Мой родной человек, я тебя разглядела не сразу,
не узнала тебя,
распыляя свой взгляд на других.
Обронив в суете, между прочим, случайную фразу,
растворилась в рядах
запестревших рекламою книг.
Не нырнула, любя, в распростёртые встречно объятья,
не расслышала слов,
угорев от чужого тепла.
Но нельзя избежать близким душам святого зачатья,
где б себя не терял,
снизойдёт благодать… Снизошла.
Мой родной человек, о тебе задыхается строчка
и пожары молитв
разметают кошмар непогод.
И звенит, на сносях,
восхищеньем счастливая почка,
предвкушая весну, что удачу тебе принесёт.
Мой родной человек, одиночества больше не будет.
Неустанно молюсь
каждый день и подаренный миг.
Будут, будут добры обстоятельства, звери и люди.
Оберегом тебе -
каждый вздох мой отныне и стих…
Я сердцем тебя обнимаю, слышишь? !
Не руками, а мыслями теплыми, светлыми! Обнимаю во сне, когда тихо дышишь,
И в потоке привычных забот ежедневных.
Я б хотела согреть в тебе каждую клеточку, Напоить тебя счастьем взахлеб неединожды!
По судьбе проложить удачи ленточку,
Чтоб бороться с преградами не был ты вынужден!
Осветить все вокруг тебя яркими красками,
Окружить тебя счастьем, теплом и нежностью.
Жизнь твоя была чтобы праздником! Восхитительной бесконечностью!
Мне тебя и вправду мало очень…
Сумасшествие моё ты и безумие…
Если мы не рядом этой ночью,
Несомненно, я тебя додумаю.
А как приятно на твоем плече,
Когда бегут навстречу километры,
Под шелест упоительных речей
Ютиться, защищенною от ветра!
Привидится удобным этот мир,
И радостным, и добрым, и надежным,
И даже счастье, будто бы пломбир,
Возможным. Ну, конечно же, возможным!
Рукою можно твой затронуть лоб
В тревоге нежной: вдруг, температура?!
И даже шарф поправить можно, чтоб
Тебя он уберег, и не продуло.
Как здорово, что можно в этот день
Ладонь свою держать в твоей ладони,
Все мысли в это время набекрень,
И о запретном все… О постороннем…
Что все в итоге близится к концу:
И жизнь, и эта зимняя дорога,
Что невозможно даже и Творцу
Попридержать нас вместе у порога,
Ведь так уютно на плече твоем,
Лететь вперед, считая километры,
Где ждал бы нас простой уютный дом -
Жилище, защищенное от ветра!
У женских слёз особенный состав,
Коль расставанье было им причиной.
На стыках рельс грохочущий состав
Прочь увозил меня дорогой длинной
Вторые сутки. Вновь, в бессчётный раз,
Гонял чаи вагон разноголосый.
Мне руки жгли, из ненаглядных глаз
В прощальный час уроненные, слёзы.
Уже хмельную ширь родных полей
Сменили юга горные отроги.
Я ощущал всё резче и острей,
Всей кожей рук, от слёз твоих ожоги.
Напрасные ряды постов, застав
Не отвлекали боль и вполовину.
У женских слёз особенный состав,
Коль расставанье было им причиной.
Я думал: у монголок - поперек.
Какая прелесть!..
Под высокой синью
С тобою нас Аллах не уберег
От тишины, напоенной полынью.
Раскинь же руки, милая княжна!
Мне в этих травах, посреди вселенной,
Твоих сосков воинственные шлемы
Напоминают прошлое…
Страна
В огне и дыме. Полнится гарем.
Степь задохнулась от копыт и крика…
Ну, что теперь ты скажешь?
Кто под кем!
И как тебе любовной страсти иго?
Смеешься?
Хохочи!
Тебе идет!
Полней, полней - и воздух между нами
Нагрелся так, что твой монгольский рот
Я зажимаю русскими губами!
И солнце, в небе кольцами клубя,
Накрыло нас лучами, как сетями,
И ты, в сетях запутавшись, ногтями
Рвешь спину мне, чтоб помнил я тебя;
Чтоб сохранил, чтоб на века сберег!
Храню, княжна!
И говорю: спасибо…
Я думал: у монголок - поперек,
Не поперек, но все равно красиво!
Я целую тебя, я в тебе растворяюсь
каждой клеточкой губ, каждым стоном души.
Я целую тебя, я в тебе воскресаю.
Мы еще поживем - Сам Господь так решил.
Ты уходишь в меня, как родник в подземелье,
наполняя меня своим бегом сквозь крик:
Нас у нас не отнять! А с холодной постели
смотрит месяц-бобыль, прикусив свой язык.
ЧТО ТАКОЕ ЛЮБОВЬ? Это взгляды украдкой,
Дрожь по телу, боязнь, недосказанность слов…
Это то, что владеет тобой без остатка-
Ты и Он, а над вами колдует любовь!
ЧТО ТАКОЕ ЛЮБОВЬ? Это первая нежность,
Первый трепет слегка прикоснувшихся рук,
Первый ландыш, и в мыслях чистота и безгрешность.
ЭТО МЫ НАВСЕГДА, БЕЗ ИМЁН И РАЗЛУК…
Это сила желанья, магнетизм притяжения,
Это дикая не проходящая страсть,
Блеск в глазах. В каждом вздохе и в каждом движении
Ты готов раствориться и согласен пропасть…
Это утром, обнявшись, пить кофе в постели,
Это просто прижаться к любимой щеке,
Это лепет ребёнка в своей колыбели,
И кольцо, что мы носим на правой руке…
Это в старости жить просто в домике с садом,
Засыпать под красивые песни цикад,
На веранде пить липовый чай с шоколадом
И вдвоём любоваться на спелый закат…
Научись читать меня между строк,
поднимись немножечко выше.
