И утопаю в нежности, любя,
Лаская поцелуями безбрежность…
Лечу в волшебной страсти неизбежность,
Отдав тебе до капельки себя…
Как чувственны прикосновенья тел,
Как заблестел росой цветок желанья
От трепета нежнейшего касанья…
И нет у Ангелов важнее дел…
Лаская крыльями любви полет,
Душою звезд вдыхаю наслажденье…
Янтарной каплей радость восхищенья
Стекает с губ желанных, словно мед…
Безумствует блаженство в сладком вальсе…
Я умоляю - Ангел мой, останься!..
Тихо прикоснуться до твоих волос,
Окунуться в нежность, тая от восторга.
Я с тобой танцую вальс любви средь звёзд,
И ловлю губами кожу тоньше шёлка…
Пальцами играю вдоль по шее… вниз,
Чувствуя, как время в трансе замирает,
Как в тебе все струны звонко напряглись
И вот-вот душа ввысь сорвётся с края…
Мы ещё танцуем или больше нет?
Музыки не слышно в дикой буре пульса…
Отдаёмся сладко радужной весне,
Выпустив на волю трепетные чувства.
Этот вихрь желаний нам не удержать,
В фейерверке страсти сброшены запреты.
Ароматом звёздным сказочно свежа
Ночь в твоих ладонях, милый, до рассвета…
Когда в ночи засеребрится
Звёзд околдованная даль,
Твои глаза мне будут сниться,
И в них увижу я печаль.
Она туманной поволокой
Укроет радужек узор,
И до мечты моей высокой
Не долетит печальный взор.
И свет звезды моей далёкой
Не встретит неподвижный взгляд,
Пронзивший тайной синеокой
Мне сердце, будто век назад.
Твои глаза когда-то были
Любовью сладостной полны.
А ныне всё они забыли:
И нежность губ, и блеск луны.
Твои глаза когда-то звали
К себе пленительным огнём.
Но свет погас, они устали
И спят холодным тихим сном.
Но я не в силах отказаться
От грусти этих милых глаз,
И пусть они мне только снятся -
Я их люблю, как в первый раз!
Смахнут невинные ресницы
Слёз очарованных хрусталь -
И полетит с ним, словно птица,
Моя душа в ночную даль…
16−18.06.2001
* * *
Тихий шорох листвы под ногами.
Одиночество голых ветвей,
И безмолвие ночи над нами
Манит таинством тысяч огней.
В невесомости лунного света
Растворились реалии дня,
И черты твоего силуэта
И пьянят, и волнуют меня.
В непроглядность уходит аллея,
Дремлет парк, серых лавочек ряд
В темноте исчезает, не смея
Отрезвить мой восторженный взгляд.
И душе как не быть в упоеньи,
Если тонет цветок в волосах,
Если тает звезды отраженье
В очарованных чёрных глазах,
И природы так нежно дыханье,
И летящий листочек поёт
О безбрежной красе мирозданья,
О минутах без тени невзгод?
Может быть, и ночная прохлада,
И ожившая вдруг тишина,
И таинственный вальс листопада -
Лишь обман, лишь иллюзия сна.
Но тогда пусть он длится и длится,
Чтоб лучился от счастья твой взгляд,
И смогли мы в любви заблудиться,
И забыли дорогу назад.
День нагрелся на конфорке Солнца - и остыл.
О затылок билась ночи сковородка.
Растерзал обивку двери я до шрамов-дыр.
Кулаками бил по ней. Из гнева соткан.
Черной кошкой оказался взмах твоих ресниц.
Заорала дверь, когда ее захлопнул.
От бессилия скулил сидевший рядом шпиц.
Антресолью сброшен зонтик допотопный.
Фото эмигрировали с тускло-синих стен
Жертвами репрессий - в чуждую кладовку;
Поводком терпения - собаками - хотел
Слезы удержать. Но вздрагивал неловко.
