Чем выше этажность небоскрёба цивилизации, тем сильнее кабала лифтов.
…
Если есть стадо — есть пастух,
Если есть тело — должен быть дух,
Если есть шаг — должен быть след,
Если есть тьма — должен быть свет.
…
Девиз осенней мухи — «Порхать, как бабочка, жалить, как оса!
Как отвечать на неудобные вопросы:
— Ну начнём с того, что на этом и закончим
Люди ждут гнилья в окружающих, как птички хлебушка. Когда же польется с человека все мерзостное и пакостное. Людям не нужны вы хорошие, они врут, что много от вас ожидали. Они ожидают ОТ ВАС, именно всего самого худшего В ВАС. А потом ноют, что вы не такие, и не те оказались. Так вот, это чушь собачья! Муха, даже среди поля цветов, но найдет долгожданную кучку говна, а пчела, даже на помойке, найдет цветок. Кто, что ищет, тот то и находит, друзья мои.
Есть черта, переступив которую, ты уже никогда не будешь молодым. Стоит хоть раз сходить на собрание жильцов дома, и всё
Уходит наше лето,
Уже короче дни.
И звёзд далёких в небе
Всё холодней огни.
И всё грустит в природе,
Польют опять дожди…
Вновь в быта хороводе
Надейся, верь и жди,
Когда вернётся лето,
Когда придёт весна,
Чтоб снова морем света
Счастливым быть сполна.
А осень ярким чудом
Так быстро промелькнет.
А там глядишь и будет
Рождаться новый год.
Все станем на год старше,
А лучше бы — мудрей,
Чтоб жить без тонны фальши,
Не подгонять коней,
А наслаждаться жизнью
В любые времена.
И утешаться мыслью,
Что жизнь тебе дана
Для радости и счастья,
Любимых и друзей,
Забудутся ненастья,
Ты только жизни верь!
Бывает, что и дёготь сладок, а мёд горек…
Не существует ноши неподъемнее, чем старость.
Не все радуют тем, чем богаты…
Чем напитали, то и воспитали…
Изгнание человека из рая происходит сейчас,
это не веха давней и подзабытой истории,
не что-то, покрытое махровой тяжелой пылью,
не что-то, о чем узнаёшь из вторых источников.
Испачканные землей беженцы покидают сады,
уходят из любых садов, приезжают в город,
и город полон познания добра и зла,
змеев и горьких лежащих на асфальте яблок.
Маленькие беженцы с большими зелеными глазами,
когда-то нагие, собиравшие рожь ладонями,
маленькие беженцы говорят врачам про свой стресс,
но покидают сады, покидают снова и снова.
Изгнание человека из рая.
Потому что рай — это сад,
в любой религии и в глазах любого ребенка,
буколический образ, тишина и огромный воздух,
человек с зелеными глазами на зеленом фоне.
Маленькие беженцы, несчастные серые люди,
бетонные люди, кирпичные люди с окнами,
маленькие беженцы покидают даже те сады,
которые могли вырастать в пределах их сердца.
И если существуют места, где хочется жить,
то места, где хочется умереть, намного важнее,
места, в которых ты останешься уже навеки,
места, которые станут твоим новым телом.
Я возвращаюсь в сад.
Я смотрю на ветви,
плачусь в эту живую земную осоку.
Я возвращаюсь в сад, я устал от яблок,
более всего похожих на огни светофора.
Маленькие беженцы остаются жаться друг к другу
в своих дорогих квартирах, в людных потоках,
остаются познавать свои шумные добро и зло,
остаются пить в клубах с юными и гибкими змеями.
Я возвращаюсь в сад,
я нашел то место,
где свет можно построить своими руками,
где лежат на траве тишина и огромный воздух.
Я возвращаюсь в рай.
Я возвращаюсь.
На пляже:
— Извините, мальчик, который выносит из воды песок в моей соломенной шляпе, случайно не ваш сын?
— Нет, мой сын тот, который сейчас проверяет, будет ли ваш транзистор говорить под водой…
Смутное время, трагическое для одних, очень часто превращается в эпоху больших возможностей для других. Тогда на вершину государственной власти прорываются те, кто в иных условиях не мог об этом и мечтать. Впрочем, добравшись до трона, гораздо сложнее там удержаться. Василий Иванович Шуйский, в начале XVII века ставший царём, не удержавшись, рухнул с вершины — на самое дно иноземных казематов…
Василий Шуйский родился в 1552 году в семье князя Ивана Андреевича Шуйского. Род Шуйских был знатным, представляя собой так называемую «суздальскую ветвь» Рюриковичей. Князья вели свой род от Андрея Ярославича, младшего брата Александра Невского.
