человек никого не любит, он - мертвее праха.
Он - пленник тлена.
Но я пока, к счастью, не встречала таких людей…
Самый лучший мужчина занесен в Красную книгу, и эта книга МОЙ ПАСПОРТ!!!
Чем реже, КТО то один отдает свой супружеский долг,
Тем чаще кто-то другой вынужден брать кредит на стороне…
И НЕ НАДО НИЧЕГО ни кому ГОВОРИТЬ,
И НЕ НАДО НИКОМУ ни чего ОБЕЩАТЬ
НАДО ПРОСТО ОЧЕНЬ СИЛЬНО ЛЮБИТЬ
НАДО ПРОСТО ОЧЕНЬ СИЛЬНО СКУЧАТЬ…
Моей дорогой супруге, освещающей мне путь
_________________________________________
Огонь, мерцающий свечи
Во мраке освещает путь
В холодной давящей ночи
С огнем свечи ушел я в путь
Порывы ветра на пути
Пытаются задуть свечу
Но я храню огонь свечи
Ведь я увидеть путь хочу
И пусть огонь ужасно мал
И не видать конца дорог
Но этот маленький цветок
Не потерять тропу помог
Гори моя свеча назло
Вокруг бушующим ветрам
Пока я рядом, никому
Я затушить тебя не дам.
Если вдруг споткнёшься на дороге
И когда на всё не хватит сил -
Человеку очень, очень нужно,
Чтобы кто-нибудь его любил.
Станет ноша тяжела, как бремя,
Нет просвета средь рутины дел -
Человеку очень, очень нужно,
Чтобы кто-нибудь его жалел.
И когда от горя сникнут руки,
Так, что белый свет уже не мил -
Человеку очень, очень нужно,
Чтобы кто-нибудь опорой был.
Даже - чудо! - путь небесно светел,
И когда все беды нипочём! -
Человеку очень, очень нужно,
Чтоб кто-нибудь заботился о нём.
До конца в себя поверить твёрдо, -
Свет души не беден и не мал! -
Человеку очень, очень нужно,
Чтобы его кто-то дома ждал.
Для того, чтоб звать себя счастливым,
Верить в то, что есть надёжный тыл -
Человеку очень, очень нужно,
Чтобы он кому-то дорог был.
Суть понять, зачем ты в мир явился,
Соль-итог - не зря на свете жил! -
Человеку очень, очень нужно,
Чтобы он кого-нибудь любил!
Пусть жизни пройдена страница,
И крови пролито пол-литра,
Любовь - когда хотят жениться,
Все остальное - виды флирта.
Пусть лучше рвется там, где тонко,
Пусть будет больно и некстати,
Любовь - когда хотят ребенка,
Все остальное - мир симпатий.
Пусть много зависти и лести
На каждой жизненной страничке,
Любовь - когда хотят быть вместе,
Все остальное - лишь привычка.
Пусть плохо, пусть всё не на месте,
Идти по жизни дальше нужно,
Любовь - когда два сердца вместе,
Все остальное - это дружба.
Вот только что была кровь, а теперь тяжелый, горький, медленный яд течет в моих звенящих от напруги жилах. Пальцы сжимаются и разжимаются сами, ища чье-то горло. Ревность живет в самом низу живота. Там, где раньше жила нежность. Смерть, это как детская, мгновенно забытая, обида по сравнению с ней. Она не калечит душу, - она случается. Смерть, это когда кончается время. Ревность же длится и длится. Всё время. И конца ей нет и края. Как басовая подложка в джазе. Она есть, незаметная и основательная, в каждой вещи - есть. Ходишь в тягости каждый тихий, солнечный, хороший день. Каждый безвкусный завтрак, обед и ужин. Каждый короткий, злой оргазм - в душевой или ночью, проснувшись от тоски.
Новое фото ее в профайле, откуда это фото, гадаешь. Кто снимал. Кто упивался гладкой линией её колен, не отводя влажный взгляд от её стройных ног. Кто держал в руках её дрожащее от наслаждения, такое мне знакомое, родное, до каждой родинки, до каждой мышцы тело. Кто целовал в идеальный рот, кусал её губы. Глотал её тихие стоны, упиваясь своей извечной мужской властью.
