Нежное утро, безгрешное, чистое,
Ласково синим укрыло лучистое
Робкое солнце моё.
Вьюги утихли, мороз не кусается,
Жить очень хочется, жить очень нравится,
Снова внутри всё поёт.
И почему-то в хорошее верится…
Хоть и не ожили почки на деревце,
Но ждать недолго уже.
Чувствую, льются весны обещания,
И всё виднее нам предначертания
На февраля рубеже
Нового времени, резвого, жадного.
Скоро откроются двери парадного,
Выйдет навстречу весна,
Май распушится зелеными перьями,
К сердцу весёлое снова примерим мы
И станет солнцу тесна
Синим залитая ширь поднебесная.
Вот-вот, и хлынут лучи повсеместные,
Чувства, ожив, воспарят…
Сколько же взору души открывается
В эти минуты, когда разгорается
Над берегами заря.
Говорят - я приношу удачу,
Говорят - слова мои легки…
Но куда моя удача прячет
Яркие из жизни лепестки.
И крыло, бывает, не летает,
У порога топчется печаль,
Правда, в дом её не приглашаю,
В серую не кутаюсь я шаль.
А напротив, если ноет сердце,
Улыбаться начинаю я.
Вот бы на других мне опереться…
А взгляну - у каждого своя
Ноша есть и, как ни странно - тянет
Мудрости житейской вопреки.
Каждый от чего-то да устанет,
Со своим соваться не с руки.
Значит надо дальше улыбаться,
Жить и не тужить, и не пенять,
За печаль, забывшись, спотыкаться,
И от двери снова отгонять.
Говорят - я приношу удачу…
Ну и ладно, пусть так говорят,
Я же улыбаюсь, я не плачу,
И слова мои ещё летят.
Расправив лопатки, как крылья,
ты был готов улетать.
Но небо казалось пыльным,
А тело хотело спать.
Свернулись калачиком мысли,
И слиплись в большой комок.
Секундные стрелки зависли:
- Постойте, нажмите стоп!
Я не могу так быстро.
Вдруг летать - не мое?
Над небом туча нависла
Не видно совсем ничего…
[Чем дольше стоишь на старте,
Тем тяжелее взлететь
Погода в июле и марте
Может отнюдь не греть.
Ждать идеальных условий
- то же, что крылья снять.
Выпусти душу на волю
И начинай дышать!]
Однажды ты поймешь, что я нужна.
Нужна тебе, как воздух и водица.
Захочешь ты любви моей напиться,
Но между нами выросла стена.
Однажды ты поймешь, что без меня
Наставший день становится не в радость
И дождика немая сипловатость
Напомнит о тепле, слезой дразня.
Однажды ты поймешь, как сладок сон,
В который мы с тобою погружались.
Но те мгновенья в памяти остались
И тучами закрыло небосклон.
Однажды ты поймешь, что нежных рук
Тебе сейчас, как света, не хватает,
А жизнь свечою медленною тает
И нет душе спасения от мук.
Однажды ты поймешь, что на заре
Меня глазами ищешь в полумраке
И сердце давит горестная накипь
С душою, что сгорает на костре.
Что участь одиночества страшна,
А выбраться из пропасти нет силы…
Однажды ты поймешь, что я любила.
Однажды ты поймешь, что я нужна.
Я та, у которoй «всe xоpошо»
И даже тогда, кoгда бoль pазъедает
И xoчeтcя пpocтo уткнуться в плeчo,
Нo тoлько вот рядом плeча не бываeт.
.
Я та, о котoрой всeгда говopят
Tе люди, кoтоpыe вoвce нe знают,
Kак многo тех ран, чтo ночами бoлят,
Лишь видят улыбку, что их покpываeт.
.
Я та, из разряда «смoгу вcе cама»
И та, что никогда не покажeтся cлабой.
И есть рядoм люди, но пo жизни-одна,
А хoчeтся cтать для кoгo-то той cамoй.
.
A хочeтcя прoстo уткнуться в плечо,
Чтоб cлeзы не прятать, когда oдинокo,
Чтоб ктo-то замeтил, чтo «всe xopoшo»,
Tак частo cкрывает наcкoлько вcе плoхo…
так много сказанно в миру
излишне пафосного текста,
и про сердечную жару,
из оперы - «жених-невеста»,
и про мороз из глубины,
непревзойдённой бездны ада,
и эхом … … звонкой тишины,
о том, что надо и не надо.
так много спето не о том,
не там, не так, да и не с теми,
но вспоминанья о былом
уже не бьют, как молот в темя.
я научился не спешить,
и в бесконечной эпопее
судьбы связал узлами нить,
о чём, ни капли не жалею.
я научился понимать
неотвратимость провиденья
и видеть времени печать,
не забывая впечатлений.
