С улыбочкой светской акулы
Наташа сказала: «Привет!»
Она себе сделала скулы,
Но это огромный секрет.
.
Зачем ещё женщине отпуск?
Набраться здоровья и сил!
И вздрогнул замученный офис,
Как будто комар укусил.
.
Бухгалтерша толстая Гала
Спросила, подсев: «Извини,
Ты что, целый месяц бухала?
Наверное, муж изменил?»
.
Начальник складского отдела,
Мужик по природе простой,
Подсел, и со знанием дела,
«Ячменное» сунул под стол.
.
Подсела юристка Тамара
И сделала тонкий намёк,
Что чует амбре перегара,
И нужно проспаться денёк.
.
Подсели айтишник Василий,
Курьеры Рашид и Раджин, —
И все почему-то спросили
Про водку, про виски, про джин.
.
И, став до того популярной,
Наташа довольна собой:
Все выглядит так натурально —
.
Всего лишь, как легкий запой!
Вихрем бойким мчится —
Всё куда-то вдаль —
Жизни колесница, —
Так метёт февраль.
Плещутся подковы
У лихих коней.
У судьбы суровой
Гладких нет путей.
День — зарёю новой —
Новый брызнул свет…
На душе подковы
Оставляют след.
Что волновало нас когда-то,
Порою кажется смешным.
Проходят дни, уходят даты,
И мы живём уже другим.
Другая жизнь, другие лица,
А те ушли, хоть сердцем вой, —
Лишь в память, зыбкой вереницей,
Они являются порой.
Моё знакомство с океаном произошло, когда я был ребёнком. На побережье Гвинейского залива. В портовом африканском городе Лагосе, куда я приехал с родителями и где прожил около четырёх лет. Детские эмоции оказались настолько яркими, что годы спустя решил запечатлеть их на бумаге.
Океан — это совсем не море… А что-то непостижимое — в нём огромная мощь и страсть…
У берега волны беспощадны. Они соперничают с тобой, и в этом противоборстве, входя в воду или выбираясь на берег, невозможно не ощутить лёгкой дрожи.
Преодолевая течение, весь в ракушках и окружённый плавающими щепками, вероятно, разбитых кораблей, ты веришь, что и на этот раз удастся договориться со стихией… Не победить, а договориться. Такую силу победить нельзя, можно лишь постараться услышать дыхание океана и, не нарушая его, насладиться этим необъятным волшебством, своенравным и дерзким, но настолько притягательным.
Переведя дух, стоя у кромки воды, в песке от пяточек до волос, завороженно смотря на лопающиеся пузырьки пены и шустро бегающих прям у твоих ног красными огоньками маленьких смешных крабиков — не сомневаешься, что и назавтра придёшь к океану, чтобы нырнуть в его манящую глубину…
Но едва отплываешь от берега — открывается совсем иная картина. Волны перестают бороться с тобой, становясь союзниками. Надо только это знать. Иначе тебя охватывает панический страх… Ведь ты один на один в открытом океане, с ужасающей накатывающей волной! Она всё ближе и ближе… Ты видишь её перед глазами, буквально осязаешь каждой своей клеточкой, ещё мгновение — и ты растворишься в ней… Душа замирает, по телу пробегают колкие как льдинки мурашки…
И лишь в момент, когда она касается тебя — понимаешь, что волна твой друг, а не враг. Наставник и покровитель. Она осторожно, мягко поднимает тебя «на ручки» и бережно, плавно разрешает прокатиться на своей «спинке»…
Успокаивая и подсказывая, как ласков могучий океан, когда умеешь чувствовать и доверять ему.
То, что вначале леденит душу, может подарить наслаждение и радость, если преодолев страх, совершить решительный шаг. Урок мудрого величественного Океана, полученный ещё в детстве, я запомнил навсегда!
{…Мне было пятнадцать лет. Мы с друзьями шли по летней улице… Играл магнитофон… Солнце плавно садилось в облаках… Мы понимали, что детство заканчивается… Что нас ждёт разлука… И скоро все разъедемся, окончив школу…
Но пока — мы были вместе. Полностью доверявшие друг другу… Знавшие все сильные и слабые стороны каждого ещё с детского сада… И принимавшие друг друга такими какие есть…
Мы шли по вечерней улице и улыбались… Каждый из нас чувствовал, в какую бы часть света не занесла его судьба, мы навсегда останемся душой друг с другом… И обязательно встретимся. Пусть и спустя годы.}
Так и покидая Африку, я не сомневался, что рано или поздно приеду снова. Увижу океан, улыбнусь ему, и он будет для меня таким же притягательным, как в детстве. Если человек немного остаётся в душе ребёнком, не теряет способности удивляться, радоваться мелочам, то и ему самому, и его близким живётся намного проще и веселее.