Я искал прощения. Но сломан был радар.
Ты скрестила руки и замкнулась цепью
Амперметра. Коротили в сердце провода.
От себя бежать - не кажется нелепым?
Мило целовались статуэтки. А не мы.
Но волнами пальцев скалы скул я гладил,
С них надеялся обид осадок смыть,
У которых находилась ты в блокаде.
* * *
Нас лето поманило сладостью
И ароматами садов -
И тут же скрылось за туманностью,
В тиши разрушенных мостов.
Ты унесла с собой цветение
Благоухающего дня,
Оставив мне лишь заблуждение
Ночного робкого огня.
Но будут звать дыханьем свежести
И откровеньем чистоты
Твои загадочные прелести,
Твои невинные мечты.
Продлятся долго дни туманные
И, может быть, пройдут года,
Но я приду к тебе, желанная,
Чтоб не расстаться никогда.
И мы, не ведая усталости,
Забыв обиды все свои,
Вновь полетим на крыльях радости
В мир оживающей любви!
Я буду нежностью… Не прогоняй…
Я буду капелькой… Не вытирай…
Я ветром буду… Открой окно…
Твоим я буду сладким сном…
Я буду радостью… Ты не грусти…
Я буду розою тебе цвести…
Я солнцем буду… Смотри на свет…
И твой я буду четкий след…
Я буду искоркой… Не затуши…
Я буду воздухом… А ты дыши…
Я снегом буду… Подставь ладонь…
И твой я буду в груди огонь…
Я буду лучиком… Держи меня…
Я буду за руку с тобой всегда…
Я нитью буду твоей судьбы…
Я буду всем… Где б ни был ТЫ!
мальчик мой я устала бегать
и волосы на себе рвать
мой родной надоело делать
тО, НА ЧТО ТЕБЕ наплевать
мальчик мой я устала бояться
так бояться тебя потерять
стоит ли мне с тобой оставаться?
и вот так все тебе прощать?..
Мальчик мой
время лечит обиды
и слова помогает забыть
не забуду что у нас было
но увы боюсь с тобой быть.
не забуду улыбку твою
ту, твою, еще вроде родную
мальчик мой как ты там вообще?
Нормально?.. а я тоскую.
Мальчик мой как вообще поживаешь?
Помнишь что я есть и что люблю?
Ты вообще хоть чуть чуть понимаешь
что без тебя не дышу?
Мальчик мой
здесь дожди льют сутками
и любовь умирает причинами
ты меня выжигай проститутками.
я тебя-дорогими мужчинами.
Пора снимать заклятия и чары,
И страшные покровы колдовства,
И шкуру обреченного волчары -
Швырнуть в огонь живого естества…
И заключить в объятья эту ведьму,
Которая - меня лишила снов,
И дьявольских волос певучей медью
Укрыла смысл моих наивных слов…
Пусть и она - узнает несвободу,
Тяжелый плен и горький вкус обид,
И мертвую, отравленную воду,
Опять - в живые слезы - превратит!
Пусть закричит, заплачет, что ей больно
И пусть вопьется в кисть моей руки…
И пусть, потом, прошепчет «все, довольно…
Какие же мы были - дураки»…
Просто быть твоею…
Просто быть…
И ценить, и лелеять…
Просто любить.
Просто ждать и верить,
Просто жить…
Обнимать и тихонько
Тайны хранить.
Просто быть красивой,
Глубокой быть…
Быть и слабой, и сильной,
Беречь эту нить.
Просто быть безупречной
Понимать твой настрой,
Охранять веки вечные
Тот «хрустальный» покой…
Просто быть королевой,
И править тобой…
Быть последней и первой,
Быть женой!
Ах, как же сладко он целует,
Он словно море… Он волнует…
Его язык упруг и нежен,
В своем плену меня он держит.
