А с ним так тепло и уютно. И можно повернуться к нему спиной, чтобы тебе в шею уткнулись и засопели сонно. А другой рукой тебя сверху накрывают от всего - штормов, землетрясений, падающих метеоритов, и можно спать.
Умна, серьёзна, плюс, реалистична…
Есть мнение, что красива и практична…
Не влюбчива, устойчива морально…
Последнее уже не актуально!
Случилось то, что вроде невозможно…
И, что увлечь меня совсем несложно…
Печалью синих глаз ослеплена я,
От взгляда, как пломбир, на солнце таю…
Приму как есть, как дар судьбы мятежной,
Любовь свою, пусть нарекают грешной,
На снега лист зимой, декабрьскою стужей,
Я взглядом напишу, что он мне нужен…
Смелой походкой, прямой осанкой,
Я ухожу, все забрав без остатка.
Все чувства и речи, тепло и ласку
Стираю все, меняю краску…
Так будет лучше, - ты это знаешь,
Хотя, наверное, никогда не признаешь.
Играть в треугольник - не мой удел,
А ты, конечно, этого очень хотел…
… мне очень больно, сжигаю мосты,
Душа из тела рвется, в сердце посты.
… дни пролетают и все вроде гладко,
Но вдруг твое имя., вновь в горле давка…
И где-то конечно, таится надежда,
Что может быть., может все будет как прежде.
Но горько реальность бьет по мечтам,
Разделяя жизнь на «до» и «после», пополам…
А время., время не лечит, оно приучает
Жить с грустью в душе, - она ведь скучает.
И с милой улыбкой, открыв к счастью двери
Я смело иду, с тобой в параллели…
Да нам не надо почти ничего,
Только б Солнце взошло, и росла трава.
Да нам не надо почти ничего,
Только б чаще любимым смотреть в глаза.
Да нам не надо почти ничего,
Только б слышать радостный смех детей.
Да нам не надо почти ничего,
Только б была жива Земля.
любовь… это уважение к своей половине, любовь это дышать друг другом. это ни когда все идеально… а когда «от любви до ненависти» когда чувства голову сносят. любовь это ты в минуты ссоры ненавидишь за то что так безумно любишь и не можешь без любимой… когда ты ссоришься … но знаешь что все равно будете вместе… любовь это набор противоположностей
Переливчат щебет твой и звонок,
Ты порхаешь весело, как птица.
Не уснул в тебе ещё ребёнок -
И пускай всю жизнь ему не спится.
Это завораживает душу.
Это омолаживает сердце.
Ведь у многих с возрастом всё глуше,
Тише и печальней голос детства.
Ты же, словно маленькая фея,
Опустилась с неба к нам на землю -
И улыбки расцвели над нею
И воскресшим миром овладели.
Мил твой смех естественный и сочный.
Ну, а если что-то вдруг не вышло,
Промокаешь плач в углу платочком,
Чтоб никто не видел и не слышал.
А зайдут нечаянные гости,
Чтобы не казаться людям жалкой,
Сразу засмеёшься им сквозь слёзы:
Мол, от счастья хочется поплакать.
Оживут встревоженные лица:
Счастье - это самый лучший повод.
Знает каждый, что ты озорница,
На любые выдумки готова.
И ты вновь щебечешь увлечённо.
Смотрят на тебя все, как на диво.
Только мне ты, женщина-ребёнок,
Вряд ли соврала бы так красиво.
Может, повод - правда, но отчасти:
Просто мир твой чуток так и тонок.
И не столько плачешь ты от счастья,
Сколько от того, что ты - ребёнок.
Здесь я чувствую себя потерянным, как, вероятно, чувствовал бы себя потерянным где угодно.
