Четыре дня любви - хрупкий кусочек счастья.
Четыре страстных дня, как вечность пронеслись.
Все оборвалось вмиг… Господь - все в твоей власти!
Забрал её зачем? Душа умчалась ввысь…
Оставив жить в аду, немыслимых страданий,
средь, памяти, руин несбывшейся мечты.
Четыре дня любви - живут в воспоминаниях…
За что? - скажи, Господь, наказываешь ты…
Тот, кто хочет быть рядом, будет…
Любовь будет действительно обоюдной, когда каждый будет принадлежать себе в полной мере и сможет оставаться собой, отдавая себя другому.
Я к тебе вновь и вновь возвращаюсь,
Потому, что душе нужен Храм,
Потому, что известно лишь нам,
Как прощаться, увы, не встречаясь.
(Николай ЛЯТОШИНСКИЙ)
Уже лишь тем, что есть и я, и ты,
Мы изменили сущность мироздания:
Когда нет времени, то нет и опоздания,
И не горят сожженные мосты.
(Николай ЛЯТОШИНСКИЙ)
Символ совершенства Любви - это желание объединить свое одиночество с одиночеством любимого человека.
«Нет повести печальнее на Свете, чем повесть о Ромео и Джульетте» !!!
Безусловно, «это» может свести с ума молодых. И не молодых. Вернее, отсутствие «этого». Соитие, половой акт, а попросту - трах. Трах на завтрак, обед, ужин. Или в дополнение. Или вместо. Это стало удовлетворением необходимой потребности. Необходимой, как поплакать, когда невмоготу, или посмеяться, когда нет мочи сдержаться. О низменной человеческой нужде говорить не хочется. Хотя для некоторых это тоже часть игры сексуального воображения. Оговорюсь, в самом слове «sex» я слышу нечто холодное, буднично-вязкое, грубое, даже циничное, как голая баба с раздвинутыми ляжками - берите все, кому не лень. Поэтому так не люблю это холодное заморское слово. Да и «трах» звучит так же не убедительно, и лишено это понятие тайного, интимного, волшебного. Знаете почему? Потому, что все это - то и есть - голая баба с раздвинутыми ляжками. Любовь - это совершенно другое…
Любовь - это совершенно другое. Это что-то настолько сильное, заполняющее всего тебя, что обычные вещи ты видишь совершенно иначе, понимаешь мир по-другому, воспринимаешь близость, как самое волшебное, что есть в этом мире. Не просто «съесть, насытиться и забыть о нужде», здесь от начала до самого последнего вдоха все не так. Раньше люди не кричали об этом на каждом углу, не выносили «это» на люди. Любили. Оберегали. Хранили в душе. А если и случалось невтерпёж, то наслаждались сладостным ожиданием этого. И дождавшись, утопали в необычайном состоянии блаженства от близости. Любить - это слиться в одно в едином порыве со сложным букетом эмоций и чувств, с желанием дать и взять. Любить - это безоговорочно довериться. Любить - это взаимно. Это делить не только (не столько) кровать, жизнь и все её производные…
Нынешние люди обленились. Они не хотят обременяться любовью, ибо ответственно и несвободно. Хотя спроси влюблённых о такой несвободе, они ответят, что рады ей. Потому, что так всегда - кого любишь, тому волей-неволей подчиняешься - в малом или в большом. И от этого строится мир - их мир - влюблённых и любящих.
Тот мир секса без любви лишен сострадания, сочувствия, нежности. В нём нет тепла, человеческого тепла. Это удобно - получать секс с доставкой на дом. И никакой головной боли. Трахнултрахнулась и дальше живи себе без волнений за партнера. Без проблем и суеты. Как перекус на ходу. Надо - заказал, как пиццу, и жди курьера в течении часа, предвкушай… Это не обязательно проституты и проститутки. Образно обобщила. Сузила будничный круг человеческой природы…
Я не пуританка вовсе, и как очень многие люблю эти сладкие конвульсии. Мне по душе эта двойственность тандема, но не любой ценой и без острых приправ, от которых наворачиваются нешуточные слезы потом, которые текут, то ли от обиды, то ли от того, что вляпался в какую-то скверну и уже не отмыться, то ли просто от пустоты.
Не осуждаю нынешних людей - подвожу черту. И больно от этого. Знаю не понаслышке об этом. Вкушала я и суррогат, и чернуху секса, и набегу вдруг. И любовью довелось насладиться, поэтому знаю, какая она. Мне есть с чем сравнить.
