Брожу по кладбищу любви, обители обманутой надежды.
Здесь нет забвения травы и боль терзает как и прежде.
Здесь неспокойные сердца, покинутых, в страданьи бьются.
Сюда не раз придется мне на тризну памяти вернуться …
Откровение приводит к привязанности,
Всепрощению, прирастанию.
Лишь бы только не к липкой обязанности,
А в дальнейшем к слепому изгнанию.
Лишь бы только в своей откровенности
За черту не шагнуть бессловесную,
Где в порыве безудержной ненависти
Шепчут вслед: Очень жаль… соболезную…
Сокрушаюсь, что искренность чистая
Обернулась бедой и разлукою.
Пред которой союз наш не выстоял.
Откровение стало нам мукою.
Откровение стало нам ношею -
Частью кем-то вмененной обязанности.
Получается… зря вместе прожили,
Не найдя откровенной привязанности.
Красивый не поймет урода.
Урод красивых видит всюду,
И жизнь для них не так убога,
И счастье им подобно чуду.
Не разбирает счастье красок,
И ей не Важно кто красивей.
Урод, красавчик - много масок,
Лишь тот кто любит - тот счастливей.)))
А она говорит: я хочу любви.
Говорит - и не знает, что делать с ней.
Прижимает к груди - а в груди болит.
Оттолкнет от груди - и еще больней.
И тогда она просит: хочу тепла.
Вот тепло. - Но ей надо еще, еще:
Человек в женском теле, по сути, слаб,
Человеку б уткнуться в твое плечо
И сказать: я ждала… я тебя ждала.
Прошептать: я не верю, что всё не сон.
И она ну ничуть не желает знать,
Что сердца ваши бьются не в унисон.
И она говорит: мы в ответе за…
Говорит - и самой бы понять: за что?
Смотрит, смотрит в тебя - и болят глаза
За попыткой запомнить твое лицо.
И так хочет спросить: ты ведь слышишь, да,
То, как кошки скребут на моей душе?
…Так, бывает, накатит вдруг иногда,
Как совсем уж темнеет, часов под шесть
Неравной мерой раздает судьба нам счастье,
Щедра для баловней, а пасынков обходит без участья.
Ну что же - каждому свое, с ней не поспоришь …
Кому то выпала любовь, кому то горе.
Любовь - театр для двоих, ее не выставляют на огласку.
Любовь боится зрителей, актеры там не носят маску.
Любовь на зрелища робка, она хрупка, чувствительна, ранима …
Пусть те, кто потревожил невзначай ее, взор отведя, проходят мимо.
Есть только женщина одна - ей сердце отдано одной, из женщин разных многих тысяч …
Любви ее колодца не испить до дна, когда я с ней - я принц, а без нее - я нищий.
Ты прав, любимый… ты, конечно, прав…
Тебе же с ней и правда будет лучше…
Такой спокойный, ровный, добрый нрав -
Она была, и есть, и будет клушей.
Прости меня - так вырвалось само…
Всё как у всех и даже лучше будет -
И пылесос, и счастье, и трюмо…
И с медом чай при гриппе и простуде…
Ну вот опять срываюсь на сарказм…
А через год появится наследник…
Она тебе - пирог, ты ей - оргазм,
Как ты привык - в четверг и понедельник…
Какая боль… Как пО сердцу ножом-
Больней втройне, когда родные люди…
А ты иди… не думай ни о чем -
Тебе же с ней и правда лучше будет…
Яркий солнечный свет одеялом укрою,
Для тебя зажгу свечи на небе из звёзд,
Только ты, только я, только песня прибоя
Долетает до нас гулких эхом без слов.
Лунный свет нам покажет дорогу до рая,
Видишь вон, вдалеке, он взбирается вверх,
А потом растворяется за облаками,
Представляясь прогулкою в следующий век.
Мы шагнем в бесконечность ночного пространства,
Попадем в мир, доселе закрытый от глаз,
Все в нем дышит любовью и искренним счастьем,
Чего ты не найдешь даже в сказочных снах.
Я в раю покажу васильковое поле,
Как вальсирует ветер бесшумно на нем,
Словно это бескрайнее, синее море,
По которому мы к горизонту плывем.