Правда, в годы правления Ивана Грозного знатность рода вполне могла стать причиной царской опалы. Дед Василия, князь Андрей Шуйский, попавший в немилость к 13-летнему Ивану IV, был убит псарями по приказу юного царя.
С того момента Шуйские, игравшие ведущие роли в русской политике, временно отошли в тень. Но когда Василий подрос, его родне удалось частично восстановить утраченные позиции. Василий Шуйский служил при дворе Ивана Грозного вместе с тремя своими братьями.
В 1580 году князь Василий удостоился чести быть дружкой царя на его последней свадьбе. После этого он в качестве воеводы в течение двух лет руководил полками, которые охраняли рубежи на Оке от нападения войск крымского хана.
Старший следователь по «делу царевича Дмитрия»
В 1584 году, после смерти Ивана Грозного, позиции Василия Шуйского укрепились, он стал боярином и возглавил Московскую судебную палату. Вокруг нового царя Фёдора Иоанновича, который не отличался крепким здоровьем и жёсткостью отца, началась борьба группировок знати за реальную власть.
Лидерами основных противоборствующих партий стали Борис Годунов и Василий Шуйский. Поначалу чаша весов стала склоняться в пользу Годунова, которому даже удалось добиться ссылки соперника. Однако влияние Шуйских было велико, и вскоре опальный князь вернулся в Москву.
Борьба за власть перешла в борьбу за трон после того, как в 1591 году в Угличе при неясных обстоятельствах погиб младший сын Ивана Грозного царевич Дмитрий. У Фёдора Иоанновича детей не было, что означало приближение династического кризиса.
Бориса Годунова, выполнявшего на тот момент функции главы правительства, молва обвинила в убийстве Дмитрия.
И здесь Годунов произвел ловкий маневр, назначив главой следствия своего главного противника Василия Шуйского. «Группа Шуйского» пришла к выводу, который князь Василий публично провозгласил в Москве — убийства не было, царевич Дмитрий погиб в результате несчастного случая.
Противники такой версии и тогда, и сейчас были уверены — Шуйский объявил это под давлением Годунова. В качестве доказательства приводят тот факт, что Василий Шуйский после этого укрепил свои позиции в Боярской думе, а затем получил пост новгородского воеводы.
Действительно, Василий Шуйский демонстрировал лояльность взошедшему на трон после смерти Фёдора Иоанновича царю Борису Годунову, хотя, возможно, просто старался не привлекать к себе внимания, выжидая нового удобного случая.
Серийный заговорщик
Такой случай представился в 1603 году, с появлением в Польше «чудесно спасшегося царевича Дмитрия». Василий Шуйский, который лучше, чем кто-либо, знал, что речь идёт о самозванце, полагал, что с его помощью может ослабить позиции Годунова, усилив свои.
В январе 1605 года Василий Шуйский в качестве воеводы полка правой руки участвовал в битве с армией самозванца под Добрыничами. Правительственные войска одержали победу, но Шуйский не особенно стремился к полному разгрому противника, дабы не дать усилиться Борису Годунову.
После смерти Бориса Годунова в апреле 1605 года Шуйский перешёл на сторону самозванца, рассчитывая его руками покончить с остатками старой власти. Лжедмитрий I принял Шуйского на службу, ибо нуждался в лояльности русской знати.
По возвращении в Москву Шуйский публично стал разоблачать себя, заявив, что в Угличе был не несчастный случай, а убийство, вернее, учитывая «чудесно спасшегося» Лжедмитрия, попытка убийства. Организатором злодеяния был объявлен покойный Борис Годунов.
На трон взошел Лжедмитрий I, которого Василий Шуйский считал даже не соперником, а временной фигурой. Это пренебрежение едва не стоило Шуйскому жизни, когда был вскрыт заговор Шуйского с целью убийства Лжедмитрия.
Василий Шуйский был осуждён на смерть, однако за него заступились знатные бояре, и Лжедмитрий I, не желавший портить отношения с русской элитой, заменил казнь ссылкой, а всего через несколько месяцев и вовсе возвратил заговорщика в Москву.