у жизни истина проста,
как впрочем всё, что гениально.
мне пустошь чистого листа
уже не кажется банальной.
я уяснил, как божий день,
как дважды два, во тьме со светом,
когда все чувства набекрень,
зима вдруг путается с летом.
минуты длятся, как года,
года же мчатся, как мгновенья…
лишь неизменен никогда
распутный камень направлений.
в огне светил, над головой,
во власти дьявола и бога,
вперёд, назад и в мир иной -
три существуют лишь дороги.
…МНЕ ЭТО НУЖНО…
Одинокая чашка кофе…
Аромат наполняет кухню.
Я в стихах далеко не профи,
Но зачем-то мне это нужно…
Мысли вслух у меня, на бумагу,
Несуразица да каламбур…
То за родину да за отвагу…-
Скоморох я, мим, балагур…
Год за годом летит моё время.
Обо всем рассказать хочу.
Непосильно бывает бремя.
Свой сюжет в голове верчу…
На закате встречаю рассвет.
Жду у моря хорошей погоды.
Хочу то, чего в жизни нет…
Жду с несеянной нивы всходы.
На мольберт краски всех цветов…
И не кистью размажу…- ладонью.
Будет роспись из разных слов…
А любовь в них моя бездонна.
отшумело, отзвенело, отыграло
календарное владение зимы,
но кружАтся бесконечным карнавалом
вихри снежной и морозной кутерьмы.
по утрам клубятся сизые туманы,
вечерами - блеск сияния небес…
не по графику погода… не по плану.
спит в заснеженных сугробах тёмный лес.
спит окутанный морозным одеялом
городок один, на краешке земли…
где совсем, не отшумело-отыграло
настоящее правление зимы…
То ли пляшет, то ли скачет меж бескрайних берегов,
Разгоняет море воды под напорами ветров,
Рвётся, бьётся, стонет, плачет, хочет вырваться из дюн,
Но за старые пределы не прорваться ни на дюйм.
Нет покоя, нет покоя, и в стальных своих брегах
Ни за что не хочет море быть зажатым, как в тисках,
Потому, в песок вгрызаясь, следом в след ползут вперёд
Волны, что, бушуя, море за черту свою ведёт.
И, собравшись в смерч единый, пробегают сотни миль,
Но за бурею ужасной наступает тихий штиль,
И в усталости бессильной опускает море вал,
В размышлении холодном подождет сильнее шквал.
Хоть и гонит ветер волны, как листая строй страниц,
Всё равно не выйти морю из назначенных границ,
Коль оно не перестанет о несбыточном желать,
Суждено навеки морю рваться, биться и страдать.
Я покинул мой город,
Он был мне не дорог,
Я в нём растворялся,
как в гулком метро.
Я пошел по дороге,
Так надеясь, что скоро
Я отдамся бездонным
просторам ветров.
Но я жить без бетона
Был совсем не приучен,
И, что пахнут цветы,
я узнал лишь из книг,
И кричать на просторах,
И кидаться на кручи
Я бездумно мечтал,
но к другому привык.
Я дрожал от росы,
Я боялся заката,
Ужасаясь, что в поле
я останусь один.
Электрическим светом
Был отравлен когда-то,
И теперь он мне стал
вовсе необходим.
Я бежал от дороги,
Я вернулся в мой город,
Где таких же нестойких
раздавило метро,
И все окна и двери
Я закрыл на запоры,
Чтоб ко мне не ворвался
даже отклик ветров.
Только тёмные шторы
Мне осталось повесить,
Только выбросить книги -
пережечь все мосты.
Мои цепи внутри.
Но изводит и бесит,
Что я так не узнал,
как же пахнут цветы.
Я покину мой город,
Он совсем мне не дорог,
Я в нем лишь частица
погребённых в метро.
Я пойду по дороге,
Хоть и знаю - не скоро
Научусь понимать я
свободу ветров.
Нас встретила морозами весна
Такими, каких не было зимой,
Пришли, когда не ждали, холода
И все покрылось коркой ледяной.
Мы думали, что скоро снег сойдет,
На вербах почки наберут свой цвет,
Но холода пришли не в свой черед,
А о тепле и разговора нет.
И солнце белым светом нас слепит,
Лучами отражаясь ото льда,
Снег под ногами весело скрипит,
Пришли, когда не ждали, холода.
Хотели мы одежду поменять,
Весну приветствовать готовились уже,
Зима не хочет место уступать,
Все снова в белой и холодной парандже.
Но, как всему, придет конец и ей,
Весну никто не в силах отменить,
Заменит снег веселая капель
И снова все начнет цвести и жить.
В Мир безжалостных и слепых
Я нечаянно заступил.