Тот, кому она улыбается.
Ты, кто смотрит на неё сейчас, по-мужски победно, нежно. Мол, ну что ты… я же рядом. Ты. Меня слушай. И я так смотрел. Знаешь ты, сучий сын, какой ты счастливчик? Задыхаешься ли ты её запахом поутру, когда она встает теплая и родная, поправить одеяло нашего ребенка? Тянет ли тебе спину в вечеру от груза ответственности за ту, кем обладаешь? Как смеется сквозь слёзы, знаешь? Как сдается, измученная нежностью? Как потом молчит благодарно, исходя невольной дрожью и утыкается лицом в плечо, приобняв за руку. Я не знал. Не ценил. Не обращал внимания. Теперь же мне каждый раз мнится, что все пределы уже пройдены, и Бог только знает, как дальше вынести то, что мне по рангу, как смертному, нести не положено - безысходность. Но всегда есть, куда упасть. Я справлюсь.
А ты… ты не обижай ее никогда, как обижал ее я. Берегись несвоевременности, легкомысленный ты глупец. Она - самое страшное, что может случится с тобой. Несвоевременность наполнит твою душу сожалением. А нет ничего страшнее осознанного, несбывшегося счастья.
И ещё… упаси тебя Господь от меня.
Вы, читающие меня с привычной ленцой, с ухмылкой, с рукой у рта, кто с жалостью, кто с нежностью, кто с пониманием, кто без - пишу вам по необходимости. Не хочу писать. Но мне слишком стыдно и страшно.
Вы нужны мне. Читайте меня. Читайте. С каждой буквой, с каждым впитанным вами словом сцеживаю я в вашу кровь каплю тягучего янтарного яда, силясь выжить. Как-то дотянуть до утра. На каждого по малой толике - вы и не заметите, может, кольнет под третьим ребром и отпустит. А я выживу.
Я тот, кто шептал ей в аккуратное ушко: «Другую люблю!» и думал, что вправду люблю и удивлённо глазел на крупные, с хороший бриллиант размером, слезы из ее зеленых, отуманненных болью глаз, и думал, зачем же так любить. Это же, наверное, больно. Рад бы сейчас соврать и лечь спать трезвый, с кошкой, умывшись начисто, чуть не до крови растерев кожу большим махровым полотенцем. Но я не могу. Во мне осталась только проклятая, прямая, как неизбежность, правда. Ее - нет рядом.
Поэтому простите - те, кто любит меня. Я слеп. Я иду сквозь вас, прозрачных от несбывшихся надежд, заботливо поправляющих на холодном ветру длинными тонкими пальцами воротник моего пальто. Сквозь тех, кто пишет «люблю», в ответ на «вне зоны действия» и до утра ждет потвержения доставки. Кто ревнует, как и я. Нам ли, горемыкам, не знать, что ревность - это вовсе не отсутствие любви. Это ее наличие. Это когда вся любовь, что полагалась обоим - неожиданно досталась одному. И всё зря.
ДИПРЕССИЯ ОБЫЧНО ПЕРЕХОДИТ В АГРЕССИЮ.
Поэтому воспринимайте весь окружающий вас мир с любовью и позитивом)))
Мы дружбу не планируют.
Про любовь не кричат.
Правду не доказывают!
я тебе ничего не скажу. И тебя не встревожу ничуть. И о том, что я молча твержу. Не решусь ни за что намекнуть. Я тебе не скажу, что люблю. И про слезы свои не скажу. Я с улыбкою буду носить, боль, что ты мне принес на беду. Слез моих не увидит никто. Разве только подушка во тьме. Никому не скажу как люблю и страдаю одна по тебе. Даже если увижу тебя. Где нибудь и сойдутся пути. Я смогу, я заставлю себя. Улыбаясь мимо пройти!!!
-Думаешь, мы действительно будем сидеть на облаке и говорить о море?-Да, я твёрдо в это верю*))