Чтобы понять меня всегда мог -
научись мою душу слышать.
Научись со мной вместе дышать
и жить в одном сердечном ритме.
Научись слышать и понимать,
забыв сложные алгоритмы.
Научись же со мной нежным быть,
желать, чтоб счастливыми были.
Научись меня страстно любить,
как ещё до нас не любили.
Научись приласкать, дорожить,
беречь и всегда восхищаться.
Научись днём и ночью мной жить -
да так, чтобы не расставаться.
Научись меня быстро читать -
разгадать все мои желанья.
Научись же ценить, понимать,
убирать непонимания.
Научись же летать наяву
и бежать за моей мечтою.
Знай, я всегда тобою живу,
и желаю быть лишь с тобою.
Я тебя не теряю, знаю:
Ожиданья души хороши,
Когда сбыться им суждено.
И для этого время дано,
И для этого мы спешим,
Что главнее - потом решим,
Но я знаю - тебя не теряю!
Я душою тебя обнимаю
И ловлю каждый миг души,
Где с тобою мы вместе - на дно!
Где с тобою мы заодно
Упиваемся и грешим…
Я прошу тебя, не спеши!
И как будто всё время знаю:
Только это нам и дано!
Я люблю Вас тепло и внимательно,
Так, как любят ушедших невест.
Для меня это так обязательно,
То, что Вы мне надели свой крест.
Почему Вас зовут Джиокондою?
Это как-то не тонко о Вас.
Я в Вас чувствую строгость иконную
От широко расставленных глаз.
Я в Вас вижу «Царицу Небесную»,
Богородицу волжских скитов,
«Несказанную радость» чудесную
Наших русских дремучих лесов.
И любовь мою тихо и бережно
Я несу, как из церкви свечу.
Разве счастья словами измеришь дно?
Сам себе улыбнусь. И молчу.
Так не хочется скомкать поспешностью
Наш стыдливый и робкий роман.
Да хранит Вас Господь с Вашей внешностью
От меня, от любви и от ран.
Здравствуй, мой дорогой друг!
Пишу тебе, а руки дрожат от счастья! Мы не виделись вот уже несколько дней, но в моей памяти еще свежи моменты нашей последней встречи. Помнишь, как ты смеялась, когда я уронил ключ от усадьбы в воду? Так вот знай, что старый рыбак дядя Сэм достал мне его сразу после того, как мы с тобой распрощались. Птенец твой, кстати, поправился и сидит сейчас напротив меня, помогая писать тебе эти строки.
Ты улыбаешься, я не мог сейчас этого не почувствовать. Рояль, кстати, совсем запылился, ведь так долго я на нём не играл. Веришь, я не могу коснуться клавиш, зная, что ты далеко, и вряд ли услышишь его волшебные звуки, хоть и обещала их никогда не забывать.
А у нас сегодня дождь. Я смотрю на капли воды, медленно спускающиеся по стеклу, кусаю кончик пера и, думая о тебе, вижу твоё отражение. Знаю, ты считаешь меня наивным простаком, своим легкомысленным приятелем из другого мира, но я другой, и я найду способ доказать тебе это! Ты смеёшься, но этого так мало: просто знать, что тебе хорошо по ту сторону вечности.
Я хочу видеть твою улыбку, слышать твой сладкий голос, вдыхать запах твоих волос тут, в этой комнате, а не в своём воображении, собирая по частям разговоры, воспоминания и, может быть, даже поцелуи.
Да, мой милый друг, я помню, как ты растерянно коснулась моих губ. Я не успел тебе сказать, как много для меня этот поцелуй значит, и что я бережно буду хранить его в сердце до конца своих книжных дней.
Птенец говорит, что пора прощаться, но я никак не могу оторваться от бумаги, что стала для меня единственной нитью, ведущей к той, которую по воле судьбы я встретил слишком поздно, которую увидел на старом мосту, в которую влюбился так, что теперь проклинаю все дни до знакомства с ней.
Надеюсь, ты прочитаешь моё письмо до того, как солнце закатится за горизонт, потому что сказать тебе этих слов, глядя прямо в глаза, я не смогу.
Твой трусливый, но верный друг Джонатан.
Июнь, 1758 год.
Ты так желанна… и неповторима…
Пришла - и всех к своим ногам…
Порой жестока, а порой ранима…
Ты неподвластна и БогАм!
Могуча и непобедима!
Ты ядом сладким крепишь кровь.
В ТЕБЕ ВСЯ ЖИЗНЬ! В ТЕБЕ ВСЯ СИЛА!
Непобедимая ЛЮБОВЬ!
Отчего- то легко и спокойно,
а стук сердца отчаянно тих,
Я ль тебя в этом мире достойна?
Всех милее поклонниц твоих?
Ты целуешь небрежно ланиты,
Пред тобою честна и пряма.
Солнцем дни, словно златом залиты,
И в цветах утопают дома.
От любви все должно быть воздушным,
Благодарна я каждому дню.
Я согласна быть верной, послушной,
Только больше тебя не люблю.
Твои речи- казалось мне раньше-
Будто мед топят горечь души.
Уплывает корабль все дальше,
Если хочешь- звони и пиши…
Ольга Тиманова
Они хотели жить, как-то по другому,
И не встречаться, быть вместе никогда,
Но Бог решил, все как-то по иному,
И суждено им быть вместе навсегда
Держаться за руки и помогать друг другу
Дарить надежду и любовь всегда
В минуты горя и страдания
Произнесут друг другу нежные слова
И пусть Он знает, что все его заслуга
Им суждено быть вместе навсегда.