Мы начинаем ценить лишь тогда, когда теряем. Мы понимаем, что не будет как прежде. Вместо доброго утра — наступает мрак. Мы чувствуем с каждой секундой боль из-за потери близкого, родного человека. Мы понимаем, не будет тёплых объятий и того легкого общения, после которого как бабочка порхали. Больше не будут ради вас совершаться поступки, а на месте сердца постепенно образуется пустота. Да, мы странные люди, через потери понимаем силу любви. Мы начинаем понимать и ценить лишь тогда, когда теряем. Мы чувствуем, как с корнями из сердца вырван самый важный человек. Именно в такие сложные моменты — приходит осознание того, что потерял часть себя. Ту часть, которая раньше дополняла. Да, мы странные люди, начинаем ценить лишь тогда, когда теряем.
Люблю я умных людей. У меня есть друг, который знает, кто был губернатором города Грандау в тысяча четыреста тринадцатом году. Он больше, правда, ничего не знает, потому что пьёт сильно. Ещё один друг помнит фамилию человека, который застрелил Леннона и, когда пьяный, только её и говорит. Он всегда пьяный, поэтому кроме этой фамилии вообще ничего не говорит. И ещё я знаю парня, который читал Библию в подлиннике. Про Пушкина он не слышал, про Донцову тоже, а вот Библию в подлиннике — пожалуйста, авторский экземпляр. Барышня одна знакомая всегда носит с собой томик Цветаевой. Как мужика увидит интересного, сразу принимает томную позу и томик достаёт. Пока, правда, без особого успеха, потому что она, как эту свою позу примет, храпеть начинает. И черемшой от неё очень пахнет, она ей закусывает всегда. Сосед у меня сильно пьющий, но как в шахматы играет! Один раз обыграл Алёхина, Карпова и Фишера. Странная компания, но он говорит, что встретил их всех у магазина и обыграл на бутылку. Он с тех пор, когда пьёт, всегда шахматы расставляет, даже если их нет. Товарищ есть у меня — киноартист. В кино, правда, не снимается, у него редкая болезнь лица, оно в кадр не влезает. Зато, как остограммится, очень профессионально о кино рассуждает. Так профессионально, что даже барышня с Цветаевой храпеть перестаёт и говорит, что ей конфузно, несмотря на черемшу. А один знакомый как-то давно встретил в магазине какого-то академика. Прямо лицом к лицу, возле консервов. С тех пор пьёт. Не академик, знакомый мой. Потому что в науках он сечёт лучше, а денег больше у академика, этот знакомый проверил. Обидно, конечно. И жена у меня вообще умница. Всё знает, правда, не пьёт. И когда мне надо в магазин идти, и когда мусор выносить, и какой сериал я люблю смотреть, и сколько раз я в детстве головой ударялся… Угадывает, к сожалению, редко. Практически никогда.
Вот так и живу в окружении умнейших людей нашей эпохи, иногда даже противно. Тёща знает, куда я трачу деньги и где закончу свою жизнь, хотя я заканчивать не собираюсь, каждый полицейский в курсе, какое преступление я совершил, журналисты как-то догадались, что я интересуюсь личной жизнью Волочковой и во всех газетах мне сообщают об изменениях. А изменения там каждый день, между прочим. Начальник на работе узнал откуда-то про мои школьные оценки. Вчера отчёт мой прочитал, в сторону отложил и грустно так спросил: «У тебя, Кузьмичёв, в школе ни одной тройки не было, только двойки? Ну хотя бы по пению?». Я ещё молчу про депутатов. Эти просто всё знают, хотя по лицам и не скажешь. И сколько денег в месяц уходит у меня на еду, сколько на лекарства, сколько на метро и сколько мне вообще надо денег. Причём метро в нашем городе нет. Вот мозги у людей устроены — меня в жизни не видели, а всё знают! Так что постепенно я пришёл к нехорошему для себя выводу — в этой стране только один идиот. Я. Остальные хоть в чём-то, но гении. Таксист знает, сколько стоит доехать от вокзала до моего дома, хотя ни разу у меня не был, в ДЕЗе знают, когда в моей квартире надо менять трубы, хотя тоже у меня не были, соседи сверху прознали, что я обожаю хоровое исполнение песен Лепса в три часа ночи, телефонисты — сколько я говорю по телефону, начальник РЖД — что ненавижу кондиционеры и обожаю из душной электрички смотреть на пролетающий мимо «Сапсан»… Доктора в поликлинике умнейшие люди — определяют болезнь по одежде. Если пиджачок потёртый — «чайку с малиной попейте и постельный режим», а