С мыслителем мыслить прекрасно !

Честь выше корысти, не каждый дотянется.

Заботливый и внимательный человек, если и пошлёт на три буквы, то непременно пойдёт с тобой и покажет дорогу, чтобы ты ненароком не заблудился.
- иz -

За окном плачет небо
И просвета не видно
По стеклу льются слезы
До чего же обидно…
Сквозь ночную дремОту
Не услышать напева
Что когда-то давно
Тебе мамочка пела…
Этот дождь будто эхо
Убежавшего детства
Ни догнать, ни увидеть
Нет для этого средства
Вперемежку с улыбкой
Утираешь ты слёзы…
Ах, как хочется в детство
Где большие берёзы…

в уголке стоит неприметный зонт,
за окном дождевые лужи.
лето было классным. а осень что?
осень точно не будет хуже:

будут листья с шелестом падать вниз,
будет весело; будет грустно.
в это время года мы ценим жизнь
за уют, за шарфы, за вкусный

ароматный ягодный тёплый чай,
или кофе в любимой кружке.
ты ещё не счастлив? так собирай
всех знакомых, друзей, подружек,

и неситесь вместе под хлёсткий дождь,
намочив все носки и кеды.
тёплый свитер лечит озноб и дрожь —
ливень лечит тоску по лету.

чаще слышен крик перелётных стай,
а мы топчем листву ногами.
наше лето закончилось —

и пускай!

-

наша юность осталась с нами.

Люди уверенные в себе, не требуют никаких аксессуаров —
у них нет ничего лишнего, для подтверждений того что —
они уверенны, так как, им не требуется поддерживать
уверенность в себе — нЕнастоящим искусственным путем.

05/09/18

Скоро белые метели
Снег поднимут от земли.
Улетают, улетели,
Улетели журавли.

Не слыхать кукушки в роще,
И скворечник опустел.
Аист крыльями полощет —
Улетает, улетел!

Лист качается узорный
В синей луже на воде.
Ходит грач с грачихой черной
В огороде по гряде.

Осыпаясь, пожелтели
Солнца редкие лучи.
Улетают, улетели,
Улетели и грачи.

Нужно себя любить просто —
Когда есть за Что…
И когда не за что…
Безусловной любовью простоТы!

Не проходите молча мимо молодых,
Не отводите равнодушно взгляд,
У них нет опыта волос седых,
Ругаются, — не ведая творят…

Нуждаются сердца в тепле,
Боятся, словно птички кошки,
Не пролетайте мимо на метле,
Не расставляйте мышеловки.

Вы просто подарите им улыбку,
И поделитесь добрым словом,
Исправить им поможете ошибку,
Пусть будет радость взята за основу…

* * *

Как много боль предать!
Но окрестясь любовью
в отпетом воздухе
опешевшей души,
какой восторг вуздать.,
какой пролиться кровью?.,
дабы не я, а ты
достиг моих вершин!

Что понял ты?
Три этажа полёта.
Пять лет слезы!
И много-много нот.
Грешны мы?.. — а святы!
Уже вредна работа,
и правда — злости сыпь —
меня к тебе зовёт!

Когда рисунок дня
по-ангельски закончен,
я подпишусь тобой
под этим лоскутком.
Но раз уж скорбен я,
и боль вонзилась в очи, —
её разящий рой
не сбить простым платком!

Сестра моя в гробу
её чудесно знаешь.
Ей захотелось в март
лет пять тому назад.
Никак не разгребу,
зачем меня листаешь?
Раз девять красных карт
о сердце говорят!

Отпылало лето в зареве рябин,
Тает в ясном небе журавлиный клин.
И в почтовый ящик у твоей калитки
Уронила осень жёлтые открытки.

Непоседа ветер — добрым почтальоном
Шлёт и шлёт в окошко телеграммы клёна.
Паутинки к солнцу — верная примета;
Значит где-то рядом бродит бабье лето.

Снова, как весною, светит каждый куст,
И как будто воздух пробуешь на вкус.
И летят по ветру золотые нитки,
И роняет осень жёлтые открытки.

Наука отдыхать весьма тонкая и сложная. Труднее всего выяснить — от чего отдыхать.

Иногда любовь выбрасывают на улицу,
Как бездомную кошку,
Отказываясь от неё…
И она потом долго бродит одна неприкаянная
По безлюдным темным улицам… удивляясь глупости людей…

* * *
Боже, любовь храни,
ведь от неё все беды.
Но обо мне — ни-ни,
нет и не нужно следу.

Русский ли немец я,
в жёнах искавший счастья,
из золотого дня
павший трефовой мастью?!

Солнцем твоим не быть,
смелым рукопожатьем
я завещаю — жить
всем разлюбившим братьям!

— Вот ты говоришь: любовь, любовь! — а самая большая страсть человека — это страсть возмездия. Человек, униженный подлостью мерзавца, больше всего мечтает о сладости возмездия, и ему плевать на твое учение о любви!
— Возмездие — это кровавое прощение зла. Но зло нельзя прощать, но и нельзя мстить. Однако для разумного человека есть выход из тупика. Он должен обернуть страсть возмездия на свою жизнь, и он вдруг увидит со всей ясностью, что сам не всегда был справедлив, сам должен заняться своими грехами, и окажется, что именно подлость унизившего его мерзавца раскрыла ему глаза на его собственные слабости.
— Выходит, подлец полностью оправдан! Он даже был полезен! — радостно воскликнул дьявол.
— Никогда! — загремел Бог. — Сделавший подлость каленым покаянием должен выжечь из своей души эту подлость! Иначе я беру его на себя. И он у меня так завопит в аду, что в раю услышат его и вздрогнут!
— Но, допустим, — продолжал дьявол, — человек, сделавший подлость, покаялся и подходит к человеку, которому он сделал подлость. Что тот ему должен сказать?
— Не мщу, но и не прощу, — ответил Бог.

* * *

Мерцанье ума межи мрака извилин
едва освещает пещерную живопись.
Блуждая в потёмках твоих рассуждений,
войдя в лабиринт, современность рассыпалась!

Итак, соревнуясь с докаменным веком,
новейшая эра — на грани старения!
А я, кто связался с таким человеком,
поэму унизил до стихотворения.