Будем долго гулять по фруктовому саду,
Каждый плод преподносит магический вкус,
С твоих губ побежит спелый сок винограда,
И обнявшись, к губам я твоим прикоснусь…
Забыты пароли, закрыты страницы
Уже перестали друг другу мы сниться
Совсем не считаем минуты до встречи
С другими проводим и утро и вечер
Не важно уже, что сказал и сказала
И ревность не колет отравленным жалом
Забыт аромат и духов и парфюма
И песня знакомая… Нет, не кольнуло
Другие мелодии душу тревожат
Мурашки не те пробегают по коже
Дожди по-другому в окно барабанят
Иные надежды, мечты и желанья
Бывает, шепнет «позвони», скверный чертик
Но нет номеров, все давно уже стёрты
И только ночами бывает приснится
Забытый пароль от ненужной страницы…
Женщина может быть очень холодной,
Такой холодной, как горный ручей.
Если вдруг ясно она понимает,
Что стала сегодня, совсем ничьей.
Может быть жаркой, бедовой и дерзкой,
Как-будто торнадо или гроза.
Смотри берегись!.. И будь осторожен!..
Надейся на случай и небеса!
Может быть доброй, внимательной, нежной,
Тобою дышать и тобой только жить.
Какой не была бы разной и странной
Женщину нужно просто любить!
Разделила сердце пополам.
Если хочешь - всё тебе отдам.
Не могу я по-другому жить,
И иначе не могу любить.
Всё вокруг об этом говорит,
И душа моя к твоей летит.
Благодарна я своей судьбе,
Благодарна за любовь к тебе!
… А еще я очень хочу:
Однажды зажечь свечу.
В кресло присесть у окна,
Только, чтоб не одна,
Чтобы и ты рядком.
Тихо сидим вдвоем,
Сквозь полумрак и тишь
Ты на меня глядишь.
Просто - глаза в глаза,
Взгляд отвести нельзя.
Губы коснутся виска,
Нежит щеку рука,
Греет ладонь ладонь,
Пляшет свечи огонь,
Тихая наша речь
Снимет усталость с плеч.
Как за окном метель,
Белым бела постель.
Мы не сомнем ее,
Просто - сидим вдвоем.
Волосы распущу,
Мысленно загрущу.
Грусть моя, ой, не зря.
Скоро взойдет заря,
А за зарею - день.
И столько вокруг людей
Будут твердить одно:
«Живи, как судьбой дано».
А я и живу. И молчу.
Но только очень хочу
Однажды
зажечь
свечу…
Давай зажжем последний наш костер
На берегу чужом, под небом звездным.
И заведем тревожный разговор
О том, о чем молчать уж невозможно.
Давай зажжем костер, чтоб он горел,
И пламя было видно всей округе.
Чтоб каждый, наконец, из нас посмел
Сказать открыто все, как есть, друг другу.
Чтоб у огня, соврав самой себе,
Как будто на костре живьем сгорая,
Смогла я, наконец, сказать тебе:
«Прости за то, что я тебе родная…»
Чтоб, в изумленьи брови приподняв,
Глядя в лицо при этом ярком свете,
Ты промолчал - все правильно поняв,
Одними лишь глазами мне ответив.
И у костра вслед золотым огням,
Самих себя мы просим, сердцем выжав
Вопрос: «Кто дал такое право нам
Жить на земле, не думая о ближнем?!»
И, наконец, приняв все так, как есть,
Поняв, что тот костер лишь греет руки,
Что ни бесчестье не сгорит, ни честь,
Решаем молча: дальше жить в разлуке.
* * *
Ну, вот и весь наш горький разговор,
Которого мы ждали и не ждали.
… Подбрось-ка дров, дружище, в наш костер,
Пускай сгорят, коль мы их нарубали…
Уходил ты тогда
И закрыл непослушную дверь,
И настала беда
Для меня, неуемной, теперь.
И не стало мне дня.
Вся, как ночь, окунулась во мгле.
И как будто одна
Я осталась на этой земле.
Не могу я одна!
Я вослед за тобою пойду.
Коль тебе не нужна,
Значит, я в твою совесть уйду.
Я останусь, как в песне,
Любимый, в тебе навсегда.
Чтоб с тобою быть вместе,
И ты убедишься тогда,
Что тебе без меня
Ни минуты прожить не дано.
Ты, как дым без огня,
Без меня тебе горе одно.
Будешь утром вставать
И искать мои губы в ночи.
Не найдешь, и опять
Твоя совесть в груди закричит.
Ты пойдешь на работу
И вечером будешь спешить,
Чтоб опять отчего-то
Дома совесть свою ворошить.
Вспоминать будешь руки,
И косы, и челку у глаз.
И от самой разлуки
Ты о совесть споткнешься не раз.
Ты с другою пойдешь.
Чтоб назвать ее словом - «жена»,
Только тут же поймешь,
Что меня не заменит она.
Убедишься тогда -
Друг без друга мы не проживем,
Потому что всегда
В твоей совести место мое…