Не знаю, но мне кажется, что мы чего-то постепенно лишаемся. Чего-то важного для нас, драгоценного и настоящего, в отличие от просто sex (а). И мы сами меняемся из-за этого. Внутри нас что-то меняется. В худшую сторону. И не потому, что женщина перестала быть загадкой для мужчины. И не потому, что стала чересчур доступной, не давая мужчинам быть мужчинами и заслуженно получать наслаждение, добившимся расположение женщины не полным кошельком, а страстными поступками, говорящими о его желании обладать этой женщиной. Вседозволенность меняет внутри нас восприятие, которое становится тусклым, скучным, как и сама жизнь.
Это не плохо, наверное. Просто обнищание души. Просто материализация желанного, которое перестает быть мечтой, радостной целью и духовной подпиткой. Просто секс, лишенный обязательств. Одна пища ведь приедается, какая бы она вкусная не была. Плохо то, что мы не умеем (или не хотим) перевоплощаться в процессе, чтобы это было всегда желанно и интересно. Для любимых. Для себя.
Грустно как-то. Безнадежно. Человек становится другим. Или мне одной только так кажется?
Если не можешь победить боль
Полюби её!))
В бушующем мире, среди самых разных идей,
В потоке событий и лиц, на меня не похожих,
Я очень люблю поучиться у светлых людей -
У спутников жизни, у звезд, у друзей и прохожих.
Я их отличаю в такой разноликой толпе
По свету в глазах и по искоркам счастья в улыбках,
Теплом разливаясь так щедро в душе и в судьбе,
Они мою жизнь превращают из грохота в скрипку.
В них музыка веры, исток безусловной любви,
Счастливые семьи у них и чудесные дети,
И рядышком с ними так хочется мне уловить
Тот вкус Настоящего, самый прекрасный на свете.
Они не осудят, не станут с вопросами лезть,
Не будут бояться меня и не скатятся в жалость,
У них не в почете ни зависть, ни грубая лесть,
Ведь всё в этой жизни им тоже не просто досталось.
Их счастье порой результат и трагедий, и слез,
Но с верой в хорошее каждый свой день проживая,
Они умудряются сделать счастливым всерьез
Любого, кто в разное время в их круг попадает.
Их теплые души, как будто бабулина шаль,
Укутают в стужу и могут помочь отогреться.
И, Боже мой, как же бывает мне искренне жаль,
Что я не умею пока так распахивать сердце.
Учусь… Иногда спотыкаюсь о злые слова,
Жестокие мысли чужих, равнодушие ближних.
Но знаю, что если от горя гудит голова,
Мне есть у кого попросить каплю света для жизни.
Пусть множится счастье, волнами по свету идет,
Пусть близкие будут подольше здоровы и живы,
И место своё в этом мире пусть каждый найдет,
И сердце родное, что станет единственно милым.
Спасибо, друзья! Ваша дружба - прекраснейший дар,
Кто я без него? Что смогла бы без вашей поддержки?
Так многому вы научили невольно меня,
И в сердце моем оживили любовь и надежду.
Женатый мужчина - почти что сапер,
Чуть-чуть зазевался - и взрыв,
Лишь опытный муж каждый женский укор
Всегда превратит в позитив.
Хочу с тобой побыть наедине.
Задумавшись, ответить невпопад.
И наблюдать, обнявшись при луне,
На падающий с неба звездопад.
Чтоб были только звёзды, ты и я.
И загадать желание успеть.
И будет нам подмигивать луна,
Украдкой будешь на меня смотреть.
Ну, а потом заглянешь мне в глаза,
Чтобы снова в них навеки утонуть.
Не нажимай, мой друг, на тормоза.
Нам шестьдесят! Наш не закончен путь.
Внутри каждого из нас робко прячется бесконечно прекрасный, хрустальный цветок божественной любви. Однажды обжегшись, в этой жизни, в прошлых, в детстве, либо в зрелом возрасте, в отношениях с партнером, либо с друзьями, родителями, мы закрываем свои души все крепче и крепче на все возможные засовы. Мы возводим вокруг себя термоядерный бункер на фундаменте неоправданных ожиданий, страхов, комплексов.
***
Сидеть в твоей футболке на подоконнике, обняв колени. Считать жемчужины звезд, варианты маршрутов в манящую бездну ночного неба; смотреть финалы дневных фильмов таких разных людей в гаснущих окнах напротив; закрывать глаза, запрокидывать голову, вслушиваться в гулкую расслабляющую тишину комнаты; листать в темноте ночи недочитанную тобой книгу, вдыхать запах отзывающихся нежностью страниц.
Оставлять немые послания на холодном оконном стекле легкими прикосновениями пальцев на пелене дыхания из глубин души…
«Я и ТЫ Вечность».
