Вместить тебя… вдохнуть…и умереть…
От сладкой и невыразимой боли…
И превратиться… в шёлковую сеть…
В которой все… свободы и неволи…
В которой созревают… все слова…
До звёздной спелости… звезды сверхновой…
И под ноги ложится… синева…
На счастье… нежно выгнувшись… подковой…
И безымянных чувств… кружится рой…
Призывно и заманчиво… мерцая…
И я вкушаю каждый миг с тобой…
Как будто мы уже… в пределах рая…
Пьяны друг другом… без «Вдовы Клико «…
А после длится… сладкое похмелье…
Так нежно… вкусно…долго …и легко…
Как удивленье или… откровенье…
Вместить тебя… вдохнуть и… дальше жить…
И умирать… и возрождаться… снова…
Держась… за очень тоненькую нить…
Живого… новорожденного …слова…
Не позовёшь, не улыбнёшься невзначай,
через порог твоих шагов я не услышу.
И только дождь… Не привыкать вдвоём молчать.
Он одинок и лишь со мной - не третий лишний.
Не будет встреч и расставаний. Далеки,
как две планеты в мире этом друг от друга,
сумели сжечь мы столько свеч… Черновики
любви от ветра разлетелись по округе.
Молчат глаза, слова из сонной тишины
в тупик заходят… - хоть каким плыви маршрутом.
Хвала свободе! Только грустно почему-то…
Листвы опавшей тихий шум -
в такт с незнакомыми шагами…
А я опять тебе пишу
письмо холодными руками
про нотки грустные дождя
в мелодии осенней ночи,
и кот, свернувшийся в клубочек,
не спит, за пёрышком следя.
Колышет ветер свет в окне,
мечтая в комнату проникнуть,
гоняя призраки теней…
Но только не поможет мне
тебя тихонечко окликнуть.
Ты спишь, наверно, сладким сном,
не ведая о том, что где-то
в который раз тебе письмо
напишет кто-то без ответа…
Жалость - горизонталь.
Плоской, большой, распластанной -
Шкурой щита, зонта,
Крыльями, крышей, ластами.
Жалость - укрыть, держать.
В море и в небе - вытянись!
Плащ, кладенец, кинжал
Рыцаря или витязя.
Гордость же - вертикаль:
Вверх, до престола Господа.
Порваны облака,
Кровью сочатся плоскости.
Это копье, не меч -
Сверху знамена, головы.
Это - оставь, не сметь.
Не чернозему - золото.
…Родинки на плечах.
Губы: «Моя хорошая…»
Что ж ты смеешься так,
Чуточку скоморошливо?
Трещинки на губе…
Я не сказала главного:
Горизонталь - тебе,
А вертикаль - оставлена.
Ну вот и всё уже закончилось
С отличной, мастерской подачи…
Я обескровле- обесточена…
Ты… для меня… а я… не значу…
И ни просвета нет, ни выхода.
А рвется там - где слишком тонко.
Да и не стОят наши прихоти
Слезы любимого ребенка.
Время не ранит, но раны лечит,
Время добрее, чем мы считаем.
Жизнь равнодушием искалечив,
Прошлое муторно нас листает.
Книжные дети, дурное семя,
Что под обложкой? Вина и горечь.
«Ну, ничего, - говорит нам время.
Из корешка прорастают корни
Смутной надежды, надежды дикой,
Темной, как небо холодным летом,
Терпкой, как мята и земляника…»
Сколько страниц до конца сюжета?
Буквы, как рыбы, во тьме кромешной,
Плавают молча, одна, вторая…
…Что нам осталось? Страница «нежность»
Грубо надорванная по краю.
Посмотри, как потухли ее голубые глаза,
Словно ночь утонула убив в них остатки света.
И предательски капает с щечки ее, слеза,
А ведь раньше в них виделась вся планета.
Ты заметил, как тело ее отдается болью,
Кожа стала прозрачной, что сердце насквозь ее видно,
Видно раны внутри, не зажившие толком, с кровью,
Даже с этим живя, остается она безобидна.
Посмотри как потухли глаза, в них не видно света,
И мне кажется мир без тебя ее точно рухнет.
В них вчера помещалась наверное вся планета,
А теперь же с трудом помещается даже кухня…
Сгнил начисто канат причальный
и возле кнехта лёг трухой.
