Я прошу: Не делайте мне больно!
Я так устала от обид.
Пусть даже ненароком, пусть невольно,
Душа от этого ведь меньше не болит!
Я умоляю вас: Не делайте мне больно!
Не оставляйте вы душевных ран!
Уж в этой жизни настрадалась я довольно:
Прошла чрез ложь и слёзы, и обман.
Я вас прошу: Не делайте мне больно!
Уж нету сил предательство терпеть!
Не посыпайте раны мои солью!
От равнодушия не дайте умереть!
Ведь я обычный человек, быть может странный.
Вот только грубости совсем не выношу
И ненавижу лицемерие с обманом…
Вот только больно мне не делайте!!! Прошу…
Присела нежно на ладонь.
Так невесома и красива.
Погибнет сразу… только тронь.
Но бабочка тепла просила.
Рискнув довериться руке,
Свободой взмаха взгляд манила.
Еще прекрасней в ветерке.
За доброту людей платила.
Ей не хотелось улетать.
Но подтолкнув ее рукой.
В тепле решили отказать,
Нарушив сладостный покой.
А ей то, завтра выйдет век.
Взяла от жизни, что сумела.
Будь осторожен человек.
С природой нашей. до предела.
Бог спустился с Небес. Вкруг угрюмые лица.
Все ругают Его. А за что? Не понять.
— То ль жестокая явь? То ли это всё снится?
Иль настал сущий мрак средь погожего дня?
Вы не видите боль… не свою, а чужую
И не слышите стон вновь распятой души,
Но шепча иногда в тишине: Аллилуйя!
С покаянной молитвой никто не спешит.
Кто-то строит дворцы, забывая о нищих.
Кто-то в славе и деньгах нашёл благодать
И отдавшись порокам, прозренья не ищет,
Заставляя безвинные души страдать.
Кто-то шкуру надел разъярённого зверя
И рассудка лишившись, не помнит добра,
В милосердье не веря и в правду не веря,
Все каноны мирские и Божьи поправ.
Я даю вам любовь. Вы не цените дара,
За который распяли Меня на Кресте,
Что в тенётах страстей и слепого угара,
Вам понять не дано чувств сильнее смертей.
Очень долго ходил Он по улицам тёмным.
Очень долго смотрел бессердечным в лицо.
Слёзы с кровью текли из очей Его скромных,
Застывая в душе раскалённым свинцом.
Тихим эхом Иисусу ответило Небо:
Сам увидел — святое всё втоптано в грязь.
Ты с рожденья усталым таким ещё не был,
Возвращайся к Отцу за людей помолясь.
На стихийной барахолке, что в Никольском переулке,
Между горнов пионерских и состаренных икон
Продавец завёл со скрипом музыкальную шкатулку,
И поплыл над ветхим хламом прихотливый перезвон.
Балерина на пружине под мотив из оперетты
Покупателей прельщала фееричным фуэте,
И как будто оживали бесполезные предметы,
Призывая скучных граждан не сдаваться суете.
Звуки будто превращали в вещи, сердцу дорогие,
Самовары и подносы, потускневшие в пыли.
И роднее становились, пробуждая ностальгию,
Ангелочки из фарфора и советские рубли.
Раздражённая старушка у шкатулки музыкальной
Встала с видом, будто хочет дать кому-то по лицу,
Но послушав, сообщила: «Это мой любимый Кальман!»,
И лукаво усмехнувшись, подмигнула продавцу.
Тот ответил, что товары отдаёт почти бесплатно,
А старушка улыбалась, вспоминая ерунду —
Как среди пустого зала с симпатичным лейтенантом
Танцевала вальс из «Сильвы» в пятьдесят восьмом году.
Ей товары ширпотреба из латуни и пластмассы
Ни за тысячу целковых, ни задаром не нужны,
Но дурацкая шкатулка может сделать день прекрасным,
Если сердце затрепещет наподобие струны.