***
Засыпать на твоей подушке, погружаться в бездну неги путями, пройденными тобой - по твоим следам; разглядывать фотографии и сокрытые в них смыслы, воспоминания, ощущения - наши истории; не снимать твою футболку, вспоминая твой запах, удивлять зеркала новым стилем; пить из оставленной на столе кружки, согревать ее теплом ладоней, прижимать к сердцу, так вкус воды ярче; писать тебе улыбки, настроения на обрывках твоих записей - оставлять отметки; напевать, пританцовывать, ловить запахи, вдыхать нежность рассеянную тобой в частицах пространства, запечатанную внутри меня…
…и задыхаться без взгляда в твои глаза.
***
Просыпаться под музыку наших сердец и чувствовать соприкосновениями тепло твоего тела, еще не открывая глаз; нежиться под твоей обнимающей меня рукой и притворяться еще спящей, чтобы продлить мгновение; улыбаться внутренне и внешне, благодарить все существующие и несуществующие силы за счастье просыпаться в твоих объятиях; сиять от твоего легко касающегося дыханием шепота «доброе утро, любимая»; таять от миллионов непослушных бабочек в животе…
… каждый новый прекрасный день.
***
Робко держать тебя за руку, играть пальцами. Неслучайно соприкасаться плечами и вздрагивать от рассыпающихся фонтаном искр. Много смеяться, перекрикивать чаек, путаться в порывах теплого ветра, сбивая шаг; впускать в себя тепло лучей играющего всей палитрой солнца и хор накатывающих волн. Босыми ногами оставлять следы на песке,.
…оголенными душами - в вечности.
***
Не выпускать руки, наслаждаться, проникать всем существом в это невидимое, но столь сильное - до приятного онемения - напряжение переплетенных пальцев; засыпать на плече, видеть короткие, но яркие сны; просыпаться, с любовью и нежностью рассматривать, изучать твои ресницы, родинки; видеть их также ясно закрывая глаза и прильнув головой к твоей родной теплой щеке; и убаюкиваться твоим дыханием.
Пока самолет несет нас в новый день в новом месте…
… за новыми открытиями друг в друге.
«Милюся моя; бабуся милая; философка, умственная женщина. Оля моя хорошая, крокодил души моей; дуся моя; ангел мой, жидовочка; актриска; милая моя собака; милая пьяница; эксплуататорша души моей; мамуся моя дивная; Книпшиц милая; бедная моя девчуша; лютераночка; собака Олька; милый мой пёсик; дюсик мой; целую тебя 1 013 212 раз; моя немчуша; милая Книппуша; „дуська“; пупсик милый; балбесик; карапузик мой; Книпперуша; замухрышка; крокодильчик мой; попугайчик, Олюха; забулдыга; мейн лиебер хунд; Зюзик; зузуля; жена-цаца; дуся моя насекомая; жулик мой милый; моя палочка; окунь мой; каракуля моя; делаю сальто мортале на твоей кровати, становлюсь вверх ногами и, подхватив тебя, переворачиваюсь несколько раз и, подбросив тебя до потолка, подхватываю и целую; целую тебя, подбрасываю вверх, потом ловлю и, перевернув в воздухе неприлично, обнимаю, подбрасываю; мордуся моя милая; светик мой, мордочка; переворачиваю, поднимаю вверх за ногу, потом за плечи, обнимаю тысячу раз; дворняжка; пёсик лютый; кринолинчик мой милый; замухрыша; цапля; пузик, Фомка; целую и треплю мою собаку, дергаю за хвостик, за уши; ну, бабуля моя, обнимаю тебя и, обнявши, начинаю прыгать по комнате, потом целую в шейку, в спинку и щёлкаю по носу, дусик мой; таракаша; немочка моя Книппа, целую мою птицу, дёргаю за носик, за лапки; милая моя лошадка; лошадиная моя собачка; целую тебя, лошадка, хлопаю, трогаю за нос; цуцык; необычайная жена моя, хорошенькая, гладенькая лошадка; целую тебя, обнимаю, хлопаю по спинке и делаю все то, что законному мужу дозволяется делать; целую таракашку, будь весёленькой; закручиваю тебе хвостик, лошадка, индюшечка; козявка; немецкая лошадка, начальница; дудочка; собачка моя заморская, удивительная, кашалотик мой милый; лягушечка моя; комарик, собачик; конопляночка; зяблик…»
И вновь петух. Теперь уж в третий раз.
Да хоть в десятый, хоть в двадцатый! Пусть!
Пускай поет по двадцать раз на час,
Я от тебя вовек не отрекусь!
(Николай ЛЯТОШИНСКИЙ)