Я словно роза распускаюсь,
Когда к той коже прикасаюсь…
И разливаюсь в сладком стоне,
Тянусь щекой к его ладони…
По нежной коже пробегусь…
Я потерять его боюсь…
Обнимут руки эти плечи,
Ну вот опять темнеет… Вечер…
«Пора идти, - он снова скажет,
А то жена меня накажет».
Я отпущу его домой…
Ведь он, увы, не только мой.
Ах, как же сладко он целует,
Жаль не меня он утром будит,
Со мной встречает лишь закат…
Он мое счастье «напрокат».
Я хочу любить тебя вечно…
Бесконечно, бездумно, отважно…
Мне так важно знать, что ты рядом,
Обнимаешь задумчивым взглядом…
Я хочу целовать твою спину,
Рисовать наш Мир, как картину…
Быть красивой, желанной, любимой,
Быть твоей, немного ревнивой…
Я хочу с тобой встретить старость,
Быть таблеткой, что снимет усталость.
Укрывать тебя своим телом,
Быть и скромной, и чуточку смелой.
Я хочу любить тебя вечно,
И примерять наряд подвенечный.
Я тобою давно уж болею,
Умоляю, позволь быть твоею…
Весь день льет дождь и я к тебе хочу
Раздеться и залезть под одеяло
«Люби меня» -на ушко прошепчу
И ночи нам с тобою будет мало.
Я страшно возбуждаюсь от дождя,
Его потоков, мощности, напора.
Ты не уснешь - я в плен беру тебя,
И не надейся, отпущу не скоро.
Фантазий соблазнительных поток,
По краю губ прикосновеньем легким
Ты чувствуешь, как пробегает ток?
Мы связаны прилюдии веревкой.
Мы пойманы и нет пути назад
Капкан моих-твоих желаний прочен
По капли проникает страсти яд
И опьяняя, возбуждает очень.
Под грохот неуемного дождя,
Что бьет свою чечетку о карниз,
Возьми меня, прошу! Войди в меня!
Исполни этот маленький каприз.
Люби меня нежно,
Люби меня сладко,
Ведь я растворяюсь
В тебе без остатка,
Назвал меня кошкой,
Что ж, буду мурлыкать,
Люби меня! Можно.
Ведь я так привыкла.
Я рушу запреты,
Я рушу законы,
Иди ко мне. Где ты?
Услышь мои стоны!
Возьми мои руки,
Свяжи меня лаской,
Целуй мои губы,
Веди меня в сказку.
Твои все желанья
Я чувствую кожей,
К чему оправданья,
Ведь мы так похожи?
Прильни ко мне телом
Упруго-горячим,
Не думай о тленном,
Живи настоящим!
Окно в комнате мерцало и переливалось, пробегающими отражениями большого города. Струясь и пропадая в изумрудных отсветах, уносились отражения машин и автобусов в суету столицы. Было душно. Недопитый портвейн томился в стакане. Роман рассеяно смотрел на чистый загрунтованный холст на новеньком подрамнике. Она ушла от него две недели назад и даже ни разу не позвонила. Что ж, он тоже гордый! Сперва он безумно был на неё зол. Потом злость сменилась жалостью к себе и всёразрушающей тоской. Хотелось всё вернуть, покаяться во всех грехах и простить ей всё. Но телефон молчал и вязкая безысходность сковывала чувства. Роман знал, что работа поможет выйти из этого состояния, но никак не мог себя заставить взять в руки кисти. На душе была пустота!
Вдруг в его полулеторгическое сознание стали пробиваться неясные раздражающее слух звуки. Он заставил себя вынырнуть из печального забвения. За стеклянным мерцанием окна он явственно увидел кошачий силуэт. Черная кошка, элегантно выгнув спинку сидела на подоконнике и настойчиво мяукала, прося разрешения осчастливить своим царственным присутствием недра холостяцкой квартиры.