Итак живу я или не живу
Позволь Господь спросить тебя
Мои же муки мне
Ниспосланные тобою
Это жизнь?
Я знаю Твой ответ
Что Жизнь прекрасна
И не живут лишь те, в ком Веры нет
И в этом нет сомненья
Поверь — я Верю
Ты — Всегда
Пройдут года
В одно мгновенье
Увидимся с тобой
Навсегда
Жизнь так быстра итак трудна
и интересна так
Что трудность Боже
Не пустяк
А радость
и пусть все думают - нетак
Хвалю тебя я каждый день и каждый час
За то что есть Ты
За то, что есть Тобою я
Что без тебя огонь в печи давно б погас
Прости меня Господь, молю
Прости, Прости — я часто говорю
Налейте мне мускатного вина,
А дальше все пройдет легко и гладко:
Пусть не тревожит Вас, что я умна —
Я тщательно скрываю недостатки…
***
И вроде в жизни все идет отлично:
Погода нежно-майская без стуж,
Работа в радость, выгляжу прилично,
Но… парня нет — не разрешает муж.
Коварен век хрустальных слов
они пришли и растворились,
и с ветром дней и парусов
в моих ладонях молча бились.
как в море брошенный челнок
плывёшь по волнам, отмечая:
за каждой милей — новый срок,
за новой строчкой — запятая.
уже не в такт звучат слова,
жизнь перепутала аккорды,
и холод вместо торжества
в тени скалистого фиорда…
Вы своё, а я своё — на закорочки,
Не заметим, как дойдём
До пригорочка.
На пригорочке том — дом,
Белоснежный, словно кокон —
В этом коконе моём
Нету двери, нету окон…
Мы могли бы там пожить.
Мы могли бы там остаться…
Моё дело предложить,
Ваше дело — отказаться.
А мне не нравится, что Вы больны не мной,
А я сейчас больна, лишь только Вами.
И что страдая этой ерундой,
Я шар земной теряю под ногами.
Не нравится, скажу как на духу,
Не выдавать себя, играя с Вами,
И бормотать бессвязно чепуху,
Соприкоснувшись с Вами рукавами.
Не нравится, что не могу дышать,
Когда Вы обнимаете другую.
Что рядом в церкви не могу стоять,
(Не то что, что б уж услышать аллилуйю).
Спасибо Вам, что в каждый вечер свой
Я спать ложусь с наивными мечтами,
Что может, заболеете Вы мной,
Как я, сейчас, болею только Вами…
Знаешь, это не боль кусает подкожно,
Это предчувствие быть обманутой.
Ведь порою бывает и счастье ложно,
А доверие на струны лир натянутым…
А знаешь, я обжигаться совсем не устану,
Только бы верить, что все не напрасно!
Птицею сбитой на ноги встану,
К цели идти буду верно и страстно!
Знаешь, с чувством играя мелодию скрипки,
Скрипач накаляет смычок до пламени…
И нет уже больше той гордой улитки,
Поддавшейся чарам людской полигамии.
Глазам твоим тёплым поверить мечтаю,
Но на горизонте зрачков туманы.
А в прочем, и я далеко не святая,
И каждый из нас был однажды обманут!
Мы часто бываем не там и не с теми…
И тратим себя на безумно не тех!
Знаешь, а я так мечтаю поверить…
Понять, что ты именно тот из всех!
шестеренками ржавыми лязгая,
сердце кровь разгоняет устало.
говоришь, что любовь всегда частная,
абсолютной давно уж не стало.
и была ли она факт сомнительный,
а была, так вся вышла до талого.
говоришь, я опаслив и мнителен.
меня просто кормили обманами
слишком много и часто без повода,
было больно, теперь только чешется.
шарлатаны — голодные оводы,
иногда переносят штамм бешенства.
да и ты вавилонская грешница,
под копирку с картинки срисована.
