Облетели меня, обошли
Все мои долгожданные птицы.
Не курлыкали мне журавли,
Не ласкали ладони синицы.
Может, скоро настанет зима,
Воробьишкой голодным пройдется.
А быть может, я птица сама,
И меня кто-то ждет - не дождется?!
Но взмахну я усталым крылом,
Путь укажет мне серая стая…
Все мы ждем. Все кого-нибудь ждем,
Друг от друга всегда улетая.
Однажды мальчик мне сказал:
- Я слышу,
Как в небе шевелятся облака! -
И тоненькая, с цыпками рука
Вспорхнула, чтоб лететь все выше, выше!
Мой храбрый мальчик!
В недрах всех эпох
Случались люди с обостренным слухом.
Не нравились они царям и слугам,
И никогда не помогал им Бог.
Им приходилось рано умирать
И трудно жить
Всего за миг единый -
За счастье видеть, и писать картины,
И строчки торопливые марать.
Так было.
Быть тому во все века.
И потому, всех тяжестей превыше,
Мне храбрый мальчик говорит:
- Я слышу,
Как в небе шевелятся облака!
Внесите Имена в небесные скрижали, мы не стремились жить, но нас рожали
У каждого свои сомнения,
У каждого своя вина,
Свои обиды и волнения,
Вот только жизнь одна…
И только для любви она дана!
Кто жизнь нам облегчит,
мы ищем день за днём,
с протянутой рукой,
мы помиру идём,
но есть простой рецепт,
чтобы красиво жить,
найди себе предмет,
где руки приложить.
…если вам что-то мешает, перестаньте этим гордиться.
Дождь рисовал цветной витраж на темных стеклах… Неоном брызгал на фасад рекламных окон… А мы сидели в темноте почти по - детски и говорили, о войне, о жизни, смерти… Неподалеку, за столом, мелькали тени, мы вспоминали тех… кто мог, но не успели… Мы говорили о живых, но больше в прошлом… Они давно были мертвы …и жребий брошен…-Сочилось красное вино, лаская горло… и пахли волосы дождем и чем то скорбным… Я умоляла подождать… Но ты не понял… Дождь рисовал цветной витраж… в пустом проеме …
Из комода покрытого вышитой скатертью
Среди старых журналов, бумаг и газет
Я достану альбом, где твоя фотография
На которой мальчишка семнадцати лет
Твоё детство война забрала беспощадная
После школы-шинель на плечах, за спиной автомат
Жадно воду глотая перед боем прохладную,
Когда рядом взорвался немецкий снаряд.
И в тяжёлом, неравном бою, получил ты ранение,
Но не дали проклятым фашистам занять высоту.
Помню я, я горжусь и моё поколение
Никогда не забудет про долгую эту войну.
Я приеду на майские праздники и за оградкой
Положу на могилу сирени душистый букет
И слезу по щеке, что скатилась я вытру украдкой,
ПОКЛОНЮСЬ ДО ЗЕМЛИ И СПАСИБО СКАЖУ ТЕБЕ ДЕД!!!
Когда наступает минута
Наград и раздачи слонов,
То их больше всех почему-то
У тех, кто сказал много слов.
Иногда кажется: надо жить так, чтобы никто не мог назвать тебя своим, не мог дать точного определения - кто ты ему. Захочет сказать «моя любовница» или «мой друг» и запнётся - «ну, не совсем. «И чем дольше ты проскользишь между людей без ярлыков, тем целее будет душа.
Рожденный ползать - летит недолго,
Конечно, если сильней подбросить…
То может дольше и даже выше,
Вот только падать придется ниже!
Похоже, третья мировая начнется из-за борьбы за право бомбить ИГИЛ в Сирии!
Детство,
лето на дворе,
свежий запах хлеба,
разбегаюсь по траве,
ну, а мысли - в небо!
Возраст,
тяжело бежать,
и обидно даже,
что полёту не бывать,
ведь душа - всё та же…
Моя красавица опять на веселе.
Достали эти непредвиденные пьянки.
Я чувствую, как мы горим в котле,
И души наши рвутся на изнанку.
И рвётся то, что называют - связь,
Доверие, надежда, те же деньги, годы.
Была любовь, я утверждаю не боясь.
Любовь была особенной породы.
Увы была.
Я оклемался, стёр твоё клеймо,
Так глубоко поранив моё сердце.
И прежним оставаться я не мог.
Захлопнулась для счастья эта дверца.
Доверие, надежда, те же деньги, годы
Своё берут. Когда-то нужно отдавать.
Я особь-стал скептической породы.
Всё больше нравится подольше торговать.
И торговаться нравиться за грош.
Идти на скидки, мило улыбаться.
И как ты лодку там не назовёшь,
Всегда на чём-то можно сторговаться.
Мой риторически окрашенный вопрос,
Зачем нужны тебе все эти пьянки.
Ты была женщиной моей, до кончиков волос.
К чему сейчас ты лезешь на изнанку.
К добру себя не доведёшь.
В таком же духе душу сгубишь.
Того, гляди, умрёшь.
Или кого-то сгубишь
Наповал.
Прощай конфетка. Я тебе не наливал,
И не со мною ты припёрлась в этот бар.
И не тащи меня на пять минут в подвал.
Я пивом затушил давно в душе пожар.
Я так тушил, что чуть не спился.
Но, слава богу, спохватился.
Стал другим.
Добавил грим.
Мысли. Капли кофе.
Твой тромбон
Нас уносит морфий
Окрылен
Руки- будто перья
Ноги -сапоги
От себя к тебе я Мыло от тоски
Солнце, без затмения
Луч во мгле
Волосы в варенье
В декабре
Запах кожи, груши
Мокрая трава
Самый первый ужин
Глупые слова
Родинки на шее
Сонный бред
Уличные феи
Пистолет
Мама, папа, кошка
Мой букварь
Рыжая подружка
Наш алтарь
Море, чувства, слезы
И Любовь
Все сплошные грезы
Сердце в кровь.
Карусель мелькает
Это жизнь
Все перед глазами
Этажи.