Хороший дымок
Даёт донецкий уголёк.
Кочегары не нарадуются —
Это вам не антрацит кейптаунский!
Со всей Европы
От Ла-Манша до Мальты
Зеваки толпятся, глазея в бинокли:
— Почему у «Кузнецова» выброс стал густо-чёрным?
— Отвечаю,
Разводя пар тумана,
На вопросы праздных дилетантов
Цель двоякая — конечно маскировка,
Плюс отвод от борта «роя дронов» заморских.
Блохе не до смеха, когда к Левше попадает.
Когда я вставлю зубы,
то обещаю я,
держать язык за ними
буду я всегда.
Ну, а пока, придётся
меня вам всем терпеть,
если даже как-то
начну порой борзеть…
Пройдёшь по подписке и лайкнуть не на кого,
все чужими мыслями заморочены…
Люди, — как эхо …
Заварила чай себе-
чёрный вместе с белым,
С виду, вроде, как обычный,
а по вкусу — пахнет серым…
Если нервы все навыпуск
у тебя с похмелья,
То без хереса, пожалуй,
не начнёшь веселья…
И, как водится, немного
хочется поесть,
Как назло, у них в меню
только вымя есть…
— Где наша не пропадала, —
подумала точка.
И превратилась в запятую.
Порою даже точка,
поставленная в конце предложения, —
смеётся,
хотя она об этом
и сама не догадывается…
Не надо мне твоих подачек —
Я сам себе подать могу.
Средь рваных сигаретных пачек
Стою один на берегу.
Мне в омут не лететь с обрыва —
Я сильный, я перетерплю
Души отчаянной надрыва —
Мне больно, но я жизнь люблю.
Люблю ее за лес, за речки,
За ночь, за вечер, за зарю,
Я жизнь люблю за пламя свечки,
За то что в ней тебя люблю.
И пусть измучен, недолюблен,
Минутной радости я не хочу —
Был мною твой бокал пригублен,
И я за это заплачу.
Не кувыркайте свои мысли, —
можно мозг сломать!
.
в отсутствии любви и смерти
есть тишина в снега одетая
между домов заснувший ветер
большая улица Каретная
и пахло небо снежным порохом
и ночь до ноты боль сжималась
в отсутствии любви и воздуха
всё только только начиналось
и над подушкою примятою
у изголовия больничного
светился месяц и разглядывал
как ты искрился электричеством
как в переулках тени крались
и исчезали на рассвете
а ты стихами продолжался
в отсутствии любви и смерти
2016
Ничего понимать не берусь.
Я себя не всегда понимаю.
Я сегодня живу и смеюсь.
Я сегодня грущу, погибаю.
Мне не надо коротких интриг,
Я своё отгулял, относился.
Променял постоянство на миг,
Будто ветер по полю резвился.
Но не ветер я был, а листок,
Что сорвало ночным ураганом.
Познавая любовь между строк,
Становился в ней шарлатаном.
Я пылал в своих чувствах зазря,
Я бросал их, как кости собаке.
И с нравом лихим, бунтаря,
Сердце изматывал в драке.
Подставлял под удары судьбы
Хрупкие звенья в надежде.
Я рушил чужие мечты —
Свои, разрушая прежде.
(17.04.18)
Ведьма поймала молодого и красивого парня и с таинственным видом говорит: — Если угадаешь мою загадку, я тебе отдамся, а не угадаешь — я тебя съем! — Ну, загадывай. — Зелененькая, по болоту прыгает, на ЛЯ начинается, на ГУШКА заканчивается. Парень долго думал, как выйти из ситуации и, наконец, отвечает: — Волк! — А—а—а, шалунишка, угадал!
Как много тех, кто любит обсуждать,
Потоки грязи, сквернословий выливая, —
Как мало тех, кто может помолчать,
Твое решенье просто уважая…
Как много тех, кто любит осуждать,
Безосновательно и ничего не зная, —
Как мало тех, кто может поддержать,
Твой выбор безусловно принимая…
Как много тех, кто числится в друзьях
И в вечной верности без устали клянется, —
Как мало тех, кто, нет, не на словах,
С тобой по жизни рядом остается…
Как много тех, кто завистью кипит,
Твои паденья радостно считая, —
Как мало тех, кто бережно хранит
Твое спокойствие, тебя оберегая…
Так было, есть и будет так всегда:
Пусть меньше тех, кто верен и надежен,
Зато они не бросят никогда,
Их шаг предательства — немыслим, невозможен…
Пусть меньше тех, с кем можно помолчать,
Не тратить слов, ведь им и так все ясно:
Они тебя умеют понимать
И просто взглядом чувствуют прекрасно…
Им ничего не надо разъяснять,
Им не нужны причины, объясненья…
Они готовы терпеливо ждать
И поддержать твой выбор и решенья!