День прошел, пришла пора всем нам отдохнуть
Наших душ уставших клетки распахнуть
Укатилось солнце прочь, проснулась ночь
И она зовет нас в дальний путь
Жизнь - уставшая река в тесных берегах
Пьяный вечер, месяц в тусклых облаках
Многих нас толкали в грязь, порой не раз
За спиной пустыня, пепел, прах
Будь, что будет не беда, все суета
Мы уйдем в прозрачный свет далеких звезд
Но от смеха сгинут пусть тоска и грусть
А в глазах растает серый лед
У каждого свой объем чаши терпения. И своя точка невозврата в возможности простить.
Мне всегда казалось, что самым лучшим ответом на слова: «Я люблю тебя» - будет: «Я чувствую, как сильно ты меня любишь».
Все чувства снегом замело… боль впитала то тепло
То, что согревало по ночам… твои руки по моим плечам
Одиночество съедает меня… в сердце больше нет огня
Вся любовь выпита до дна… и боюсь, что это моя вина
По телу мелкая дрожь… одним словом меня уничтожь
Потерял над собой контроль… не узнаешь к сердцу пароль
Это лето дурманит меня… невозможно его променять
Удаляй меня ото всюду… всё равно по ночам снится буду!!!
Люди дарят друг другу цветы, потому что в них заключен истинный смысл любви. Тот, кто попытается завладеть цветком, увидит вскоре, как он завянет и потеряет свою красоту. А тот, кто всего лишь любуется им на лугу, получит его навсегда. Ибо он сочетается с вечером, с закатом, с запахом влажной земли, с облаками, плывущими на горизонте.
Нередко слышу я вопросы,
Что нам важнее в жизни,
Что бы любить кого то Или чтоб нас любили?
У каждого по-своему.
Ответ не будет однозначным,
Ведь это разные две вещи,
Бывает, что не совмещаются
В одном и том же человеке…
И счастье, если совпадают.
В паре-есть такое мнение,
Один лишь только любит,
Другой смиренно его терпит
И внешне всё благополучно,
Но ведь любовь и есть терпение.
Себя мы в заблужденье вводим,
Любовь и страсть не различая,
Нередко к нам любовь приходит,
Когда уже страсть исчезает…
И счастье, если совпадает.
Подобравшись к окну, он увидел маленькую, тускло освещенную комнату. В центре её был спальный помост, на нем под шелками и мехами лежала человеческая фигура…
.. .. .. .. .. ..
Тара подбежала к окну.
- Туран, мой вождь! - воскликнула она. - Что за безумие искать меня здесь, где даже твоё храброе сердце не сможет мне помочь!
- Не будь так уверена в этом, сердце моего сердца! - ответил он. - Хотя я принес своей любимой лишь слова, они предвещают дела. Я боялся, ты убьешь себя, Тара из Гелиума, чтобы спастись от бесчестья. И я хочу дать тебе новую надежду и просить, чтобы ты жила для меня, что бы не случилось. Знай, что если все пройдет хорошо, мы будем свободны.
.. .. .. .. .. .. .
Наконец настал день, когда О-Тар должен был взять в жены принцессу Тару из Гелиума. Несколько часов готовили к церемонии не желающую брака невесту, семь благоухающих ванн заняли три долгих часа. Затем её тело растет маслом из листьев пималии и массировал своими чуткими пальцами раб из далекого Дузара. Её одежда, специально подготовленная к этому случаю, была сшита из кожи больших белых барсумских обезьян и увешана различными украшениями и бриллиантами. Тяжелая масса блестящих черных волос была уложена в высокую прическу: они сверкали, как звезды в безлунную ночь.
Но это была угрюмая и непокорная невеста. И вот её повели из высокой башни в тронный зал О-Тара.
.. .. .. .. .. .. ..
Невеста молча стояла на ступеньках трона. Гости переговаривались шепотом, и вскоре зал наполнился гулом множества голосов. Наконец дверь, ведущая в зал Вождей, раскрылась, в дверном проеме на мгновение застыл великолепный жених. Наступило молчание. Размеренной и горделивой походкой шествовал он к невесте. Тара почувствовала, как по мере его приближения, неотвратимого, как сама судьба, у нее сжималось сердце.
