В открытую дверь не ломятся,
В открытую душу не влюбятся.
И в гуще лесов есть рощица,
И в гуще домов есть улица,
И в гуще толпы есть девушка,
Что прячет лицо под шарфиком,
И только она не пешкою
Мне станет, а сразу дамкою.
Влечение - род болезненный,
Влечение - род проклятия.
И где-то под шарфом бежевым
Найду я себе приятеля.
Найду я себе товарища
Для бед и счастливых случаев.
Кто знает, что может прятаться
В закрытой душе попутчицы?
У меня длинное, длинное черное платье,
я сижу низко, лицом к камину.
В камине, в одном углу, черные дрова,
меж ними чуть бродит вялое пламя.
Позади, за окном, сумерки,
весенние, снежные, розово-синие.
С края небес подымается большая луна,
ее первый взор холодит мои волосы.
Звонит колокол, тонкий, бедный, редкий.
Спор идет неслышно в моем сердце:
Спорит тишина - с сомненьями,
Любовь - с равнодушием.
Я стою одна на перекрёстке
Среди всех предложенных дорог,
Ветер бьёт настойчиво и жёстко,
Направляя к выбору, вперед.
Только я, растерянность скрывая,
Жду подсказку или же совет,
Как найти ту точку мирозданья,
Где счастливый выдают билет.
Только, видно, долго рассуждала,
Сомневалась… А когда пришла,
Лучшие билеты разобрали,
И осталась лишь судьба моя.
Торонто,
Copyright: Тамара Казанцева 2, 2016
Свидетельство о публикации 116 072 407 722
Луна богата силою внушенья,
Вокруг нее всегда витает тайна.
Она нам вторит: «Жизнь есть отраженье,
Но этот призрак дышит не случайно».
Своим лучом, лучом бледно-зеленым,
Она ласкает, странно так волнуя,
И душу побуждает к долгим стонам
Влияньем рокового поцелуя.
Своим ущербом, смертью двухнедельной,
И новым полновластным воссияньем,
Она твердит о грусти не бесцельной,
О том, что свет нас ждет за умираньем.
Но нас маня надеждой незабвенной,
Сама она уснула в бледной дали,
Красавица тоски беспеременной,
Верховная владычица печали!
Так любить, чтоб замирало сердце,
Чтобы каждый вздох - как в первый раз,
Чтоб Душою только отогреться
У огня любимых, милых глаз.
Так любить, чтоб за минуту счастья
Можно было жизнь свою отдать,
Чтобы, несмотря на все ненастья,
Всё равно надеяться и ждать.
Чтобы каждый взгляд - как откровение,
Каждый поцелуй - как Божий дар.
Чтобы и волос прикосновение
В сердце разжигало бы пожар.
Так любить, чтоб каждое желание
Воплощалось в жизнь. И их - не счесть…
Чтобы каждый день как заклинание
Повторять: «Спасибо, что ты есть…»
Был я каплей в море,
В коем ты купалась,
Только поневоле
Море испарялось.
И мужчин то море
От Ильи до Стаса
Испарилось вскоре -
Я один остался.
Каплею - не спорю,
Мне не измениться,
Но слезой по морю
Я смогу скатиться.
Copyright: Константин Совок, 2015
Свидетельство о публикации 115 030 102 020
Город, простуженный февралем,
Кашляет снегом и воет по-волчьи.
Мы не вдвоем. Мы с тобой не вдвоем.
Все так банально, как в фильме.
А впрочем…
Знаешь, как хочется сесть в самолет
Или стать белой парящею птицей?!
Тот, кто всем сердцем любил, нас поймет.
Ты - мой журавль. И к черту, синицу!
Я прилечу. Я к тебе прилечу!
Солнечным светом, в окно просочившись,
Рядышком сяду и прошепчу
Тихо-претихо, почти что неслышно:
«Я без тебя, как река без воды,
Море без соли и небо без солнца…»
Тот, кто придумал построить мосты,
Знал, как прожить друг без друга не просто!
…Город, простуженный февралем,
Кашляет снегом, и воет по-волчьи.
Мы здесь вдвоем. Мы с тобою вдвоем!..
Пусть время замрет! Не на миг.
А бессрочно…
Боже мой, сколько всего понамешано
В бедной моей очумевшей душе.
Черного. Белого. Разного. Грешного.
Столько всего - не вмещает уже.
То катаклизмы устои коверкают.
То безмятежный вселенский покой.
То заперта за волшебною дверкою.
Только не лжет. Ни единой строкой.
всё отлично! как в доброй сказке,
что закончится хепиэндом.
неудачи, мечом дамасским
все по рубятся и победа
засияет звездой сверхновой,
явит северное сиянье
дней насыщенных и здоровых.
озарит весь мир осознаньем
и надеждой мечты заветной,
путь покажет на небе млечный,
что бывают весна и лето,
утро, день, только после - вечер,
после лета, ещё есть осень,
а морозы не бесконечны,
в снах прекрасных разноголосье,
откровенность и человечность.
после будней - есть выходные,
дни счастливые - радость детства…
люди добрые и родные…
…для которых и бьётся сердце!
В Праге с утра, чуть-чуть, морозно.
Но, зато второй день подряд
Светит ярко весеннее
Солнце -
Чему, я очень-очень,
Безумно рад!
От такой красоты природной
Я счастливый домой иду…
И супругу свою, очень-очень,
Ещё больше, чем раньше
Люблю!