Для самозванца эта ошибка стала роковой. 17 мая 1606 года сторонники Шуйского подняли москвичей на бунт против польского окружения Лжедмитрия I. В ходе бунта единственный самозванец в истории России, венчавшийся на царство, был убит.
Два дня спустя новым царем на Красной площади толпа, в которой преобладали сторонники князя, «выкликнула» Василия Шуйского. 1 (11 по новому стилю) июня 1606 54-летний Василий Шуйский был венчан на царство.
Иллюзия власти
Достигнув властной вершины, новый монарх неожиданно для себя обнаружил, что стал заложником смуты, которую сам же и сеял.
Авторитет власти упал совершенно, по всей стране вспыхивали бунты недовольных. Шуйский клялся в верности сначала Годунову, а затем Лжедмитрию I — и предавал их, и теперь к нему самому не было доверия ни у знати, ни у простого народа.
К тому же на смену Лжедмитрию I пришел Лжедмитрий II. Новый самозванец объединил вокруг себя многочисленные вооружённые отряды, рыскавшие по стране в поисках добычи, пообещав им золотые горы, и двинулся на столицу. Нанеся поражение правительственным войскам, он появился неподалеку от стен Москвы, встав лагерем в Тушине, за что и получил прозвище Тушинский вор.
По сути дела, Василий Шуйский оказался заперт в столице. Больше того, сложилась и вовсе фантасмагорическая картина — знатные государственные сановники бывали и в Москве, и в Тушине, и там, и там клялись в верности, получали деньги и земли в награду.
От отчаяния Василий Шуйский обратился за помощью к Швеции. Он просил предоставить войско в обмен на большие территориальные уступки. Договор, получивший название Выборгский трактат, был заключен в начале 1609 года, и шведские солдаты пришли на помощь русскому царю.
Дядя и племянник
Русско-шведскую армию возглавил молодой талантливый полководец Михаил Скопин-Шуйский, приходившийся царю племянником. Ему удалось нанести войскам очередного самозванца ряд поражений и очистить от них окрестности Москвы.
Однако возникла новая проблема — Смоленск осадили войска польского короля Сигизмунда III. Поводом для вторжения осенью 1609 года стал договор России со Швецией, являвшейся принципиальным противником Польши. На самом деле Сигизмунд разумно предположил, что у ослабленной России можно отторгнуть целый ряд территорий.
Возможно, Василию Шуйскому удалось бы отразить польское вторжение, возглавь армию его племянник. Но в апреле 1610 года 23-летний Михаил Скопин-Шуйский был отравлен на пиру.
Виновником гибели талантливого полководца многие в России посчитали двух его дядей — Василия и Дмитрия Шуйских. Дмитрий, также возглавлявший царские войска, был бездарным стратегом, проигравшим все сражения, и открыто завидовал молодому родственнику.
Что касается царя, то он был напуган стремительно растущей популярностью Михаила в народе и опасался, что Скопин-Шуйский вскоре сместит бездетного пожилого родственника.
Преданный всеми
Вне зависимости от того, был ли царь Василий действительно виновен в смерти племянника, для него это стало началом конца. Завистливый и бездарный Дмитрий Шуйский был разбит польскими войсками под Клушиным 24 июня 1610 года.
Против Василия созрел боярский заговор, и 17 июля 1610 года он был низложен, насильно пострижен в монахи и заточен в Чудов монастырь.
Новое правительство вело переговоры с Сигизмундом III о том, чтобы царём стал польский королевич Владислав. Одним из условий польской стороны стала выдача ей Василия Шуйского.
В сентябре 1610 года низложенный русский царь был выдан польскому гетману Жолкевскому, который вывез его и его братьев Дмитрия и Ивана в Смоленск, а позднее в Польшу. В Варшаве царь и его братья были представлены как пленники королю Сигизмунду и принесли ему торжественную присягу.
Униженный и растоптанный Василий Шуйский умер в заключении в Польше, в Гостынинском замке, в сентябре 1612 года. Учитывая то, что всего через несколько дней его судьбу разделил и брат Дмитрий, многие историки полагают, что Шуйские были отравлены.
В 1635 году, когда Смута осталась позади, царь Михаил Фёдорович обратился к полякам с просьбой выдать останки Василия Шуйского. Поляки согласились выполнить просьбу, после чего единственный царь из рода Шуйских был захоронен в Архангельском соборе Московского Кремля.
Мы понимаем что ошиблись, когда ошибку уже исправить нельзя