Убежать я был очень рад,
Но забыл дорогу назад.
Себя там, куда я вступил,
Я безжалостно ослепил.
Это странно, но я в темноте
Начал жить совсем без потерь.
Натыкался я на других,
Это были мои враги,
С кем-то в ногу шёл вместе я,
Это были мои друзья.
Жил все время в краю одном,
Но не знал, правда ль здесь мой дом,
По одной дороге бродил,
Шел другой бы, не отличил.
Я спокойно людей толкал,
Только сильным я уступал,
Методично и ел и пил,
Сладко спал, о судьбе не ныл.
Не хотел я бежать далеко,
Жить здесь было мне очень легко,
Лишь немного мне пустота
Надоела, и я мечтал.
Что когда-нибудь я вернусь,
И тогда приходила грусть…
Я узнал дорогу назад,
Только как мне вернуть глаза.
Как непривычно тесно в бескрылом теле.
Вот, удивятся люди, когда узнают -
Кошки летать умеют, на самом деле!
Только стесняются и оттого скрывают.
Нежность не приучить соблюдать границы,
Не осушить, не вычерпать полной ложкой.
Слишком люблю, чтоб сделаться вольной птицей.
Можно побыть мне странной, крылатой кошкой?
Стать невесомой от своего бессилья,
Издалека услышав знакомый запах.
Пару кругов над крышей на тонких крыльях,
Чтобы к тебе подкрасться на мягких лапах.
Тихо спущусь над загородной усадьбой,
Чинно войду на узенькое крылечко,
Сладко зажмурюсь, только не прозевать бы,
Как ты смешно воюешь с пузатой печкой!
Звуки сонаты, сети из лунных полос,
Капают ноты в чистый хрусталь без трещин.
Только у клавиш так мелодичен голос,
Только у кошек и у влюбленных женщин!
Зябкая ночка стрелки на убыль клонит,
Звёзды бледнеют, как угольки в печурке,
Бережно греют ласковые ладони
Гибкое тело в черной, атласной шкурке.
Солнце взойдёт не сразу, а еле-еле.
Я не впущу восход, задержу немножко…
Сколько ночей я мёрзла в своей постели,
Чтобы с тобой проснуться, хотя бы кошкой!
Нас засыпало снегом. Мы были травой.
Мертвой цепью опутал мороз наши корни,
Ледяному дыханью мы стали покорны,
Позабыв, что хотели быть вечной листвой.
Ладно были б мы зеленью нежной, живой,
Нас хранили б дубравы и чистые ветры,
Мы не знали бы мерзости, знали б покой,
Умывались бы утром росою рассветной,
Засыпали б в ночи мы под пение птиц,
Пили б воздух и свет, и тянулись бы к солнцу,
Украшались б цветами и бликом зарниц,
И шмели б наш нектар испивали до донца.
Но мы не были чуткой травою лесной,
Были чахлой и желтой травой придорожной,
Орошали нас грязью и в холод и зной,
И поили бензином с асфальтовой ложью.
Изнывали мы днем, тайно плача в ночи,
Слезы падали в гравий, что был нам ночлегом,
Мы устали с тоской эту ношу влачить,
Ну, а нынче ещё…
нас засыпало снегом.
Остается нам верить, что, может, весной
Разморозит нам души апрельская нега,
Мы поднимемся стеблями в ясное небо,
Зацветём и воскреснем травою живой.
Но останется это мечтою пустой,
Тем же, кто доживет, то же выпадет снова.
Нас засыпало снегом. Мы вмерзли в него с головой,
Подчинившись навеки дыханию стужи суровой.
Музыка песчаных городов
С каплями тягучими песка,
Кропотливых стоила трудов,
Растворилась в ней моя тоска.
Зеркала ленивые морей
Раздувает свежий ветерок,
Подмывает стены крепостей,
Сохнет, осыпается песок.
Но стоят недолгий сладкий век
Капли бастионов и дворцов,
И поют, и слышит человек
Перезвон песчаных голосов.
Мне бы так стоять недолгий век,
Мне бы петь вполголоса, но так…
Пусть, хоть на минуты, не навек
Стать стеной под плесками атак
Волн морских, бегущих напрямик,
Точащих по капле башен звук…
И тягучей каплей быть на миг,
Вниз скользящей из сомкнутых рук
Замки укрывает, красит ночь,
Жмёт прибой, их смоет до утра.
Гаснет день, и ухожу я прочь,
Строить замки бросить мне пора.
Но, не знаю, дурь ли, прихоть, блажь,
Музыка ль песчаная виной,
Верю я песчаный стойкий страж
Выживет и выдержит прибой.
Блажит, знаю, только детвора
Тем, что размывает до утра.
Но, пока грызёт меня тоска,
Буду строить замки из песка.