если костюм дорогой и в каждой руке по барсетке — «заходите, мы вас осмотрим, но уже ясно, что у вас очень запущенная и сложная в лечении болезнь». В паспортном столе просто умницы работают — догадались, что я люблю гостей, ну и прописали у меня сто пятьдесят человек с Кавказа, включая сорок китайцев. Телевизионные начальники тоже молодцы, знают мои вкусы — двадцать сериалов в день про провинциалку в Москве плюс юмор. Но самый умный, конечно, Чубайс. Это тот, который приватизатор, только теперь он нанотехнологиями занимается. А что это? Это то, чего не видно. То есть он берёт нормальные государственные дензнаки и превращает их в наноденьги. В принципе, он это всю жизнь делал. Ну здесь, может, какой-нибудь наноприбор невидимый построит…
И всё бы хорошо, я не против, но у меня постоянно возникает один вопрос — если единственный идиот в стране это я, то почему мне за это не доплачивают? Без идиота ведь жить нельзя, без идиота государство погибнет! Случись со мной какая неприятность, одни умные останутся, и что? Они сами себе будут про губернатора города Грандау рассказывать и про сроки замены труб? Сами себе сериалы показывать и в «Сапсанах» их смотреть? А наноприборы невидимые они кому будут впаривать? Так что, ребята, берегите меня, я вам в качестве идиота ох как нужен! Вы мне денег, а я вам полное понимание всех ваших инициатив, включая повышение тарифов на проведение невидимого, но капитального наноремонта моего дома. Надо так надо, что поделаешь. Головой кивну, в телекамеру что-нибудь одобрительное брякну и пойду домой пиво пить под сериалы. Если, конечно, какие-нибудь умные люди не решат, что я хочу жить на улице возле теплотрассы и без телевизора. Им-то, умным, виднее, на то они и умные…
Илья Криштул
мой ангел кофе он мужского
но то что варишь ты оно
я никогда не пил такое
… но пью
Время надолго застыло.
Снова минуты донашивать.
Где тебя только носило —
Нет удовольствия, спрашивать.
Том двадцать третий, последний.
Длинный роман не кончается.
Нужен ли сердцу посредник?
Правилами исключается.
Сколько написано строчек,
Сколько тетрадей исписано.
Мы не доходим до точек,
Ни на бумаге, ни мысленно.
Резать, так сразу, немедля.
Дольше — больней, с осложнением.
Мы же встречаемся не для
Полюбоваться мгновением.
Мы же друг к другу с надеждой,
Что совпадём половинками.
Только теряемся между…
И разбиваемся льдинками.
Словно в немом кино,
Выплыл рассвет из ночи.
Снег за твоим окном
Таять никак не хочет…
Что ж у тебя зима
Длится? Так долго длится…
Словно сходя с ума,
Бьётся о стёкла птица.
Тише, шальная, стой!
Ты же с кольцом, чужая…
Но нарушает строй
Птица в привычной стае.
Ей бы к тебе лететь,
Крыльями небо мерить.
Только надёжна сеть,
Только закрыты двери.
И у тебя кольцо
Светит на безымянном…
Снег холодит крыльцо,
Путь укрывая санный.
Значит, весны не ждать,
В зиму ей не пробиться…
Что же стучит опять
В окна шальная птица?..
Бездонный омут синих глаз
И жадность рук…
И если я молюсь за нас,
То ты мне друг.
Плевать, что пальцы без колец.
Без обручальных…
Ты счастья моего кузнец
И чувств начальник.
Без штампов, золота и страз
Сорвался куш…
И если я молюсь за нас,
То ты мне муж
В прямом и в переносном смысле
/банальный слоган/
Не по закону, а по жизни
Муж перед Богом!
Не закрывайте окна в мае
В них залетают ангелы ночами
Они кружатся весело над нами
Уносят ангелы — ненужные печали…
Приносят сны, иных — зовут в полёт
Играют с кошками, танцуют с домовыми
И дарят всем бумажный самолёт
Считая равными, святыми и родными…
И раздавая в ночь — полсотни крыльев
Для Душ ничем не примечательных людей
Без устали — их осыпают звёздной пылью
В них видя Свет божественных идей!
Стучатся к нам — слепым и равнодушно спящим
Ища любую щёлочку для Света!
Они всё ищут, в нас — нас настоящих!
И вновь не ждут — смешных людских ответов…
Не закрывайте люди, Души —
В них прилетают ангелы ночами!
Приносят сны и учат сказки слушать,
И забирают лишние печали…
След ночного дождя на осиновых листьях.
В предрассветной тиши онемели кусты.
Никогда у меня даже не было в мыслях,
Что в весенние дни разведутся мосты.
В платье белом сирень и черёмуха в буйстве,
Но не радуюсь я этой нежной красе.
Как томится душа в этом тягостном чувстве
И купается сердце в холодной росе!