14:14 14 2 2017 Прага
уйди с небес, проклятая Луна!
я праздникам не верю заграничным.
сегодня мне милее тишина,
в которой нет ни слов, ни дум о личном.
заткнись! изыди, ветер-баламут!
не смей свистеть мелодию по трубам,
о том, как сладок вкус был этих пут,
когда к губам касались нежно губы.
заглохни, память! вычеркни строку,
где страсть всецело душу покоряла,
где голос говорил: «я не могу»,
а телу всё-равно казалось мало.
я не желаю больше вспоминать
восторженные стоны эйфории,
измучено-скрипящую кровать,
эмоций необузданных стихию.
я больше не хочу опять тонуть
в бездонный, карий омут двух колодцев,
что в сумраке обозначая путь,
с лихвой могли сменить луну и солнце.
мне мил асфальт! булыжником на нём
лежать мне лучше, не летая птицей …
у чувств я осушил весь водоём…
так почему же снова, мне не спится?!
так почему же, глядя в эту ночь,
в узорах на стекле своём оконном,
я снова вижу образы, точь в точь,
похожие на то, что так … знакомо…
…вон точечка, чуть-чуть других темней,
на родинку над левым схожа глазом…
нет! стоп! кричу я памяти своей…
исчезни! вон! изыди прочь, зараза!
ведь, я же с корнем всё по вырывал
и за собой пожёг все переправы!
теперь мне всех милее тишина…
так ниспошли ж мне сон… о Боже правый!
отправил вездесущий сатана…
ко мне, наверно демонов армаду…
изыди с неба, злобная луна!
я сам себе избрал дорогу ада…
Пустынна ночь в глухой степи,
Пустынна ночь в глухой пустыне,
Когда живое крепко спит,
А неживое мёртво стынет.
Тепло. Уютен мой ночлег.
Холодный мрак снаружи рыщет,
тяжёлым взглядом из-под век
исследует моё жилище.
Его сырой прерывный вздох
кружи’т вокруг, как будто ветер,
Сдул звёзды на земное дно,
пустое небо обессветив.
Смотрю в туманное стекло,
Как, оплывая перламутром,
призывно, весело, светло
ГОРИТ ЗВЕЗДА В ОКОШКЕ МУТНОМ.
Февральское нежное утро,
Обняв, за околицей, лес,
Сияет седым перламутром
На фоне бескрайних небес.
Несмелые капли слезинок,
Что дождик пролил, вчера, днём,
Мороз превратил в стразы льдинок,
Заставив сиять хрусталём.
Присев на соцветия пижмы,
На фоне роскошной зари,
Тихонько, почти еле слышно,
Беседу ведут снегири.
Под белым шатром небосвода,
О лютых ветрах позабыв,
Гармонией дышит природа,
Под ветра неспешный мотив.
Copyright: Луиза Медведева, 2017
Свидетельство о публикации 117 021 300 028
эта история не комедийного жанра,
нет в ней ажурно-красивых, словесных сплетений.
это рассказ, как извечно зелёные мангры,
вянут, желтеют и сохнут, как все из растений.
общеизвестно о том, что Земля, это - эллипс,
сплющенный у полюсов /от вращенья/, геоид.
если идти, не сворачивать, к заданной цели,
то достиженьем любой, увенчается поиск.
в тропиках где-то, аж в дебрях коралловых рифов,
жил остров, как блюдце качаясь на волнах морских.
видно, ещё со времён злых варягов и скифов,
осталось на нём пару сгнивших оград городских.
вовсе следов человеческих не было больше,
лишь, только красоты природы и мангровый лес…
тысяча лет одиночества… может, и дольше…
приливы-отливы, величие древних небес.
острову больше занятий других не сыскалось,
кроме того, как на водном, волнующем глянце,
в ночь любоваться на звёзды, не чувствуя старость,
с ними себя представляя в неистовом танце.
«вот бы, красотка-звезда проявила мне милость
и, как откроются космоса тайные шлюзы,
с неба ко мне, хоть на время, на землю спустилась,
тем подарив наслаждение сказочной музой».
…долго ли, коротко ль пишутся строчка за строчкой…
время от времени, в небе летали кометы,
ярким огнём освещая бездонные ночи,
пала на остров одна и он стал фиолетов.
пламя космической силы растения съело.
мощный поток радиации высушил почву.
остров остался пустым… вот, такое вот дело…
только сквозная дыра, от кометы полночной…
…эта история - не инфантильная драма,
нет в ней великой морали и вечных сентенций.
просто рассказ, как комета - небесная дама,
пала на остров, сожгла ему душу и сердце.
Поднимается пар над заваренном чаем,
Шоколадка фольгой аппетитно хрустит.
Ах, как редко с тобою мы редко бываем,
Не от этого ль сердце ночами грустит.
Почему нам нельзя очень часто встречаться?
Поцелуи украдкой, прощанье без слов.
А с другой стороны, мы смогли разобраться
И узнать, и такою бывает любовь.
Без звонков телефонных, без писем душевных,
Без салютов, фанфар и заученных фраз.
Без вопросов пустых, без ответов степенных,
Без показа любви, без любви на показ.
Мы с тобою двух звезд в небесах отражение
И теория эта банально проста.
Мы, как будто все время идем на сближение,
Но, как звезды, не сблизимся мы никогда.
Но когда мы раз в жизни про все забываем,
Остаемся вдвоем. Пусть нас время простит
.Поднимается пар над заваренным чаем
И фольгой шоколадка так мило хрустит.