Смыслом жизни для новых средних классов становится погоня за личным престижем (и она же является необходимым условием их выживания на рынке труда). Для успешной карьеры и поисков новой работы нужно соответствовать корпоративным стандартам - что ж, будем соответствовать; в рабочее время белые воротнички превращаются в «жизнерадостных роботов», компенсируя такое насилие над собой в оставшиеся свободными часы:
«Каждый день люди продают маленький кусочек себя, чтобы вечером или в уик-энд купить взамен немного развлечений» [Mills, 1951, р. 137].
Людям, запертым в этом беличьем колесе карьерной жизнерадостности, престижного потребления и компенсаторных удовольствий, незачем и некогда иметь какие-либо политические взгляды:
«Они не радикалы, не либералы, не консерваторы и не реакционеры; они неучастники, они вне всего этого. Если мы примем греческое определение идиота как замкнувшегося в частной жизни индивида, то мы должны заключить, что сегодня большинство граждан США - идиоты» [Mills, 1951, р. 328].
«Никакой политики!» - таким мог бы быть политический лозунг средних классов, образуй они когданибудь собственную политическую партию. «Белый воротничок» подвел итог многолетним попыткам Райта Миллса обнаружить вокруг себя хоть какую- то политическую силу, отличающуюся от уже сложившегося правящего класса: такой силы в современной ему Америке не нашлось.