до тебя как до неба! — мне где уж там…
твой бы лик да в музей бы с иконами.
грани тонкие как лезвие острое,
я боюсь о твой контур порезаться.
говоришь, что любовь — это плотское
и что я сноб, зануда и неженка.
просто я становлюсь очень взрослым,
от того слишком скучным и трезвым.
Питер Пен позабыл путь на остров,
потолстел, стал ворчливым и резким.
измотала погоня за первенством,
чехарда по горбам и чекпоинтам.
не слететь бы в кювет и не врезаться,
и что б «хайр» на скорости по ветру.
только патлы секатором срезаны
и чернила под кожу мне загнаны
комарино-жужжащими фрезами.
рожа сонна, небрита и наглая.
ничего не осталась от прежнего
в мир вошедшего милого мальчика.
ты мне слабость вменяешь за вежливость
и трусливость вменяешь за вкрадчивость.
я б поспорил с тобой, только без толку,
в этом споре ни йоты от истины.
правда снова останется между
вонью пороха и звонкостью выстрела.
не протест-манифест и не исповедь.
мне как волку давненько все побоку.
я сломаю любую лбом изгородь,
если вдруг не сломаю вдрызг голову.
«Но только почти,
Только почти…» — «Аэробика» (группа «Алиса»).
предпоследний трамвай. почти ночь.
я сегодня почти не устал.
по телу жар — почти липкий скотч.
почти сплю. книгу почти дочитал.
почти едем. почти по прямой.
позвякивают в кармане ключи.
почти домой. почти выходной.
почти трезвый. и душой почти чист.
без заминок почти что идём.
в небе крошечка — почти что луна.
в моей жизни почти всё путем.
в меня девушка почти влюблена.
вопрос с жильём почти что решён.
мне бы только почти захотеть.
почти хочу я. но почти хорошо.
почти перестал себя я жалеть.
остановка. почти по прямой.
позвякивают в кармане ключи.
почти дома. почти что живой.
как же много в жизни сраных
Почти…
время быть первым. время быть.
время успехов, удач, побед.
ты — многократно сильней судьбы,
значит сбываться теперь — тебе.
время бороться, идти вперед.
напропалую, без лишних дум.
время, мой милый, совсем не ждет,
а вот свершенья, быть может, ждут.
время быть честным, рубить с плеча.
если ошибка — потом сотрем.
время прощаться, порой — прощать.
если все так — значит мы живем.
значит мы есть, мы сильней всего.
время почувствовать этот мир.
время поярче зажечь огонь.
и поделиться огнем с людьми.
время забыть про теченье дат,
время момента. успей вдохнуть.
есть, к сожаленью, одна беда —
однажды закончится этот путь.
однажды все просто сойдет на нет,
все обратится в пустую пыль,
время оставить в пыли свой след.
время быть первым. время быть.
Подарите мне сердце из стали,
Чтоб не чувствовать боли и лжи.
Это сердце не ранишь словами,
Не взволнуют его миражи.
В это сердце любовь не ворвётся,
Не ворвётся обида и грусть.
Лягу спать, когда солнце проснётся.
И туда, где не ждут, не вернусь.
Не разбить моё сердце стальное.
С ним нельзя ни страдать, ни любить.
Буду только дышать, остальное
Лишь мешает в спокойствии жить.
Каждый день станет тих и размерен,
Без вгоняющих в дрожь передряг.
Ничего не менять в интерьере —
Что за глупость? Сгодится и так.
Подарите мне сердце из стали,
Что задеть невозможно ничем.
Буду жить, не вдаваясь в детали.
Буду жить и дышать.
(Но зачем?)
Спаси меня
От одиночества и муки
Спаси меня
Я дольше не могу с тобой в разлуке
Спаси меня
Лишь от самой себя, спаси
Неси любовь
Через наветы и преграды
Неси любовь
Когда не вместе мы, но рядом
Ты лишь любовь
Сквозь время пронеси