Не создавайте сами для себя ограничений… Жизнь, уж поверьте, это сделает за Вас!
Удивительно, насколько разными бывают люди: одни не слышат, что ты говоришь, а другие слышат то, о чем ты думаешь.
Красивой сказкой обернулось в прошлом,
Куда ни глянь - везде тот мрак.
Как оказалась в этом мире ложном,
И ощутила лжи невыносимый смрад.
Кто сладость лжи придумал, -
Правами автора владеет на любовь.
Таким уж сладкий грех задуман, -
Рвать души и сосать из сердца кровь.
Одна осталась в темноте,
Скуля тихонечко под дверью.
И не осмелясь крикнуть: отворите мне!
Я в ваши сказания давно не верю.
Мне из груди сердце вырвали
И душу растерзали в клочья.
А сказки о вашей преданности и любви,
Бранить я буду после многоточья…
Я знаю точно, уж не получится забыть,
И душу никому уже не излечить.
Боль мою возможно утолить,
Но, извините, никаких «понять, простить».
И стоя здесь, пред дверью Ада,
Скажите прямо, все начистоту.
Всю эту о любви балладу,
Придумал Бог иль Дьявол на своем пиру?
Смеялся Бес, и Ангелы всплакнули,
Ведь давно вели эту войну.
Но души лишь в любви тонули,
Ведь сами люди придумали эту беду…
А в жизни всё же есть баланс. Когда кто-то исчезает из нашей жизни, то непременно другой кто-то заполняет это место…
люблю собак - они верны
- Почему у тебя руки такие холодные?
- Может я труп.
- Дурак!
- Почему дурак?
- Потому что, если бы ты был трупом, то и мне не было бы смысла жить…
- Ощути ритм, вслушайся в слова, чувствуй музыку…
- Молодой человек, я последний раз вам повторяю - вы на паре, снимите наушники!
Есть ситуации в жизни, когда врать нужно и нужно уметь, особенно если это нужно для того, чтоб успокоить родителей.
А еще бабушка говорила Принцессе, что настоящая
любовь обязательно что-нибудь оставляет на память.
А если повезет - то и кого-нибудь. Так, бабушке она оставила двух чудесных крошек, а ее кузине - невроз и долги
Умчались,
Быстро хапнув всё,
Что мы с таким трудом добыли,
И удирают в прошлое,
Вдогонку, вслед за ними,
Уже неловко,
Хотя и хочется догнать,
Но нет уже ни хватки,
Ни сноровки.
Тот - учитель от Бога, кто ведет нас не насильно, а любовью.
Печально, когда праздничная атмосфера - это на пару бутылок водки больше, чем обычно.
Так устроено живое, что дышит оно небом, а питается землей.
Пытаясь угодить другим,
Мы дорогое убиваем,
И счастье губим иногда,
А близкий человек страдает.
Глядим в глаза - там пустота,
Чувств нет, они уже остыли,
И по щекам бежит река,
Хотим любви, но сами не любили!
Невероятные обжоры в истории
Джеймс Бьюканан Брейди был американским миллиардером, жившим в конце 19-го века. У Брейди оказался бездонный желудок. Перед завтраком он любил слегка перекусить. С утра он съедал две дюжины блинов с малиновым джемом, большой кекс с изюмом, пару десятков устриц со свежим хлебом, полтора десятка сваренных вкрутую яиц, четыре говяжьих котлеты, стейк с кровью и жареной картошкой, всё это он запивал большим графином апельсинового сока.
И только затем он приступал к банальному завтраку с супругой, дабы её не травмировать своей прожорливостью. Сразу после полудня у магната начинался обед. Он состоял из: нескольких дюжин устриц, десятка лобстеров, крабов (сколько душа попросит), продолжаясь говяжьей отбивной на полкило, супом и десертом из кило шоколадных конфет, кофе и двумя подносами свежайшей выпечки.
Возвращаясь вечером домой, он повторял эту процедуру. А ближе к ночи миллионщик шёл с женой в ресторан, где ел без перерыва, пока его супруга выпивала пару чашечек кофе. Там у него был свой стол, а к его приходу готовились его любимые блюда.
Отчаянным обжорой в конце жизни зарекомендовал себя Элвис Пресли. При этом его никак нельзя назвать гурманом. В его любимое меню входила жирная и «нездоровая» пища. Элвис обожал сандвичи с арахисовым маслом и ломтиками банана, которые жарили на сливочном масле, чтобы добавить им аппетитности. В ресторанах Денвера такие бургеры назвали «Элвис», так как он же поедал их десятками. Там же сделали специальный бургер, на который уходил целый итальянский батон с арахисовым маслом, джемом и беконом. Называлось это кушанье «Золото дурака» (Fool's Gold).
Невероятным обжорством отличался король Англии Генрих VIII. Он делал перерыв не на обед, а от трапезы лишь, чтобы просмотреть государственные дела и жениться на новой супруге. Но стоит отметить, что Генрих VIII усиленно занимался спор о том, часто выезжал на охоту, участвовал в поединках по спортивной борьбе, во всех рыцарских турнирах, ежедневно танцевал, а потому всегда был в неплохой форме, пусть и полнел.
Но однажды на рыцарском турнире ему серьёзно травмировали ногу. Он стал хромать, забросив спорт, но аппетита не потерял. И вскоре Генрих сильно округлился, в талии его объём составлял 1 м 40 см.
И всё же ему следует отдать должное. Когда король трапезничал, он заставлял садиться за стол и есть весь свой двор. Он любил устраивать пиры во дворце Хэмптон-Корт, где отрядил для кухни 55 комнат и подсобных помещений. В штате его кухни значилось 200 человек. Обычный обед состоял из 14 смен блюд! Московские трактиры
Так, в левой зале крайний столик у окна с четырех часов стоял за миллионером Ив. Вас. Чижевым, бритым, толстенным стариком огромного роста. Он в свой час аккуратно садился за стол, всегда почти один, ел часа два и между блюдами дремал.
Меню его было таково: порция холодной белуги или осетрины с хреном, икра, две тарелки ракового супа, селянки рыбной или селянки из почек с двумя расстегаями, а потом жареный поросенок, телятина или рыбное, смотря по сезону. Летом обязательно ботвинья с осетриной, белорыбицей и сухим тертым балыком. Затем на третье блюдо неизменно сковорода гурьевской каши. Иногда позволял себе отступление, заменяя расстегаи байдаковским пирогом - огромной кулебякой с начинкой в двенадцать ярусов, где было все, начиная от слоя налимьей печенки и кончая слоем костяных мозгов в черном масле. При этом пил красное и белое вино, а подремав с полчаса, уезжал домой спать, чтобы с восьми вечера быть в Купеческом клубе, есть целый вечер по особому заказу уже с большой компанией и выпить шампанского. Заказывал в клубе он всегда сам, и никто из компанейцев ему не противоречил.
- У меня этих разных фоли - жоли да фрикасе - курасе не полагается… По - русски едим - зато брюхо не болит, по докторам не мечемся, полоскаться по заграницам не шатаемся.
И до преклонных лет в добром здравье дожил этот гурман.