Личность есть боль. Героическая борьба за реализацию личности болезненна. Можно избежать боли, отказавшись от личности. И человек слишком часто это делает.
На ничейной земле разжигали костры
и молились забытым Богам
Чтобы первая песня идущей весны
разлилась по пустым берегам.
Заклинали весну на звериных костях,
ночевали в сплетениях троп
И пускали на ветер дымящийся стяг
погребальных весенних костров.
Рисовали на лицах углём и золой,
измельчали оленьи рога
И варили отвары под полной луной
в почерневших от сажи котлах
Говорили с туманом, живущим в Лесу
и крикливыми духами птиц
Извлекая из бубнов пугающий стук
на изломе загробных границ.
Не знаю почему … Но сегодня я нашла это стихотворение и вспомнила об одной публикации на своей стене… Она была посвящена лагерю смерти, организованном нацистами в сентябре 1941 года на окраине Львова. Немецкое название Janowska получил из-за того, что он находился на улице Яновской, 134. (Действовал до июня 1944 года). Во время пыток, истязаний и расстрелов в концентрационном лагере «Яновский» всегда звучала музыка. Оркестр состоял из заключенных, они играли одну и ту же мелодию - «Танго смерти». Автор этого произведения остался неизвестным. В числе оркестрантов были - профессор Львовской государственной консерватории Штрикс, дирижер оперы Мунт и другие известные музыканты. Стоя сомкнутыми кругом, под вопли и крики истязаемых жертв… они играли по несколько часов - «Танго смерти». Когда я первый раз услышала это произведение, мурашки пробежали по коже, тогда я еще не знала, что это за композиция. Недавно я ее услышала снова … а потом стихотворение … почему то странно связало …между собой музыку и судьбу людей, которые так и не увидели мирной весны …
Не цепляйтесь за прошлое, не живите обидами.
Вспоминайте хорошее, никому не завидуйте.
Все, что небом вам послано, принимайте как должное.
Все, что сделано - к лучшему, как бы ни было сложно вам…
Ты говоришь, тебе больше не снятся сны. Что же тогда тебе видится по ночам? Мы с тобой молоды/ вежливы/ влюблены, вся наша жизнь - бесконечный морской причал. Как по нему пройти, не намочив ступней? Руки твои сжимают мою ладонь. Хочешь рискнуть? Ступи на причал, смелей! Каждый здесь волен по-прежнему быть собой.
Соль разъедает не только фактуру губ и оставляет на коже морозный след. Соль не дает идти, не дает вздохнуть, и тебе остается лишь только стоять. Смотреть, как твой причал накрывает рука волны, как вместо досок белеет морское дно. Хочешь дышать? Это значит, придется плыть, так и не сделав последний/ прощальный вдох.
Мне же дано глядеть на морскую синь и поджидать, не появится ли причал? Знаешь, я тоже хочу на него ступить, чтобы узнать финал.
но что нам делать, сонным и больным,
тем самым, кто забыл друзей в беде?
мы, разогнав рукой табачный дым,
пытаемся друг друга разглядеть,
и понимаем, смысла больше нет
пытаться что-то строить из себя.
скользит по переломанной спине
промозглый дух сырого Октября,
вонзается куда-то под ребро,
в себя вбирая искорки тепла.
отныне согревает только ром,
и ноет окровавленный кулак,
которым мы пытались раздробить
спасительную клетку пустоты.
устало затянув зубами бинт,
опять клянём нечистых и святых
за то, что не сумели нам помочь,
за то, что мы по-прежнему больны:
на наших лбах больничное клеймо,
а на запястьях - пятна от чернил.
исписаны подушки и кровать
бессмысленными строчками стихов,
«да здравствует безумие, vivat!» -
выводит громко наш нестройный хор.
а где-то за решетчатым окном,
всё так же продолжается игра.
отстукивает время метроном:
кому-то жить, кому-то умирать.
и медленно кружит земная твердь,
жестоко равнодушная к мольбам.
ответь мне, ну пожалуйста, ответь:
что делать нам?
«Слишком много мужчин думают о себе какие они Мужчины - а на деле носят маску - под которой ни чести, ни благородства, ни мудрости и любви. Сперва научимся быть честными с самими собой.»
Алексей Яковлев
Она была не очень-то красива,
Других ничем не лучше, не умней,
И он не понимал, какая сила
Его тянула, как магнитом, к ней.
