Непоседливый ветер заносит песком отпечатки.
Караванные тропы стираются пылью веков…
Равнодушное солнце лучами сжигает сетчатку.
Откровенье души отражается в строках стихов.
Прочитают не все. А поймут до конца — единицы…
Кто-то будет смеяться. А кто-то -- задует свечу.
Неподкупное время сомненье бросает на лица.
Одиночество строем на плаху ведёт к палачу…
Прохриплю тихо песню под звуки разбитой гитары.
Растворится в прохладе весенней невольная грусть.
И привидится мне, как цветут белым цветом каштаны
На бульварах. Но к ним я уже никогда не вернусь…
И начну новый стих… И польются неровные рифмы…
В них я выплесну горечь потерь и душевную боль.
Выступают из мрака посланцы другой парадигмы
И тоскливою стаей проносятся над головой…
Трудно выйти из плена, из пасти незримой темницы,
На скрижалях судьбы рок печали, как выжженный знак.
Настроенье стреляться. Так явственно тянет напиться.
И лежать в тишине, погружаясь в струящийся мрак…
ИНОПЛАНЕТНЫЙ ФУТБОЛ …
Дракон, на котором я прилетел из Китая, очень меня полюбил. А что бы он не скучал, решил я слетать на нём на Луну. Там я встретил Лунтика.
Лунтик сказал : — Привет.
— Привет ! — ответил я.
Мы с ним поболтали, потом я увидел инопланетную команду ЦСКА.
С этой командой я играл в футбол, и победил их со счётом 101: 100.
В начале второго тайма они забили мне 200 голов. Счёт стал 300: 101 в их
пользу. Пришлось поднапрячься, и в ответ забить им 1000 голов.
Счёт стал 1101: 300. Я выиграл !!! Инопланетяне позвали меня в свою
команду. Мы сыграли с инопланетной Барселоной в Лиге чемпионов, и победили
со счётом 100000: 100 ! После этого мы с драконом полетели домой на Землю.
Дома он уговорил меня поиграть в футбол с ним. В первом тайме счёт был 10: 10. Дракон оказался профессиональным футболистом. Во втором тайме он забил мне 20 голов. Так я проиграл дракону со счётом 30: 10 …
Продолжение следует.
ПОЛЁТ В КИТАЙ …
Был я как-то в Китае … Прилетел туда, само собой, на ковре — самолёте.
Дело было пятого февраля. Один прилетел … Захожу, а башню, где живёт дракон,
и тут он на меня нападает. Я прыгаю из окна башни на ковёр — самолёт.
Дракон летит за мной … Пришлось оседлать его, и уже на драконе долететь до
завода где делают планшеты. Там мне подарили планшет. Домой, в Россию, я полетел на драконе, а потом вспомнил, что мы забыли ковёр — самолёт.
Пришлось лететь обратно в Китай. Я приручил дракона, и мы полетели домой.
Дома я подарил сестре Маше планшет. Дракону в России понравилось, и он остался
жить у нас дома.
Продолжение следует.
Капитал должен работать на хозяина, а не валяться без дела.
НАЧАЛО …
Рассказано моим шестилетним братом Мишей — фантазером, выдумщиком и шалуном.
Я спал, спал. Потом проснулся и полетел с друзьями на Марс. Я на Марсе чуть не сгорел, а затем полетел на холодную планету Нептун. Самый первый. Это было в пятницу. Не в эту, в другую. Там я видел синих инопланетян. Я так и назвал их- инопланетяне. А потом спрыгнул с планеты. Надо не забыть в Африку слетать. В следующий раз. Африка — на нашей планете.
В Антарктиду ездил. Меня пингвинчик рыбкой покормил. Мальками. Я убежал от белого медведя. Меня пингвин спас. Ещё я видел там орла, льва и тигра. Ещё слона и мамонта…
И тут братишку отвлекли, пообещал продолжение обязательно будет…
Продолжение следует.
Лето, лето, лето —
Весёлая пора!
Во дворе играет
с визгом детвора.
Солнце ярко светит,
реченька течёт,
детвора весёлая
загорать идёт.
В огороде зреет
ягода клубника,
груша, вишня, слива
во дворе растёт.
Сварит мама
очень вкусное варенье,
наготовит на зиму
сладенький компот.
Зимой будут дети
тот компотик пить,
лето вспоминая,
зимой легче жить!
Где нет рабов, там не может появиться никакой тиран.
Wo keine Sklaven sind, kann kein Tyrann entstehen.
Чудный запах благовоний
Первых нежных майских роз,
Звуки сказочных «симфоний»
Певчих птичек и стрекоз,
Звон ручья, что мчится к куще
В свете солнечного дня,
Стройный ряд кустов цветущих,
Как вином, пьянят меня!
Редко встретится прохожий.
Сад безлюден и пригож,
Он так тщательно ухожен,
Что невольно запоешь!
Красный мак — красавец майский
Кем-то высажен, любя.
