Влюбляешься - мозги прощаются с тобой…
Ваш образ светлый и далёкий
Мне освещает путь во тьме.
Как с Вашей стороны жестоко
Со мной встречаться лишь во сне.
Над миром фальши и порока
Парите плавно и легко.
Как с Вашей стороны жестоко
Быть от меня так далеко.
(Николай ЛЯТОШИНСКИЙ)
…а бывает и так, что проходит лишь год иль два, ну, а ты в себе столько уж вечностей проносил…
по-другому всё видится: жесты, стихи, слова; и не любится то, что когда-то без мер любил.
и всё, вроде бы, так - ты себя сохранил, собрал, только вот этот мир слишком сильно теснит глаза: в нём не видится больше ни истины, ни добра, и о нём, так выходит, что нечего и сказать.
ничего о тепле - этот свет здесь давно погас, и в душе ничего не трепещет на данный звук: нет любви в этих тысячных сотнях усталых глаз, и все связи уверенно сотканы из разлук.
и, когда я усну и забуду, как мне дышать, так пытаясь себя устремить далеко и ввысь…
если ты существуешь, «родная» моя Душа, то позволь себе вслушаться в крики; и отзовись.
Нежданны и негаданны сентябрьские встречи,
Как снегопад в пустыне раскалённой,
А теплоту руки забыть не могут плечи,
Укутанные свитером лимонным…
Шатеночка под небом сентября…
Каким же именем тебя назвать не знаю,
Твой увлекательный сюжет в глазах читаю,
В беспамятстве, бессвязно говоря…
И я, конечно знаю, что не вечен
Влекущий за собой ванильный плен,
И силуэт закатами подсвечен
Твоих обворожительных колен…
Нежданны и негаданны сентябрьские встречи,
Под небом синевато-сонным…
И не забыть твои податливые плечи,
Укутанные свитером лимонным…
Взять бы все стихи о тебе
И забыть их каждое слово,
Чтобы болью в моей душе
Не откликались они по новой.
Я бы их написала тебе,
Чтобы ты мою душу понял.
Но я знаю, в твоей душе
Они откликнуться болью.
Не люби меня, не люби!
Не могу тебе я ответить!
Душу в клочья свою не рви
Ради той, что тебя не заметит!
Не пиши ей стихов о любви,
Не зови её имени сладко.
Не почувствует то, что внутри
Сердце замерло, бьётся украдкой.
Я бы всё тебе отдала,
Но отдать больше нечего мне.
Моё сердце уже забрал,
Тот, кто своё отдал мне.
Любовь нельзя понять, её нельзя отсрочить
Спланировать нельзя и заказать по почте
Любовь нельзя вернуть, но и нельзя забыть
Не стоит с ней играть, любовью надо жить
Она не знает стран, не видит расстоянья
Приходит не спросясь, по своему желанью
Но если оттолкнёшь, попробуешь забыть
То мимо жизнь пройдёт, а стоит ли так жить?.
Закрой глаза, я буду рядом
И в снегопад, и летний дождик,
Когда плывёт пьянящим ядом
Рассвет, рисуя как художник.
И в бархате ночи без звёзд,
И при луне, что смотрит в воду,
Я буду приходить из грёз
Манящим запахом свободы.
Стоять тихонько за спиной
И врачевать всё время крылья,
И пусть теперь я не с тобой,
И стала явь давно уж былью.
Не отпущу, и не проси!
И не сверли уставшим взглядом,
Не будет даже если сил,
Закрой глаза, я буду рядом…
Ваши часы идут точно,
Мои отстают на час,
Вы в мире моем прочно,
Я в сердце у вас- про запас,
Молчаньем душа простыла
И кажется, что хронически.
Я вас, как себя, любила,
А вы же-периодически:
Секундами и минутами,
Урывками, сквозняками,
Внеплановыми маршрутами,
Обветренными губами.
И даже сейчас, украдкой,
Смотрите на циферблат.
Вам же со мною сладко?
Даже коленки дрожат,
И в теле чёртова нега,
Бьётся слезой из глаз.
Я вас любила полвека,
А вы приходили на час.
Там, где песочные часы
Крошат песок за веком век,
Там, где раскрашивают сны
Чуть влажной кисточкой для век, -
Прядь, отведенная со лба,
Внезапно вскинутая бровь…
Вот так кончаются слова,
И начинается любовь.
Да, нас любили не за то,
За что обычно любят нас,
Да, не за то, что как не ври
Себе, а всё ласкает слух
И тешит глаз…
Джаз, заведенный в пять утра
На старой газовой плите…
Такая старая игра,
А каждый раз не по себе.
Там, где случается весна
По двадцать восемь раз на дню,
Там, где легко сходить с ума,
Когда весь мир идет ко дну, -
Взгляд, уходящий в ночь, и вновь
Прядь, отведенная со лба…
Вот так кончается любовь,
И начинаются слова.
Вы совершенней пейзажа Рен-ле-Шато,
Даже ваш вздох затмевает собой Прованс.
Как будет счастлив, отчаянно счастлив тот,
Кто в этой жизни себе заполучит вас.
Нежный Париж скоро ляжет у ваших ног,
Франция чинно поднимет за вас фужер.
Я наблюдаю вас, словно смотрю кино,
И постепенно влюбляюсь в его сюжет.