Отцветают сады… Так и мы отцветаем…
Но надеждой живу: виден свет впереди!
Ты придешь в тишине этим ласковым маем,
Поцелуешь меня и прижмёшься к груди…
Copyright: Александр Анатольевич Губенко, 2016
Свидетельство о публикации 116040504224
Рассказ о Джеме, Мухе и Ватрушке.
Старая ватрушка была единственной в кондитерской, кто разговаривал с мухой…
В старости мы все становимся немного терпимей к окружающим…
Она старалась не особо докучать мухе своими советами и нравоучениями, боялась просто ее оттолкнуть от себя, так как муха ей в принципе нравилась и вообще, если не ее звонкое жужжание, считала бы ее красавицей. Мухе нравилась ватрушка, ее солидный пышный вид и лёгкое сопение ее по ночам, когда кондитерская закрывалась и муха могла делать, что угодно …
Мнение остальных, временных жителей кондитерской ни ватрушку, ни муху, абсолютно не интересовало. Они сегодня были, а завтра их уже нет, и чем красивее они были, тем быстрее они исчезали из кондитерской. Их щебетание и косые взгляды муха не замечала.
Она летала по кондитерской, кружась в танце и ела и пила, и снова ела и пила, что хотела и что любила.
А любила она джем, которым поливали французские булочки и булки достали ее своей ревностью и постоянным своим негативом, как будто его было мало, и им его не хватит.
Ты совсем обнаглела, крылатое чудовище, ты высосешь весь наш джем , — кричали они на муху, как базарные бабы на рынке, совершенно забыв о правилах этикета и о том, что они не простые булки, а французские, ну или наполовину.
— Успокойтесь , — отвечала муха , — его здесь видимо — невидимо, просто море или даже несколько морей.
И все они разные, и вишнёвое и персиковое и даже есть шоколадное море, короче море морей , — жужжала муха и нежно пробовала каждое из них, засунув свой хоботок в джем.
Ах, как ей все завидовали.
А муха перелетала от джема к джему и делилась впечатлениями и вкусовыми качествами джема, как бы подтверждая это акробатическими и виртуозными танцами — вкусно, закачаешься !!
Затем она садилась на самую верхнюю полку к ватрушке и они пили чай с сахарной пудрой, муха прыгала по краю чашки с чаем, иногда подскальзываясь и ножки оказывались намоченными в чае… но старая ватрушка делала вид, что не замечает этого и ласково поглядывая на муху, слушала ее грациозно потягивая чай, ведь и она тоже, была когда — то молодой и довольно привлекательной ватрушкой, и ой, какие корки она мочила !!!, смущённо опустила глаза в чай, вспоминая прошлое, ватрушка , — да ., было дело !!! Но старая ватрушка молчала и слушала муху, которая щебетала без умолку и в итоге -объевшись и обпившись, свалилась в сахарную пудру, где и уснула сладко — сладко.
А старая ватрушка задумчиво смотрела на дно чашки с чаем и в тайне мечтая о джеме, если честно, ей всегда нравился джем, и она очень страдала, что в душе у нее творог, да творог самый обыкновенный творог, а ей так хотелось, что бы на месте творога, был джем… и может быть, если она попробует молодого и свежего джема, она вновь станет молодой и свежей ватрушкой и кто знает, что может ещё быть …
Марина Журавлёва.
Женская логика — выдумка мужчин, которые не могут понять простых вещей, понятных каждой женщине!
Неважно, как зовут барышню — важно, как она откликается!
Нам это надо сохранить,
Свою любовь и уважение,
К тем людям, что в войне за нас,
Приняли тяготы лишений.
К тем Ветеранам, что в бою,
Своим бесстрашьем и отвагой,
Отдали жизнь, за пуд земли,
Своей земли, родной, отрадной.
Нам надо просто уважать,
Все побелевшие седины,
Ведь их осталось очень мало,
Всех переживших те годины.
Когда посмотришь на экран,
Где молодые неформалы,
Почти что с соской у лица,
Полощут грязью идеалы.
А наши Деды шли вперёд,
Чтоб защитить Страну Родную,
Чтобы такие сосунки,
Могли пожить, её милуя.
Нам нaдо свято сохранить,
Свою любовь и уваженье,
Ко всем, кто принял в той войне,
Всю муку, тяготы лишений.
Чтобы лучше понимать друг друга, люди научились говорить, но почти сразу перестали друг друга слышать.
Дойчконцептфильм в 3D формате — это, когда у актеров видно с трех сторон, а 4D — с четырех, а особо впечатлительные зрители плюс ко всему увиденному способны почувствовать партнером не только себя, но и в себе.
Бывает: не получается, не получается, не получается, а потом — раз! И получилось…
И сразу понимаешь — ЗРЯ