- Машка! Маш! Принеси воды, что-то жарковато мне.
Тишина.
- Внучка, ты где? Принеси воды, пожалуйста!
Никакого ответа.
- Ушла что ли…
Василий Павлович открыл глаза и сразу же зажмурился от яркого света.

- Будет тебе и Машка, и вода, и махорки мешок. Вставай, Вась,
Прямо над ухом прозвучал чей-то звонкий и до боли знакомый голос.
Немного привыкнув к яркому освещению, Василий Павлович снова открыл глаза и увидел над собой несколько улыбающихся лиц, склонившихся над ним.
- Матерь божья! Степка! Ты ж это… Чур меня!
- Все мы тут «это». И ты тоже, Василь. Вставай уже, чего разлегся то?
- Помер я что ль?
- Ага
Не переставая улыбаться, ответил молодой человек.

- Я так и знал.
Вздохнул Василий Павлович.
- Вчера еще давление поднялось, думал - вчера и помру… Ладно, давай руку, помоги подняться.
- Ага, еще чего?! Давай сам! Ишь ты… Помоги ему…
- Степка, а ну не безобразничай, давай руку.
- Я тебе говорю - сам поднимайся.
- Вот всегда знал, что ты такой.
Укоризненно покачал головой Василий Павлович и, оперевшись на локоть, с легкостью вскочил на ноги.

Немного опешив от такой резкости и подвижности своего тела, он посмотрел на свои руки.
Боль в ногах прошла, как будто ее и не было.
- Ого! Прям как молодой.
Он улыбнулся и провел ладонью по своему лицу, - Ты глянь, и правда молодой!
- А мы тут вроде как старики, да?
Засмеялся Степан.
- Ну что, Васька, здравствуй!
Сколько мы с тобой не виделись? Лет двадцать, наверное?
- Здравствуй, Степка!
Он обнял своего товарища и посмотрел на его лицо.
- Ты смотри! Красавец! Хоть к невестам беги! А тут все молодеют что ли?
- Все или не все - это я не знаю, а нашим всем лет по двадцать пять становится. Ну что, ребятки, встречайт.
Обратился он к своим товарищам, стоящим рядом, - Всех помнишь, Вась?

Василий обернулся к группе людей и замер.
- Сашка! Сашка!!! И ты здесь!
Он бросился к пареньку, стоящему с краю и схватил его за плечи.
- Вот так встреча! Ну как ты? Когда ты… Когда сюда попал? Мы ж с тобой в последний раз в Сталинграде виделись.
- Да, помню… Ты ж меня тогда перевязал, а сам дальше пошел в наступление.
Меня сестричка вытащила. Два месяца в госпитале отлежался и снова на фронт, а уже под Богучаром меня и скосило в бою. Так что, я тут с сорок третьего.

- А меня прям из-под Берлина сюда перевели. Помнишь меня?
Сделал шаг вперед темноволосый парень.
- Подожди, подожди…
Василий потер висок.
- Фамилия у тебя еще чудная такая была…
А! Колотушко Гришка! Говорил же тебе - одень каску, одень каску! Неслух.
- А толку?
Засмеялся Гришка.
- У меня ж каска не резиновая была, на все тело не налазила. Мне в грудь прилетело, так что все равно не помогла бы.

- А потому что не нужно было вперед батьки в пекло лезть!
Заметил высокий парень с хитрым прищуром.
- Ох ты… Товарищ капитан.
По привычке вытянулся по струнке Василий.
- Да брось ты, Вась.
Усмехнулся тот.
- Все мы тут одинаковые.
- А вас когда? Вас же ранило вроде?
- А вот за этим дуралеем когда пополз.
Капитан дал легкого подзатыльника Гришке.
- Я то думал, что он живой еще, вот и полез за ним. Снайпер - зараза, меткий попался. Потом заражение и всё…
- Вот же гад
Ругнулся Василий.

- Да ничего, мы этого гада потом вычислили.
Прогудел басом широкоплечий парень, скромно стоявший с краю.
- Ого! Серега! А ты когда? Мы ж с тобой домой ехали в одном эшелоне.
- А я не на войне, я уже дома. В девяносто третьем.
- Эх… Ты ж мне тогда свой адрес продиктовал, а я блокнот и посеял где-то. Ты извини, что не писал тебе.
Смутился Василий.
- Да ладно, все равно встретились.
Похлопал его по плечу Серега.

- Ну что, ребят, пойдем, отметим что ли нашу встречу?
Подмигнул хитрым глазом Степка.
- А что, тут можно?
Удивился Василий.
- Нельзя, но я договорился с одним ангелком… В общем, вопрос решаемый.
- Вот проныра.
Засмеялся капитан и потрепал его за волосы.
- Ну, раз договорился, то, как говорится, не грех.

Друзья обнялись и не спеша побрели по дивному месту, в котором они снова были молодыми и веселыми.
Им было что вспомнить, и что рассказать друг другу.
Их война закончилась.

***
- Вот и пришло мое время.
Прошипело существо, покрытое черной шерстью, - Выпускай меня.
- А кто тебе сказал, что это последний? Светловолосый подошел к клетке и проверил замок, пару раз дернув за него.
- Я знаю, я чую.
Заметалось существо внутри.
На торчащих клыках выступила пена, а глаза налились кровью.

Светловолосый помолчал и сложил руки на груди.
- Да, ты прав.
Вздохнул он.
- Это действительно, последний воин той войны. Но зачем тебе на свободу?
Разве твои приспешники не справляются со своими задачами, постоянно разжигая войны то тут, то там?
- Я хочу крови, я хочу большую войну. Выпускай!!! но со всего маху бросилось на прутья и потянулось когтистыми пальцами, к стоящему рядом, светловолосому.
- У нас был договор!
- Вот я его сейчас пойду и почитаю, а ты пока посиди.
Ответил он существу и вышел из комнаты.

***
Он сидел за столом, обхватив голову руками, и в десятый раз перечитывал все пункты договора. Нигде не было ни единой зацепки.
- Судя по всему, мне придется его выпустить.
Вздохнув, сказал он сам себе и откинулся на спинку стула.
- Остается одна надежда. На внуков и правнуков этих воинов. Эх… Если бы они только знали…

Он встал из-за стола, достал из кармана ключи и снова вздохнул.
- Если бы они только знали, что если они допустят большую войну, то до тех пор, пока не будет похоронен ее последний боец, в клетке буду сидеть… Я.