И никаких знаков Турана! Где он? И чем он может ей помочь? Окруженная воинами, не имея вокруг ни одного друга, Тара, казалось, совершенно лишалась надежды на освобождение.
.. .. .. .. .. .. .. .
Неужели обещанная Тураном помощь придет слишком поздно?
.. .. .. .. .. .. ..
Её пальцы сжали рукоять кинжала, но немедленно рука жениха перехватила её руку и заставила выпустить рукоятку. Он предвидел её намерение.
.. .. .. .. .. .. .. .
Этот драматический момент был прерван грохотом распахнувшейся двери, ведущей в Зал Вождей. Все глаза повернулись в том направлении и увидели другую фигуру в дверном проеме - полуодетую и растрепанную фигуру О-Тара - джеддака Манатора.
- Стойте! - крикнул он и прыгнул вперед в проход к трону. - Хватайте самозванца
Все взоры обратились к фигуре жениха у трона. Все увидели, как он поднял руку и снял с лица золотую маску. Тара из Гелиума широко раскрыла глаза и недоумевающе смотрела в лицо пантана Турана.
- Раб Туран! - раздались крики в зале.
- Смерть ему! Смерть!
.. .. .. .. .. .. ..
Войны с обнаженными мечами приблизились к трону, но двигались они медленно, все видели этого раба на поле Джэтана и знали силу его оружия. Когда они достигли ступеней трона, откуда-то издалека донесся сильный гул, затем вновь и вновь, и Туран улыбнулся, вздохнув с облегчением. Возможно, помощь в конце концов придет вовремя. Все находившиеся в зале прислушались. Теперь до их ушей донесся звук ружейных выстрелов, а сверху, с крыши дворца, послышался грохот.
.. .. .. .. .. .. .. .
О-Тар призывал своих воинов к атаке, но в это время окровавленный подвар вбежал в зал.
- Город пал! - громко крикнул он.
.. .. .. .. .. .. ..
Вновь распахнулась дверь в Зал Вождей. Повернувшись, люди Манатора увидели еще одну фигуру - мощного мужчины с белой кожей, черными волосами и серыми, сверкавшими, как сталь, глазами. За ним в Зал Вождей хлынули войны в доспехах далеких стран. Сердце Тары из Гелиума при виде вновь прибывших забилось от восторга.
Это был джед Джон Картер, Главнокомандующий Барсума; он пришел во главе победоносных войск, чтобы освободить свою дочь, а рядом с ним был Джор Кантос, с которым она была помолвлена.
.. .. .. .. .. .. ..
- Мы все считали тебя мертвой. Меня долго не было в Гелиуме. Я искренне оплакивал тебя, но потом, совсем недавно, женился на Оливии Мартис. - Он встал и взглянул на нее, как бы говоря: «Теперь пошли меня на смерть».
- О, какой же ты глупый! - воскликнула Тара. Ничего лучшего ты не мог сказать. Джор Кантос, я должна поцеловать тебя.
.. .. .. .. .. .. ..
- Джор Кантос, - сказала она. - Это пантан Туран, его верность и храбрость завоевали мою любовь.
. .. .. .. .. .. .. .
- Пантан Туран! - воскликнул он. Знаешь ли ты дочь Гелиума, что тот, кого ты называешь пантаном, - Гохан, джед Гатола?
Мгновение Тара казалась удивленной, затем пожала прекрасными плечами и повернулась к Гохану.
- джед или пантан, - сказала она, - какая разница для той, кто стала рабыней? - И она шаловливо засмеялась, глядя в улыбающееся лицо возлюбленного.
.. .. .. ..
Разлучаться с тобой сложно. Ждать тебя тяжело… Но как же восхитительна потом встреча! Сначала какой-то смущенный поцелуй, робкие объятья, взгляд глаза в глаза, не отрываясь. Как-будто все опять как в первый раз. Да, ждать тебя тяжело… Но оно того стоит!