Роман открыл окно и впустил нежданную пришелицу. Кошка как ни в чем не бывала, довольно муркнув проскользнула мимо горы тюбиков с краской и грациозно уселась на кресло застеленное мягким вязанным пледом. Здесь обычно любила сидеть Наташа, когда позировала Роману.
Какие у неё удивительные глаза, невольно отметил про себя художник, просто какие-то необъяснимо-завораживающие! Вот что я нарисую, да именно это неземное создание, взявшееся невесть откуда! А кошка будто только этого и ждала, изящно развалившись на кресле, она мерцала из глубины комнаты лунным отсветом таинственных глаз. Роман уверенным жестом выдавил краску, на уже было подсохшую палитру.
Раман весь погрузился в работу и не заметил, как комнату тихо наполнили сумерки. Вдохновение, нахлынувшее на него, волновало новизной и ожиданием неизведанного. Царственное, грациозное создание в образе египетской жрицы, взирала на него своими янтарными глазами. Когда он положил заключительный мазок на свое нежданное творение уже почти стемнело. Роман в изнеможение отложил кисти. Но он был счастлив! Налив себе портвейну художник, с наслаждением и чувством творческого удовлетворения сделал несколько глотков. В голове приятно зашумело от вина и от внезапно навалившейся усталости.
-Не будете ли вы так любезны налить вина даме?,-нежно промурлыкал женский голос из полумрака комнаты.
Роман почему-то даже не был удивлен. Обернувшись на голос, он увидел очаровательную девушку, сидящею на кресле, обнаженную, слегка прикрытую вязанным пледом. Красивые темные волосы отливали сапфиром, а глаза светились сказочно-чарующим светом. Роман протянул ей бокал. Девушка сделала глоток и грациозно слизнула винную каплю, упавшую ей случайно на руку!
-Ну и как зовут тебя неведомое создание?
-Зови меня просто Кошка!
-И что же мне с тобой делать, Кошка?
-Просто любить и ласкать, кошки ведь для этого и рождены.
-Ну тогда иди ко мне моя царица!
Кошка выскользнула из-под пледа и очутилась в нежных объятиях Романа.
О как она бала прекрасна! Её мягкая, бархатная кожа струилась под его ладонями. Изящное тело извивалось под страстными поцелуями. Когда он проводил ей рукой по шее и спине в области лопаток она вся выгибалась и довольно мурлыкала. У девушки были нежные трепетные пальцы, они ласкали тело Романа доставляя ему неслыханное наслаждение! А язычок! О этот шаловливый язычок! Он всё время ускользал при поцелуях, но вдруг оказываясь в самых невероятных местах, Роман чувствовал его горячие ласкающее прикосновения, то на своих губах, то на шее. То вдруг, он пробежавшись по груди останавливался на животе, то скользил ниже, унося Романа в звездное небо!
Роман ничего подобного никогда раньше не испытывал ! Это была волшебная ночь. Девушка извиваясь, стонала в его сильных руках. Отвечая с готовностью на каждое движение его тела, она страстно пыталась впустить в себя своего рыцаря как можно глубже. Время зависло янтарной каплей и растеклось в пространстве неистовым блаженством и трепетной негой. Кошка заснула в сладком изнеможении на груди Романа лишь под утро. Засыпая он ощущал тепло и влажность её разгоряченного тела и улавливал тихое блаженное дыхание.
Когда Роман проснулся, день во всю заявлял о себе какофонией звуков доносящихся из открытого окна. Он был один в наполненной солнечными зайчиками комнате. Художник долго не мог понять, наяву или во сне было это ночное приключение. Ему казалась что подушка еще пахнет неведомой гостью, а руки хранят её тепло. Роман поднял глаза… со свеженарисованого холста на него взирала манящим взором грациозное, сказочное, создание. Его ночная богиня.
-Вернёшься ли снова, моя нежная Кошка?
Вдруг звуки телефона вернули его в реальность.
Это была Наташа.