Я сразу смазал карту будня,
плеснувши краску из стакана:
я показал на блюде студня
косые скулы океана.
На чешуе жестяной рыбы
прочел я зовы новых губ.
А вы ноктюрн сыграть
могди бы на флейте водосточных труб?
Любит? Не любит? Я руки ломаю
и пальцы разбрасываю разломавши…
так рвут загадав и пускают по маю
венчики встречных ромашек.
Пускай седины обнаруживает стрижка и бритье,
пусть серебро годов вызванивает уймою,
надеюсь, верую
вовеки не придет
ко мне позорное благоразумие
Тоска скулит - и душу вынимает…
И мозг на части «блендером дробит»…
Душа, застыв, безмолвно ей внимает…
А мозг - смирился… - или сделал вид?
Нет хуже состоянья тихой грусти,
Когда в отчаяньи повыть бы на луну…
Казалось бы - повоешь… - и попустит
Натянутую до-нельзя струну…
Ты далече… Отныне далече…
Две тропинки от слез по лицу…
Как принял тебя, мой человече,
Мир ушедших на суд ко Творцу? …
Поспевает брусника,
Стали дни холоднее,
И от птичьего крика
В сердце стало грустнее.
Стаи птиц улетают
Прочь, за синее море.
Все деревья блистают
В разноцветном уборе.
Солнце реже смеется,
Нет в цветах благовонья.
Скоро Осень проснется
И заплачет спросонья.
Пока научишься жить -жизнь прошла.
У нас ещё не всё так плохо, чтобы верить, что может быть ещё хуже.
История повторяется, это один из ее недостатков.
Да ты пойми, за мной не заржавеет,
Я добрая лишь по началу, а потом как все.
Во мне огонь горит, не просто тлеет,
И если подлость сотворил, могу по голове…
Да, нежность ручейком струится,
В любви - люблю, а не беру,
И радостью делюсь - пускай искрится,
От трудностей, поверь, не убегу.
Я в этот мир пришла не развлекаться,
А жизнь прожить, которую, «не поле перейти».
И не пристало мне теперь сдаваться,
Получишь от меня лишь то, что дал, вдвойне.
Так как мы живём жить нельзя, но выживать можно.
Опять потянется душа,
Туда, где солнце догорает,
И будут строчки, не спеша,
как птицы собираться в стаи,
Чтоб улететь на край земли
И крыльями мечты коснуться,
Чтоб где-то в голубой дали
В иное небо окунуться…
Но звук сорвется с высоты
И каплей потечет по окнам,
Как отражение мечты,
Той самой, из которой соткан
Весь мир с закатной тишиной,
Со всем, что было есть и будет,
С непостижимой красотой,
Что редко замечают люди,
С его любовью без границ,
Которая запреты рушит,
Со стаей белоснежных птиц,
Где единенья ищут души,
Со всем, со всем, что не понять
И с тем, что понято когда-то…
Туда потянется опять
Душа моя в лучах заката.