И ветер тихий и печальный
поёт не бурю, но покой.
И парус, некогда мятежный,
на рее тряпкою повис
и корчится, как шут манежный,
и норовит сорваться вниз.
И в трюме скисло от безделья
скучающей любви вино.
И капитан на каравелле
сменён на шкипера давно…
Подарить «босоножки с золотыми застежками» значит - влюбить, привязать к себе на всю жизнь, заколдовать, но не жениться.
Ещё немного, лишь совсем чуть-чуть
И буду я опять с тобою рядом
Так хочется мне на твоём плече уснуть,
Согретой быть твоим желанным взглядом
Ещё немного, лишь совсем чуть-чуть
И снова, как тогда - в твои объятья
Так хочется в тебе мне утонуть…
Упало нА пол тоненькое платье…
Ещё немного, лишь совсем чуть-чуть
И с нежностью целуешь мои плечи
И до рассвета глаз нам не сомкнуть
Я на любовь твою взаимностью отвечу…
Я твой дым… без сигарет, твоё вечное чувство волчьего голода,
ты со мной рискуешь сгореть, без меня - замерзнуть от холода…
я твой ангел и кара небес… что дано нам и что от нас спрятано?
99 дорог вели не ко мне, а ты сотую выбрал, сто раз проклЯтую…
99 грачей в голос галдят, голубь с белым крылом в окно бьется и мается…
99 молитв за нас прозвучат, за одну лишь возможность раскаяться…
99 свечей в ряд догорят, воском слёз за нас умываются…
99 причин вернуть всё назад и одна лишь любовь - со всем справиться. (Алёна К.)
Время пришло для бессонницы, книг и чая,
Там за окном шизофреник - сентябрь поет.
Я по тебе не то чтобы не скучаю,
Просто, как вспомню голос, внутри тает лед,
Только забуду образ, зову врача я.
Он, если честно, мне помогает редко,
Вызовов много, ведь осень у всех в крови.
Ночью знобит от мыслей, стреляет метко
В самое нежное место моей груди.
Вспомнишь пароль, пиши,
я за стеною в клетке.
Я собирала кружево звуков
И плела тонкой ниточкой буквы,
Чтобы снежинки слов
Кружились под синим ветром
Под музыку струн паутинки,
И сказка в душе звучала.
И верила, что услышит,
Что перехватит дыханье.
Такая вот глупость.
Теперь ищу мою кружевную сказку
В осенних асфальтовых лужах.
Может, ещё не вся растворилась.
Почему-то замерзают пальцы.
Только если позволить душе улыбнуться,
Последняя ниточка
Поющего слова
Растворится в черном озере,
И расцветёт кувшинка новой сказки.
Рассказать Вам как долго я Вас ждала?
Как читала ночей безбрежность…
И в мечтах о любви вновь душа ожила,
Примеряя судьбы беспечность?
Одиноких ночей не солгут зеркала;
Я теряюсь при мысли о встрече
С дрожью в сердце смотрю в отражение стекла,
От сомнений укрыться мне нечем…
Мне бы горстку надежды, каплю тепла
Чтоб согреться в неласковый вечер…
В горечь пепла, сожженных страничек дотла,
Робко кутаю зябкие плечи.
По страницам разорванных чувств до утра
Зачитавшись стихов, гаснут свечи,
Растревоженных мыслей смолкает строка,
Тишиной обрываются речи…
Вновь в клубочек мечты, завернувшись душа
Ожидая в ночи новой встречи
Наблюдает, как стрелки ползут не спеша,
Сердце, в такте царапая в клочья.
Голос мой промолчит в унисон с тишиной
Ноткой «соль» в доминанте трезвучия…
Я… пишу Вам признание, нетвердой рукой,
Преступая все рамки приличия…
Я не хочу твоих скандалов и упреков,
Опять наш хрупкий мир с тобой потерпит крах.
«Мы снова говорим на разных языках.»
Я вижу взгляд твой осуждающе-жестокий.
Быть может я конечно не права.
Я не пытаюсь оправдать - ищу причину,
Что вовлекла уже в скандалов нас пучину,
Мы говорим все эти грубые слова.
Ведь я люблю - ты тоже любишь, знаю,
Так хочется тепла, покоя в нашем доме.
Опять обида стоит в горле моем комом.
И вновь мы балансируем по краю.