У меня нет права остановиться, у тебя нет права лежать на дне. Мы - дети неба, мы - крылья птицы, одна стихия - вода в огне. Твоими строками дышит ветер, и волны шепчут твои псалмы. Мои истории семенами лежат под снегом и ждут весны. Они без воздуха - половина, им нужно солнце и верность рук. Кто рассказал их мне, в нас поверил, но под водою не слышен звук…
Молчанье плавит край горизонта. Качают волны морское дно.
И невозможно остановиться…
Над морем птица… с одним крылом…
- Тебе что, не хватает в реале отношений с женщинами
- В реале просто близость… А здесь чувства… Кому то надо отдать нерастраченные тепло и нежность…
Я жду тебя, считая дни.
Скучаю, милый, очень-очень.
Мир без тебя полон тоски,
И дни темны, темны как ночи.
Ты - мой желанный, мой родной,
С тобою быть - моя судьба!
Вернись быстрее, дорогой,
Не оставляй, будь рядом навсегда!
ты на руке моей вечная линия,
пусть не имею твою я фамилию
и у детей не твоё будет отчество,
но ты моя жизнь, ты моё одиночество
«Я тебя люблю!» - волшебные слова и волшебное чувство.
Обязательно говори людям, что ты их любишь, если это так.
Я вижу это все в своём окне, -
Где млечность расправляет плавники,
И звёзды косяком плывут ко мне;
Где мысли так неистово легки,
И горизонт - родник моей строки.
Я помню… это всё твоей рукой
Исписаны полотна городов,
Как мир качает в люльке голубой
Дитя любви твоё и облаков,
Рождённое в созвездии стихов…
Я знаю как тебя распознавать:
Как только мысль касается листа,
И в слова мглу стекает синева, -
Намного легче даже птицей стать…
Рожденным ползать - свойственно летать…
Важна не только, твоя любовь к ней. Самое главное, чтоб в твоих объятиях, в твоём тепле и нежности, которыми ты её окружаешь, она обрела внутреннюю свободу и распустилась прекрасным цветком, с ароматом счастья…
А у меня это как-то само собой получается… сначало: Не дам, не дам… Потом… Ещё! Ещё… Ну между этии словами мои поцелуи… может я знаю куда целовать?
каждый миг без тебя - это вечность…
вечность рядом с тобой, словно миг!
так и хочется, чтоб бесконечность быть с тобою единым одним
когда земля разверзнется,
когда огонь небес обрушится,
когда все рухнет пред тобой,
ты просто знай - я твой!
ты просто знай - любим тобой!
ты просто знай - любимый твой!
люблю тебя! родная милая моя!
А зима все снегом засыпает
И город становится белее и белее.
Баянист в переходе песню напевает:
«Нелегко любить, забыть труднее».
Забыть и жизнь заново начать…
В душу холод одиночества проник,
От боли так хочется кричать…
Баянист, ну сто же ты затих?
Допой свою, ты, песню до конца
О злой судьбе, о происках творца…
И в музыке твоей растворяется душа…
Нельзя забыть, любить… нельзя…
Когда зима всё чаще греется в моей кровати,
Когда меняет бешено диоптрии окно,
Я чувствую подкожно и глотательно,
Как от меня ты бесконечно далеко.
Как ты во мне так венчана, надолго,
Один в один, один: один,
Это не связь, это уже природа,
Это не память, но уже не жизнь.
И как же в этом мы давно участвуем,
Какую держим оборону дней,
Живём и делаем несчастными
Ещё, как минимум, двоих людей.
Но нет внутри ни горя и ни жалости,
Смотрю на небо в очертание лица,
Прости нас с ней уже когда-нибудь, пожалуйста,
Во имя сына и отца.
Пусть в этих мысленных свиданиях минутами,
В который раз советуясь, сбегая и божась,
Мы оставались те же - вечно молодые, глупые,
Всё время, надо и не надо, за руки держась…
Ведьмы и кошки
Она целовала его, целовала, раздевшись, под полной луной танцевала,
Глазами искрила, призывно смеялась, и тела его словно ветер касалась.
Любила его, как свободу и кошек, и яркое лето сжимала в ладошках.
Он ей говорил: «Ты на ведьму похожа», она соглашалась: «Немножко, возможно»
И шлепая босо по солнечным лужам, кричала в грозу: «Он мне нужен! Так нужен!»
Меняла рубли на его крупный почерк, под вечер сжималась в уютный клубочек,
Он ей говорил: «Признавайся, ты кошка», она соглашалась: «Возможно, немножко».
Закатом алела, вьюном обвивалась, цветочной пыльцой по утрам умывалась.
Из сказок и снов собирала букеты, а он говорил: «Нет, ты все-таки ведьма»
Вздыхала: «Ты знаешь в полете, бывает, что ведьма дорогу домой забывает,
И умирает на лунной дорожке, тогда вместо ведьмы рождается кошка».
И вновь целовала его, целовала, по капельке сердце его выпивала,
Пила его нежность, а силу вливала, пространство и мысли его заполняла.
И он в ней тонул, словно в море глубоком, и как-то подумал: «Тебя очень много».
Он только подумал: «Исчезни, изыди, мне воздуха мало, мне солнца не видно»
Она подоткнула под ним одеяло, шагнула в свет лунный и тенью пропала.
Он утром проснулся и к ней потянулся, но глади пустынно-простынной коснулся,
Он вспомнил и вздрогнул, глазам не поверил, весь день караулил и окна и двери,
Шептал заклинаньем, молился: «Вернись! Мне солнца не нужно! В тебе моя жизнь!»
А ночью увидел, как с лунной дорожки, на крышу запрыгнула серая кошка.
Copyright: Александрит Мина, 2012
Близость родственных душ!
Поцелуй, будоражащий кровь!
Грусть, печали разрушь,
Нежность ласковых губ приготовь.
Трепет радостных слов,
Раскрывает объятья любя.
Чувств бескрайних потоп,
Захлестнул водопадом пленя.
Счастье солнечных глаз
Отогрело отчаянья ночь.
Свет касания спас,
Освещая желания дочь.
Ласки бережных рук,
Погрузили в безумие Грёз.
Сердца пламенный стук, -
В нём Любовь поселилась всерьёз…
Ты скажешь - нету мол любви…
Так вот она - иди, бери.
Заботься: нежность проявляй,
И лишний раз не огорчай,
Тут поддержи, там огради,
И благодарности не жди.
Так не пойдёт? Такой не нать?
А чтоб тебя лишь обожать?!
Ну на, бери. Сбылись мечты?
Ты с ней - на «ты», она - на «Вы».
Проходит год. Ты что, устал?
Хвалебны речи, пьедестал -
С тобой «носились, как с яйцом»!
Но, Боже, что с твоим лицом?
Опять не так? Опять не рад?
В глазах твоих тоска, печаль.
Сам не любил? Ну как тут жить?!
Дааа… на тебя не угодить.
Взаимной надоть? Чтобы страсть?!
И чтобы душами совпасть!
Дурнушка эта подойдёт?
А вот с характером… не мёд,
Вот та - с детьми, вот та - больна.
С любой взаимности сполна!
Опять не то? Опять не так?
Так может просто ты - дурак?
И не поймёшь: любовь - есть труд,
А ты - лентяй, вот твой недуг!