Господи, за мир твой райский
Как мне не любить Тебя?
Все хорошо… У меня все хорошо… Да, все хорошо… Особенно у меня… Как всегда, все Оочень хорошо… Так хорошо, что хорошее только что-то совсем уж ужасно хорошее… Но это перебор — мне и так хорошо… почти что очень…
Поэтому пожалуй я пойду скорее спать… чтоб не поплохело… пока хорошо
Запах цветущих акаций
Ветер, как шлейф, развевает.
Этим нельзя надышаться!
Это лишь в мае бывает.
И начинает казаться
То ль наяву, то ли снится
Будто невесты из ЗАГСа,
А может быть выпускницы
Вышли на улицы-стрелы,
Лето приветствуя дружно,
В чём-то прозрачном и белом,
В чём-то волшебно-воздушном.
Утренний город зелёный
В юной красе утопает!
И многоцветье пионов
Под ноги им рассыпает.
Ванная с солью — это нечто! Особенно, когда есть еще и вода… Особенно, когда есть еще что поесть…
Рубашка в клеточку
Не может быть случайной,
Как перекрещенные пальцы наших рук.
Ты на груди моей
Навечно отпечатан
Под типографский незамысловатый стук.
Я четверть века
Восхваляла идеальность,
И сколько пуговиц — считала наперёд.
Потратить молодость,
Просчитывая старость,
И час последний, а не крайний, как пройдёт.
Ты посмотри на эти
Книжные лохмотья,
У них не зря листы бесклеточно пусты.
Слова простые,
И от чьих-то слёз промокли,
И оттого они особенно чисты.
У каждой клеточки
По две диагонали,
Как симметричные песочные часы.
Чем дальше в угол, тем острей,
И жёстче грани,
Чем площе мир, тем беспристрастнее весы.
А наша твердь
Давно ушла от «объектива»,
И мы почти дотёрли знак «автопортрет».
Пусть горизонт завален,
Пусть бретельки криво,
Любой наш снимок стоит, как в Париж билет.
Как можно тише, милый,
Громко — не зачтётся,
Когда весь мир теперь так глупо усреднён.
Когда луна в окне
Досветится до солнца,
Двухмерность нашей клетки обретёт объём.
Серые глаза — рассвет,
Пароходная сирена,
Дождь, разлука, серый след
За винтом бегущей пены.
Чёрные глаза — жара,
В море сонных звёзд скольженье,
И у борта до утра
Поцелуев отраженье.
Синие глаза — луна,
Вальса белое молчанье,
Ежедневная стена
Неизбежного прощанья.
Карие глаза — песок,
Осень, волчья степь, охота,
Скачка, вся на волосок
От паденья и полёта.
Нет, я не судья для них,
Просто без суждений вздорных
Я четырежды должник
Синих, серых, карих, чёрных.
Как четыре стороны
Одного того же света,
Я люблю — в том нет вины —
Все четыре этих цвета.
Перевод К. Симонова
Внимание!!! Осторожно!
Свирепствует вирус зла,
Где судят других безбожно,
Забыв про свои дела…
Где видят чужие сбои,
Но не признают своих.
Где громко клянут чужое
И совести бьют под дых…
Внимание!!! Это важно!
Свирепствует вирус лжи,
Где ищут ошибки в каждом,
Сквозь собственных — этажи.
Где, чтоб очернить кого-то,
Достаточно пары фраз.
Людское пропало что-то
В когда-то счастливых нас…
Внимание!!! Осторожно!
Свирепствует вирус слёз,
Где выдержать невозможно
Потоки людских угроз
И ненависти звериной,
И чёрствости их сердец,
Где близкий толкает в спину,
А руку даёт — подлец…
Внимание!!! Это важно!
Друг друга пора спасать!
На визг оскорблений страшных —
Стараться не отвечать.
Помочь, если где-то рядом
Сражён человек бедой…
Лечить и лечиться надо —
Любовью и добротой.
Что в современном человеке есть, чего нельзя найти
в далеких предках?
Все та же зависть и все та же лесть, порой достоинство,
но это крайне редко.
Все то же тело с жаждою попить, поесть, поспать, желательно
напару, и, очень редко, — ближнего простить, и очень часто
душу отоварить.
Все та же ненависть, все та же ложь, слегка припудренная
самооправданием, и тот же Каина проклятый нож, иудина
осина покаяния.
Все то же благородство, та же честь, и за добро привычная
расплата, за преданность и верность — месть, и поиск меж
невинных виноватых.
Кто мы такие? И куда идем? Как святость уживается с пороком?
Мы бесконечно что-то в жизни ждем, а сердце неизменно
одиноко.
Века никак не разделяют нас. Увы, но мы ничуть не стали лучше,
и призрак деградации, как раз, все чаще посещает наши души.
Не надо врать, что это все не так, ведь совесть похоронена
в комфорте, и за комфорт — неисчислимо драк, людей покрытых
эгоизма коркой.