Частичка жаркого африканского солнышка, которая сохранилась в моём сердце с нежного возраста, помогает не унывать в самых запутанных и сложных ситуациях. И у каждого человека должен присутствовать свой лучик солнышка в душе, который будет согревать, дарить надежду и радость, что бы ни случалось в жизни. И какие бы кризисы внезапно ни обрушивались.
Раз за разом я говорю своей дочери: «Не начинай с третьей фразы!»
Садится за стол и немедленно с отчаянием и обидой в голосе:
— Почему мне не дали хлеба???
— Это третья фраза, дорогая. Первая должна быть: «Дайте мне, пожалуйста, хлеба» (80% проблем она решает на месте).
Вторая: «Извините, я говорила, что мне нужен хлеб. Возможно, вы не расслышали?» (вероятность получения хлеба дорастает до 95%).
И вот только если уже после этого не дали, можно восклицать ту самую, третью фразу: «Почему мне не дали хлеба?» Но скорее всего она не понадобится.
_______________
Когда тебя начинает разбирать страшное возмущение, недовольство и обида на чье-то поведение, спроси себя первым делом: говорила ли ты этому человеку, что ты чего-то хочешь, а чего-то нет? Есть ли у него вообще какие-либо подозрения по поводу того, чем ты недовольна? Как это не обидно звучит, люди делают многие вещи не потому, что они активно желают нам плохого, а потому, что они заняты собой и не собираются вдумываться в нас, в наши тонкие струны и очень нервные окончания. Но они способны многое сделать в вашу пользу, если мы (используя данный нам дар прямой речи) дадим им об этом знать!
Скоро август — дивное летнее время, когда в полях колосится пшеница, а среди высокой травы встречаются скромные цветы. Смотришь на это золотое море, да понимаешь, сколько бы не вмещала душа красоты земной, ей всё мало и просит она о созерцании природы снова и снова. В тишине цветущих лугов ищет наше сердце благодать и находит. Радуясь васильку и ромашке, птице в небе, кудрявым облакам, наливным плодам на деревьях мы стяжаем Любовь, учимся жить в мире, согласии…
Счастье ведь там, где добродетель, мягкосердие, где совесть претит причинять ближнему зло, где отзывчивость и сострадание. Каждое утро нам даётся Свыше для того, чтобы мы имели возможность строить добропорядочную жизнь на Земле и учили этому своих детей.
Собака, как завидую тебе,
Когда гляжу в глаза твои любовно.
Ведь у тебя, в собачьей голове,
Нет места мыслям — гадким и позорным.
Утихнут страсти — и будет боль…
Сквозная… сильная…настоящая…
И с крика ты перейдешь на вой,
Когда сотрутся его входящие.
Утихнут страсти — и будет бой…
Вернее даже, бои без правил.
Ты повоюешь сама с собой,
Чтоб сообщение не отправить.
Утихнут страсти — и будет ад
Твоим медпунктом и анальгином.
А дьявол скажет, что он медбрат
И, что клин лечится только клином.
Утихнут страсти — и будет тьма
Пугать тебя чернотою цвета.
Период жизни — почти зима.
Период веры — дожить до лета.
Утихнут страсти — и ты начнешь
Своим спокойствием дорожить.
Цена страстям всегда медный грош…
Утихнут страсти — начнется жизнь.
Он твердит мне: «Ведь ты нелогична донельзя, вдрызг!
Почему тебе вечно и всюду нужны не те?
Из таких, кто тебя никогда себе не хотел?»
Объясняю на пальцах нехитрый весь механизм:
«Список правил в игре „любовь“ неприлично мал,
До того, что нельзя и надеяться на ничью:
Проиграл, как известно, кто первым сказал „люблю“.
А зачем мне мужчина, который мне проиграл?»
Варвара Зареч
Приходит время и начинаем мы мешать друг другу.
Будь собой,
а не героем собственных песен
стояла крепкая она
и неизменная
одна
потом внезапно закачалась
вся изменилась
и промчалась
Позже иногда бывает поздно.
«Нужно уметь проигрывать» — к этой мысли я постепенно приучаю всех своих противников.
В критический момент решение всегда принимают ноги.