Так уже было, но прошлое ворошить -
Будто в пустыне разыскивать караван.
Как вы безумно, божественно хороши!
Мне бы хотелось проснуться подобным вам.
О, разрешите любить вас издалека!
Вы, я клянусь, не узнаете обо мне.
Я обожаю к прекрасному привыкать,
Но расставаться становится все больней.
Мир мой цикличен, и каждый злосчастный век
Юные Боги приносят в него грозу.
После их души беспечно стремятся вверх.
Я остаюсь, чтобы вечность пробыть внизу.
Время идёт, и от смерти до торжества
Мы постоянно находимся визави.
Я наблюдаю вас, юные Божества.
Жаль, вам не вынести вечной моей любви
На скалах, над волнующим простором
Стоял Маяк, всю жизнь светил, как мог,
К нему порою Лодочка с мотором
Любила зарулить на огонёк.
Дарил он Лодке комплиментов море,
Советом помогал по мере сил,
Но как-то раз в подобном разговоре
Назвал подругу шлюпкою. Шутил.
Казалось бы, сказал и что такого?
Но мыслей закрутил девятый вал:
-Возможно это шлюпкою портовой
Меня он почему-то обозвал…
Моторчик заглушила удручённо,
Уткнулась носом в старенький причал,
Неделями считала чаек стоны
И хлюпала о волны по ночам.
Ей после объяснили, что есть шлюпка-
Душевный и спасительный объект,
А может быть судёнышко -малютка,
Других интерпретаций слова нет…
…
Не хочется из сказки делать басню,
Однако вывод напросился сей:
Коль хочется с мужчиной быть в согласии,
То что-то пропускай мимо ушей.
А ежели и вправду недостойным
Словечком обозначит Элемент,
-Вообще-то нет, - ответь ему спокойно,
Но Вас благодарю за комплимент…
У любой реки целых два конца,
а моя - не в счет,
ведь моя река вдаль издалека
по кольцу течет.
Синий ветер мой, вдруг задуй, запой,
разорви кольцо,
чтобы у реки было сто начал,
тысяча концов;
чтобы белый снег в жаркий летний день
падал, не лежал;
чтобы солнца луч, как струна певуч,
под рукой дрожал.
На любой вопрос у тебя ответ,
мой вопрос не в счет.
Я спрошу тебя: «Жажда ль не томит,
солнце ль не печет?»
Синий ветер мой, вдруг задуй, запой,
тучу пригони,
чтобы хлынул дождь, остудил виски,
жажду утолил;
чтобы белый снег в жаркий летний день
падал, не лежал;
чтобы солнца луч, как струна певуч,
под рукой дрожал.
У любой любви целых две руки,
у моей - одна,
чтобы не смогла разделить любовь -
лишь тебе она.
Синий ветер мой, вдруг задуй, запой,
и умчимся вдаль…
Ну, а если нет, мой далекий свет, -
сотню рук мне дай.
Чтобы у реки было по руке
в каждом из начал;
чтобы разорвать, расколоть, разбить
горе и печаль;
чтобы белый снег в жаркий летний день
падал, не лежал;
чтобы солнца луч, как струна певуч,
под рукой дрожал.
Меньше часа меня разделяет с тобою
в пространстве.
Ничего нет несчастней,
чем не -
совершенство любви.
Я уже истощилась в боренье
за мнимое, зыбкое счастье.
Полюби меня -
просто так -
полюби!
Я смотрю на окно без огня
и молюсь в электричке без толку.
Я стою там, где ходишь ты часто,
но лишь не теперь.
Я пишу тебе письма,
я их разрываю, как только
Вспоминаю души твоей бедной
закрытую наглухо дверь.
10 января 1994 года
Наталья Грэйс
Не может в любви быть табу и запретов.
Она словно сказки-раскраски:
Мужчиной наносится контур сюжетов,
А женщиной яркие краски.
от всего, что случилось в жизни по телу дрожь.
были младше, нам говорили: потом поймешь,
стали старше - уже не не хочется понимать.
«все от жизни бери» - такому учила мать,
и приходишь брать. за душою - грош,
тянешь руку, тебе говорят: не трожь.
да и сколько бы ни пытался - всегда одно,
все ведет нас к тому, чтоб просто залечь на дно,
были цели, возможности - кончились. не вернуть.
«покажи мне, всевышний, легкий и верный путь»,
только бог тебе, знаешь, вовсе не путевод,
но подсказку дает: старайся идти вперед.
что за следующим поворотом, друг мой, решать тебе,
у тебя есть ключи и карты к любой игре,
никого из нас не учили в нее играть,
но мы знаем, что нужно жить, а не выживать,
и что жизнь - далеко не сахар, не карамель,
и любой пароход однажды зайдет на мель,
только тот, что найдет течение - сильней в сто крат,
говори - и тебя увидят, писал сократ.
жить сложнее, мой друг, сложнее, чем умереть,
и никто в этой жизни нас не учил уметь,
но мы тверже, поверь, чем золото или медь…
бог на нас поглядит - и хочется зареветь.
от того, как по-детски эта игра проста.
знаешь, легче, чем без запинок считать до ста.
бог на нас поглядит - мы странно ему милы,
[и покажется, что ты видишь конец игры,
но любое начало - новый виток конца]
бог на нас поглядит - и снова придет спасать.