А главной сутью этой личной драмы
Являлся «незначительный пустяк»:
Она была чужой, замужней дамой.
Он был закоренелый холостяк.
Родители сочувственно молчали.
Друзья крутили пальцем у виска.
Он плохо спал. Бессонными ночами
Его точила чёрная тоска.
Он нервничал. Худел. Курил помногу.
Напился с горя пару раз «в дугу».
В мозгу вертелось: «Брось! Побойся бога!»,
Но сердце отвечало: «Не могу…»
А дальше всё - по замкнутому кругу,
(Где плёлся он пешком, не на коне.)
Она жила, по-прежнему, с супругом,
Но не гнушалась встреч на стороне.
Но даже в те короткие свиданья
Вздыхала, будто чувствуя вину:
Что, мол, негоже ей, приличной даме…
Что, мол, семья и статус на кону…
И как-то раз она, при тайной встрече,
Сказала, что настроена всерьёз.
Устроила ему прощальный вечер -
Надрывный, полный горечи и слёз.
«Попали в сеть любовной паутины…»
«Страданье врозь - таков судьбы удел…»
Он тёр рукой трёхдневную щетину
И хмурил лоб, и тупо в пол глядел.
А позже встал, не проронив ни звука
Поплёлся вдаль, наткнулся на скамью.
И вслед ему, заламывая руки,
Она кричала что-то про семью…
Сел. Затянулся жадно сигаретой.
Подумал вдруг: «Любовь - и смех, и грех…»
Вот почему (никто не дал ответа…)
Вокруг полно свободных, милых, светлых,
Красивых, умных, верных, но при этом
Нас то и дело тянет не на тех?!
Когда друзья всё реже навещают,
Когда всё чаще слышишь тишину,
Когда болезни больше не прощают.
И чувствуешь за всё свою вину.
Когда в словах, что сказаны небрежно,
Находишь повод для пустых обид.
Когда уход, как данность, неизбежен,
Но он тебя нисколько не страшит.
Когда толпа всё больше раздражает
И ты не в силах шум ее терпеть.
Когда всё чаще за тебя решают,
Когда душа всё реже хочет петь.
Когда потоки новостных помоек
Не жалят, а творят на сердце грусть.
Когда не ждёшь глобальных перестроек.
Лишь меньше бы болело сердце пусть.
Когда в природе вдохновенья ищешь
И ценишь каждый чУдный снегопад.
Когда всё реже, но честнее пишешь.
Тебя читают… Но не все подряд.
И пусть друзья всё реже навещают -
Так встреч цена становится ясней.
А если кто-то вдруг в тебя стреляет,
То это лишь от слабости своей!
Умеющий понять стрелять не будет,
Умеющий простить, не станет мстить.
От истины - что время всех рассудит -
Не деться никуда… Давайте ЖИТЬ!
Жить без вражды надуманной и глупой.
Жить, радуясь прекрасным пустякам.
Жить, не пытаясь разглядеть под лупой
Того, что вдруг себе придумал сам!
Пусть в ВАШЕЙ жизни будут
только ТЕ друзья, с которыми есть
о чем помолчать,
ТЕ люди, которым не нужны
лишние объяснения,
ТОТ особенный человек, рядом с которым
жизнь обретает особый смысл…
высокие материи рождаются в стреляном сердце…
а не там, где язык стреляет.
Работать надо так, чтоб хватало на вино, мясо и путешествия. Остальное опционально.
Я была благодарна зиме,
И она была благосклонна.
В белоснежной густой кутерьме
Я летела со скользкого склона.
На лету ты меня ловил,
Ты ловил меня словно птицу.
Ну, а мне не хватило сил
От силков твоих уклониться.
Я голубкой попалась в них -
Не жалею, от счастья млею.
Я в объятиях крепких твоих
После зим отогреться сумею.
После жарких лет охлажусь
И напьюсь после засухи долгой.
А потом на тебя прольюсь
Нежным дождиком, ласковым шёлком.
Надежда умирает только тогда когда закрывают крышку гроба…
Мысль без поэзии и жизнь без возвышенного - это пейзаж без неба: среди него задыхаешься.
Не принимай за счастье сытость. Истина заключается в том, что мы не имеем ничего постоянного на этой земле. Всё вмиг проходит, и ничего нам не принадлежит, всё взаймы. Взаймы здоровье, сила и красота.